Дочь Бога

— Эмили, скажи мне, в вашей семейке все… немного с придурью? — спросил Сэм. Мы как раз направлялись в сторону лагеря. — И заодно ответь, как ты смогла сделать из Дьявола ласкового домашнего котёнка? Хотя я всё равно в это не верю, — Дин явно был раздражён, поэтому пытался вывести и меня из себя. — Что ты, Сэмми, в нашей семье нормальных нет. Иногда мне кажется, что я самая адекватная, как бы дико это не звучало. А что касается Люция, то он действительно не стал, как ты выразился, ласковым домашним котенком, — обратилась я к Винчестеру старшему, — Но, по крайней мере, он больше не хочет убить каждого встречного и уничтожить нахрен планету. А вот в характере особых изменений не произошло. Он всё такой же саркастичный засранец, — за разговором мы быстро добрались до лагеря, но там никого не оказалось, — Упс. — Что значит это твоё 'упс'? — настороженно спросил Кас. — Это значит, что те люди, которые были в этом лагере остались в нашем мире. Вы забыли их там. — Ох, ну прости, что мы не притащили жителей этого мира посмотреть на то, как бесчувственная богиня уничтожает их мир! — возмутился Дин и тут я не выдержала. Не знаю почему, ведь я всегда вела себя сдержанно, как подобает богине, но рядом с этим парнем мне не хотелось вести себя сдержанно. — Позволь напомнить, — я развернулась и взглянула на него, — Я бы не отключила свои чувства, если бы кое-кто не спровоцировал меня сделать это! — Ох, ну прости, что сказал тебе правду! Ты ведь живёшь у нас в мире иллюзий и веришь в «хеппи енд», так вот позволь тебя разочаровать. Жизнь — это не сказка, и в ней постоянно случается какое-то дерьмо. Мы постоянно разгребали это дерьмо, а твоя замечательная семейка постоянно подкидывает нам проблемы и даже не думает помогать! — Дин явно взбесился, он всё продолжал кричать и кричать на меня. Сэм с Касом пытались его остановить, но я понимала что сейчас они не смогут этого сделать, — Да ты наверняка даже не знаешь, что такое война, что такое боль!.. — после этих его слов в моей голове что-то щёлкнуло и всё та тьма, весь тот ужас, что я увидела за свою долгую жизнь, что я так упорно держала в себе, всё это сейчас рвалось наружу. — Дин, ты не прав… — вмешался Джек. Ведь он знал. Всё, что я испытала, он почувствовал тогда на поляне. — Спасибо, Джек, но я сама, — я посмотрела на нефелима и тот понял, что я справлюсь. Я вновь перевела взгляд на Дина, — А теперь, послушай меня. Ты ничего обо мне не знаешь. Вся моя жизнь это одно сплошное дерьмо, состоящее из боли и лишь иногда в ней бывают проблески света. Я перевидала столько войн, что тебе и не счесть. И во всех из них я приняла участие. На моих глазах гибли люди. Хорошие люди, солдаты, которые сражались за свой дом, за свою родину. На моих глазах рождались и погибали целые цивилизации. Появлялись и гасли звёзды, миры возрождались из пепла, потому что не желали погибать. — Я видела, как герои, сильнейшие люди всех времён и народов, обращаются в прах под гнётом времени. Мои друзья, моя семья, люди, которыми я дорожила больше жизни, погибали у меня на руках. А я не могла ничего сделать, потому что знала, что пришло их время и что рано или поздно вселенная заберёт всех. Поэтому, я старалась ни к кому не привязываться, вести себя хладнокровно, как меня учил Доктор, мой Друг, мой Наставник и Брат, который кстати говоря тоже погиб! Но у меня никогда не получалось… Ведь, как только я слышала, как люди кричат от боли, я просто не могла пройти мимо… Тем самым ломая все свои правила, привычки, стереотипы! Так что не смей говорить мне, что я не знаю, что такое боль. Ведь вся моя жизнь… Она состоит из сплошной боли. — я посмотрела Дину прямо в глаза. — Зачем же ты тогда заключила договор со вселенной? — с недоумением спросил Винчестер. — Я сделала это потому что не могла стоять в стороне и смотреть, как гибнут люди, как гибнут миры… Поэтому я стала защищать их… Даже такое могущественное существо, как вселенная, нуждается в защите. А теперь, если позволишь, то я поведу людей домой, — после этих слов я отошла от Дина и открыла портал. Винчестер всё это время внимательно смотрел на меня, пытаясь понять, в чём же секрет, но он не сможет. Даже Люций не знает, что происходит со мной. Я видела это в его глазах. Если раньше он понимал меня и знал каждый мой шаг наперёд, то сейчас я стала для него загадкой, ящиком Пандоры, который таит в себе кучу тайн. Я уверенна, что он попросит меня рассказать ему всё так ненавязчиво. Так, как умеет лишь он один, но у каждого есть такие секреты, которые они унесут с собой в могилу. У меня таких секретов очень много и почти о каждом из них я жалею… Я шагнула в портал и оказалась в бункере. Мой взгляд сразу пал на Мэри и Бобби. Они ходили из стороны в сторону, явно чего-то дожидаясь. Я просто стояла и наблюдала за ними с бессмысленным взглядом. Мэри заметила, что они в комнате не одни. Она схватила Сингера за руку, тот остановился и удивлённо взглянул на неё, а затем поняв, куда она смотрит, тоже направил свой взгляд на меня. — Где мои сыновья? — спросила Мэри и наставила на меня оружие. — Спокойно, с ними всё в порядке. Более того, они привели меня в чувства… — я хотела продолжить, но услышала шелест крыльев. В нескольких метрах от нас стояли Габриэль и Люцифер. Они держали под руки какого-то парня. Он был без сознания и изрядно потрёпан, — Михаил… — я почувствовала его благодать и тут же подбежала, чтобы помочь, — Братик, что с тобой стало… — позади послышался выстрел и время вокруг замедлилось. Я обернулась и увидела, что стреляла Мэри. Я отбросила пулю с помощью своих сил и та попала в стену. Время вновь пошло как надо, — Не смей стрелять в мою семью! — вскрикнула я, от чего стены в бункере задрожали, а мои глаза засияли своим истинным цветом. Внутри кипела злость и я не могла её контролировать. — Эмили, всё в порядке, успокойся, — Люций положил свободную руку мне на плечо, — Мы отнесём Михаила в одну из комнат бункера и попытаемся привести в чувства, а ты помоги Дину и Сэму, — я посмотрела на Люцю, тот лишь улыбнулся. А я неуверенно кивнула. — Ну уж нет, я не позволю ему разгуливать по бункеру! После всего того, что он сделал! — начала возражать Мэри, она с презрением и ненавистью взглянула на Люцифера. Габриэль хотел что-то сказать, но я не дала. — Вы в принципе не имеете право на возражения по этому поводу, — спокойно сказала я и указала на Михаила, — Сделали это ваши сыновья, и поэтому… — мне вновь не дали договорить я услышала позади себя протяжный стон боли. — Михаил!..