Мой. Твой. Наш.

- Вот. На колени Рамлоу ссыпалась целая горсть стреляных гильз. - И что мне нахер с этим делать? – прищурился Брок, бросив шнуровать кроссовки и поднимая взгляд на Зимнего. - Не оставлять следы на точке, - пояснил тот свои действия. - Молодец, блять. Умничка, нахуй, а теперь пиздуй на тренировку! – рявкнул Рамлоу, вставая. Остатки гильз со звоном покатились с его спортивных штанов. – Эй, Роллинз – прогнать пять кругов с этим долбоёбом и организуйте препятствия. - Так точно! – отрезал Джек, полюбивший в последнее время вместе с прочими членами отряда С.Т.Р.А.Й.К.а усложнять Барнсу его пробежки. Например, кидая в него все, что не приколочено. От грифов штанг, до скамеек для отжиманий. Или швыряя под ноги зазевавшегося Таузига. В прошлый раз тот среагировал не очень быстро, так как его все же схватили. Но достаточно – чтобы самому вцепиться в ноги Зимнего и едва не завалить. Дернув глазом, Брок пошел в дальний угол зала, проверяя крепость намотки на кулаках. Ебаный боже, прости господи. И до весны вроде аж три месяца. Рано накрыло Барнса, рано. Встав перед грушей, Брок заткнул уши музыкой, поглубже вдавливая наушники. Ему не хотелось слышать те вопли и крики, которыми команда сопровождала продирающегося сквозь их ряды Баки. Сука, у собак клички оригинальнее. Баки, млять. Рамлоу с силой нанес первый удар. *** Рамлоу подавился фрешем и закашлялся. Блядский сок свежеубитых апельсинов прыснул даже из носа. - Отчет, - прокомментировал свое бесшумное подкрадывание Барнс. – Велено доставить лично. Брок откашлялся, вытерев нос и губы тыльной стороной ладони, отряхнул фирменную куртку. Стоящий перед ним Зимний смотрел куда-то поверх его плеча. - Сп… спасибо, - хрипло отозвался Брок, вырывая бумаги из его рук. На бумаге писал только Роджерс. Лично, мать его так. – Свободен. - Фактически, ты не можешь мне такое говорить, - прозрачные глаза внезапно цепко и холодно уставились в его собственные. – Я не твой подчиненный, Рамлоу. - Ну тогда вали нахер, - фыркнул Брок. – Еще раз так подкрадешься, я тебе гланды через жопу вырву. И по ушам распихаю. - А ты смелый. - Танцуй отсюда, детка. Сжав бумаги липкой ладонью, Брок вперился в неожиданно ехидно ухмыльнувшегося Зимнего и старательно дождался, пока тот развернется и свалит. Что. Блять. Ему. Нужно. *** - Рамлоу? Нога от неожиданности поехала, и Брок едва не улетел носом в стену душевой. Если бы его под локоток, как какую-то сраную мадам, не поддержала другая крепкая рука. - Кэп, ты с хрена ли крадешься? – возмутился Брок, вырывая руку. – Я тут, может, дрочил! Может, даже на тебя! Роджерс мило покраснел, насколько мило может краснеть двухметровая цельнометаллическая махина. - Воду отрубили в ваших супер душах? В следующий раз проходи молча, не надо здороваться с каждым. Брока ничуть не смущала собственная пенная нагота. Прямо-таки ети её Венера Милосская или как там ту пухлую рыжуху из ракушки звали. А вот Роджерса, одетого в спортивные штаны и футболку, явно смущала. Даже пятнами пошел. - Я искал тебя в зале… - А нашел тут. Ну поздравляю. Вышагнув вперед из-под воды, Брок сложил руки на груди и полюбовался на румяные уши Кэпа. Ути-пути, хоть прикуривай. - Я хотел поговорить насчет… Баки. - Мы тебя с моим членом внимательно слушаем. До Роджерса стало медленно доходить, что место и собеседник были слегка не готовы к диалогу. - Ой. Я… я там тебя подожду! - Сделай милость, - покровительственно фыркнул Брок и спиной зашел обратно под душ. Когда двадцать минут спустя он вышел в зал, Кэп бежал по треку, бодро взмахивая руками. - Баки, - протянул Брок, когда Роджерс затормозил около него, даже не запыхавшись. - Что там насчет него? - Я поговорил с его психологом, и он сказал, что у него может случиться… Импринтинг. - Ну так привей его, или как там сейчас всякую заразу срамную лечат. Говорят, хорошо хрен полоскать в… - Не… так, - покраснел Роджерс еще сильнее, чем в душе. Рамлоу насмешливо потянулся, проведя руками по мокрому затылку. Интересно, а когда Роджерс вторгается в очередную дамочку, он говорит «простите, пожалуйста, что потревожил» и так же душно розовеет? - Док сказал, что возможно среди окружающих он выберет человека, которому захочет подчиняться. - Как типа те извращенцы, которые друг друга плетками хлестают? - Эм… не думаю. Док сказал, что Баки нужен крепкий авторитет, чтобы ментально расслабиться. - А твой авторитет не достаточно крепок? – ехидно поддел его Брок, выделив голосом «авторитет». С таким же успехом он мог сказать «хуй». Роджерс вспыхнул и даже закусил нижнюю губу. Едрить он институтка. Врут про его кордебалетные оргии? - Он привык подчиняться. Ему нужна крепкая рука. Ему нужен ты. Он тебя выбрал. - Это… с хрена ли? – осторожно спросил Брок, отступая от Роджерса. – Э, нет. Вы там, мальчики, сами разбирайтесь. У кого… крепче. Я с суперами связываться не собираюсь. Мне хватает того, что Барнс и так тут трется круглые сутки и ходит за мной, как… Оу. Роджерс кивнул с несчастным видом. - Ему нужно твое признание и одобрение. Иначе он может опять сорваться. Ему нужен его куратор. - Я не его куратор, - отрезал Рамлоу, перехватывая лямку спортивной сумки поудобнее. – Кэп, приди в себя. Я, нахуй, самый неподходящий для этого засранец. Бывай. - Рамлоу, ты не понимаешь! – страдальчески прокричал Стив ему в спину. – Он уже выбрал! Мне очень жаль! - Себя пожалей, - буркнул Брок, садясь в машину на подземной парковке. – Завтра я поговорю с этим железным педиком. И никто… - Ну привет, - тихо проговорил мягкий голос с заднего сиденья. И в затылок впились ледяные пальцы. *** - Ты только успокойся, - начала было Наташа. Но Стив тут же сорвался со стула. – Я не совсем понимаю, что происходит, но… - Где они? - Они?.. А ты в курсе уже что ли? Они на плацу, но Стив… Роджерс рванул на выход. - Рамлоу нельзя убивать! – протараторила она, припускаясь следом. – Он на балансе у Щ.И.Т.а! *** - В какой-такой жопе мира тебя учили так бегать, солдат?! То, что твой обожаемый, мать его в сраку, Союз развалился – не повод следовать его примеру! – разорялся Брок, пилотируя одной рукой небольшой карт с надписью «вы все здесь умрете». – Колени выше, руки четче! БЕГОМ, ПАДЛА! Барнс, и без того бежавший довольно резво, стартанул еще шустрее, вскидывая колени так высоко, что грозил устроить самому себе перелом нижней челюсти. - РОЛЛИНЗ! – проорал Брок, подхватывая с сидения рядом громкоговоритель. – Зажигательные! - Зажигательные? – закричал Стив, замерший на краю поля. - Оу, - улыбнулась в кулачок Наташа. - ПЛИ! – радостно проорала Мэй с вышки, махнув биноклем. И на площадку вкатились сразу три снаряда, разбрызгивая вокруг мерзкий черный дым. Барнс еле успел увернуться от его клубов, как смесь вступила в реакцию с воздухом и воспламенилась. Мощный удар сотряс плац, отдав вибрацией даже в дальние ангары. - РОЛЛИНЗ! - ДА, СЭР! Из-за спины остолбеневшего от происходящего Роджерса вырулил груженый непонятными бочками БТР. Миновав чернильные клубы дыма, БТР обогнал бегущего Барнса и вильнул. Бочки стали падать перед ним, выплескивая вязкую жижу. Зимний, не успевший среагировать, плюхнулся в центр самой крупной лужи и прилип, неумело барахтаясь. - ДАМЫ! – хрипел динамик в руках Брока. – Полюбуйтесь на эту тушу. Сто пятьдесят килограмм идиотизма и самоуверенности. ТЫ ДУМАЛ, ТЫ БЕССМЕРТНЫЙ! А ВОТ И НЕТ! РАССЛАБИЛСЯ! ДУМАЛ, РАЗ СТАЛИНА НА ТЕБЯ НЕТ, МОЖНО САЧКОВАТЬ?! ТЕПЕРЬ Я НА ТЕБЯ ЕСТЬ, БАРНС! Брок бросил мегафон обратно на сиденье, подрулил к борющемуся с жижей Баки и ловко выпрыгнул из карта. - Какое убогое зрелище, солдат, - рявкнул он. – Ты решил произвести эпиляцию в полевых условиях?! - Никак… нет, - невнятно пробормотал Барнс, застывая, как муха в янтаре. - Тогда какого хера ты тут катаешься?! Любишь боль, солдат? Так я организую. РОЛЛИНЗ! - Так точно, сэр! - Отскребите этого сбитого енота от плаца и суньте в душ. Через полчаса жду у себя с отчетом! Ты меня понял, призрак коммунизма?! - Так точн… - НЕ СЛЫШУ! - ТАК ТОЧНО, СЭР! Рамлоу поднялся, с хрустом размял шею и пошел прочь, кивнув на карт Мэй. Та понятливо метнулась к матерящемуся Джеку, тянущему Барнса из лужи за ботинок. Она как раз успела к моменту, когда ботинок снялся со ступни, и Роллинз бухнулся в ту же лужу под оглушительный хохот остальной команды. - Рамлоу, это перебор, - прошипел Роджерс, увязываясь за командиром Страйка, спешащим в тень. – Это кхе-кхе, ужасно! - Давай-ка ты не будешь лезть в мои методы воспитания, - отрезал Брок, стараясь дышать неглубоко, чтобы не надышаться дымом. – Ты пришел ко мне, заявил, что Барнс, как озабоченный кобель, пристроился у моей ноги. Потом сам Барнс влез в мою машину и едва не придушил… - Что?! Брок так резко остановился, что Стив влетел ему подбородком в затылок. - Знаешь что? – прищурившись, спросил Рамлоу плавно разворачиваясь. – Имел я вас обоих в особо извращенной форме. - Чт.. - Все привыкли с вами носиться, как с пасхальными яйцами. Но знаешь, что, Роджерс? - Что? – завороженно спросил тот, пялясь в поразительные желтые глаза напротив. - Тут Я устанавливаю правила. И если ты сунулся ко мне – будь готов огрести, - Рамлоу подшагнул, едва не утыкаясь Стиву носом в нос. – Ты хочешь ко мне сунуться, Кэп? - Вообще-то… - внезапно засмущался Стив. Но его перебил взрыв нечеловеческого хохота. Он обернулся, а Брок наклонился и выглянул из-за его бока. В небольшом отдалении от них стоял Баки в одних семейниках сурового черного цвета с кокетливым сердечком по центру. В руках он сжимал остатки формы и, видимо, гордости, потому что ни единый мускул не дрогнул на его лице, когда красная от натуги Мэй согнулась пополам. - РОЛЛИНЗ?! - Так точно, сэр! Джек, перемазанный с ног до головы и лишившийся куртки с футболкой, кивнул Барнсу в сторону комплекса. - Господи… сука… - рыдала Мэй, даже не пытаясь стирать льющиеся слезы. - Все свободны! – рявкнул Брок и зашагал следом за отрядом, в пол голоса обсуждавшим, как бы еще применить мерзкую жижу, выданную им профессором Беннером. К моменту прибытия в комплекс – лидировала версия по залитию оной в костюм Старка. Со Старком внутри разумеется. *** - И прям вот обязательно?.. – скептически наклонил голову Рамлоу. Но неожиданно даже для самого себя взял предложенную губку. Зимний выглядел тихим и смирным. Брок ошибочно решил, что на плацу он сдерживал злость. Но нет, Солдата реально попустило. И вся та злая нервозность последних дней ушла. - Слушай, я в психологии не силен. Но если ты попросишь тебя бить там, или… - Меня никогда не били, - устало заявил Барнс. – Обнуляли, да. Больно, звездец. Но не били. Меня, Рамлоу, серьезно?! Хмыкнув, тот подцепил его за бицепс на плече и развернул мордой в стену, накачанной задницей к себе. Обильно полил загорелые лопатки гелем, и принялся растирать плечи, взбивая пену. - Тебе полегче? - Да. - Бросаться больше не будешь? - Нет. - Меня слушаться? - Да. Каждый ответ звучал все тише и тише, пока Брок наконец не спустился к ногам, усевшись на корточки, проходясь легкомысленной фиолетовой губкой по стальным икрам. - Кто бы мне сказал, что я буду играть в дочки-матери с самым больным ублюдком по эту сторону Атлантики… - ухмыльнулся Брок. – Поворачивайся, балерина. Мокрые ступни пошлепали по мокрому полу. - А Роджерс не может тебя после дефиле канифолить? Я человек занятой, Барнс. У меня, знаешь ли, дела. И это я вовсе не про полировку твоего члена. Он поднял голову и наткнулся взглядом на совершенно отсутствующее выражение лица Барнса. Как будто бы его тут и не было. Совершенно пустые бессмысленные глаза. Брок невольно наморщил лоб, быстро провел губкой по бедрам, выжал пены на промежность Зимнего, и встал. - Эй, красавица, что такое «spasibo dedu za pobedu»? - Что? – невнятно спросил Барнс, чуть покачиваясь от интенсивности движений губки по своей груди. – Что? - Ты слышал, я это еще раз не повторю. Так иногда Романова говорит в наушник после миссий. - Да? – вяло ухмыльнулся Баки. – Это она Стиву. Подъеб на русском. - А то-то я не догадался, что это русский, - фыркнул Брок, пихая Барнса под струи воды. – Стебет национальный символ. А-яй. - У нее он немного другой, командир. Серп там, молот. Брок старательно растер плечи и принялся за шею. Барнс замолчал, сжал губы, запрокидывая голову. Рамлоу поймал себя на неожиданно странном… теплом чувстве?.. - Знаешь, я люблю полировать свою винтовку, - проговорил он, проводя Барнсу губкой по лицу. – Никогда не думал, что буду полировать еще и постороннего мужика. У тебя бы хоть встало для приличия. - Спасибо уже не котируется? – фыркнул Баки, стирая пену с глаз. - Ага, щаз. Отработаешь. - Отработаю. Прозвучало как обещание… Угроза. Как обещание-угроза. Брок старательно не смотрел в серые глаза напротив. *** - Это нормально вообще? – кипятился Стив, не замечая, что вилка в его руках по форме стала больше напоминать скрипичный ключ. - Ты сам придумал отвести Барнса к тому психологу, - пожала плечами Наташа, отправляя в рот очищенную дольку яблока. – Посмотри, он выглядит… вменяемо. - Рамлоу вертит им как хочет! - В этом и был смысл, Стиви. У него тяжелый посттравматический синдром. Он не может после стольких лет зомбирования взять и отказаться от привычной модели поведения. И твоя дружба не в силах с этим помочь. Ты его любишь. А надо строить и доминировать. Стив угрюмо уткнулся в свою чашку с мерзким сублимированным кофе. - Стиви, из тебя доминатрикс, как из Брока трепетная тян. - Кто? - Н… Неважно. Вижу, файл с современным слэнгом, который я тебе кидала месяц назад, ты не открывал, - осуждающе протянула Романова. – Я понимаю, ты ожидал, что друг вспомнит и вернется к тебе. А не будет жить с каким-то мужи… - ЧТО?! Вилка переломилась в пальцах пополам, столик пошел трещиной, а Наташа отодвинулась вместе со стулом. В полном молчании весь кафетерий штаба уставился на них. - Ну… - Романова бросила быстрый взгляд в сторону, где Рамлоу, Роллинз и Барнс застыли с подносами в руках. – Барнс… он живет у Брока уже месяц… Роджерс молча посидел еще пару мгновений, а потом встал и вышел прочь, сжав кулаки. Наташа ответила всем наблюдающим очаровательной улыбкой и потянулась за новой долькой. *** Зрелище было редкое. Барнс спал на кухне, улегшись на барную стойку, и уткнувшись лбом в сложенные перед ним руки. Сваливающиеся штаны являли Броку копилку, от чего, почему-то было смешно. Опасный убийца и маньяк с перекошенным хвостиком на голове и голой задницей на его, Рамлоу, кухне. - Во что превратилась моя жизнь, - хмыкнул он, ставя пакеты на пол. – Дорогая, я дома. Барнс не вскинулся, как подстреленный в жопу олень, не вздрогнул, не дернулся. Он медленно и лениво приоткрыл глаза, потянулся и, свесив руки по другую сторону стойки, замер. - Нехер спать, что ночью будешь делать? Впрочем, срать я хотел. Я сегодня к Роллинзу. - Я хочу с тобой. - Ты, блять, НЕ со мной только когда я хожу в туалет. Так что сегодня ты сам по себе. Смотри, не убейся, когда будешь делать попкорн. - Подумаешь, - буркнул Баки, опять потягиваясь так, что захрустели позвонки. – Забыл, что металл нельзя в микроволновку. - Это была бы пиздецки смешная смерть, - хмыкнул Брок. – Твоя обгоревшая жопа поверх дымящихся руин! И, проходя мимо, не удержался и потрепал Барнса по голове. Жест был детский и глупый. Смутившись, Рамлоу отвернулся к раковине, вываливая туда сливы. - Вот, купил тебе этой синей херни. Ты же их хотел? Там… Привычка Баки обниматься сначала пугала, потом стала раздражать. А по прошествии двух месяцев… стала в порядке вещей. Барнс не позволял себе ничего такого. Просто подходил со спины, старательно топая, обнимал поперек груди и клал подбородок на плечо, прижимаясь носом к щеке. И в эти моменты Брок даже не знал, кого ощущает рядом. Наверное, это и были те редкие проявления настоящего Бьюкенена Барнса, которые так хотел видеть Кэп. А видел Рамлоу. Не Зимнего солдата, не оружие Гидры. Почти нормального молодого мужика - Ну ты, блять, когда к поцелуям перейдешь, - хмыкнул Брок. И его резко качнуло, когда Зимний развернул к себе. - Я уж думал, не попросишь, - на полном серьезе выдал он и впился губами в губы Рамлоу. *** - Что это за ебанный стыд?! РОЛЛИНЗ?! - Да, сэр! - Если у Таузига выбита нога, мы берем его на спину – и несем до финиша. Мне срать, что у тебя геморрой! - Так точно, сэр! - МЭЙ! Какого хера ты делаешь? Думаешь, если ты девочка, то можно притвориться умирающей? Нечем дышать – иди в балет! Болит простреленная рука – иди в балет! ПОТОМУ, ЧТО ТОЛЬКО В БАЛЕТЕ МОЖНО ТАК ПОЛЗТИ ПО ПОЛОСЕ ПРЕПЯТСТВИЙ! Если у тебя критические дни, то лучше страдай в себя! Мне глубоко похуй, что и где у тебя там… БА-А-А-АРНС, СУКА! ЧТО ТЫ ТВОРИШЬ! ПОСТАВЬ МОТОЦИКЛ НА МЕСТО! ДЕРЖАТЬ СТРОЙ! СТРОЙ, БАРНС! НЕ НАДО КИДАТЬ МОТОЦИКЛ В… Брок подавился слюной и закрыл ладонью лицо в бессильной злобе. Это был такой форменный пиздец, что хотелось грызть асфальт. Вся его группа только что феерично провалила пробный забег по обновленной Старком полосе препятствий. И одним из главных гнилых звеньев был именно Барнс, на которого он возлагал надежды, научившись, наконец, управлять этим отмороженным. И вот теперь Рамирез висит вверх ногами на колючей проволоке. Мэй бежит согнувшись, зажимая живот, в который прилетело бревном, Роллинз тащит на себе Таузига, а тот отстреливается от мелких дронов. Отстреливается, раз за разом попадая в прущихся за ними Барнса и Ларсона. Прочие члены группы завязли еще на этапе преодоления рва. Кэп его выебет. Насухую. А Романова снимет и выложит на ютуб. - Я слишком стар для этого дерьма, - пробормотал Рамлоу, глядя, как на него несется Роджерс, гневно раздувающий ноздри. - Не работает, - первым делом проговорил Стив. – Наш метод больше не работает. Ты перестал быть для Баки авторитетом. Он больше не слушается. «А вчера делал аб-со-лют-но все», - тоскливо подумал Брок и невольно потер свежий засос на ребрах. - Ваши предложения, Капитан? – ехидно отозвался Рамлоу, без приглашения обрушиваясь в кресло. – Если ты думаешь, что контролировать его легко, то ты, мать твою, очень ошибаешься. Хочешь искать Барнсу новый «авторитет» - вперед и с песней. Я вообще не обязан был соглашаться. И носиться с ним, как с "godovasikom tugoserei". - Рамлоу, ты забываешься… - Ой да ладно, как будто я не вижу, как ты на него смотришь. Не на тот авторитет Барнс прыгнул, а? - Что?! - Что? Они уставились друг на друга. Роджерс в ярости, Брок скептически. - Кэп, я устал. Очень устал держать его в узде. Один момент он спокойный, другой орет дурниной и из рук выворачивается, отмахиваясь своей клешней. По ночам бродит, спотыкаясь о мебель. Посреди рабочего дня зависает с такой рожей, будто его отформатировало. А у меня есть куча работы, Кэп. От меня зависят жизни людей. Моих и не только. Ты видел, что сегодня было на тренировке? Мое время уходит на Барнса. Мои люди уходят нахер. Так быть не должно. - Предложения? – неожиданно по-деловому спросил Стив, усаживаясь за стол. - Будем поднимать твой авторитет, - хмыкнул Рамлоу. – Может, тебе даже понравится. *** - Волосы, - Стив послушно собрал гриву Барнса в охапку и неумело перетянул резинкой с запястья. - Ключ на три. В ладонь Баки лег нужный инструмент, и он опять скрылся в шкафу под раковиной, выставив миру свои идеальные ягодицы в цветастых спортивных шортах. - А могли бы просто вызвать сантехника, - зевнул Рамлоу и с тоской посмотрел в сторону спальни. Вообще-то, в свой законный выходной, второй в этом месяце, он имел право поспать подольше. Скажем, до девяти. А не просыпаться от воплей с кухни, фонтана брызг и двух мокрых суперсолдат, затыкающих ревущую раковину друг другом. Поднятие авторитета Стива внезапно перетекло в его проживание во все той же, мать ее так, квартире Рамлоу. И единственное, что теперь поднималось, это уровень раздражения Брока, при виде того, как Роджерс во-первых, ходит по квартире весь такой идеальный и вкусно пахнущий. А во-вторых, херит его благие начинания в сфере дрессировки Барнса. - Его нельзя баловать, - рычал он, глядя, как Роджерс пихает в тележку с продуктами третью упаковку пончиков с глазурью. - Но он так много страдал... - А теперь страдает моя поджелудочная! Ты забил холодильник несъедобным говном! - Но Баки любит дор блю... - Если тот сдохший и покрытый плесенью сыр - это все, что он помнит из ваших каникул во Франции, то у меня для тебя плохая новость, Роджерс! Эта тварь скоро эволюционирует и начнет наносить нам демократию! Положи... ебена матерь, положи флаффы! Ты хочешь, чтобы жопа Барнса слиплась?! - А ты за его жопу не переживай. Мужчины смерили друг друга пристальными взглядами, отметив прошмыгнувшую мимо покрасневшую посетительницу бакалеи. - Знаешь, - протянул наконец Рамлоу. - Бери свою жопу, его жопу - и валите оба нахер из моей квартиры. Чтобы когда я пришел, вас обоих не было. И срать мне, что там у твоей детки в голове перемкнет. Я заколебался играть в психотерапевта. Вы два отмороженных кретина. - Но Брок... - Все, у вас пара часов. Когда Рамлоу вернулся домой, его встретила блаженная тишина и лужа на кухне. На столе лежала резинка для волос. *** - Сука! У тебя месячные с Романовой синхронизировались что ли? Что... ЧТО ЭТО, БАРНС?! Это косичка? Я вижу на твоей пустой башке косичку? Есть такая штука - называется мачете! Я ею побрею твой череп, если еще раз увижу, как ты отвлекаешься на свои локоны! На задании никому нет дела до твоего имиджа, мутант ты тупорогий... РОЛЛИНЗ! - Да, сэр! - Если еще раз увидишь, как этот полуфабрикат поправляет свои космы - хреначь напалмом! - Так точно, сэр! - Еще не хватало, чтобы он, глядя в прицел и страхуя наши задницы, отвлекался на прическу и блеск для губ. Упали, отжались, потом десять кругов и в душ! Прооравшись, Рамлоу припустился в раздевалку, старательно давя на лице гримасу боли. Голова болела так, что отдавало куда-то в шею и плечо. Похоже, травма с последнего задания все-таки давала о себе знать. Видимо, он зря так рано ушел в окно палаты, решив не отлеживаться положенные трое суток. Почти добежав до тренировочного зала, Рамлоу рванул на себя дверь командирской душевой и как был, в штанах, футболке и ботинках, встал под душ, открутив ледяную воду на максимум. Голове и плечам немного полегчало. Упершись руками в стену, он сгорбился, прикрыв ноющие глаза. Вот если бы еблан Роджерс не сиганул через стену, то возможно у Рамлоу и головы-то не было бы. Что не отменяет того факта, что осколком ему смачно прилетело прямо в висок. Гребанные суперы. Чертовы модификанты! Сукины... - Командир, ты в порядке? Брок вздрогнул всем телом, едва не прикусив язык. - Я тебе говорил, что сделаю, если ты еще раз ко мне подкрадешься, Барнс?.. - Выебешь. Кстати, было бы неплохо, а то мы так и не с тех пор, как я съехал. А это уже две недели. Броку не хотелось поворачиваться. Руки почему-то стали неподъемными, а ноги стали уходить прямо в пол, ощущение было забавным. - Иди отсюда, олень. И эльфа своего забери, если он приперся с тоб... - Рамлоу, ты не в порядке, - тут же раздался голос справа от источника голоса Барнса. - Я перегрелся. Пошли оба вон, это моя душевая. Там написано - для командира С.Т.Р.А.Й.К.а. Ты командир? Или твоя подружка? Вот и чешите. - Зови мисс Беннет... Это было последнее, что услышал Брок перед тем, как кафельная стена резво прыгнула ему в лицо. *** - Я буду его беречь! - Ой, я бы на это посмотрел. - И смотри. Но Рамлоу мы больше не оставим. - Я не думаю, что он будет с этим согласен. - Если ты вытащишь свой язык из жопы, Стив, и все ему наконец скажешь, нам всем будет проще. Твои намеки вроде кофе, цветов и брелока для его мотоцикла он не оценил. И никто в этом веке не оценил бы, Сти-и-ив. - Много ты знаешь об ухаживаниях. - Побольше твоего. Ты что, не знаешь Брока? Серьезно? Цветы? Да он твой букет едва Таузигу не скормил. Думал, это шутка такая. - Просто он в курсе, как я тебя... ну. - Ага. - И как я ему скажу, что я еще и его... того. - Угу. Словами скажешь, через рот. - Ему это все не нужно. - Ты сначала спроси, а потом страдай, Сти-и-ив. Брок обреченно вздохнул и открыл глаза. - Блять, я даже помереть в тишине не могу, - буркнул он, отмечая, как просияли два лица напротив. - Что? Что вы тут делаете оба два? - Караулим, - серьезно отозвался Барнс. - Это коса у тебя на голове? - Это плетение. И так удобнее. Брок прикрыл глаза, прислушиваясь к своим ощущениям. Голова не болела, шея тоже. Во всем теле царило приятное расслабление, он словно растекся по кровати. И не мог вспомнить, когда в последний раз ему было так хорошо. Его ладони коснулись теплые пальцы. Приоткрыв веки, Рамлоу пронаблюдал, как Барнс приподнял его руку и уложил себе на макушку. - Это еще что? - проворчал он, невольно зарываясь пальцами в густые пряди. - Ты собака что ли? - Как хочешь, - пожал плечами тот и неожиданно ухмыльнулся. - Мы это... мы переживали, - потупившись, заявил Роджерс, стоящий у подставки с попискивающим монитором. - Прямо не спали, не ели, не еблись, - фыркнул Брок. Сгреб волосы Баки в кулак и потянул на себя. - Ничего не можете без папочки. - Абсолютно, - тут же согласился Барнс, послушно укладывая подбородок на предплечье Брока. - Стив хочет тебе что-то сказать. Да, Сти-и-ив? - Да. Я хотел сказать... - Не мучайся, Роджерс. Я все слышал. Я невъебенно удивлен и беру время на подумать. А теперь идите оба нахер. Кажется, я впервые в жизни выспался. И планирую продолжить. - Но мы вернемся. Барнс быстро подтянулся выше и смазано чмокнул Брока в сухие губы. - Как блядский бумеранг, ага. Когда за ними закрылась дверь, Брок невольно задумался, кто же из них кого в результате выдрессировал. *** - РОЛЛИНЗ! - Чего ты орешь... Джек душераздирающе зевнул и взъерошил волосы. Хотелось есть, спать и в кустики. - Там... там... - прозаикался Ларсон, указывая в сторону земляного вала, за которым теоретически засел теоретический противник. - Там? - спросил Роллинз. До учений было еще часов пять минимум, судя по розовой кромке рассвета. А значит ничего такого ТАМ быть не могло, кроме... Челюсть Джека невольно отвисла, а голосовые связки выдали невнятное э-э-э, когда он наконец рассмотрел. - Я один это вижу? - полушепотом спросил Ларсон. - Нет, - Роллинз попятился к палатке, утягивая напарника за собой. - Еб твою... Ох ты ж нах... Надо звать командира... Солдаты споро отступили, развернувшись спиной, едва из поля зрения пропал впилившийся в землю кроваво-красный железный костюм. Воткнувшийся при посадке так, что над поверхностью остались одни только ноги. - Роллинз, мы же... никто из наших так и не?.. Ну, ту черную херню Беннера?.. - прозаикался Ларсон. - Кажется Мэй хотела залить ее в сопла... - просипел Джек. - Господи Иисусе, пусть у него просто отказала навигация! - Или его сбили собственные ПВО! Командир должен быть сегодня добрым! Роджерс на задании, а Барнс на курсе терапии в Делавере. Никто его не дергал почти неделю! - Думаешь, посаженный как пион Старк его не выбесит?! Не выбесил. И даже развеселил, хотя Мэй и выписали сто три штрафных круга, а Таузигу за то, что смеялся - пятьдесят семь. Рамлоу был суров, но справедлив. И знал толк в дрессировке.