Псы: особенный

Hollywood Undead – We Are Долго оставаться наедине со своими мыслями мне не дают. Орава Эрика врывается в комнату, когда я уже почти разгадываю загадку, связанную со вторым вопросом. Девушки… Может быть, разумнее будет спросить кого-то из бет, всё же они должны знать лучше остальных, что их связывает. Но я никак не могу найти подходящее оправдание своему вопросу, да и вряд ли меня станут слушать мои соседки по комнате. Псы, как-никак, а я всего лишь крыса. Да и подумать нормально обо всём мне снова не дают. Сначала шум и громкий смех, затем надоедливый голос Итана, который мне что-то рассказывал, но я его совершенно не слушал, а потом и Том, что пришёл забрать нас на следующую тренировку. Ничего не оставалось, как подняться с постели и последовать за остальными, в надежде, что на этот раз тренировка пройдёт успешнее. Не хочется лежать в больнице из-за пулевого ранения, да и помирать я не готов, потому что должен узнать, что за секрет таится в глубине моей головы. Дневник я решаю оставить в тумбочке, зато беру с собой коммуникатор. Хочется верить, что он мне пригодится. Мы выходим в коридор, словно кучка заключённых, и плетёмся за Томом в тренировочный зал. Всё та же дорога, всё тот же одинаковый коридор. Я думаю о дневнике, когда мы подходим к тренировочному залу. Я иду последним – Том остаётся в коридоре и ждёт, когда все окажутся внутри, наверное, считает нас – и вдруг почему-то замираю у дверей. Перед глазами проносится картинка, как ботинок Эрика летит мне в лицо, и по моей коже пробегает череда мурашек. Меня накрывает ступор, лёгкий страх, словно там снова должно будет это произойти, и я не могу пошевелиться. - Трусишь? Я вздрагиваю и только сейчас понимаю, что Том всё это время стоит и смотрит на меня, изучая. Мне становится стыдно за эту слабость. Я провожу по волосам, и вспоминаю, что отрезал их. Теперь с короткими как-то непривычно. - Ни капли. Я беру себя в руки и захожу внутрь – куратор следует за мной и прикрывает дверь. Он медленно идёт в другой конец зала, и мы все следуем за ним. Я кошусь на ринг, когда мы проходим мимо, и склоняю голову ниже. Хорошо, что иду последним, и никто этого не видит. Ненавижу себя за такие слабости. Том останавливается у большой красной черты, от которой до стены метров двадцать. Там на железном креплении, что приделано к боковой стене, чтобы менять расстояние мишени, висят бумажные цели в виде человеческого силуэта, расположенные на одинаковом расстоянии друг от друга. От основной черты отходят несколько красных линий, которые разделяют отсеки для стрельбы, словно невидимые стены. - За черту не заходить, если не хотите получить пулю в голову, - Том усмехается, смотря на Эрика, и я вспоминаю, как в первый день куратор чуть не вынес блондину мозги. Эрик злится, но ничего не говорит. – Сегодня проверю вашу меткость. Альфа отходит к стене и нажимает на какую-то кнопку, после чего из стены выезжает отсек с оружием. Я удивлённо наблюдаю за этим, думая, как эта штука поместилась в стену и почему её не видно со стороны. - Итак. Это обычный пистолет. Вам будет выдано разрешение на то, чтобы иметь его при себе, когда вы пройдёте отбор. Его могут так же и не выдать, - Том берёт пистолет в руки и поворачивается к нам лицом. – В обойме семь патронов, - парень хватает с верхней полки обойму. – Заряжаем оружие, - он демонстрирует, как это делается. – Загоняем пулю в дуло снятием с предохранителя, - раздаётся щелчок. – Чтобы выстрелить, спускаем курок. Том вскидывает руку в сторону цели и, не глядя, нажимает на курок. Выстрел оглушает, и я морщусь. Смотрю в сторону мишени и смутно вижу, как куратор попал прямо в голову. Невероятно… Итан что-то бормочет себе под нос, ковыряя в ухе, а я внимательно наблюдаю за Томом. Его взгляд скользит по нам и останавливается на мне. Парень медлит, а потом разряжает оружие. - Берём по пистолету и учимся заряжать. Не направлять оружие друг в друга, иначе будете наказаны. Встаёте каждый в отдельный квадрат напротив мишени и ждёте моей команды. Ничего не делать, пока я не вижу, малявки, - Том отходит в сторону и смотрит, как мы подходим к отсеку и берём один пистолет и одну обойму. Я оказываюсь в числе последних, поэтому мне достаётся самое крайнее место справа. Я смотрю на руки – в левой пистолет, в правой – обойма. Оружие тяжёлое, намного тяжелее, чем я думал, и я уже боюсь стрелять, если честно. Мне кажется, что пуля отскочит от стены и вернётся мне в лоб. Или же оружие сломано, и всё произойдёт гораздо быстрее. Я прикрываю глаза, успокаиваясь. Ничего страшного не случится. Я не должен показывать слабость, иначе мне долго здесь не протянуть. Том проходит мимо нас и встаёт впереди спиной к мишеням. Я уже думаю, что стрелять мы должны мимо него, но он лишь говорит: - Зарядить оружие. Я кошусь на Скотта, который стоит слева от меня и который ловко отправляет обойму в пистолет, и медлю. Наверное, здесь боевые патроны, если я случайно спущу курок, могу кого-нибудь поранить или даже убить… Но делать нечего. Я решительно заряжаю оружие, понимая, что оно стало немного тяжелее, и исподлобья смотрю на куратора. Он, удовлетворившись нашим результатом, отходит на безопасное расстояние и встаёт за нашими спинами. - Навести оружие на цель! – командует Том. Мне кажется, что мы в армии, потому что отказаться делать всё это я не могу. Да и не хочу, потому что мне нужно доказать Эрику, что я просто так не сдамся. Не на того напал… Я вскидываю руку и прицеливаюсь. - Снять оружие с предохранителя! – очередной приказ парня. Он напоминает мне злого командира отряда, отчего я невольно фыркаю. - Сделать один выстрел по цели! Я слышу выстрелы, но продолжаю прицеливаться, зажмурив левый глаз. Руки немного дрожат, и я пытаюсь задержать дыхание, чтобы оно не мешалось. Я стреляю последний, через секунду, после того, как наступает тишина. Отдача настолько внезапная, что руки отлетают вверх на несколько сантиметров, и я чуть ли не нажимаю на курок во второй раз. - Опустить оружие. Я опускаю пистолет. Том подходит к стене с отсеком для огнестрельного оружия и нажимает на ещё одну кнопку. Над мишенями загораются красные номера, а потом железная подвеска начинает двигаться, заставляя цели приблизиться к нам, чтобы узнать результат. - Это специальная система, которая самостоятельно определяет поочерёдность выстрелов, - поясняет куратор, пока оборудование двигается к нам. – Цифра над вашей мишенью – это номер вашего выстрела на фоне остальных, то есть, каким по счёту был спущен курок. Так же датчики, расположенные в стене, просчитывают траекторию полёта пули и показывают, в каком состоянии ваш враг, если бы вместо мишени был реальный человек. Когда оборудование приближается, я понимаю, что это не обычная бумажная мишень, как я думал сначала. Это скорее голографическое изображение фигуры человека. Над моим высвечивается голограмма из цифры 10. Я выстрелил последним. Зато, когда всё замирает, я вижу, что поперёк моей цели красная надпись «мёртв». Я попал прямо в голову. Том идёт вдоль нас и рассматривает наши результаты. Я смотрю на мишень Скотта. Пуля в сердце. «Мёртв». Дальше Итан. Плечо. Жёлтая надпись «ранен». - Забавно, - говорит Том, останавливаясь позади меня. – Эрик выстрелил первым. И промазал. А Билл – последним. И прямо в голову. - Ему повезло, - зло бурчит блондин. Я закатываю глаза и нервно провожу рукой по коротким волосам. Даже не думал, что попаду. - Хорошо, - куратор возвращается к стене и нажимает на кнопку, заставляя систему вернуть все цели на место. – У вас ещё шесть выстрелов. Кто не промажет ни разу, может идти отдыхать, остальные будут тренироваться, пока не получится. Я прикусываю губу. Какова вероятность, что я попаду в цель ещё хотя бы раз? Может, мне придётся тут торчать всю жизнь?.. Я вздыхаю и прикрываю глаза. Нужно просто не спешить. И крепче держать оружие, тогда не будет сильной отдачи. Кажется, я понял… - Прицелиться! Я вскидываю руки. - Огонь! Я прикрываю левый глаз и стреляю. Один, два. Пауза. Выстрелы оглушают, и я не могу сосредоточиться. Три. Меня отвлекают вспышки пистолета Скотта. Четыре. Я думаю о дневнике. Пять. Я должен попасть, я должен стать лучше Эрика. Шесть. Представляю вместо мишени лицо блондина и стреляю, опуская оружие. Всё. Теперь остаётся надеяться, что я не промазал. Я оборачиваюсь и вижу Семь, который быстро пересекает зал и оказывается рядом с братом. Он что-то говорит ему, но в ушах звенит, и я ничего не могу расслышать. Том мрачнеет. Что-то спрашивает. Билл прикусывает губу и кивает. А потом уходит обратно. Выглядит он взволнованно. Я думаю, что же такого случилось, что наш куратор так помрачнел. И, кстати, где Брайан? Он собирался тоже здесь быть. Альфа нажимает на кнопку и ждёт, пока мишени приблизятся. Теперь над ними цифра точности. Я пока не вижу, что там, потому что всё слишком далеко. Но, кажется, Том это видит. Он проходит вдоль ряда и останавливается позади меня. - Итак. Эрик, Элиза, Скотт, Билл. Точность сто процентов, если не считать первый выстрел. Но, к сожалению, планы на сегодня поменялись, - куратор хмурится. – Тренировка отменяется. И вечерняя тоже. Остальное расписание я пришлю вам на коммуникатор. Свободны. Оружие разрядить и сдать. Я вздыхаю и прикрываю глаза, думая, что же случилось. Неужели, что-то настолько серьёзное, что даже тренировки отменили? Странно всё это. Я кладу пистолет на место и уже собираюсь уйти, но Том останавливает меня за плечо, и я удивлённо замираю. - У тебя хорошая меткость, - говорит парень. – Если приложишь усилие, можешь за счёт этого выйти до пятого уровня в рейтинге. - А что нужно для первого? – вскидываю бровь я. Альфа усмехается. - Стать лучшим. Его рука соскальзывает с моего плеча. Я какое-то время медлю, а потом отвожу взгляд от Тома и иду в сторону дверей. Меня не покидают мысли о странном поведении Семь. Сначала его внезапное появление, потом Том говорит, что тренировка отменяется. И ещё отсутствие Брайана. Я просто уверен, что в логове что-то происходит, вот только нас, по-видимому, не собираются посвящать в курс дела. Может, это связано с той вчерашней миссией, на которую ходили младший лидер и Том? Вообще, вся обстановка, которая меня окружает, кажется мне слишком подозрительной. Сначала я по какой-то неизвестной причине теряю память, потом узнаю, что у меня сто процентный результат на тесте, о котором мне сказали не распространяться, затем этот дневник, в котором написано, что я якобы знал, что всё так получится. И этот Рассел. У меня такое чувство, что среди групп назревает что-то глобальное, но я пока не могу понять, что именно. И я точно как-то связан с этим. И чтобы узнать это, я должен прочитать дневник. Этим и займусь… Я направляюсь в комнату, желая снова подумать над загадкой дневника, но на полпути меня догоняют Итан и Скотт. Мне почему-то не хочется рассказывать им о том, что я прочитал в дневнике про шрам. - Ты заметил, Семь был как-то напряжён, - говорит рыжий. – Кажется, что-то случилось. - Нам уж точно никто не расскажет, - говорю я, засовывая руки в карманы спортивных штанов и нащупывая там коммуникатор. – Хотя что-то мне подсказывает, что это гораздо серьёзнее простых проблем со счетами. - Думаю, ты прав, - Скотт вздыхает. Он идёт слева, а Итан справа от меня. - Кстати, как там дневник? Узнал что-нибудь? – Итан облизывает губы и нетерпеливо смотрит на мой профиль. Если я сейчас расскажу им, что кое-что узнал о прошлом, то они тут же захотят узнать об этом, и у меня не получится прямо сейчас подумать на счёт второго вопроса. А они вряд ли что-то смогут мне сказать, кроме того, что мне уже известно. Не хочу тратить время просто так на пустые разговоры. - Нет… - вру я. – Хочу сейчас подумать над этим, вдруг как в прошлый раз получится. - А… - Итан разочарованно сникает. – Ну, ладно. Когда что-то узнаешь, сразу говори нам, а то я умру от любопытства! - Ага, - я вяло улыбаюсь и открываю дверь нашей комнаты. Внутри ещё никого, поэтому мне легко удаётся забрать дневник и выскользнуть в коридор. Теперь нужно найти место, где можно подумать. Наверное, Загон подойдёт. Там так приятно проводить свободное время, ветерок постоянно дует, прохладно… Я бы вечность там просидел, если бы всякие Эрики меня не доставали. Если так будет продолжаться, то мне нужно будет новое место для раздумий. Я решительно направляюсь в Загон, чтобы поскорее приняться за дневник, сажусь на скамейку и облокачиваюсь спиной о круглый столб прямиком под буквой «Ю». Пролистываю страницы и нахожу только то, что уже видел. Я перечитываю все записи два раза, затем глубоко вздыхаю и прикрываю глаза. Что же я упустил? Итак, что я имею? 1. Я должен отвечать на вопросы, которые сам же составил в прошлом. 2. Я ответил на первый про группы и башню. 3. Узнал о том, что меня хотят убить и получить что-то, что я знаю. 4. Я не ответил на второй вопрос. Я вздыхаю и откидываюсь назад, поднимая дневник над головой и смотря на пустую страницу. Девушки… Беты, которые не могут иметь детей. Вместо них есть омеги, которые выполняют функцию размножения. Чаще всего встречаются пары альфа + омега, наверное, из-за способности давать потомство. Но тогда почему девушки не могут иметь детей, если их репродуктивная система намного превосходит нашу? Не понимаю. Я прикрываю глаза, продолжая держать над головой дневник, и думаю, что стоит обратиться в медпункт. Возможно, там знают больше… Но когда я приоткрываю веки, вижу, что теперь на пустой странице что-то написано, - от этого я вздрагиваю и опускаю дневник на колени, начиная нетерпеливо читать. «Наконец-то ты задумался, почему девушки не могут иметь детей! Именно этого я и ждал от тебя! Если честно, не могу сейчас ответить на этот вопрос, потому что сам до конца не разобрался с этим. Скажу лишь, что тебе нужно опасаться Рассела. У него шрам на лице с правой стороны от виска до подбородка. И тату в виде головы крысы на тыльной стороне левой руки. Не доверяй ему, что бы он тебе ни сказал. Хотя, не уверен, что этот ублюдок ещё жив». Я хмурюсь, прикусывая губу. Значит, этот парень всё-таки из моей старой группы. Если я его встречу, то смогу узнать, хотя это будет маловероятно, потому что нам пока запрещено покидать логово. Остаётся надеяться на то, что я из прошлого прав, и Рассела уже нет в живых. Я переворачиваю страницу и вижу ещё один кусочек. «Мои физические навыки заметно улучшаются. Не думал, что такие тренировки пойдут мне на пользу, но я рад, что послушался отца и прошёл курс по рукопашному бою, это пригодится, если я не смогу найти себе альфу, способного защитить меня, как важный объект, до того, как они узнают обо мне. К сожалению, не могу доверять никому. Поэтому будет проблематично выбрать альфу, который поверит мне, если я решу ему всё рассказать, и который не станет предавать меня. Среди крыс доверять никому нельзя, и я надеюсь, что не вернусь сюда. Родители не знают, что я задумал и кто я, никто не знает. Нужно взять на заметку: если таблетки повлияют на функции мозга, и я всё забуду, нужно будет найти себе пару, следуя инстинктам. Омеги никогда не ошибаются. По крайней мере, раньше всегда так было. Надеюсь, у меня всё получится, потому что один я не справлюсь». Я прикрываю глаза, пытаясь сообразить, что только что прочитал. Ничего не понимаю. Значит, я ходил на занятия по рукопашному бою и у меня неплохо получалось. Но почему тогда я проиграл Эрику? Наверное, просто из-за того, что я забыл, как драться. Всё забыл… Но с другой стороны у меня есть шанс снова всему научиться! Я смогу улучшить навыки боя, я знаю, что смогу, раз уже делал это раньше. И что там на счёт альф? Мне нужно найти себе парня? Чтобы он меня защищал? И почему я не смогу справиться один? Не понимаю… И что значит, доверься инстинктам? Как это вообще? Я что животное что ли? Бред. Не нужен мне никто. Я и один смогу во всём этом разобраться. Я смотрю на другую страницу и вижу: «Вопрос третий: что ты знаешь о запахах? Подсказка: углубись в прошлое омег и альф». Я какое-то время сижу на одном месте, совершенно не понимая, причём тут запахи. Какие запахи? Я ничего не чувствую… Только пот, который от меня исходит. Нужно в душ, срочно… Но это потом. Я закрываю дневник и вздыхаю. Тот ещё вопросик… Почему нельзя задать что полегче? И всё-таки я зануда. Я понимаю, что голова моя совершенно не хочет работать, потому что от вопросов мой мозг просто разрывается. Мне нужна разрядка… Физическая разрядка… А что если я пойду сейчас и потренируюсь? Ведь там точно не должно быть никого, у всех свободное время, кураторов нет, да и что зря слоняться без дела. Думаю, никто не будет против. Тем более что в правилах посещать тренировочный зал не запрещается. Нам бы сказали. Я улыбаюсь и вскакиваю, воодушевляясь идеей поскорее сдвинуться с мёртвой точки. Дневник решаю взять с собой, мало ли что. Немного подпрыгивая, я направляюсь в тренировочную часть и быстро нахожу нужное мне место. Дверь открыта, и свет горит внутри. Хорошо, а то я даже не знаю, где его включать нужно, ведь в прошлый раз было слишком темно, чтобы разобрать, куда ушёл Том. Я прохожу внутрь, опасливо осматриваясь. Никого. Тишина оглушает, и, кажется, что воздух приобретает плотную массу из-за громадного помещения. Я здесь впервые без сопровождения, впервые один, и меня это немного напрягает. На мгновение возникает желание, а не уйти ли, пока меня не поймали тут с поличным, но я тут же отбрасываю эти мысли. Раз пришёл, отступать уже поздно. Я осматриваюсь и цепляюсь взглядом за груши, подвешенные на металлических балках. Думаю, это подойдёт. Пока потренируюсь на них, а потом что-нибудь придумаю. Я подхожу ближе и замечаю небольшой железный столик, решая положить на него дневник и коммуникатор, а то выпадет еще и разобьётся. Потом проблем не оберусь… Когда я возвращаюсь к грушам для битья, я вдруг замираю в ступоре, потому что я совершенно не знаю, что делать. У меня уходит чуть больше минуты для принятия решения, и я прихожу к выводу, что лучше для начала просто наносить удары. Я сжимаю руки в кулаки и фиксирую их на уровне груди, словно защищаясь, а потом начинаю наносить один удар за другим. Глухой звук от столкновения моего тела с бездушны предметом эхом разносится по залу, и мне кажется, что это слышит всё логово. Но я не останавливаюсь. Чуть сгибаю колени и ударяю локтём, затем отскакиваю на шаг и делаю замах левой. Представляю, как на месте груши стоит Эрик, и понимаю, что мои удары становятся сильнее. Больше силы, больше ненависти, больше гнева! Не знаю, сколько проходит времени, но, когда я останавливаюсь, моё дыхание сильно сбивается, на майке под мышками круги от пота, лоб весь мокрый, сердце бешено стучит в груди. Я сильно вымотался для первого раза… Я облокачиваюсь руками о колени и сгибаюсь пополам, стараясь дышать ровно, прикрываю глаза и провожу рукой по волосам. Чувствую, как по виску стекает капля пота. Я и не думал, что это может быть так трудно… Я резко выпрямляюсь и замираю, понимая, что позади меня кто-то стоит. И очень близко. Сердце пропускает удар, и я оборачиваюсь, отскакивая. Брайан. Он вскидывает бровь, разглядывая меня, на его губах ухмылка. - Я… Я просто тренируюсь, - пытаюсь оправдаться я, думая, что он пришёл меня ругать за то, что я тут нахожусь. Альфа хмыкает и делает медленный шаг ко мне – я отступаю и ударяюсь спиной о грушу. - А у тебя разрешение есть? – певуче спрашивает младший лидер, приближаясь ко мне. Я краснею, как нашкодивший школьник, и отвожу взгляд. - Н-нет… Брайан подходит почти вплотную и облокачивается рукой о грушу у моей головы. - Тогда что ты тут делаешь? – тихо. – Один. Я вжимаюсь в моего недавнего «врага», отчего он со скрипом немного прогибается на цепях, нога скользит на полу, и я почти заваливаюсь назад, однако альфа успевает подхватить меня за талию и придержать. Я шумно выдыхаю, расширяя глаза. Сердце начинает бешено колотиться, и я боюсь даже сказать лишнего слова. Дыхание младшего лидера скользит по моей щеке. - Куда делись твои волосы? – он проводит второй рукой по моей голове, и я, наконец, теряю контроль и отталкиваю парня. - Отрезал, - я отхожу на пару метров в сторону, чтобы он не подходил. - Да, ну? – как ни в чём не бывало, тянет Брайан, усмехаясь, и я краснею ещё больше. Я обнимаю себя руками, неуверенно топчась на месте. - Я… пожалуй, пойду, - бормочу я, делая шаг к столику. - Пойдёшь? – удивлённо. – А как же наказание? Я замираю и поворачиваюсь к нему. - Наказание? Какое ещё, мать его, наказание?! - За то, что тут без спроса находишься, - Брайан пошло улыбается. – Я даже уже придумал, какое, - он медленно делает шаг ко мне, пристально смотря в глаза. – Судя по твоей недавно выпяченной заднице, она у тебя весьма неплоха… Я возмущённо открываю рот, глотая воздух. Да что он о себе возомнил?! - Чёрта с два! - Что, прости? – удивлённо вскидывает бровь альфа. - Я сказал, чёрта с два, извращенец! - Что тут происходит? – я вздрагиваю и оборачиваюсь, замечая Тома. Облегчённо прикрыв глаза, я вздыхаю, понимая, что мне сегодня везёт. Куратор подходит ближе и смотрит сначала на меня, а потом на Брайана. - Я просто выяснял, почему он находится здесь без разрешения, - младший лидер поднимает руки, мол, я тут не причём. Куратор вскидывает бровь и скрещивает руки на груди. - С каких пор нужно разрешение, чтобы потренироваться? Тот не отвечает, устало вздыхает и отмахивается, мол, надоел, а потом уходит, оставляя нас. Я неуверенно переступаю с ноги на ногу. Том поджимает губы и подходит ко мне, осматривая. - Тебе бы в душ, - он хлопает меня рукой по животу и отходит в сторону. Я смущаюсь и отворачиваюсь от него, а потом слышу: - Дневник ведёшь? – усмешка. Я резко оборачиваюсь и собираюсь уже возмутиться, но не успеваю. - Он же пустой… - куратор бросает его обратно на стол и поворачивается ко мне, внимательно изучая. – Пошли. Можешь принять душ в моей комнате. Я вскидываю бровь и благодарно улыбаюсь. - Спасибо, - я подхожу к нему и хватаю свои вещи. Поверить не могу, что Том позволит мне принять душ в его комнате. Интересно, а он уже решил проблемы, о которых они говорили с Семь? Нужно будет его расспросить об этом… После душа.