Сокровище

После Арденс предложил прогуляться по городу и отметить благополучный исход дела. Рель подумал и согласился. Чего бы не погулять с драконом, интересно же! Арденс хорошо знал город, но жить в нём не хотел, в большой пещере ему было куда уютнее, да и в горах летать можно, если отъехать подальше. Долгая прогулка логично завершилась в весьма неплохой таверне. Расслабляющая атмосфера весьма поспособствовала более задушевным разговорам. — А почему драконы не переносят пассажиров на спине, а только в лапах? Объяснение напрашивается, но у тебя вечно всё, — Рель широко улыбнулся, — не как у людей. — А какое объяснение напрашивается? — Ну там, безопасность. Так если пассажир начнёт что-то мутить, его можно тю-тю, — он сделал замысловатое движение рукой, — и вниз. А шея и спина — места уязвимые. — Ну если пассажир убьёт дракона, он в любом случае тю-тю и вниз, — Арденс улыбнулся слегка по-змеиному. — Если он маг, то нет, — возразил рыцарь. — Да и всякое бывает, может ему своей жизни не жалко. — В целом ты прав, да и не обязательно убивать, можно просто ранить. Но есть ещё один аспект. Это… мы чувствуем седока, а он чувствует дракона. То есть, ну, это личное, сам понимаешь. — О-о, — протянул Рель, — ничего себе. — Хотя ты милый, — хихикнул Арденс. — Я был бы не против, знаешь, чтоб ты на мне покатался. — Это была пошлая шутка? — свёл брови рыцарь. — Это была правда с пошлой шуткой, — гордо признался дракон. — Любой из смыслов правдивый. — За что такое доверие? — Потому что ты честный. И у тебя нет злых намерений. Знаешь, мы очень чувствительны ко лжи. — И сами никогда не лжёте, да? — Не совсем, — покачал головой Арденс. — Ну, технически мы можем врать и особенно шутить. То есть я могу тебе на вопрос, например, «Ты что, дракон?» ответить в шутку «Нет, розовая утка». То есть солгать. — Оу. Никогда не задумывался, что такой ответ формально действительно ложь, то есть у тех, кто вообще не может врать, должны быть проблемы с шутками. — Просто если мы врём, то делаем это очень неубедительно. А если всё же учимся убедительно врать, то теряем способность понимать чужую ложь и читать чужие эмоции. И вообще… У нас лжецы имеют очень плохую репутацию. — Тяжело тебе среди людей, наверно. — Немного. Вы постоянно врёте. Хотя я-то об этом всё равно знаю, так что я в более выигрышном положении. — Но то что ты живёшь… так… это же тоже ложь. — Неа, — ухмыльнулся Арденс. — Я никогда не говорил, что я человек, а спросить никто не догадывается. — Ну да, сейчас ты похож на человека. Разве что я бы заподозрил у тебя эльфийские корни. — Ох, золотце, — рассмеялся дракон, — ты отлично делаешь комплименты. Особенно мне нравится, что это от чистого сердца. Рель покраснел. — Я не… Это не комплимент! Ты мне не нравишься в этом смысле! — Ты… — Арденс прищурился. — Ты соврал. Ты только что мне соврал. — Глупость! — Ты сделал это неосознанно. Я не навязываюсь, но не против, если что. — Я в курсе, — кисло отозвался рыцарь. — Ты об этом ещё вчера сообщил. — Я сообщил, что не прочь перепихнуться. А ты под словом «нравиться» вряд ли подразумевал это. — Давай закроем тему, — со вздохом сказал Рель. — Хорошо. Как пожелаешь, — тему-то дракон закрыл, переведя разговор в совершенно другое русло, но забывать не собирался. Арденс любил интересных собеседников. По его мнению, они были куда более редки, чем хорошие любовники. Ему нравилось как слушать, так и рассказывать. Дракон поймал себя на том, что почти зачарованно слушает слегка раскрасневшегося Реля, который со смехом вспоминал истории со времён обучения в ордене. «Ну всё, — решил он, — время красть сокровища». — Давай вернёмся ко мне? Хотелось бы не совсем в потёмках лететь, да и… рассказывать тебе… всякое из моей жизни было бы комфортнее там. Сейчас только кое-что прикупим для ужина. Рель согласился. Слушать дракона было ужасно интересно, а рассказывать ему что-то — приятно. После короткого похода в лавку парни покинули город, направившись на уже знакомую полянку. — Ну что, — Арденс подмигнул, — готов? — Ну да. Дракон сменил обличье. — Тогда запрыгивай. — Но… — Давай, когда тебе ещё предложат на драконе покататься? Будешь своим хвастаться. — Действительно, — хмыкнул Рель и стремительно взобрался. — Ух ты… твоя чешуя… — А что с ней? — заинтересовался дракон. — Я думал, она холодная, типа доспеха, а она такая… живая. — Ну да. Ладно, дома меня облапаешь. Держись. — Я не лапа-а-аю-у! — Арденс резко взлетел. Ощущения были… невероятными. Рель ощутил, что их разумы соприкоснулись. И словно это он сам летел, словно это его крылья чутко улавливали каждое движение воздуха, ловя свежий ветер. — Это… Это было… — рыцарь никак не мог отойти от впечатления стоя в пещере перед уже сменившим облик на человеческий драконом. Парни успели как раз вовремя, на улице начал накрапывать дождь, но Рель был так восхищён, что даже этого не заметил. — Круто? — Потрясающе! Я никогда такого не испытывал! Арденс удовлетворённо прикрыл глаза. — Я обещал ужин, — мягко напомнил дракон. — Мне кажется, я не голоден. — Вина? — Арденс тягуче сделал шаг к Релю, оказавшись совсем рядом. — Думаю, мне хватит, — рыцарь опустил взгляд на лицо дракона. — Я и так как-то странно… Слегка змеиная улыбка приковала его взгляд. — Тогда можно и без вина, — покладисто согласился Арденс. Узкие зрачки постепенно расширялись. — Можно, — рассеянно поддакнул Аурелиан. Никто из них не смог бы ответить, кто первый потянулся за поцелуем. — С-сокровищ-ще моё, — сбивчиво прошипел Арденс, опрокидывая рыцаря на кровать.