SMS

Сигарета. Еще одна. Третья. Четвертая. Боль в груди, в глазах темнеет. Она встает, колени подкашиваются, держится за стену. Чертовски холодно в комнате. В жизни. Душа давно покрылась коркой льда, а сердце погребено в многовековых айсбергах. Диана дошла на дрожащих ногах до холодильника, открывая еще одну бутылку виски. Виски, которое они так любили пить вместе, когда было холодно. Когда было одиноко. Когда было холодно и мерзко. Диана Сергеевна, поздравляю, ты проебала свою единственную надежду. Глоток. Обжигающая жидкость обволакивает горло, заставляя морщиться. Противно. Арбенина жмурится, зажимая переносицу кончиками пальцев, сдерживая подступавшие слезы. То ли от обиды на себя, то ли от терпкого горького напитка. Откинулась на спинку стула, нервно сглатывая подступивший ком в горле. Она закрыла глаза, повторяя про себя «Дурра! Какая же ты дура!». Вздрагивает. Становится холоднее. Она не спала двое суток. Была не в силах сомкнуть веки, потому что видела ее. Снова. Улыбающееся солнце, которое грело только во сне. Она открывала глаза, снова чувствуя мерзкий холод. Хватит. Перестань! Умылась. Отражение вызывало чувство тошноты. Ком в горле увеличился в несколько раз, и она упала на колени, быстро открывая крышку унитаза. Руки дрожали. Она до боли сжала короткий ежик волос, пытаясь отвлечься. Не помогает. Блять, хватит, прекрати! Я не выношу! Телефон в руке. Виски в языке. Рецепторы совершенно потеряли свой функционал. Ни вкуса, ни горечи, ничего. Только снова боль в груди. Дрожащие пальцы промахиваются по клавиатуре, не попадая по нужным буквам. Переписывает. Переписывает. Переписывает. «Пожалуйста» Стерла. «Я сдаюсь» Отправила. «Сколько времени, Сурганова кузнечик?» Отправила. Потеряла себя. Не уследила за временем. Глоток. Звон разбившегося стекла. Кровь на босых ногах от блядского осколка. Странно, боли нет. Подняла глаза, вглядываясь в тусклый коридор. Светик! Улыбка. Слезы. Побежала навстречу. Грохот, крики. Наступила на стекло. «Надо убирать за собой, идиотка!» Показалось. Обработала рану, криво забинтовала. Ничего, пройдет. И не такие раны заживали. Диана мельком взглянула на запястья. Шрамы. Вновь телефон в руках, сигарета подрагивает между губ. Тлеет быстро, заполняя комнату едким дымом, который режет глаза. Снова влажные глаза. Неприятно, щиплет. «Безмерно скучаю по тебе» Стерла, удалила, переписала. «Мне больно» Отправила. «Помнишь наш первый поцелуй? Я вот помню» «Не хочу помнить!» «Хочу. Всегда хочу, заяц» Вышла на балкон. Начался дождь, усиливаясь с каждой секундой. «Пожалуйста, ответь». Закрыла глаза, поднимая голову к небу, позволяя холодным октябрьским каплям смывать все неприятные чувства. Мурашки по спине. Нельзя сдаваться. Мы все еще под одним небом, хоть и в разных городах. И дышим мы разным воздухом. «Нет никакого «мы», дурра! Забудь!» Сжала руками голову, впиваясь короткими ногтями в скальп. Прошипела от боли, медленно сползла по холодной стене.

***

- Доброе утро, родная. Света зашла в комнату. Седой ежик, небрежно взъерошенный руками, торчал во все стороны. Она шла, аккуратно держа в руке кружку с горячим кофе. Без молока, без сахара. Во второй руке на блюдце лежал только что сделанный бутерброд. Все, как она любит. Скрипачка искренне улыбнулась только что пробудившейся Диане, присаживаясь на край кровати. Света аккуратно провела кончиками пальцев по ее щеке, едва касаясь большим пальцем линии рта. - Доброе, - сонно пробормотала Арбенина, забирая чашку из рук Светланы. Сделала пару глотков, отставляя чашку на прикроватную тумбу. 7:14 утра. Так рано, а они обе уже не спят. Диана положила руку на колено Сургановой. Медленно. Мучительно медленно начала скользить рукой вверх. Арбенина подцепила нижнее белье девушки рядом. Та вздрогнула, облизнув тонкие губы. Не стала останавливать. Диана приподнялась на локте, оставляя невесомые поцелуи на бедре подруги, слегка покусывая кожу, сразу же зализывая следы. - Динка, ты только проснулась. А мне нужно в душ, - Света запустила руку в белые волосы Арбениной, нежно поглаживая кожу головы. - Зануда. Какой была, такой и осталась. Иди ко мне. Диана положила руки на бедра Сургановой, приподнимая ее, сажая к себе на бедра. Света легко улыбнулась, закатывая глаза. Спустя столько лет, Сурганова продолжала по щелчку пальца возбуждать Диану до предела. Приятная тяжесть внизу живота. Поцелуй. Касания. Поворот, Света уже снизу. - Не изменяете своим принципам, Диана Сергеевна. Сурганова усмехнулась. Ноги вокруг талии, притягивает ближе. Диана поднимает легкую ткань белой рубашки, ее рубашки, оголяя тело подруги. Такое хрупкое. Родное. Любимое. Плевать на шрамы. Поцелуй в шею, ключицы. Спускается ниже. Ниже. Ниже. Горячее дыхание обжигает выпирающие тазобедренные косточки. Света вздрагивает. Тихо выдыхает. Подается вперед, навстречу обветренным губам. Диана проводит кончиком языка до резинки трусов, аккуратно цепляя ее зубами, стягивая вниз. Между ног сразу запульсировало. Жарко. Арбенина поднялась выше, нежно целуя уголок губ. Света втянула ее в поцелуй, прижимаясь голым телом к подруге. Диана стянула через голову футболку, в которой спала. - Кузнечик… Ты… Капля крови на щеке Сургановой. Вторая. Арбенина подскочила, зажимая рукой нос. Блять! Побежала в ванную. Споткнулась. Упала, больно ударившись. Открыла глаза. Дикая головная боль. Резкий запах табака и алкоголя вызывал рвотные позывы. Поморщилась, держась за голову. Отвратительное, такое же холодное утро. Слишком тихо. Какого черта открыто окно? Встала. Пошатнулась. Направилась на кухню. Бутылок из-под алкоголя не было, разбитой вчерашней рюмки тоже. Странно. Диана помотала головой, от чего головная боль только усилилась. Таблетка. Где она? Чьи-то руки. Мурашки по телу. Арбенина вздрогнула, посмотрев в отражение на окне напротив. Улыбка за спиной. Такая искренняя, светлая. - Светка… Тихий хриплый шепот из уст Дианы. Развернулась. Притянула к себе, уткнувшись носом в шею. - Таблетка на столе, стакан воды там же. Доброе утро, родная.