Seesaw

POV Юнги

      Я смотрел на то, как Лиса гладит и чуть ли не целует свой синтезатор, бесконечно признаваясь ему в любви. Нет бы лучше так признаваться в любви тому, кто ей это все вернул… Но не успел я подумать об этом, как через секунду Лиса уже висела на моей шее и на весь дом кричала свои благодарности. Мое больное плечо под весом этой девушки начинало снова поднывать, но уже не так сильно, а чувство радости за это создание в принципе перекрывало все неприятные чувства. А хотя чего это я радуюсь? И почему позволяю ей вот так вот висеть на мне? — Может ты уже слезешь с меня? — Лиса быстро отскочила и побежала дальше обнимать свой синтезатор, а вот мне стало холодно. Это все из-за того, что она обняла меня или потому что у нас в доме слабое отопление? Так, стоп. Я только что сказал «у НАС в доме»? Юнги, тебе пора к врачу… — Мой родной… как же я по тебе скучала. Ты вся моя жизнь. Я так люблю тебя, — эти слова были такими искренними. Мне казалось, что только я так могу бесконечно признаваться в любви музыке и всему, что с ней связано. Она настолько сильно увлечена этим? От этого синтезатора действительно зависит ее жизнь? Хотя, глупый вопрос, если вспомнить обстоятельства нашей встречи и то, как она переживала за собственную аппаратуру. Еще тогда было понятно, что для Лисы это было то еще испытание. В любом случае, я рад, что теперь она может продолжить заниматься любимым делом.       Внезапно раздался телефонный звонок, который вывел меня из раздумий, но никак не повлиял на Лису. Она была словно в трансе и так же завороженно разглядывала свои вещи. На дисплее смартфона высветился номер менеджера, и это странно. Он редко звонит просто так… — Что-то случилось? — я отошел подальше, чтобы Лиса не слышала наш разговор. — Мы закончили осмотр вашего номера. Все чисто, завтра можете возвращаться, — казалось бы, это прекрасная новость. Сумасшедшая фанатка не успела оставить камеры или же просто не захотела… наша частная жизнь в безопасности. Но почему мне от этого не легче? — Седжин, я не думаю, что мы вернемся. — Что? В каком смысле? — Я… — что сказать? Я сам не знаю, почему мне не хочется возвращаться в ту гостиницу. — Просто мне некомфортно там. Я не могу написать ни одной строчки, находясь в той студии. Дома спокойней, — кажется, эта отговорка подействовала даже на меня. По крайней мере, звучит очень убедительно. — Хм, ты уверен? Оставишь Лису у себя дома? — Пока она не слишком мешается под ногами, пусть живет. — Почему у меня такое ощущение, будто бы мы говорим о какой-то собачке, а не о человеке? — на том конце послышался хохот Седжина, который всегда подмечал подозрительные вещи и, возможно, сумел уловить в моем поведении странные отклонения. В самом деле, я и сам стал последнее время замечать эти самые «отклонения». Перед глазами сразу вспоминается утренний эпизод, где я снова чуть не сорвался и… Так, все, Шуга, забудь об этом. Ты отомстил и хватит. — И вот еще что, тебе придется подъехать в офис. Вы записываете общий трек, так что придется усердно поработать. Надеюсь, ты дописал свою песню? — Мм... — черт, что сказать? Я уже давно испытываю проблемы с вдохновением. Мне в ум не приходит ни одна строчка, и Седжин прекрасно об этом знает. — Юнги? С тобой все хорошо? — этот вопрос застал меня врасплох. Что ж со мной на самом деле? Почему я не могу больше писать? — Я в порядке. Сейчас приеду, — после разговора, я стал быстро собираться и попутно кричать Лисе, что буду поздно. — Но ведь твое плечо… — Мы записываем трек, никаких танцев. — Ну хорошо. Все равно будь осторожен. — Волнуешься за меня? — девушка снова покраснела, а я расплылся в довольной улыбке. Так она все-таки волнуется? — Размечтался! Иди уже, — все-таки, с нами обоими твориться что-то странное. — Айщ! — я чем-то зацепился за дверную ручку, от чего раздался металлический щелчок. Оказалось, что это порвался мой парный браслет. — Вот блин, — я поднял остатки цепочки, а вот сам значок куда-то подевался. Искать уже не было времени, надеюсь, найду потом, а сейчас необходимо было ехать в BigHit.

POV Лиса

      «Все равно будь осторожен»?! Лиса, ты рехнулась, поздравляю! Кто тебя за язык тянул?! Ай как неловко-то теперь. Я ничего такого не имела в виду, просто… Просто захотелось сказать, вот и сказала!

***

      Мое желание поиграть на синтезаторе переросло в какой-то страшный фанатизм. Я так соскучилась по звукам клавиш, по этой музыке, по пению, а ведь рассталась я с этим инструментом всего на неделю, но по ощущениям — на целую вечность. Целый день я играла и пела, иногда перебиваясь чаем с какой-нибудь булочкой или печенькой, не больше. И ближе к вечеру, когда моих сил уже практически не хватало, в дом кто-то позвонил. — А это еще кто? — на пороге стояла какая-то женщина за 60, с огромными пакетами. Ее лицо украшала широкая улыбка, она словно пришла на какой-то праздник или находится в предвкушении чего-то. — Кто вы? — мой голос озадачил женщину. Ее лицо сразу же изменилось, теперь вместо улыбки у нее был паникующий взгляд. — Это вы кто? И что делаете в доме моего сына?! «Сына»?! Это… это… — Твою ж мать! — слава Богу, этого не услышала женщина по ту сторону двери. Женщина, которая сейчас стоит на пороге либо обманщица, либо точно мать Юнги, которая не знает о наших «специфических отношениях». — Что ж делать-то? — мои руки быстро потянулись к замку, но чувство самосохранения на этот раз сработало. А вдруг, это не его мать? Вдруг, это какая-то «фанатка-аджума», которая узнала, где мы живем?       К счастью, в 21 веке есть такое изобретение как интернет. Юнги у нас личность медийная, а значит, и семью его успели засветить. Не составило труда быстро найти фотографию, где его мать стоит рядом с полным составом BTS, это была та же женщина, которая стояла за дверью. Теперь я точно труп. Лучше бы это была фанатка…       Я быстро открыла дверь и запустила женщину в дом, но первым, кого я увидела, была не она, а маленькая собачка, забежавшая в зал и начавшая носиться по всему дому. — Вы кто такая? — Я… — а что сказать-то? Что я девушка Юнги? Но это неправильно, она ведь его мать… — Вы слушали новости о девушке Юнги? — Ах, так вот как ты выглядишь, — женщина смотрела на меня с нескрываемым презрением. Да, это точно не самое лучшее знакомство в моей жизни. Похоже, теперь придется терпеть не только самого Юнги, но еще и его мать. — Может, вы хотите чай, кофе? Или покушать? — Отравить меня вздумала? Сама все сделаю, — да что с этой женщиной не так? Я, конечно, уважаю старших, но если она продолжит со мной разговаривать в таком духе и дальше, то мое терпение лопнет… — Не думала, что вы живете вместе. Да еще и в его доме… неужели он впустил тебя? — Это были вынужденные меры. — Ну да, а как же. И тот скандал с фанаткой. Небось сама все подстроила, пока мой сын был в больнице, а потом еще и сухой из воды вышла. На что ты рассчитываешь? На деньги моего сына? На славу? Так вот забудь об этом, ты не получишь ни копейки!       Это была последняя капля. Женщина стояла на кухне и испепеляюще смотрела на меня, готовая запустить кружку мне в лицо. Но я не позволю со мной так обращаться. Не только у нее накипело за эти дни. — Так вот как вы думаете обо мне? Не разобравшись в ситуации сразу судите?! Я понимаю, вы его мать и волнуетесь о нем, но не смейте делать поспешных выводов, даже не узнав ситуацию изнутри. Вы смотрите новости и думаете как большинство, не удосужившись даже поинтересоваться у собственного сына, что вообще происходит в его жизни! С такой уверенностью говорите, какая я дрянь прямо с порога, да как вам не стыдно! Хотите успокою? Мне абсолютно насрать на деньги вашего сына, так что можете быть спокойны!       После этого я резко развернулась и ушла в студию Юнги. Это казалось мне единственным местом, на данный момент, где я могла спрятаться и быть уверенна, что меня никто не потревожит. Женщина осталась на кухне, уверенна, что еще в шоковом состоянии. Конечно, когда на тебя кричит какая-то незнакомая девушка, да еще и пытается поставить на место, любой будет в шоке. Но она сама меня вывела, так что я ни о чем не жалела.

***

      Прошло несколько часов с момента приезда мамы Юнги. Я не слышала, что она делает, так как засела за синтезатор парня и просто играла все, что взбредет в голову. Сочиняла небольшие мелодии, пыталась даже набросать текст, вот только из меня плохой композитор. Больше, конечно, у меня получалось петь каверы, чем я, собственно, прямо сейчас и занималась, пока мое внимание не привлек какой-то скрип за дверью. — Что это? — поначалу показалось, что это мышь, но когда я приоткрыла дверь, в студию мигом забежала собака, которая пришла вместе с женщиной. — Ах, так это ты, Мин Холли, — его имя я узнала, когда читала биографию самого Юнги. В сети писали, что он очень любит своего питомца. Что ж, Холли и вправду очень милый.       Он забежал в комнату и начал прыгать по моим ногам, просясь на руки. Такой лапочка, ну никак не ровня своему хозяину… Мы опустились на пол, потому что Холли начал извиваться в моих руках. Игривый настрой собаки поднимал настроение и мне, так что я даже не заметила, как через пять минут мы начали носиться друг за другом в этой небольшой студии. Холли бегал за мной и тихонько кусал ноги, не причиняя боли, а затем и я пыталась догнать эту неугомонную собаку. Мы даже в прятки успели поиграть, что окончательно помогло мне забыть о неприятном инциденте с мамой Юнги и немного развлечься. Но это длилось ровно до того момента, когда мы с Холли не услышали звук открывающейся входной двери. Собака подскочила и бегом понеслась к двери, чтобы встретить своего хозяина. Только вот мне не хотелось выпускать из студии Холли, да и вообще хоть как-то пересекаться с Юнги и его мамой. Но делать нечего, Холли уже начал царапать дверь, которая наверняка стоит как моя почка, так что мне пришлось его выпустить, но сама я никуда не вышла, а осталась в студии. Хотя и эти прекрасные минуты одиночества длились недолго.       Юнги ворвался в студию и, схватив меня за руку, поднял с дивана, на котором мне было так тепло и уютно… — Ты открыла дверь в мой дом незнакомому человеку?! — Юнги был зол, очень зол, только вот причина его подобного поведения была для меня не совсем ясна. Я запустила в дом его мать, а не незнакомца. Кстати о его матери… Эта женщина выглядывала из-за дверей студии, а на ее лице красовалась еле заметная улыбочка. Да, она точно меня ненавидит. — Это твоя мать, а не незнакомый человек, если ты не заметил. — Ты еще и язвишь?! А если бы это был кто-то другой, а не моя мать. Откуда ты знаешь, как выглядит моя мама?! — так вот в чем дело, он боялся, что я запущу в дом очередного «шпиона». — Ты меня за идиотку держишь что ли? — Очевидно, что ты такой и … — Заткнись и выслушай меня. Я бы не позволила незнакомому человеку войти в твой дом, ясно?! Прежде чем впустить твою мать в дом я просмотрела ее фотографии, которые были выложены в общий доступ, и только после этого впустила. Так что не смей орать на меня без причины и отпусти мою руку! — идиоткой я себя называть не позволю, тем более, когда я ни в чем не виновата. Пускай он поймет это раз и навсегда.       Я вырвала свое запястье из рук Юнги и, больше не сказав ни слова, ушла в гостиную. Мама Юнги как-то странно на нас смотрела, больше на ее лице не было той насмешки, а взгляд был задумчивый и немного… виноватый? Нет, мне точно показалось.       Из-за волнения и злости, которое я только что испытала, мое сердце начало бешено колотится. Приступы аритмии начались снова. Врачи предупреждали меня, еще в детстве, что нужно держать свои нервы и злость при себе, иначе последствия могут быть довольно плачевными. Эта перепалка с Юнги вызвала серьезные эмоции. Я действительно была зла на него. Он ведь даже не удосужился выслушать, сразу стал обвинять, кричать на меня. Будто бы только я одна виновата в его проблемах! — Чертов придурок! Из-за тебя теперь мне нечем дышать… снова, — я подползла к холодильнику и взяла бутылку воды. Холодная жидкость растекалась внутри и словно замораживала распаленное сердце, которое постепенно замедляло свой темп. Немного отдышавшись, я наконец-то пришла в норму, несмотря на то, что в глазах по-прежнему все немного кружилось.

POV Автор

      Лиса пулей вылетела из комнаты, не давая Юнги сказать даже слова. Он еще никогда не видел ее такой злой. Это состояние повергло мужчину в шок, потому что Лиса всегда казалась ему спокойным человеком, несмотря на ее колкости и спонтанные действия. Очевидно, он сильно ошибался. Странно, что Юнги сам от всех своих знакомых требует, чтобы его сначала выслушали, а потом уже делали выводы, но сейчас он был на месте тех самых друзей, которые нарушали его просьбу. Ему следовало выслушать ее, а он повел себя как придурок и начал орать.       Поначалу Юнги пытался найти себе оправдания, почему он так поступил. Лиса ведь по факту все равно впустила в дом незнакомца. Даже если она все проверила, это могла оказаться не его мать. И тогда могло случиться все что угодно. Лиса совершенно не заботилась о своей безопасности, и именно это вывело из себя Юнги. Он попросту испугался за девушку и хотел вбить ей в голову, что нужно быть осторожнее. Вот только метод он выбрал не совсем правильный… — Идиот. — Тебе нужно извиниться, — его мама была женщиной мудрой и всегда оставалась на стороне сына. Но сейчас, когда она увидела ситуацию в действительности, то сделала для себя несколько выводов. Первый: она сильно ошибалась на счет корыстных мотивов девушки. С самого начала этой истории ей показалось, что Лиса просто хочет популярности, славы и не важно, каким путем. Но в момент их ссоры, для женщины стало понятно, что Лиса просто жертва обстоятельств. Она не «боготворит» Юнги, не расплывается перед ним, как все остальные фанатки, в ее глазах читалась только усталость и вина за все происходящее. — Несколько минут назад ты мне столь всего высказала про Лису, а теперь просишь извиниться? — Просто я сделала кое-какие выводы, — женщина подмигнула и обняла сына для поддержки, а затем отправила его к Лисе, чтобы тот выполнил свой «долг порядочного мужчины».       Они вышли из студии и отправились на поиски Лисы. Вернее, Юнги целенаправленно шел к ней, а его мама семенила сзади, чтобы не мешать их последующему разговору. Искать долго Лису не пришлось, так как ее можно было обнаружить по звонкому смеху, доносившемуся из гостиной. Только вот именно этот фактор и сбил парня с толку. Когда девушка покидала комнату Юнги, не было ни намека на веселье, а сейчас она по непонятным причинам хохотала на весь дом. Когда Юнги, наконец, увидел девушку, та со всех ног неслась прямо на него, убегая от маленькой собаки. Холли гнался за ней, подгоняя в "ловушку", и, в самый ответственный момент, Лиса не увидела преграды на своем пути, поэтому, когда столкнулась с неопознанным объектом, сильно испугалась и повалилась на пол. От окончательного падения ее спасли крепкие мужские руки.

POV Лиса

Вот черт!       Юнги поймал меня, когда моя задница уже была готова поцеловаться с полом, уже в который раз, между прочим. Он крепко прижал меня к себе. Мы просто смотрели друг на друга, не говоря ни слова.       Моя природная отходчивость быстро расставила все точки над "и". Мне уже было давно все равно на то, что произошло в студии, я успокоилась, поэтому взглядом не пыталась проделать в парне дыры. Однако упускать возможность поиздеваться над Юнги нельзя. Поэтому суровое выражение лица, я, все-таки, выдавила и стала ждать от него ответной реакции. — Извини, — серьезный тон, виноватый взгляд, и вот вся моя суровость просто отпала сама собой. Одно маленькое слово заставило меня размякнуть как тряпочка и забыть обо всем на свете. — Я не должен был так на тебя кричать. Но и ты должна была хотя бы позвонить мне, прежде чем открывать кому-то дверь.       Из-за спины Юнги я услышала громки хлопок. Это мама Юнги сделала «фейспалм» и качала головой от недовольства. Да уж, даже эта женщина поняла, как ты сейчас накосячил… — То есть, ты по-прежнему винишь меня в произошедшем? — Нет, просто… — Тебе нужно было просто сказать «извини, я был не прав», и все. Но нет, ты так не умеешь, тебе обязательно надо доказать, что ты был прав, — Юнги ничего не ответил, даже не отрицал моих слов. Как же сложно с этим человеком… — Что ж, извинения приняты, но в следующий раз тебе придется очень постараться, чтобы получить мое прощение, — я попыталась выбраться из рук парня, но он упорно не хотел меня отпускать. Я продолжала стоять на месте, вплотную прижатая к груди Юнги. От него пахнет приятным парфюмом. Боже, о чем я сейчас вообще думаю?! — Я учел свой косяк, больше такого не повториться. Так что в будущем извиняться придется только тебе, — это задумывалось как шутка, но по лицу Юнги можно было понять, что этот гад не шутит, а действительно настроен серьезно. Он думает, что такой идеальный? Ха! — Это мы еще посмотрим, — еще посмотрим, кто будет извиняться последним, Мин Юнги. Я устрою тебе сладкую жизнь… — Кхм-кхм, — из-за спины парня снова послышались какие-то звуки. Мама Юнги прервала наши переглядки неловким кашлем. На ее лице снова красовалась хитрая ухмылочка, но теперь она была адресована нам обоим. Что там на уме у этой женщины? — Может, немного покушаем? Я после дороги голодна, — черт, а мы ведь совсем забыли о присутствии этой женщины в комнате. Мы отскочили друг от друга в разные стороны, будто получили разряд тока. Из-за этой картины, женщина тихонько рассмеялась и потащила нас на кухню. Интересно, почему она больше не смотрит на меня так, будто бы хочет убить? Слишком резкие перемены в ее настроении как-то пугают.

***

      Ужин прошел, на удивление, хорошо. Мама Юнги делилась со мной различными историями из его детства, заставляя мужчину смущаться и краснеть, а меня хохотать на всю кухню. Его мать оказалась довольно приятным человеком, но первая встреча все равно оставила неприятный осадок, так что я никак окончательно не могла воспринять ее за положительного персонажа во всей этой истории. Но больше никаких презрительных взглядов с ее стороны не поступало, за что я ей несказанно благодарна. Возможно, она просто пожалела меня? — Мам, ты поспишь в моей комнате, а я в студии. Сейчас я все приготовлю, — Юнги убрал свою тарелку в раковину и отправился в спальню, а мне стало, мягко говоря, не по себе. — Лиса, что с тобой? Ты вся побледнела, — дело в том, что я вспомнила о своем небольшом «плане отмщения», который сейчас стоял на прикроватном столике Юнги. И не дай бог, он останется стоять там на эту ночь, когда там будет спать мама Юнги. — Все в порядке. Я на минуточку, — выскочив из-за стола, я понеслась в сторону спальни. Тихонько заглянув в комнату, я стала высматривать этот стакан, но его нигде не было. Неужели Юнги его вылил? Я стала молиться, чтобы это было так, но в эту секунду Юнги показался из-за дверей с пустым стаканом в руках. — Ты что тут делаешь? — застал врасплох, опять… что ж это за человек такой? — Извини, я просто… — Вот видишь, снова ты извиняешься, — в эту же секунду мне захотелось стереть с лица Юнги эту самодовольную ухмылочку или просто врезать ему. Все настроение испортил! — Ты водичку пил, да? — состроив самое невинное выражение лица, я мило похлопала глазками, будто бы вообще не услышала его прошлой фразы. Проще говоря, включила дуру и стала играть по своим правилам. — Ну да… — Вот и правильно. Хочешь, я тебе еще принесу? Водичку то пить надо. — Да нет, спасибо. Просто стакан забери, — я покорно забрала стакан из его рук и ушла на кухню, под пристальный взгляд парня. Что ж, Юнги, сегодня тебя ждет веселая ночка…       Весь оставшийся вечер я провела перед телевизором, Юнги в студии, а его мама мирно спала в его комнате. После приезда она слишком устала и решила хорошенько отдохнуть. Около двенадцати часов ночи и меня уже клонило в сон, но вот одно дело не дало мне заснуть мирным сном — перевязка Юнги. Пришлось вломиться в его студию, и потревожить бедного гения, чтобы сменить повязку. — Что делаешь? — Пытаюсь написать текст к новой песне. — И как успехи? — нужно завести простую беседу, чтобы снова не отвлекаться на этого человека. Похоже, я никогда не привыкну видеть его без футболки. Да и с чего это я должна привыкать? Лиса, прекрати сейчас же, у тебя осталось две недели и ты покатишься колбаской восвояси. — Не важно, — хм, как странно, обычно о музыке с ним разговор всегда шел легко. — Что случилось? — его явно что-то беспокоило. Мне абсолютно не нравится эта апатия с его стороны. — Ничего. Ты закончила? Иди, — так, мне это совсем не нравится. Сейчас Юнги выглядел слишком серьезно и отрешенно. Видимо, в такие моменты его лучше действительно не трогать. Но моя природная доброта все-таки не собиралась отступать. Я должна была хоть как-то поднять ему настроение.       Через несколько минут я снова вернулась к студии Юнги, теперь вместо аптечки в моих руках была тарелка с двумя сэндвичами. Надеюсь, еда хоть немного поднимет ему настроение, а то на его расстроенное лицо смотреть невозможно. Я поставила тарелку под дверью, а сама, постучавшись, быстро убежала в зал. Послышался какой-то шорох, а затем хлопок. Тарелка пропала. Очевидно, Юнги все-таки принял своеобразное "подношение". Что ж, пускай покушает перед сном. Ведь его сегодня ожидает интересная ночка... Спокойной ночи, Мин Юнги.