В сети

Ладно, аноним, делюсь отчётом обо всём, что произошло. Это был, вероятно, самый странный вечер в моей жизни, скажу честно, так что я решил поделиться им с тобой, мой незнакомый советчик. Предупреждаю сразу, следующие строки наполнены сопливым драматизмом чуть более, чем полностью, так что если ты не большой любитель подобного, тебе лучше пройти мимо, ок? Начать с того, что проснулся я около четырёх. Это было большой проблемой, так как сколько бы я не пытался сосредоточиться на работе, у меня ничего не получалось. В итоге мне удалось доделать только одно задание, сроки которого уже горели, и я бросил это гиблое дело, то есть работу, начав готовиться к приходу Дина. А так как того, как именно готовиться, я не знал, то я по большей части только слонялся по квартире, перекладывая вещи. Мне, правда, пришлось сделать заказ в интернет магазине, хотя в холодильнике было полно еды, а Дин обещал принести что-то с собой. Просто у меня нет привычки держать дома пакеты, так как я почти ни с кем не вижусь, а потому запасного у меня не было. К счастью, курьер приехал до того, как пришёл Дин, так что я успел не только получить новый пакет, но и вырезать в нём дырки для глаз. Кстати, спасибо милой девушке, которая напомнила мне, что мне придётся как-то есть с этой штукой на голове. Благодаря её замечанию я выбрал пакет побольше. Да, он опускался почти до моих плеч, зато я мог оттянуть его так, чтобы без особых проблем проносить под него вилку с едой. Я даже специально потренировался перед тем, как пришёл Дин. Кроме того я слегка прибрался, хотя у меня, на самом деле, и так довольно чисто. Я не люблю пыль и сильный беспорядок, так что часто делаю уборку. Я могу потратить на неё всё то время, что обычные люди, вынужденные выходить из дома, тратят на то, чтобы добраться из одного пункта в другой. Но я опять не о том. Так вот, к семи часам мне стало совершенно очевидно, что Дин не придёт. Я не стану говорить, почему мне пришло это в голову. Я и сам не знаю точно, что именно такого случилось, но я почему-то был уверен, что он не придёт. И я с нетерпением ждал наступления восьми только для того, чтобы, наконец, расслабиться и перестать ждать. Этот час был невероятно долгим, мне даже казалось, что мои часы сломаны, потому что не могло быть такого, что десять минут длились целую вечность. Я попробовал читать, обдумывать один из своих проектов, играть, но ничто не увлекало меня, я должен был, кажется, через каждую секунду смотреть на часы. Это было очень странное состояние. Я знал, что Дин не придёт, но пока не наступило восемь, я не имел права окончательно и утвердительно это заявить. То есть не имел права полностью расслабиться, потому что не было никаких фактов, подтверждавших то, что он не придёт. Последние полчаса были настолько ужасными, что я решил, что как только настанет восемь, я пойду в душ. Это всегда здорово помогает расслабиться и собраться с мыслями, а с помощью температуры воды можно даже управлять своим настроением. Да, душ бы мне определённо помог. Но до него оставалось ещё целых тридцать минут, в течение которых я ходил по комнате, разговаривал сам с собой и катался по кровати. Довольно странное занятие, верно? Без двух минут восемь я уже настраивал воду. Я знал, что Дин не придёт, но если бы он вдруг пришёл, я мог бы выключить её одним движением руки, так что это ничего не меняло. Без одной минуты я уже стянул с себя футболку. Я тоже легко мог бы натянуть её обратно очень быстро, если бы ровно в восемь он позвонил в дверь. Но наступило восемь, а он не позвонил. Не знаю точно, испытал ли я огорчение или облегчение в тот момент. Мне было безумно жаль, что я не увижу его, не смогу поговорить с ним, но я был, с другой стороны, рад, что не попаду в некрасивое положение снова. И, конечно, я злился, потому что мой день, по сути, был загублен этим глупым ожиданием. Я быстро разделся, встал под душ и сделал воду погорячее. И вот, стоило только мне расслабиться, как прозвенел звонок. Я дёрнулся и едва не подскользнулся, так что, пока я выравнивал себя перпендикулярно полу, звонок прозвенел ещё раз. А я, во-первых, не люблю этот звук, а во-вторых, не люблю заставлять людей ждать. Поэтому я быстро выключил воду и выбрался из кабинки, едва снова не растянувшись на полу. Пока я быстро вытирал тело, звонок прозвонил в третий раз. Это было ужасно. Меня вдруг охватила паника при мысли, что Дин, а звонил, я был уверен, именно он, сейчас просто развернётся и уйдёт, а я его, мне казалось так, больше не увижу. Именно поэтому я очень спешил. Я понимал.что натягивать на мокрое тело футболку или джинсы буду очень долго, поэтому я ограничился трусами. Ужасно, но у меня нет ни одного халата. Так как живу я один, я хожу либо в нижнем белье, либо голым, либо завернувшись в одеяло, а потому он мне не нужен. Но сейчас я жалел, что у меня нет такой ценной вещички. В общем, я натянул только трусы. И, конечно, пакет, который мне пришлось надеть прямо на мокрые волосы. Хорошо ещё, что он был достаточно плотным и плохо размокал, хотя и прилип ко лбу, фиксируя дырки для глаз так, что я видел не то, что прямо передо мной, а только то, что немножечко ниже. То есть в тот момент, когда я всё-таки распахнул дверь, я был долбодятлом в трусах и с мокрым бумажным пакетом на голове. - Эээ... - постепенно это "э", которое выдал Дин, увидев меня, перешло в странное кряхтение. Я не видел его лица, только коробку пиццы и три бутылки колы, которые лежали на ней сверху. И ещё упаковку пива, которую он держал в опущенной руке. Но, я думаю, он был очень удивлён. - Проходи, - предложил я, пропуская его в квартиру. - Я только сейчас оденусь, - я отвернулся и быстро зашагал в сторону ванной. Но стоило мне подойти к двери, как мне внезапно стало так смешно, что я повалился на колени и, давясь смехом, упёрся руками в порог ванной, пытаясь успокоиться. - Эм... - уточнил сзади Дин, подходя поближе. Я продолжал смеяться, даже не думая о том, как это выглядит со стороны. Точнее именно то, как это выглядит со стороны, и заставляло меня смеяться. - Ты в порядке? - Это смешно, - отозвался я, не оборачиваясь. Смех понемногу утихал, так что я уже мог говорить. - Правда, это смешно. - Возможно, - отозвался он, вероятно, глядя на меня как на идиота. Я нашёл в себе силы сделать несколько движений и переползти в ванную, где и уселся на пол, подтягивая к себе свои джинсы. Видимо, Дина это немного напугало. - Всё хорошо, - сказал я уже спокойнее. По крайней мере мне казалось, что я говорил это спокойнее. - Иди на кухню, я скоро приду, - и я закрыл дверь. Я снял с головы пакет. Он сильно промок, но не начал, к счастью, расслаиваться. Мне пришлось хорошенько просушить и голову, и пакет феном, но теперь он смотрелся довольно жалко, и я боялся, что он может порваться. Кроме этого я оделся, но, надеюсь, это не отняло слишком много времени. Мне было очень жаль, что я оставил Дина там одного. И, конечно, я в очередной раз убедился, во-первых, в том, что моё чутьё далеко от совершенства, а во-вторых, в том, что я полный неудачник. Когда я вернулся, Дин уже нашёл нож и порезал пиццу, так что теперь она лежала в коробке порезанная аккуратными треугольниками, а вокруг неё стояли бутылки колы и пива. Сам Дин пил пиво из одной, прямо из горла, лениво изучая мою кухню. Я понимал, что ему неудобно, так что мне тоже стало неудобно. - Надеюсь, ты любишь салями? - спросил он, когда я вошёл. Я был благодарен ему, так как сам не знал, с чего начать разговор. В интернете в этом отношении проще, ты либо специально знакомишься, сразу обозначив себе круг вопросов, либо сходишься с кем-то в обсуждении некоей темы. А тут... О чём говорить с Дином я действительно не знал. - Люблю, - признался я, доставая тарелки и трубочки. Я почему-то решил, что бокал для пива Дину не нужен, ему и так было хорошо. Я подошёл к столу и, открыв одну из бутылок с колой, сунул в нее трубочку. Потом я достал для себя вилку. Обычно я ему пиццу руками, но сейчас, когда я не должен был снимать пакет, я решил всё-таки пользоваться прибором. - Давно ты тут живёшь? - спросил Дин, забирая себе один кусочек пиццы и откусывая от него. Вид у него при этом был довольным, ему явно нравилось, но меня смущало то, что он не отводит от меня глаз. Я не знал, стоит ли мне радоваться. Ты, аноним, писал, что я заинтересовал его. Но теперь я думал, что могу заинтересовать его только моим пакетом и ничем больше. И это было даже немного обидно. - Уже почти четыре года, - я постарался вспомнить точно. И ещё я знал, что если буду отвечать односложно, беседы не получится. Надо как-то развивать разговор. - Я переехал из семейного дома, когда мне исполнилось восемнадцать. - И как тебе тут живётся? - Дин с интересом, написанным на лице огромными буквами, следил за тем, как я отправляю в рот маленький кусочек пиццы. Точнее для него кусочек отправлялся не в рот, а под чуть оттянутый пакет. Следом за кусочком туда отправилась часть трубочки, с помощью которой я потянул колу. - Не скучаешь по родителям? - Дёшево, места не очень много, а я не люблю большие помещения. Правда, слышимость между квартирами хорошая, - я вовсе не пытался ни на что намекнуть. Наверное, не пытался. Не знаю. - Скучаю. Не только по отцу, у меня большая семья. - Ам... - Дин сделал странное движение губами. - Надеюсь, я тебя не беспокоил... Разными звуками по ночам? - он явно смутился, но испытывал при этом гордость. Я мог бы сказать, что не слышал, как стонут его девушки, но это расстроило бы его. - Большая? Братья, сёстры, тёти, дяди? - Не волнуйся, я работаю по ночам. А "разные звуки" не мешают мне работать. Я сплю днём, - я пожал плечом и отправил ещё один кусочек пиццы под пакет. Дин тем временем взялся уже за второй треугольник. - Братья. И сестра. - Это круто, - непонятно про что заметил Дин, допивая свою бутылку с пивом. Надо сказать, пицца была какая-то совсем уж острая, мне постоянно приходилось пить, как и ему. - У меня есть младший брат. - Сэм? - предположил я, втягивая колу через трубочку. Дин пододвинул ко мне бутылку с пивом, явно намекая, что следующим напитком должно стать именно оно. - Я слышал, как ты разговаривал с ним по телефону. - Да, Сэм, чёрт, тут и правда отличная слышимость, - мой сосед покачал головой, глядя на то, как я допиваю свою колу. Некоторое время мы молчали, я сосредоточенно жевал, Дин разглядывал мой пакет. Мне было немного стыдно и немного страшно, но я не знал, как нарушить возникшую тишину, о чём спросить, что сказать. - Слушай, - после некоторого молчания осторожно начал Дин, - можно нескромный вопрос? - Конечно, - пожал плечами я. За четыре года активного пользования интернетом у меня много чего было, от виртуального секса и грязных разговоров до вопросов на очень щекотливые и не принятые к обсуждению темы. Правда всегда тяжелее, когда твой собеседник смотрит на тебя, говорит с тобой лично, голосом. - Твоё лицо... - он начал, но не смог закончить, только крутанул рукой в воздухе. - С ним всё нормально или нет? - С ним всё нормально, - спокойно ответил я, стараясь показать, что меня не задел этот вопрос. - У меня обычное лицо, без уродливых шрамов или странных уродств, - я открыл пиво и сунул в него трубочку, надеясь, что те капли колы, которые на ней остались, не слишком повредят новому напитку. - Блин, ты первый человек на моей памяти, кто будет пить пиво через трубочку! - восхитился Дин, разглядывая то, как я проделывал эту нехитрую операцию. - Тогда почему ты носишь эту штуку на голове? Это ведь не очень удобно. - Я не люблю, когда кто-то смотрит на моё лицо, - признался я, делая первый глоток пива. Если честно, не очень люблю этот напиток. Я пил его только потому, что Дин принёс. И да, тянуть его через трубочку было странно. - И ты не выходишь на улицу? - уточнил он, разглядывая меня, пытаясь заглянуть мне в глаза, которые были видны через дырки в пакете. На мгновение мне стало страшно, что он понял, что я за ним слежу. И всё из-за этого дурацкого лифта! - Не выхожу, - я не стал спорить, он бы вряд ли сказал, если бы не был уверен. А врать довольно глупо. Мне теперь было стыдно, что я вот так наблюдал за ним. Что, если он пришёл только потому, что хотел разобраться, зачем я за ним слежу? - Совсем? - осторожно уточнил он, опуская глаза и подбирая из коробки ещё один кусочек пиццы. Некоторое время я молчал. - Совсем, - и, хотя мои убеждения относительно того, что мой образ жизни лучше, чем у многих, мне почему-то стало из-за этого стыдно. - Хм... - он задумался, но смотрел на меня не как на психа, а как на того, кто ему интересен. И я решил, что, может быть, я могу заинтересовать его не только этим пакетом, но и всей своей жизнью? Пусть всего на несколько дней, на несколько часов. И ещё мне снова захотелось близости человека. И я решил, что могу рискнуть. - А можно, теперь я задам нескромный вопрос? - я слегка пошевелил пальцами, положив вилку. Мне было страшно. И почему я не внял этому внутреннему голосу, который требовал остановиться немедленно? - Конечно, - расслабленно заявил он, очевидно считая, что раз уж я слышал голоса его девушек, то вряд ли ему есть, что ещё от меня скрывать. Хотя я не знаю, что он там думал, для меня это было загадкой. - Можно... Обнять тебя? - осторожно спросил я. Дорогой аноним, я правда ничего больше не имел в виду, ни на что больше не надеялся, мне хватило бы простых объятий, этого даже было бы много, но... Но я уже говорил, я неудачник. - Эм, - Дин быстро отодвинул стул и вскочил на ноги, отступая к выходу из кухни. - Слушай, я не из этих, извини, - он спиной вышел в коридор и, бросив пиво и пиццу, отступил к двери. - Извини, я не гей, - и прежде, чем я успел что-то сказать, он вышел из моей квартиры. Знаешь, аноним, сейчас я сижу, обнимая его куртку. Он оставил её у меня и так пока не вернулся за ней. От неё вкусно пахнет, а на рукаве пятно от чего-то тёмного и маслянистого. Крутая такая куртка. Я сижу и мне очень, очень больно. И потому, что я на самом деле не желал ничего большего, чем просто объятья, и потому, что я их не получил, и потому, что я всё испортил. Всё как обычно. И если я ещё и увижу Дина, то только тогда, когда он вернётся за курткой. Мне плохо. Так больно и одиноко, как никогда не было за эти два года. Мне хочется плакать, но слёз нет. А ещё хочется покончить с собой, потому что теперь мне кажется, что моя жизнь никчёмна и бесполезна. У меня был шанс завести друга, а я всё испортил. У меня был шанс быть рядом с тем, кого я люблю, а я так его напугал. Аноним, что мне делать?