На грани

— POV Какаши —

      Они возвращаются в номер и пока Сакура радостно разводит бурную деятельность вокруг своей собственной идеи, Какаши просто падает на кровать и упирается пустым взглядом в потолок. Если у нее есть какой-то план, он согласен его рассмотреть; ученица вылетает пулей из комнаты, выглядя не совсем как она сама и Хатаке пожимает плечами, подкладывая руки под голову. Это на самом деле и правда все очень запутанно, очень. У него едва ли есть какие-то предположения; либо преступников несколько, либо это кто-то, кто может менять внешность, а тогда у них проблем не просто больше, а настолько дохуя, что он сомневается, что у них вообще как-либо получится из этого выплыть. Хотя...бывало и хуже. Какаши действительно так думает; вообще-то, он не сыщик и поэтому ему достаточно тяжело. Хатаке в целом редко посылали на подобные задания, потому что его специальность в основном в том, чтобы убивать людей, а не ловить их. Но здесь Сакура, так что, вероятно, только ради нее он не сделает все так, как считает нужным, а Какаши считает, что такие люди просто не достойны жизни.       Приподнимается на локтях, осматривая комнату и хмурится, понимая, что девушки все еще нет. И куда она вообще ушла в такое время? Маньяк спокойно ходит по коридорам, а она шляется непонятно где. Это наверное потому, что сам Какаши ее ничему не научил в свое время. Вот уж точно.       Зевает, поднимаясь с кровати, и осматривает комнату на предмет...чего-нибудь. Еще раз. Ему что-то не нравится здесь, но Какаши не может понять, что именно. А его инстинкты никогда не обманывали и если есть плохое предчувствие, значит, что-то произойдет. Какаши любит быть правым, но только не в таких ситуациях.       Как только он опускается обратно на кровать и достает книгу, открывая на одном из любимых моментов, в двери появляется предположительно Сакура (раз уж она не постучалась) и Хатаке вздергивает бровь, вопросительно глядя на чехол для одежды в ее руках. И тут же докладывает о том, что узнала, оставляя его просто где-то в прострации. Куда она вообще ходила? Пришла растрепанная, с платьем, информацией и не хочет ничего об этом говорить. Он щурится, откладывая книгу, и упирается локтями в колени, наблюдая за тем, как девушка вытаскивает наряд из чехла и рассматривает, рассказывая о том, что хочет быть приманкой. Вообще, сначала Какаши даже открывает рот, чтобы сказать, что это исключено. Потому что это и правда из ряда вон выходящее. Она не может просто пойти и сделать себя приманкой - нет, только не Сакура. У него есть определенные моральные устои; он видел то, как она растет и непосредственно участвовал в ее воспитании. Иногда ему кажется, что если бы Харуно перестала страдать по одному из Учих и нашла бы себе кого-то, то была бы обязана познакомить и получить благословение от Какаши тоже. Он чувствовал ответственность за нее. Всегда. А тут она хочет быть приманкой! Но просто если подумать, то Сакура - одна из немногих, кто на самом деле может дать отпор; ведь так же, как он был ответственен за нее, Хатаке был ею и горд. Куноичи могла постоять за себя и ему не придется беспокоиться о том, что ей тоже понадобится медицинская и, что может даже важнее, психологическая помощь после.       Он вздыхает, переводя задумчивый взгляд на ученицу, и чувствует, как у него дергается единственный видимый глаз на ее слова. - Действительно, Сакура. Ты мне не ровня, - шиноби сам улыбается, продолжая немного раздраженно подергивать ногой и думать о том, что ей и правда можно просто стереть память. Эта информация не должна просочиться в Деревне. Какаши, конечно, абсолютно похуй на то, что о нем думают остальные джонины, но не совсем хочется терпеть "смешные" приколы Генмы или, тем более, это может подать очередную идею для соревнования Гаю - вот чего действительно нельзя допустить. А Харуно явно не собирается держать язык за зубами.       Встает, чтобы и правда просто вычистить этот эпизод из ее памяти и останавливается на полпути, внезапно удивленно глянув вниз на Сакуру. - Что, прости? "Инструктаж"?       Теперь очередь Какаши...засмеяться. Не громко и едва ли более эмоционально, чем обычно, но он все же дергает плечами и усмехается, прикрыв глаза. Инструктаж. Подходит ближе, собираясь что-то сказать и глубоко вдыхает, осознавая моментально, что все веселье с него сдуло. - Сакура, объясни мне, как ты достала это платье и информацию? - чувствительное обоняние улавливает чужой запах на девушке и он чуть ли не щетинится, с нажимом стискивая челюсть. Это не то, как куноичи должна выполнять миссии. Это не то, как ЕГО ученица должна добиваться своего. Он не учил ее этому и уверен, что Пятая тоже.       Наклоняется ниже, втягивая носом запах с изгиба шеи и с отвращением хмурится. - Ты в своем уме?       Какаши может понять, что все не так плохо, как могло бы быть, но Сакуру и правда целовали, это не просто запах случайного столкновения в коридоре, который выветривается моментально - чужие руки касались ее, от ее кожи пахнет другим мужчиной. Он не чувствует ревности, скорее просто тупое желание свернуть этому ублюдку шею. Хатаке едва ли видит в стоящей перед ним ученице девушку...в определенном понимании. Он знает, что ей уже давно не двенадцать, да и даже не пятнадцать, но она все еще...Сакура. И от нее не должно нести чужими поцелуями. Как она сама это допустила? Тем не менее, девушка бегло объясняет, неловко отодвигаясь от него, потому что Какаши ловит себя на том, что действительно стоит вплотную и отходит, чуть ли не закатывая на ее слова глаза. Она сама знает, что так делать нельзя и уже, даже несмотря на все его мысли о ней, давно выросла из того возраста, когда он мог бы ее чему-то учить. - То, что нравится мне, необязательно понравится ему, - Какаши останавливается на приемлемом расстоянии и привычно сует руки в карманы, сжимая пальцами несколько сюрикенов. Обводит ее взглядом и понимает, что попал в ситуацию, в которую никогда бы не хотел попасть. Он уверен, что у нее нет опыта. Это одна из причин, почему сегодня в отеле к стойке пошел Какаши - будучи мужчиной, он прекрасно знает на что давить. А она, будучи молодой девушкой, вряд ли знает так много. Хочется просто сунуть ей его любимые книжки и оставить их наедине. Ну серьезно. Как она себе это представляет? И понимает ли, что сам факт ее просьбы звучит как то, про что Джирайя мог бы написать еще один том этих божественных книг?       Вздыхает, безысходно опуская голову, и садится на кровать, наблюдая за тем, как она присаживается рядом. Какаши не может сделать это. Он не может научить ее тому, как привлечь мужчину. Да это не он должен делать! Мама, подруга, Пятая, в конце концов. Почему именно он? Хатаке чувствует, как хочет сбежать куда-нибудь подальше и просто полежать на солнышке. А не вот это вот все. - Ты.., - он опускает взгляд, чувствуя, как ему внезапно становится неловко, и чешет затылок, нервно сжимая пальцами острое лезвие в кармане. - Блять, Сакура, почему бы тебе не спросить об этом кого-нибудь другого? - он редко ругается перед ней, но внезапно чувствует, как мозги кипят. Как ей объяснить?       Подрывается с места и отходит к дальней стене, опираясь спиной, и складывает руки на груди, серьезно глядя на сидящую перед ним девушку. То, как она выглядит сейчас...Она нравится ему. Хмурится, пропуская эту мысль через себя еще раз, и закрывает глаза. Вот еще этой хуйни ему не хватало. - Ты права, тут никого нет, - а ведь она молчала. Продолжает все так же выжидательно на него смотреть и сама, наверное, не понимает, чего просит. А может, не осознает сам Какаши - Харуно же не просит переспать с ней - невинная просьба показать, как ей действовать, чтобы привлечь чужое внимание. Да. Только и всего. Точно. И чего он так бурно реагирует? - Тебе достаточно просто надеть это платье, чтобы все смотрели только на тебя, - упирается затылком в стену и смотрит безучастно, лениво даже, в потолок. - И когда на тебя обратят внимание...не спугни его, - Какаши сам не верит, что говорит это. Честно. Перед его глазами слишком яркая картина того, как ее лапают как минимум глазами большая часть присутствующих и то, как он по очереди каждому их выкалывает и заталкивает в задницу. Но, зная темперамент его ученицы, она сама вполне успешно сможет сделать нечто подобное. Поэтому он и беспокоится. - Не бойся чужих прикосновений. Встань, - мужчина собирает в кулак все свои сопли по поводу того, что он не тот, кто должен это делать и встает рядом с зеркалом, растянутым по стене в полный рост, ожидая, пока она встанет рядом, заинтересованно глядя на их отражение. Он вздыхает, касаясь ее локтя, и тянет ближе, заходя за женскую спину, чтобы посмотреть на нее сзади из-за плеча. Хатаке впервые видит их со стороны и Сакура, вероятно, тоже, потому что выглядит определенно заинтересованно. Какаши забавляет ее любопытство. - Учитывая то, с каким интересом ты сегодня наблюдала за теми двумя, может, сама меня чему научишь? - улыбается, глядя за тем, как резко она меняется в лице и хмурится, собираясь развернуться и сказать ему все, что о нем думает, когда Какаши притягивает ее к себе, крепко, но ненавязчиво опуская ладони на тонкую талию. - Сакура, посмотри на себя. Не делай такое лицо. Улыбнись, - она выглядит так, будто кипятком ошпарилась. Он, впрочем, тоже тратит непомерные усилия на сохранение спокойного лица. Какаши никогда даже представить себе не мог, что коснется ее так. Что в принципе коснется Сакуру достаточно близко, когда от этого не зависит их жизнь. Она улыбается настолько нервно, что Какаши просто выпадает; сам смеется, привычно прикрывая глаз. -Ты напряжена, - они стоят достаточно близко, чтобы он торсом ощущал, насколько она нервничает, буквально сжимаясь рядом с ним и вздыхает. - Расслабься, - едва ощутимо двигается ладонями вверх, перебирая пальцами алую ткань ее формы, и вновь опускает, чувствуя то, что чувствовать не должен. Вообще ни при каких обстоятельствах. Не к ней. Ее тело идеально отзывается на его прикосновения, слишком правильно. Оно не должно. Язык ее тела говорит только о том, что она неосознанно подается к нему; Харуно сама, вероятно, не совсем это осознает, озадаченно глядя на то, как его руки смыкаются на ее талии. Самое худшее то, что его тело делает то же самое. - Это допустимо, - он вздыхает, собираясь с силами, и утыкается носом в розовые волосы за ухом, продолжая наблюдать за ней единственным видным взглядом. Это, блять, слишком не то, что он когда-либо хотел бы увидеть. Не с ней. Он попадет в Ад. - Это - нет, - крепко и слишком внезапно сжимает ее бедра руками, спустив их ниже прежде, чем она успела моргнуть. - Не стой столбом, Сакура. Любой будет рад вниманию от тебя. Но не предлагай себя слишком открыто. Убери мои руки, - он продолжает беспардонно сжимать ее бедра и чувствует железную хватку на вид хрупкой ладошки на своих, болезненно прикрыв глаза. - Не так. Ты главная здесь, Сакура. Когда я стою здесь, ты уже захватила внимание. Не нужно отпугивать, - ладонь смягчается и она плавно поднимает его руки выше, возвращая их туда, куда нужно. Но давайте просто не забывать о том, что она хоть и не делает подобные вещи каждый день и вряд ли делает вообще, но все же - девушка. Какаши знает и понимает это. Осознает, что у нее заложены определенные вещи изначально - Сакура с детства не была той, кто зажимался и не знал, как вести себя с парнем, который нравился. Она осознает то, как выглядит и то, как влияет на мужчин вокруг. И то, что Харуно поворачивает голову к нему, встречаясь вызывающим взглядом с его спокойным, самостоятельно слишком близко прижимаясь к нему; откидывается на его плечо и улыбается, глядя на него полуприкрытыми глазами, слишком явно демонстрирует, чего хочет. Все это доказывает, что ей едва ли нужна его помощь. Он чувствует, как в нос пробивается - снова - ее запах, обволакивая шиноби, теперь ее кожа пахнет его прикосновениями. Какаши впервые хочется узнать, что будет, если она будет пахнуть его поцелуями. Что будет, если от нее не будет нести каким-то случайным работником отеля, который обслюнявил ее в коридоре. Хатаке не должен думать об этом, он просто не имеет морального права. Но вот он держит в руках свою ученицу и думает о том, каково это - целовать ее. И когда именно все пошло по пизде? - Полегче. Тебе со мной в одной кровати спать, - он подмигивает ей, невинно улыбаясь, и она буквально отлетает от него, становясь ближе к зеркалу и дальше от Какаши, переводя взгляд на их отражение. Он смотрит прямо в яркие бегающие зеленые глаза и улыбается, убирая руки с чужой талии и засовывает их в карманы, переводя дыхание. Это и правда не то, чему он должен был вообще ее учить, абсолютно не то. Хатаке в принципе не понимает, что за абсурдная ситуация с ним получилась и не думает, что хочет еще в ней участвовать. - Остаться с ним наедине - не самое сложное. У тебя получится. Задавай вопросы. Я не знаю, что еще тебе сказать. Держи зрительный контакт, но не слишком долго; не давай трогать себя слишком откровенно, будь недоступной, поверь мне, любому мужчине будет приятно тебя добиваться; не пугайся и не отпугивай. Это не самая приятная часть, но постарайся не показывать, что тебе может быть противно, - Какаши понимает, что то, что делал он, тоже, вероятно, могло ей не понравиться. Хатаке не должен был касаться ее так - все можно объяснить словами, но...он никогда не делал ничего подобного. Откуда он может знать? Ему и правда было бы проще сделать это самому, если бы он знал, что преступник не сможет увидеть через технику перевоплощения. Тогда они и правда обошлись бы малой кровью. А так Сакуре придется проявить всю свою женственность, чтобы словить его с поличным. Тогда у них точно будет основание показать ему комфортабельные номера в тюрьме. А то, что у нее получится...он и сам оценил. Просто осталось удостовериться в том, что Харуно не покалечит насильника, когда они останутся наедине, если тот полезет к ней с ожидаемыми намерениями. Поэтому, самое страшное для его преподавательской деятельности впереди.

— POV Сакура —

      Как бы Сакура не пыталась, но она совершенно не может понять, почему вдруг Какаши так резко меняется в лице, подходя к ней ближе. По обыкновению апатичная ко всему мимика, внезапно видоизменяется в более агрессивную, хотя Харуно по-прежнему смотрит на него непонимающе. И только когда тот наклоняется ниже и втягивает носом воздух, до куноичи доходит суть его возмущения. Слишком острое обоняние. Девушка делает шаг назад, отходя от мужчины, и снова резко проводит ладонью по шее, желая стереть с себя этот запах, чтобы его не чувствовал Хатаке; сводит брови к переносице, недовольно глядя на него. - Как Вы вообще могли об этом подумать? - цедит сквозь зубы; Сакуре самой становится неприятно от того, что подобное могло прийти ему в голову. - Я не делала этого специально. Это была случайная встреча в коридоре с любовником той девушки, облик которой я использовала. Я бы никогда не пошла на что-то такое намеренно, даже ради получения информации.       Девушка глубоко вздыхает и чувствует, что тут же успокаивается; в конце концов, сенсея винить нельзя - она действительно ничего не объяснила, когда вернулась. Но сейчас у них проблема куда более серьёзнее, потому что именно от пояснений Какаши и дальнейших действий Сакуры на их основе, зависит успех операции. Ещё никогда на миссиях она не чувствовала на себе такую давящую ответственность.       Харуно вспоминает рассказы своей наставницы о куноичи, которые спасали не только собственные деревни, но и целые страны, лишь тем, что легли с кем-то в постель. Цунаде не давала подобным историям положительный или отрицательный окрас, она просто констатировала факт того, что в истории ниндзя были такие примеры. И если шиноби - это не только сила и ловкость, но и хитрость, то ничего плохого в безобидном флирте, которому она и просит научить её Какаши, Сакура не видит. Это ведь всё только ради задания, Харуно никогда не попросила бы его ни о чём таком. На мгновение задумывается о том, что Ино справилась бы с этой миссией гораздо лучше неё, ведь ей даже подсказывать ничего не пришлось бы. Но, к сожалению, здесь только она и её учитель, который колеблется между "да" и "нет" настолько, что места себе не находит. - Какаши-сенсей, я бы предпочла спросить об этом у кого-то своего пола, но так как у нас нет иного выхода, то почему бы Вам просто не передать опыт Ваших извращенческих книг более юному поколению? - девушка едва заметно улыбается, подталкивая учителя к правильному выбору, видя, что он постепенно с ней соглашается. Сакура встаёт перед зеркалом и прислушивается к тому, о чём говорит шиноби, впитывая буквально каждое слово, разве что в блокнот не записывает. Смотрит на их отражение, чувствуя, что Какаши стоит к ней так близко, что она может ощущать его дыхание на своей коже. Это...вызывает непроизвольное напряжение. При каждом вдохе его торс касается её спины, отчего девушка натянуто улыбается, изо всех сил пытаясь делать вид, что всё отлично, хотя ничего подобного. - Вы так говорите, потому что я Ваша ученица, - отвечает Сакура на замечание Хатаке о платье. - Но правда в том, что там будет ещё множество девушек и женщин в более красивых и...откровенных нарядах. А внимание маньяка должна привлечь именно я, - серьёзно и со знанием дела произносит Харуно.       Она честно пытается расслабиться, когда руки сенсея смыкаются на её талии, но, похоже, лишь больше напрягается и даже покрывается лёгким румянцем, когда ощущает, как мужской нос зарывается ей в волосы. Что вообще с ней происходит? Сакура делает глубокий вдох и решает, что будет думать и представлять перед собой Саске. Хотя, по правде говоря, он бы навряд ли обратил на неё внимание, даже если бы она выпрыгнула из собственной одежды. Но даже так Харуно не может настроиться, потому что когда мужские руки спускаются на её бёдра, Сакура знает точно - это никакой не Саске, а Какаши.       Ловит себя на мысли, что просто стоит неподвижно и рассматривает в зеркале, как ладони Хатаке ложатся на её тело. И ей вовсе не хочется переломать ему все до последнего пальцы, как это было с незнакомцем в коридоре, но она решительно убирает его руки, когда тот подсказывает ей. Кажется, Сакура постепенно начинает входить во вкус и ей даже удаётся улыбнуться своей самой очаровательной улыбкой (разумеется, только для их своеобразной "тренировки"), проверяя, как это действует на сенсея.       Харуно заканчивает это сама, резко отходя в сторону и отворачиваясь к зеркалу, где смотрит на отражение шиноби. Всё это слишком...неловко, хотя совсем не должно быть так, ведь, чёрт возьми, это же Какаши-сенсей! Её учитель, старший товарищ, коллега и он просто обучает её; почему ей становится неловко от пары прикосновений, которые нужны ей для дела?       Сакура встряхивает головой, отгоняя от себя странное ощущение; всё это из-за шуточек Хатаке, которые ставят её в неловкое положение. Конечно, это же не ему придётся соблазнять какого-то извращенца, почему бы не повеселиться в такой момент! - Хорошо...но как я узнаю, что это именно тот, кто нам нужен? В смысле, в зале будет много мужчин, что если ко мне подойдёт кто-то совершенно другой? - Сакура звучит растерянно и, кажется, теперь её охватывает паника. - Конечно, я знаю, как отвадить навязчивых ухажёров, но нельзя калечить людей за простое желание провести время с девушкой, которая сама же тебя и спровоцировала.       Харуно складывает руки на груди, нетерпеливо прикусывая губу, обдумывая то, по какому сценарию вообще должен пройти этот вечер, ведь привлечь к себе внимание, возможно, даже самое простое из всего, что ей предстоит. Куноичи переводит сосредоточенный взгляд на сенсея и в её голове как будто проносится вспышка гениальной мысли, которая заставляет девушку оживиться. Сакура знает, что ей нужно будет проявить инициативу, ведь она должна не только обратить на себя внимание преступника, но и удержать его.       Харуно сдвигается с места и направляется к шиноби, который стоит в стороне, останавливаясь прямо перед ним. Наверняка он ожидает от неё неких действий, ведь уже понял, что ей пришло что-то в голову, но Сакура не торопится, изогнув губы в лёгкой лукавой ухмылке. - Вы помните, как пострадавшая в больнице говорила про необычайной черноты глаза, заглянув в которые, она перестала что-либо помнить? - спрашивает Харуно, придвигаясь ещё ближе и плавно поднимая ладонь к мужскому лицу, укладывая её на щёку и фокусируя свой взгляд на открытом глазе Какаши. - Такой жест допустим?       Девушка лишь на несколько секунд переводит взор ниже, на губы, обтянутые тканью, непроизвольно облизывая свои пересохшие. Интересно, он целует своих женщин в маске или без?..Скольким женским глазам Какаши позволял видеть своё лицо полностью? Харуно поднимает взгляд выше и дожидается короткого кивка, после которого еле заметно улыбается уголком губ, возвращая своему лицу сосредоточенное выражение. - Если маньяк пользуется гипнозом или гендзюцу, то именно в этот момент наиболее удачно его использование, - поясняет Сакура, не разрывая зрительного контакта, лишь повернув ладонь тыльной стороной, чтобы медленно провести ею по скуле. Куноичи не просто смотрит на него; этот взгляд заключает в себе вызов, который обращён к...Какаши? Нет, это просто проигрывание ситуации, а Хатаке выступает как тренировочный "манекен", только и всего. Однозначно. - Первое я распознаю сразу, а технику иллюзий смогу развеять. Но преступник будет уверен в обратном. И тогда он захочет переместиться в номер.       Женская ладонь соскальзывает с лица Какаши к его плечу, съезжая вниз по руке, пока не настигает ладони, проводя по ней кончиками пальцев, и сжимает ту увереннее. Харуно отступает назад к кровати, которая играет роль условного "номера маньяка", ненавязчиво потянув вслед за собой сенсея. Девушка всё ещё смотрит в доступный ей мужской глаз, отходя спиной и улыбается той улыбкой, которая не выражает собой радость или счастье, но таинственность и шарм. Она просто в открытую с ним заигрывает. Сакура уверена в себе и уверена в том, что это просто игра. - И когда дверь закроется на замок.., - куноичи подводит Какаши к кровати, опуская руки ему на плечи и усаживая на постель. - ...дело останется за малым.       Харуно наконец отрывает взор выразительных изумрудных глаз от лица шиноби, чтобы обойти кровать и залезть на неё, подбираясь к мужчине со спины. - Маньяк будет уверен, что я нахожусь под действием гендзюцу, - голос Сакуры понижается и звучит необычайно успокаивающе; женские ладони ложатся на плечи Хатаке, начиная легко их массировать. -..поэтому он быстро расслабится под моими руками, потеряв всяческую бдительность...       Девушка наклоняется вперёд, приближаясь к уху Какаши, начиная говорить ещё более вкрадчиво, практически касаясь губами ушной раковины. Она даже не понимает, почему ей стало настолько жарко, что перестало хватать воздуха. - ...и когда он совсем обмякнет, то.., - Сакура сжимает мужские плечи крепче, потянувшись рукой к оружейной сумке на ноге, подцепив пальцем кунай и моментально плотно приставив острое лезвие к горлу сенсея. - ...попадётся уже в мою ловушку.       Девушка прижимается к спине Хатаке, держа кунай чуть выше его кадыка и теперь уже шепчет ему на ухо: - Я всё схватываю на лету, правда, Какаши-сенсей?..

— POV Какаши —

      Пока он стоял на безопасном от нее расстоянии, Какаши, в принципе, не паниковал. Он вообще редко паникует, скорее просто немножко...нервничает. Нервничает, когда лицо ученицы как-то слишком быстро меняется, а он понимает, что в ее голове вспыхнула какая-то идея, а исходя из тех задумок куноичи, что Хатаке помнит, ему это не понравится.       Сглатывает, наблюдая за тем, как она подходит ближе, и задерживает зрительный контакт, не отвлекаясь на мысли о том, что Харуно слишком открыто пытается его соблазнить. Хоть и ради того, чтобы просто попробовать из интересов их миссии; он уверен, что у нее в голове нет совершенно никаких мыслей, похожих на те, что легким туманом покрывают его. Какаши мог бы тысячу раз признать ее девушкой, увидеть в ней то, что стойко игнорировал на протяжении последнего года, но она навсегда останется его ученицей, выросшей на его глазах Сакурой, и это накладывает определенный отпечаток на каждое ее действие в его глазах. А еще ей нет восемнадцати. Она нелегальна. И не только для него.       Шумно выдыхает, чувствуя ее ладонь на лице, и не двигает и мускулом, стоя на месте как вкопанный. Она играет с ним и это не то, что он хотел, чтобы Сакура делала. Какаши думал о многом; он не озабоченный подросток, но и не старик без потребностей. У него есть разные мысли, разные фантазии определенного плана - Сакура ни разу в них не участвовала. Он просто не видел ее в этом свете. А сейчас видит и ему слишком нравится это для того, кем он является.       Сглатывает, вскидывая бровь, как только ее ладошка касается его руки, и сжимает; едва ли понимает, о чем она говорит. Единственным его движением вышло то, что он оценивающе наклонил голову, окидывая ее задумчивым взглядом - насколько сильно она выросла? Настолько, что проворачивает такие выкрутасы с ним? Какаши уверен, что так же, как и он ни разу не думал о ней, как о потенциально той, с кем можно лечь в постель - она тоже не делала этого по отношению к нему. Их нейтральность к гендерной принадлежности друг друга всегда была полностью взаимна. Она нравилась ему, как человек; он ценил многие ее качества и как друга, и как напарника и искренне верил, что Харуно точно так же доверяет ему, но что происходит сейчас? Они оба знают, что это просто игра. Ее игра. Однако это не останавливает тот поток мыслей, моментально оккупировавших голову, как только она стреляет яркими зелеными глазами и усаживает его на кровать, нагибаясь к нему ниже. Достаточно посмотреть в зеркало, в котором отражается ее спина, чтобы понять, что он действительно никогда не думал о ней так; Какаши был святым, пропуская такую фигуру мимо себя.       Мельком вслушиваясь в ее планы, чуть ли не задыхается, когда она от него отходит, давая вдохнуть спокойно, и давится воздухом, ощущая ее ладони на напряженных плечах, и выпрямляет спину, будучи сам не в состоянии расслабиться под ее прикосновениями. Раньше это никогда не вызывало в нем такой реакции - Сакура разминала ему шею, когда было нужно и они оба считали это простыми медицинским вмешательством, а зачастую тем, что Какаши просто злоупотреблял умениями ученицы ради своей выгоды. Но это неважно.       Впивается взглядом в ее, отраженный в зеркале, и чувствует прижатый к горлу кунай, усмехаясь под маской. Вот теперь его это действительно заводит. Он молчит какое-то время, благородно давая ей насладиться своим триумфом. Очень благородно. Потому что в следующий момент ему нужно несколько отточенных быстрых действий, чтобы прижать ее к кровати и заблокировать любые движения, приставив к горлу кунай точно так же, как это сделала она несколько секунд назад. - Тебе не была нужна моя помощь, Сакура, - он наклоняется, понимая, что это, вероятно, слишком; чувствует ее сбитое дыхание, перебитое его маской, и вцепляется в нее взглядом, наслаждаясь тем, как изумрудный под ним бегает, а она сама чуть хмурится. Они оба знают, что ей не составит труда разорвать его захват. - Если он знает, как использовать техники, то уложит тебя на лопатки так же быстро, - наклоняется к ее уху, проводя носом вниз по изгибу шеи, и прижимает кунай ближе, касаясь тонкой кожи наточенным лезвием, когда она пытается отодвинуться. - Не теряй бдительности, - он не ожидает от себя ничего из того, что делает. Какаши сам чувствует, что не должен, что у нет никакого права делать что-то подобное; запах на ее коже невыносим. Хатаке интуитивно полагает, что он ей не подходит; это не то, как она должна пахнуть. На коже - въевшийся отпечаток того, что кто-то ее обслюнявил и у Какаши просто не выходит это из головы. Бывают моменты, когда он проклинает свое сверхчувствительное обоняние. И то, что не может держать себя в руках - тоже.       Отпускает сжатые над ее головой запястья и в одно движение стягивает перчатку со свободной ладони, крепко прижимая ее к обнаженному участку кожи. - Даже если что-то пойдет не так...Я буду рядом, - он всегда спасал ее. Какаши не признает это, как ее слабость или как то, что ей нужна опека; нет. Сакура сильная и давно сформировалась, как один из сильнейших шиноби ее поколения - ей не нужна его опека. Но он продолжает сохранять ей жизнь и оберегать ее от того, где она может оступиться сама. Просто потому что Какаши привык о ней заботиться. И сбитый запах на ее шее - его прикосновений, его ладони на ее шее - идет ей в тысячу раз больше. Она сама едва ли учует нечто подобное; из всех, кто окружает девушку, вероятно, это сделает только Киба, но к тому времени она уже сто раз смоет с себя все запахи.       Он отпускает руку с женской шеи, мягко проводя большим пальцем по скуле, и так же резко, как заломил ее, отпускает, выпрямляясь рядом с кроватью, и натягивает перчатку обратно, убрав оружие в набедренный карман. - Полагаю, тебе нужно время, чтобы переодеться и привести себя в порядок. Я осмотрюсь, - Какаши не хочет, чтобы общение между ними стало неловким. А после того, как он прижимал ее к кровати и весьма недвусмысленно избавлял тело Сакуры от чужого присутствия - такое было бы вполне ожидаемым.       Матерится, спрыгивая из окна и осматривается, привычно засовывая руки в карманы. И что он вообще делает? Ему бы успокоиться и не читать блядское порно хотя бы пару месяцев. Чуть ли не зло окидывает взглядом то, что его окружает и скрывается в кронах деревьев, чтобы бесстыдно вторгнуться в личную жизнь постояльцев - ему нужно знать, кто чем здесь занимается и кто где живет. Для того, чтобы получить доступ к информации о постояльцах, он не хочет еще раз пытаться строить из себя девушку. Унижений от Сакуры ему хватит на пару лет вперед.       За осмотром постояльцев отеля проходит несколько часов, прежде, чем он снова оказывается у окна их номера и упирается взглядом в обнаженную спину, непроизвольно скользнув взглядом вниз по прикрытым кружевным бельем бедрам. Она носит подобное на миссии? Не тот вопрос, который он хотел себе задать. Сакура подтягивает платье выше, скрывая обзор на белье и пытается застегнуть молнию, тянущуюся от середины ягодиц до лопаток. И он не хотел найти себя рядом, подцепляющим пальцами едва видимую собачку замка, плавно застегивая ее платье, стараясь не думать о том, как каждое едва неощутимое прикосновение отдается внутри тонким разрядом. Это легко объяснить природой его чакры. Электричество. Он чувствует его чаще, чем нужно.       Прочищает горло и отворачивается, упираясь спиной о стену, и складывает руки на груди, наблюдая за тем, как она оборачивается; Харуно выросла слишком сильно с тех пор, как он успокаивал её плачущую после ухода Саске. Слишком. - Когда мы окажемся в ресторане, меня не будет рядом. Постарайся не исчезать из поля зрения, - она понимает, о чем он. Не заходи в темные места, не исчезай слишком резко и не сливайся с толпой (что в ее случае в целом проблематично). Они давно работают вместе и Сакура знает, что делает, точно так же, как и он. В какой-то момент Какаши даже думает, что они - отличная команда. Возможно, так оно и есть.       Вздыхает, думая о том, что уже пора и направляется к окну, полагая, что он явно не пойдет рядом с ней. Хотя ловит себя на мысли, что хотелось бы. Какаши не скажет ей это, чтобы не сделать вещи еще более неловкими, но Харуно выглядит превосходно. И как мужчина, он чувствует, что хотел бы находиться рядом с ней. А как учитель, Какаши только что мысленно отпиздил этого "мужчину". Повторяет про себя, что ей семнадцать, а ему уже далеко нет и спрыгивает из окна, направляясь к заведению, которое принадлежало отелю; это место, где происходило большинство преступлений и они полагали, что в этот раз у них получится поймать преступника именно здесь. Он накладывает на себя облик одного из тех, кого слишком часто видит в барах в Конохе (Генма бы оценил то, как идеально он запомнил его лицо) и берет один из предложенных ему моментально бокалов, останавливаясь на втором этаже, опираясь на перила так, чтобы была видна вся зона ресторана, плавно заполняющаяся гостями в чересчур праздничной одежде. Это же всего лишь место, где они будут есть, пить, а потом уйдут, чтобы заняться сексом или просто лечь спать. Зачем так выряжаться? Какаши слишком сильно не понимал таких вещей и желания выпендриться перед кем-то тем, что он умеет подбирать галстук к рубашке, никогда не испытывал.       В глазах рябит и в какой-то момент он замечает, как в зале появляется знакомая розовая макушка и цепляется взглядом за нее. Хатаке наблюдает за девушкой сверху; за тем, как она отшивает несколько парней, и сканирует взглядом присутствующих мужчин. Никто не пытается наложить на нее ничего подобного; никто не пытается заглядывать ей в глаза на дольше, чем требуется и Хатаке даже думает, что все это - большая хуйня и они благополучно упустили отличный шанс, когда рядом с ней буквально материализуется слишком обольстительно улыбающийся высокий черноволосый мужчина. И Сакура ведет себя именно так, как нужно. Какаши клянется, он будет следить за ней внимательнее, когда они вернутся. Не то чтобы шиноби хотел в скором времени узнать, что она берет пример с доброй половины куноичи и прыгает в постель первого попавшегося джонина. Сакура не такая. И в каждом движении тонких рук по мужским плечам читается, насколько естественно и со знанием дела она недвусмысленно просит его о том, чтобы покинуть это место.       Он отворачивается на несколько мгновений, чувствуя, как до его руки кто-то дотрагивается, и натянуто улыбается, отказывая какой-то девушке в том, чтобы составить ей компанию. Какаши никогда не поймет, почему его чересчур свободный в плане отношений с той самой доброй половиной друг настолько популярен у девушек. Точно так же, как и никогда не поймет, почему он сам тоже. Разворачивается, тут же в панике понимая, что не может найти ни розовые волосы и яркое красное платье в толпе, ни высокую фигуру того мужчины. Это худшее, что только могло случиться. На самом деле худшее. Он оказывается внизу за несколько секунд, пытаясь отследить потоки ее чакры и понимает, что бесполезно. Она либо попалась под технику, либо ее скрывает этот ублюдок, который понял, что его накрыли. Ни то, ни другое его абсолютно не радует. Втягивает носом глубже, пытаясь найти хотя бы остатки ее духов в воздухе и жмурится, сдерживая порыв чихнуть - большинство из находящихся здесь буквально искупались в туалетной воде. Выбегает на улицу, снимая технику, и отправляется в сторону отеля, где найти девушку будет намного проще.

— POV Сакура —

      Сакура в принципе не ожидала, что Какаши как-то ответит на её действия, ведь это просто демонстрация одного из вариантов развития событий. Но сенсей решил внести свою лепту и показать, что может быть, если Харуно будет слишком самоуверенной. И у неё было достаточно сил, чтобы вырваться, но...она этого не делала, лёжа под ним и открыто глядя в его лицо, ощущая холод острого металла на своей коже. - Не недооценивайте меня, Какаши-сенсей, - отвечает куноичи, намекая на то, что в следующий раз она точно будет начеку. Чувствует, как мужской нос скользит рядом с её шеей, еле той касаясь и втягивая воздух, и перестаёт сама дышать совсем. Становится так тихо, что не составляет труда разобрать ускоренный пульс Сакуры, который она никак не может контролировать. Почему в один момент это превратилось в самую напряжённую тренировку в её жизни? Ведь каждому шиноби известно: хочешь справиться с миссией - тренируйся, что они и делают сейчас, но для Харуно всё это перестаёт напоминать хоть какое-то подобие тренировки. По крайней мере, когда они бегали по полигону, Сакура никогда в жизни не ощущала ничего из того, что чувствует сейчас.       Какаши наконец отпускает её и отходит сам, благодаря чему девушка может глубоко вдохнуть. Медленно садится на кровати и обхватывает пальцами шею, потирая её. Харуно даже не улавливает того, о чём говорит ей сенсей, и лишь безучастно кивает на то, что учитель собирается уйти. И как только мужской силуэт скрывается в окне, Сакура подходит к зеркалу, где ещё совсем недавно она стояла вместе с Хатаке, и смотрит на своё отражение. Куноичи вдруг ясно понимает, что внезапно открыла в Какаши ещё одну грань; помимо того, что он являлся её учителем и джонином деревни Скрытого Листа, он был мужчиной. Конечно, в Конохе ходило много слухов о его личной жизни и, слыша очередную сплетню о женщинах Хатаке, Сакура лишь покачивала головой, думая про себя: "Ай-да Какаши-сенсей, везде успевает!". Но сейчас она впервые ощутила его флюиды на себе; он мог быть...привлекательным? Для многих женщин, наверняка...Но ведь Харуно не входит в их число, потому что она его ученица!       Сакура устало проводит рукой по лбу, думая о том, что все эти глупости навеяны миссией. Специфика их задания слишком...скользкая: маньяк, изнасилования, флирт, соблазнение...Всё это накладывает определённый отпечаток, из-за которого может ещё и не то почудиться. Нужно просто вернуться в деревню, где привычная домашняя атмосфера и каждый из них вернётся к своим ролям учителя и ученицы.       Девушка даже усмехается себе в зеркало, заканчивая свои странные размышления и вспоминая о том, что вообще-то ей нужны туфли, ведь она не могла надеть свою форменную обувь под вечернее платье. Несколько секунд размышляет над тем, где бы их достать и да, не придумывает ничего лучше, чем прокрасться в один из пустующих номеров, пока постояльцы где-то развлекались, и одолжить у них пару туфель. Она клянётся себе, что всё вернёт на место, когда эта история закончится, но сейчас эта обувь ей необходима.       Куноичи возвращается в номер, обнаруживая, что сенсей до сих пор так и не вернулся, и отправляется в душ, где снова вспоминает о Хатаке. Ей показалось или ему действительно не понравилось то, что от неё пахло кем-то другим? Вновь усмехается; с чего бы вдруг? Но непроизвольно подносит мочалку к шее, именно там, куда её целовал незнакомец в коридоре, смывая с себя все посторонние запахи. Она предпочтёт пахнуть собой.       Оборачивается в полотенце и выходит в комнату, на этот раз обрадовавшись тому, что шиноби ещё нет и ей можно будет спокойно одеться, ни от кого не прячась. Хотя он и не стал бы за ней подглядывать.       Харуно достаёт платье из чехла, только сейчас оценивая то, насколько оно всё же красивое и в таком наряде действительно невозможно выглядеть плохо. Быстро одевается, высушивая феном волосы, и надевает туфли в тот момент, когда Хатаке показывается в окне. Девушка внимательно слушает последние инструкции и не забывает сама вставить ценное замечание. - И Какаши-сенсей, помните, что Вы следите за маньяком, не увлекайтесь книгами, - девушка улыбается на прощание учителю и выходит из номера через дверь, как все нормальные люди. А не как некоторые!       Появившись в зале ресторана, Сакура оглядывается вокруг и направляется к одинокому столику в центре, чтобы там её наверняка можно было легко заметить и преступнику, и Какаши. Забирает с подноса учтивого официанта бокал с шампанским, осматриваясь по сторонам. Ресторан только наполняется людьми и Харуно решает подождать, наблюдая за местными мужчинами, смущённо улыбаясь то одному, то другому, чем и провоцирует нескольких из них пригласить её на танец. И Сакура сразу же их отшивает. Танцы? Маньяк не стал бы тратить время на такие глупости, когда у него есть гендзюцу, а значит, все эти мужчины обычные постояльцы, которые ищут компанию на ночь.       Девушка снова оглядывается вокруг, пытаясь найти взглядом учителя, но не так-то просто отыскать мастера маскировок среди пёстрой толпы. И возвращаясь взглядом к своему столику, Сакура удивлённо замечает, что больше не одна. - Скучаешь? - приятный баритон обращается к ней и Харуно мягко улыбается. - Как видишь. Тяжело веселиться в одиночестве, - отвечает куноичи, покручивая ножку бокала в руках. - Тогда, думаю, ты будешь не прочь, если я составлю компанию такой очаровательной девушке, как ты, - проговаривает мужчина, касаясь пальцами руки Сакуры, свободно лежащей на столе.       Девушка непроизвольно напрягается, застопорившись взглядом на мужской руке, которая накрыла её собственную. Это он. Тот, за кем они охотятся. Всё внутри неё просто кричало об этом, но Харуно старалась не подавать вида.       Подняв взгляд к его лицу, Сакура улыбается и незаметно убирает руку, делая вид, что ей нужно поправить волосы. - Конечно, - удерживает на губах всю ту же фальшивую улыбку, думая лишь о том, как поскорее вывести его в менее людное место и повязать. - С какой целью остановился в этом отеле? - Отдыхаю. Только что вернулся с гольфа.., - незнакомец выставляет локоть на стол, ненавязчиво демонстрируя рельефный бицепс. - Вау! - с придыханием произносит Харуно, касаясь рукой мышцы. - Ты такой сильный. Наверное, вокруг тебя всегда куча девушек. - Не жалуюсь, но мне нужна только одна, может, ты? - мужчина садится к ней полуоборотом и заглядывает в глаза.       Вот он. Этот момент, когда он собирается наложить на неё гендзюцу. Сакура пристально всматривается в действительно чересчур тёмные глаза и буквально просчитывает время у себя в голове, но...ничего не происходит. Девушка чувствует, как мужская рука опустилась на её колено под столом и только тогда вышла из ступора. - Возможно.., - заигрывающе улыбается она и отводит ноги в противоположную от незнакомца сторону. - Знаешь, я хочу тебе кое-что показать. Это находится у меня в номере, - произносит мужчина и встаёт с места, протягивая Сакуре руку. - Что это? - для вида разыграв недоверчивость, интересуется куноичи и медленно вкладывает свою руку в его ладонь. - Увидишь.       Куноичи выходит из-за стола, направляясь вслед за незнакомцем, который идёт впереди и ведёт её за собой. Сакура вновь безуспешно пытается найти среди посетителей Какаши, но загадочный мужчина тянет слишком настойчиво и Харуно просто поддаётся ему, чтобы не потерять его ладонь.