Разбудить Принца

Только оказавшись дома и оставшись одна в своей комнате, Ай обнаружила, что её медальон, с которым она не расставалась ни на секунду, пропал. Обыскав всё и поняв, что утерян он, скорее всего, где-то вне дома, девушка с удивлением поняла, что потеря этой вещицы, как таковой, её не сильно расстраивает и что на самом деле ей дорог не тот портрет в миниатюре, заключённый в медальоне, а оригинал – Канаме, живой, во плоти. Попав в очередную передрягу, Ай вдруг осознала, что всё это время тот, кто ей действительно был нужен, был совсем рядом, просто она вела себя как избалованное дитя, требуя к себе повышенного внимания и незаслуженно ожидая, что всё само собой придёт к ней в руки. Возможно, она слишком полагалась на тех, кто окружал её, воспринимая их любовь и заботу как должное, может быть, именно потому и от Канаме ждала того же. Вот только молодой человек был совсем другим, и это Ай тоже поняла только сейчас. Девушка не замечала скрытой в глубине глаз боли и одиночества, не видела той потаённой тоски, что читалась во взгляде. В кого она влюбилась, глядя на миниатюру в медальоне? Разве не красивое лицо привлекло её внимание? Ведь устремлённый, кажется, в самое сердце взгляд печальных рубинового цвета глаз она оставила незамеченным. Так кого же она любила? Ай после времени корила себя за невнимательность, за то, что лишь больше расстраивала того, о ком мечтала заботиться и для кого хотела стать надёжной опорой и поддержкой. «Не поняла… Не обратила внимания… Позволила уйти…» - бились, словно пойманные в силки пичуги, мысли в голове девушки. Ай с трудом дождалась наступления заката, до самых последних солнечных лучей не сомкнув глаз, то подходя к окну и с нетерпением глядя сквозь узкую щель в занавешенном шторами окне, то сидя, забившись в угол, на кровати, то пытаясь читать. Лишь солнце скрылось за горизонтом, девушка оделась и распахнула окно, будто зная, что тот, кого она ждёт, обязательно появится, и её ожидания оправдались! Ай едва радостно не воскликнула, завидев ещё издали силуэт Айдо. Как никогда, девушка была рада видеть своего друга. Она знала, что именно на этого молодого мужчину она во всём может положиться. - Айдо-сан! – Ай легко выпорхнула в окно. Идя за руку с молодым мужчиной, девушка невольно улыбалась, чувствуя себя почему-то невероятно счастливой. На душе было легко и пели птицы. Ай была уверена, что теперь всё будет хорошо, да просто не может быть иначе! Вот только радужное настроение девушки было недолгим – уже подходя к особняку Куран, Ай поймала такой яростный, устрашающий взгляд, от которого вся её радость вмиг померкла. Девушка и представить себе не могла, что Канаме может быть таким. Всегда сдержанный, нежный с ней, сейчас он больше был похож на дьявола во плоти, исчадие ада, выбравшееся из недр земли на поверхность. Этот устремлённый на Айдо и Ай взгляд будто прожигал насквозь, отравляя своим ядом. В душе Ай всё заледенело. Молодые люди остановились, не доходя до кованых ворот особняка. Девушка не сводила неверящего взгляда с изменившегося до неузнаваемости лица Канаме. «Я его совсем не знаю… Я даже и не представляла, что за всегда спокойной внешностью таятся подобные эмоции… Кто тот человек, что стоит сейчас перед нами? Какой же на самом деле Канаме? Неужели всё это время он носил маску? Я боюсь… боюсь увидеть его настоящее лицо… Боюсь, что это и есть он настоящий… Чему же мне теперь верить? И правда ли я любила того, кто находится всего в нескольких шагах от меня?..» - Ай была в смятении, она не знала, что думать. - Как ты посмел так близко подойти к моей дочери?! – Земля вздыбилась от разрывающей её силы, комья взлетели в воздух и вместе с осколками камней полетели в сторону Айдо. Пугающий, заставляющий содрогнуться голос, прозвучавший в вечернем, напоенном тишиной, воздухе привёл девушку в чувство. - Не смей!! – крик Ай резанул слух. Девушка встала перед Ханабусой, раскинув в стороны руки и закрыв собой молодого мужчину; летящие в Айдо камни и комья зависли на миг в воздухе, а потом попадали на землю, не достигнув своей цели. - Он мой друг, - уже тише, со слезами в голосе произнесла Ай. – Как ты мог?! Ты же убил бы его! Девушка развернулась и помчалась прочь от особняка. - Ай-сама! – Ханабуса замер на мгновение в нерешительности, а затем побежал догонять Ай. Взгляд Канаме погас, глаза наполнились болью. Из груди рвался крик. «Как до этого могло дойти? Почему всё обернулось именно так?» «И ты позволишь им так просто уйти и бросить тебя?» - услышал молодой человек язвительный голос. «Убирайся», - глухо ответил Канаме. «Ну уж нет! Ты стал слишком слаб, я не собираюсь упускать такой шанс!» «Прочь!» - послышался грозный рык; Канаме с силой рассек воздух, направив взметнувшиеся вверх осколки камней в лишь ему видимого противника. Несколько осколков, отрекошетив от фонарного столба, задели самого молодого человека. Струйка крови побежала от виска по щеке; рукав моментально пропитался кровью, однако Канаме словно бы и не заметил этого. Неожиданно молодой человек почувствовал, как чья-то рука легла на его плечо. Оглянувшись назад, Канаме увидел Киёми. Девушка грустно покачала головой, легонько сжав плечо молодого человека. Во взгляде устремлённых на Канаме карих, с рубиновым отливом глаз было такое спокойствие и умиротворение, что хотелось окунуться в омут этих глаз с головой, чтобы обрести наконец покой. Киёми приподняла свободной рукой свои длинные тёмные волосы, обнажив пульсирующую вену на шее. Молодой человек почти вплотную приблизился к девушке. «Какой же я слабак», - с горечью подумал Канаме, но самоконтроль снова подвёл его, - сил сдерживать рвущуюся наружу жажду не осталось; два острых клыка вонзились в нежную кожу Киёми. - Юки… - губы молодого человека шевельнулись, но с них не сорвалось ни звука. Теперь он ещё больше будет презирать себя за эту слабость. - Ты не слабый, - будто прочитав мысли Канаме, тихо произнесла Киёми. Эта девушка… Она словно может видеть, что творится у него в душе. Ещё совсем недавно она была всего лишь наивным ребёнком, а теперь… Теперь эта девушка будто превратилась в умудрённую жизнью женщину. - Кого ты любишь, Канаме? – голос Киёми мягко обволакивал молодого человека. – Ты слишком долго прятался за созданный тобой образ, ища себе оправдания, чтобы быть одному, истязать и мучить самого себя, будто наказывая за что-то. За что ты никак не можешь простить себя? Чуть позже, глядя в глаза Канаме, девушка гладила его по волосам, перебирая шелковистые пряди. - Ты боишься своих чувств, боишься поверить и вновь разочароваться, боишься причинить боль, а потому сам страдаешь от невыносимой муки. Отпусти себя, дай себе ещё один шанс. Прости себя, мой Принц. Никому ещё молодой человек не позволял увидеть себя таким; никто не смел так глубоко проникать в его душу. «Как ей это удалось? Ведь она всего лишь обращённая…» С каждым проникающим в его сердце словом, с каждой услышанной фразой, словно целительный бальзам ложился на истерзанную душу Канаме. Он наконец-то прозрел, наконец-то смог осознать, что всё это время лишь прятался за иллюзию, цеплялся, будто за соломинку, за шлейф прошлого. Когда имя Юки уже готово было сорваться с его уст, молодой человек вдруг понял, что не образ своей сестры видит перед глазами, - перед его внутренним взором уже давно была другая, юная и чистая девочка. Канаме всё это время – с их первой встречи с Ай и до нынешнего момента – лгал самому себе, скрывая в глубине сознания даже от самого себя ту единственную правду, которой он боялся. Не свою дочь он увидел в этой девочке, не как дочь воспринял он Ай. Именно поэтому и бежал от неё, боясь испачкать, погубить, утянуть за собой на самое дно бездны. Укрывшись за этот самообман, молодой человек даже сам поверил в него. Он ошибочно думал, что до сих пор ещё любит Юки, и лишь теперь, проведя столько времени вдали от Ай, смог признаться самому себе, что испытывает к этой девочке далеко не отцовские чувства, а чувства намного, намного сильнее. Канаме осознал, насколько сильно ему нужна Ай, осознал, что, несмотря ни на что, он хочет быть с ней. - Иди за ней, поговори, объясни. Она поймёт. Если любит, то примет таким, какой ты есть без прикрас. Сердце невозможно обмануть. – Киёми улыбнулась молодому человеку ободряющей, вселяющей надежду улыбкой. ***** - Ай-сама… - Всё не так… Он другой… - девушка плакала навзрыд, не скрывая своих слёз. – Почему?.. Почему он изменился?.. - Ай-сама, Канаме-сама слишком долго был один, он научился скрывать свои истинные чувства и эмоции. Поговорите с ним. - Это бесполезно… - Ай покачала головой. – Я для него лишь маленькая, беззащитная девочка, которую он хочет оградить от всего мира. Всё это время он любил не меня, а образ моей мамы. Он до сих пор хранит его в своём сердце. - Ай-сама… - Ханабуса выглядел растерянным, - это повторилось опять, снова он чувствовал себя неуютно, вновь при нём лились слёзы чистокровного; это уже было однажды… - Ай-сама, не плачьте, пожалуйста. Я ведь даже вас утешить не имею права, я всего лишь ваш преданный слуга. - Айдо-сан, и вы тоже?.. Я думала, что вы мой друг… - Слёзы заструились по лицу девушки с новой силой. - Ай-сама, вы чистокровная. Ваше положение отличается от моего. - Я совсем одна… - Плечи Ай поникли. - Это не так. У вас есть любящие вас родители и друзья. - Вы не понимаете… Никто не понимает… - Простите… - молодой мужчина почтительно склонил голову. – Ай-сама, давайте, я провожу вас домой. - Я хочу побыть одна. Фигурка девушки вдруг начала рассеиваться, превращаясь в стайки летучих мышей. Зашелестели многочисленные крылья, и тёмное облачко взметнулось в вечернее небо. - Ай-сама… ***** «Иди за ней, поговори, объясни. Она поймёт. Если любит, то примет таким, какой ты есть без прикрас. Сердце невозможно обмануть», - эти слова снова и снова всплывали в памяти молодого человека. Канаме раскрыл сжатую в кулак руку и посмотрел на лежавший на ладони медальон. Когда-то давно он подарил его Юки на день рождения. Мог ли он предположить тогда, что однажды обладательницей этой вещицы станет другая, как, впрочем, и обладательнице и его сердца. Молодой человек оставил всех в особняке, а сам направился в замок. Киёми проводила его с всепонимающим взглядом и тихой улыбкой на лице. Как же быстро повзрослела эта девушка. Что вело его именно в родовое гнездо? Почему, вместо того, чтобы пойти к дому Юки, он отправился именно в замок Куран? Какое-то странное, непонятное чувство завладело им. Что-то заставляло его помимо логики поступать так, как подсказывало ему вдруг пробудившееся шестое чувство. Парк, окружавший замок, встретил своего законного владельца шелестом листвы и темнотой, окутавшей всё вокруг. Глаза Канаме прекрасно видели в полумраке, он уверенно двигался навстречу всё больше возвышающимся, спрятанным под опутавшими их маскирующим узором из переплетённых между собой вьющихся растений и побегов, серым каменным стенам замка. Возле входа молодой человек заметил одинокую стройную фигурку в светлом платье, которая замерла, глядя куда-то в пространство. Канаме остановился и тоже замер. Что это? Просто видение? Он выдаёт желаемое за действительное или же..? Девушка, что в нерешительности стояла у скрытого входа в замок, будто очнулась, её взгляд уловил чьё-то присутствие. На лице отразилась целая гамма чувств – недоверие, изумление, испуг, радость, смущение, отчаяние, страх, растерянность, боль… Кажется, ещё секунду, и этот образ испарится, словно его и не было. Молодой человек сорвался с места. Его силуэт в один миг переместился туда, где замерла фигурка девушки, очутившись прямо напротив неё. Неожиданно пробившийся с небес лунный свет упал на этих двоих, стоявших друг напротив друга. Ай опустила голову, пряча свой взгляд под сенью пушистых ресниц. Канаме молчал, боясь разрушить этот столь хрупкий момент. Молодой человек больше не пытался скрывать своих эмоций, рядом с той, что ему была дороже всего на свете, он больше не хотел прятаться за маской. Девушка робко подняла глаза и встретилась взглядом с точно таким же растерянным, как и у неё, полным смятения, взглядом рубиновых глаз. Ай смотрелась в эти глаза, словно в зеркало, видя в них своё отражение. Во взгляде Канаме бушевал целый ураган невысказанных слов, невыплеснувшихся эмоций, обуреваемых молодого человека чувств. Глядя в эти глаза, девушка поняла, что сейчас она видит настоящего Канаме, того, кто открыл перед ней свою душу, распахнул для неё своё сердце. Ай боялась поверить в чудо, в то, что наконец-то её мечты могут стать явью. Ничего не хотелось говорить, да и не нужно было, все слова будто испарились из головы. Эти двое тонули во взгляде друг друга, соприкасаясь душами, замерев сердце к сердцу и слушая, как отдаётся в груди одно биение на двоих. Когда в тишине укрывшей их, только что вступившей в свои права ночи раздался мягкий, бархатистый голос Канаме, Ай затаила дыхание. Те слова, что позвучали в ночи, заставили девушку затрепетать от волнения, а глаза засиять счастливым блеском. Молодой человек коснулся руки девушки, взяв её руку в свои. Каждое слово обжигало огнём, заставляя жар бежать по телу. Ай почувствовала, что она дрожит, но была не в силах унять эту дрожь. - Всё это время я словно пребывал во сне. Целые тысячелетия я искал смысл своего существования, не находя его. Каждый пустой, бессмысленный день отдавался болью… - Девушка почувствовала, как её дрожь передалась и стоявшему перед ней молодому человеку, а может быть, это ей лишь показалось? – Ай, ты пробудила меня от многовекового сна, заставила почувствовать, что я всё ещё живой, подарила мне надежду… Спасибо тебе. Канаме притянул Ай к себе, сомкнув вокруг девушки кольцо своих рук. Губы молодого человека коснулись губ девушки, запечатлев на них нежный поцелуй. Ай спрятала смущённое лицо на груди Канаме. Яркий румянец залил щёки девушки. Руками она крепко вцепилась в ткань плаща молодого человека. Внезапно Ай чуть отстранилась от Канаме и застыла в изумлении, глядя на свою руку. Осторожно разжав пальцы, девушка увидела лежащий на ладони медальон. Ай устремила на молодого человека недоверчивый взгляд. Глядя на удивлённо-растерянное лицо девушки, Канаме мягко улыбнулся, и его лицо вдруг словно озарилось каким-то внутренним светом. Он ничего не ответил на невысказанный вопрос Ай, просто снова крепко обнял её, чувствуя, как впервые за всю его невыносимо долгую жизнь, всё его существо наполняется неописуемым счастьем.

Эпилог

- Ичиру, Зеро, не убегайте слишком далеко, - молодая женщина с нежностью смотрела на резвящихся пятилетних мальчуганов; их серебристые волосы развевал приятный прохладный ветерок. - Юки, ты уверена, что нам стоит идти туда? - сереброволосый мужчина вопросительно посмотрел на жену. - Зеро, ты же знаешь, Ай расстроится, если ты не придёшь. Наша дочь очень скучает по тебе. Пора забыть все разногласия и прежнюю вражду. – Глаза молодой женщины лучились любовью. – К тому же, пора Ичиру и Зеро познакомиться со своей старшей сестрой. - Ичиру! – младший из близнецов едва поспевал за своим братом, неугомонным и резвым искателем приключений. – Подожди меня! Ичиру взбежал на небольшой пригорок и обернулся к Зеро-младшему, дожидаясь, когда тот нагонит его. Неожиданно мальчуган насторожился. Зеро-старший, который мгновение назад следил за детьми полным нежности взглядом, уже готов был выхватить из-за пояса своё оружие, когда рука Юки легла на его руку, останавливая его. Молодая женщина покачала головой и взглядом указала мужу на появившуюся из-за деревьев девушку в джинсовом костюме с забранными в высокий хвост длинными тёмно-каштановыми волосами. Следом за девушкой показался светловолосый мужчина невысокого роста с голубыми глазами. - Айдо-семпай! Киёми-чан! – оставив Зеро-старшего чуть позади, Юки поспешила навстречу молодым людям. - Юки-сама, - Ханабуса склонил голову в почтительном поклоне. - Какая прелесть!! – Киёми тем временем подбежала к близнецам, недоверчиво смотрящим на незнакомку. – Привет! Меня зовут Киёми. А как вас? Оба мальчугана потерялись под направленным лучащимся радостью взглядом карих с рубиновым отливом доброжелательных глаз. - Не бойтесь, я друг вашего дяди Канаме, - улыбнулась девушка. Старший из близнецов закрыл собой младшего брата, а тот высунул из-за его спины свою любопытную мордашку. - Это Ичиру, - к девушке и детям подошла Юки, потрепав малыша по голове, - а это Зеро. Зеро-младший переметнулся за спину молодой женщины, обхватив её своими ручонками и выглядывая теперь из-за неё. - Сколько тебе повторять – ты должна с почтением относиться… - пылая праведным гневом к Киёми приближался Айдо. - Знаю, знаю! – беззаботно воскликнула девушка. – Давайте наперегонки, кто первый добежит до замка? Киёми подхватила за руки растерявшихся от такого напора близнецов, бросила напоследок озорной взгляд на Ханабусу, подмигнув мужчине и показав ему язык, а затем вместе с мальчуганами устремилась к аллее, уже видневшейся за деревьями. - Ну что за неугомонное создание! – обречённо вздохнул Айдо. - Вы неплохо ладите, - улыбнулась Юки, вогнав мужчину в краску. – Зеро! Молодая женщина обернулась, помахав рукой к идущему, не спеша, мужу. ***** - Мама! – в просторном холле гостей встретила повзрослевшая Ай; просторное нарядное платье едва скрывало выдающийся вперёд округлый животик. - Детка, - Юки обняла дочь. - Папа?.. – Девушка была растрогана до глубины души тем, что Зеро всё же приехал повидаться с ней. Ай нерешительно приблизилась к мужчине, смущённо глядя ему в глаза. - Ты сможешь когда-нибудь простить меня? – Девушка мяла в руках оборку своего нежно-лимонного цвета платья. - Ты счастлива? – Зеро пытался прочесть по глазам Ай её настоящие чувства; глаза девушки светились мягким рубиновым светом; Ай кивнула и спрятала взгляд под тёмными ресницами. Нежный румянец покрыл щёки девушки, выдав её волнение. Мужчина притянул дочь к себе, коснувшись губами её макушки. - Мне не за что прощать тебя, - негромко произнёс Зеро, прижимая Ай к своей груди. – Главное, чтобы ты была счастлива, а всё остальное не важно. Ай обхватила отца руками, пряча заструившиеся по её лицу слёзы радости. Где-то наверху зашумели малыши, послышался топот маленьких ножек. Айдо, стоявший неподвижно чуть на отдалении, внезапно ожил и в одно мгновение взлетел по мраморным широким ступеням. Сверху послышался задорный смех Киёми и голос… Юки подняла голову. Этот голос она не спутает ни с чьим, этот голос всегда дарил ей уверенность и умиротворение. Но сейчас этот голос звучал немного непривычно. В голосе, звучавшем в стенах древнего замка, слышалась искренняя радость и веселье. На верхних ступенях показался и сам обладатель этого голоса. Канаме, улыбаясь мягкой улыбкой, с нежностью смотрел на стоявших в холле жену и сестру. Двухгодовалый малыш с такими же тёмно-каштановыми шелковистыми, как и у самого молодого человека, волосами восседал на плечах своего отца. Канаме придерживал сына одной рукой. Ай, поймав устремлённый на неё любящий взгляд, ответила мужу точно таким же взглядом, полным обожания и нежности. Сверху послышались спорящие голоса Киёми и Ханабусы. Слушая эти препирания и озорной смех девушки, Юки улыбнулась. Наконец-то после стольких пережитых испытаний, после всех треволнений и переживаний, все они обрели своё счастье. Жизнь продолжается, и она будет продолжаться в их детях, внуках. Подойдя ближе к дочери, Юки шепнула ей на ушко. - Девочка? – Ай засмущалась, но счастливая улыбка озарила её порозовевшее лицо.