Сомбра вернулся... Точнее, Сомбреро

      Я сидел под деревом уже долгое время. Я с головой погрузился в раздумья, как вдруг меня кто-то окликнул.       — Сэр! Сэр, что с вами, почему вы сидите под деревом?       Я поднял голову и увидел перед собой земнопони серого цвета с черными гривой и хвостом.       — Да так, наверное, я устал, — нехотя ответил я.       — Да? Тогда чего домой не идете?       — У меня его нет. Это долгая история… Идите дальше, за меня не волнуйтесь.       Я собрался было пойти куда-нибудь, но пони меня остановил:       — Стойте, куда же вы пойдете, если у вас нет дома? Идемте лучше ко мне, будете жить у меня!       — Нет, что вы, я не могу…       — Никаких «нет»! — сказал он уверенно. — Не могу же я допустить, чтобы вы ночевали на улице. Поверьте, я могу очень долго вас упрашивать.       Зачем он это делает? Ладно, вижу, он не оставит мне выбора.       — Хорошо, я иду с вами, — нехотя ответил я. — Кстати, мое имя Сомбреро. А вас как зовут?       Пони сперва замялся, затем сказал:       — Хард… Хуф… Да, Хард Хуф. Но вы можете просто Хард.       — Хм, какое у вас странное имя. Итак, где же ваш дом?       — Здесь, недалеко. Вот он, кстати.       Он указал копытом на дом, стоящий метрах в двадцати от нас. Когда мы подошли, Хард открыл дверь и пригласил меня войти внутрь. Я вошел и в первую очередь осмотрелся. Эта комната, в которую я вошел, по-видимому, была гостиной, судя по кофейному столику, стоящему в центре комнаты, и двумя диванами, окружающие этот самый столик. В этой комнате было два дверных проема: слева и справа.       — Вижу, ты уже осматриваешься? — сказал Хард. — Ладно, присаживайся пока, а я принесу кофе.       И он ушел в комнату справа. Я стал осматривать комнату дальше. На стене напротив было много фотографий. И если внимательно смотреть на задний план, можно увидеть, что они сделаны в разных местах. Выходит, Хард путешественник? Он как раз вошел в комнату, и я решился об этом заговорить:       — Я вижу, у вас много фотографий. Вы путешествуете по Эквестрии?       — О, и не только по Эквестрии, друг мой. Я был и в Як-Якистане, и в Империи Грифонов. В общем, где я только не был. Ну, рассказывайте, что у вас случилось? — перевел он тему.       — В каком смысле?       — В прямом. Я когда вас сидящим под деревом увидел, понял, что у вас что-то произошло. А если вы не в курсе, я считаюсь лучшим психологом даже у драконов! — сказал он торжественно. — И вы можете рассказать о своей проблеме, а я помогу, чем смогу.       — Ну, хорошо. Дело в том, что… Я расстался со своей пони.       — Как это произошло?       — Я… Я не знаю. Когда я проснулся вчера утром, оказалось, что я сказал, что не желаю с ней встречаться. Однако я не помню, чтобы я это говорил, и вообще не уверен, правда ли это.       — Хм… Вот оно значит как, — задумчиво произнес Хард. — И как Она на это отреагировала?       — Она… Заперлась в своей комнате и грустит. И наверняка презирает меня.       — Все ясно. Конечно, такое у меня впервые. Скажите, а вы сами любите ее?       — Конечно, очень люблю!       — И как же так вышло, что именно вы являетесь инициатором ссоры?       Этот вопрос поставил меня в тупик. А я ведь даже не задумывался, как так вышло.       — Хорошо, что происходило до того момента, когда вы поссорились?       — Ну, я помню, до того дня был праздник — Гранд Галопинг Гала. Потом я общался с Фэнси Пэнтсом, затем общался с Л… С ней у озера. Но неожиданно на нас напал Сомбра. После этого я ничего не помню. И Сомбры отчего-то не видно. Похоже, Хранители Элементов Гармонии смогли его остановить.       — И все? После нападения Сомбры вы ничего не помните?       — Да, не помню. Похоже, он каким-то образом вырубил меня…       — Скажите, а в тот вечер… Как именно Сомбра на вас напал? Он собрал армию и ополчился против Кантерлота или что-то еще?       — Нет, он просто загипнотизировал всех пони в городе…       — Всех? И даже Хранителей?       Я напряг свою память, чтобы вспомнить, были ли Хранители под гипнозом. Да, помню, Пинки Пай смотрела на меня зелеными глазами.       — Д-да… Так и было…       — И они, находясь под гипнозом, остановили Сомбру?       — Хард, что вы хотите этим сказать?       — А что, если не было никакого нападения? Вдруг вам казалось, что происходит так, а не иначе, и на самом деле в тот вечер был не праздник, а как раз ваша ссора?       — Хард, я вас не пойму. Нет, я точно помню, что это было. Более того, это точно было.       — Хорошо, тогда взглянем с другой стороны. Что, если меня не существует? Не существует нашего разговора, и этого дома?       — Но как же не существует, если это происходит сейчас? — в моей голове творилась полная каша.       — Ну, сон тоже происходит, когда мы спим, однако то всего лишь сон.       — То есть, вы хотите сказать, что я сейчас сплю? Но тогда почему я не просыпаюсь?       — Потому что это не обычный сон. Чтобы проснуться, нужно избавиться от кошмаров.       — От кошмаров? Что это значит?       — На эти вопросы вы ответите сами. А мне остается пожелать вам удачи.       В тот же миг Хард Хуф и его дом исчезли, и я оказался на улице. В моей голове крутилась единственная мысль:"Что это сейчас было?». Этот Хард… Как он исчез? Может, это были галлюцинации? Или это правда сон? Тогда мне надо последовать его совету и избавиться от кошмаров. Но у меня здесь только один кошмар: расставание с Луной. Выходит, мне нужно помириться с ней, чтобы проснуться. Но как мне это сделать, если меня изгнали из Эквестрии навсегда? Мой сон будет длиться вечно, если меня запрут во Тьму. У меня только одна попытка. Интересно, я могу заставить деньги появиться в моем кармане? Я представил это в своей голове и полез в карман. Нет, денег там не оказалось. Это не могло не расстроить меня.       Так, подумаем, как помириться с Луной. Если я попадусь на глаза Селестии или того, кто знает о моем изгнании, мне не миновать самой страшной судьбы. Значит, в Эквестрию придет не Сомбреро. Я хитро улыбнулся и отправился искать магазин одежды. Пусть денег у меня нет, но я могу украсть одежду. Все равно это только сон. Дойдя до магазина я вошел внутрь и стал выбирать наряд, который не выдаст мою личность. Да, и характер надо изменить, чтобы меня точно не узнали. О, вот это подойдет! Я незаметно снял с вешалки черный пиджак и цилиндр и надел на себя так, что цилиндр полностью закрывал мою гриву, выбросив при этом сомбреро и пончо. И когда я оказался у выхода, кто-то крикнул:       — Эй, сэр, вы не заплатили за товар!       Ой, похоже это меня! Надо бежать! Так я и сделал — побежал что есть сил. Ну и, конечно же, за мной побежали охранники. Надо оторваться от них. Но как это сделать? Стоп, я же сплю! Значит, я не могу устать и могу бежать вечно! Ха, как все просто…       Охранники гоняются за мной уже два часа и не думают уставать. Что ж, тогда придется бежать до Понивилля на своих четырех. Я добежал до вокзала и стал бежать вдоль рельс. Затем я увидел, что погоня наконец прекратилась. Спустя еще час я услышал позади себя стук колес поезда. Затем он слегка притормозил, и машинист крикнул:       — Эй, чего бежишь? Думаешь, пешком быстрее?       — Так у меня денег нет! — крикнул я ему в ответ.       — Да садись, потом заплатишь!       Кто-то в вагоне открыл дверь прямо на ходу, и я с разбега прыгнул в поезд. Ух, ну и денек.       Всю оставшуюся дорогу я ехал под удивленные взгляды пассажиров, устремленные прямо на меня. Когда доехали до Понивилля, я вышел и отправился искать дом Пинки Пай.       — Извините, — подошел я к прохожей. — Не подскажете, где живет Пинки Пай?       — В Сахарном Уголке. Идите прямо, затем поверните налево и через пару домов увидите. А вы откуда?       — Я? Из Кристальной Империи. Дело у меня важное. Спасибо за помощь.       Следуя указаниям прохожей, мне удалось довольно быстро найти этот Сахарный Уголок. Он чем-то напоминал пряничный. Я постучал в дверь. Открыла мне Пинки Пай.       — Здравствуйте, вам кого?       — А мне как раз вы нужны. Можно войти?       — Конечно. Меня зовут Пинки Пай.       — А меня… — я закрыл дверь и снял цилиндр. — Сомбреро.       — Сомбреро? Зачем вы вернулись?       — Мы же друзья, Пинки, давай на «ты». Мне нужна помощь. — я снова надел цилиндр, спрятав под него волосы. — Я хочу с Луной помириться.       — Та-ак… И почему ты пришел именно сюда? Как я должна тебе помочь?       — Пока не знаю. Я должен незаметно проникнуть в Кантерлот. А к тебе я пришел, потому что ты единственная, кому я могу доверять.       — Ну хорошо. Я уже знаю, как тебе помочь.       Она достала из-под прилавка огромный торт.       — И чем это должно нам помочь? — изумленно спросил я.       — Оставь свои вопросики при себе и доверься мне…

***

      — Стой, кто идет?       — Особый заказ для Принцессы Луны. — серьезным тоном сказала Пинки. — Говорят, у нее что-то случилось.       — Да, есть такое… Ладно, проходите.       Ворота открылись и Пинки с важным видом направилась в тронный зал.       — Здравствуйте, Принцесса Селестия. У меня есть кое-что для Принцессы Луны. Вы не могли бы…       — Для Луны? — Селестия, услышав это имя, почему-то встрепенулась, но быстро успокоилась. — Хорошо, я передам ей это. Спасибо за подарок, Пинки Пай. Ты можешь идти.       Все, теперь я остался один. Через некоторое время тележка с тортом остановилась, и я услышал тихий голос Принцессы Селестии:       — Не думаю, что ей это поможет.       Затем была тишина. Прошел час, другой, но Луна не издала ни звука. Может, она спит? Конечно, когда мы приехали в Кантерлот, был уже вечер. Но я не могу сидеть тут всю ночь. Нужно поговорить сейчас.       Я поднял над собой торт и вылез него. Когда же я обернулся к ее кровати, все мои волосы встали дыбом. На кровати лежала не Принцесса Луна, а… Найтмер Мун! Увидев ее, я боялся даже пошевелиться, но подлая доска со скрипом подогнулась подо мной, и Найтмер открыла свои драконьи глаза.       — Эй, кто здесь? — спросила она жутким голосом. А когда увидела меня, продолжила:       — Ах, это ты, Сомбреро? Да я узнала тебя: твоя маскировка плохо сработала. Ты, верно, думаешь, что я хочу тебя убить или что-то вроде этого? Нет, напротив, я должна благодарить тебя. Если бы не ты — я не смогла бы выбраться наружу.       — Что ты сделала с Луной?       — Ничего. Она сейчас спит. Глубоко, внутри себя. Не бойся, ты её больше не увидишь. Ты ведь ее ненавидишь, так?       — Нет, это не так! — начал я кричать. — Я люблю её!       — Да? Тогда почему ты ей сказал обратное?       — Я… Я не знаю… как такое могло произойти, но сейчас я должен все исправить.       — Ха, и как же ты это сделаешь?       Но я уже не слышал ее.       — Луна, послушай, я знаю, ты слышишь меня…       — Луны здесь нет, дуралей!       —… Луна, помнишь, неделю назад я сказал, что хочу встречаться с тобой? Помнишь, ты согласилась, и мы сидели вечером у озера? Я тогда подарил тебе колье и твои любимые цветы, помнишь?..       — Что ты делаешь?! Прекрати!       —… А потом ты показала мне мир снов, мне это очень понравилось. И в тот вечер, на Гранд Галопинг Гала, у озера… Я позвал тебя не просто так. Я хотел сделать тебе предложение. Но я подумал, что не надо торопиться, и сказал, что хотел просто поговорить.       — Ты… хотел… Ах, презренный, ты не оставляешь мне выбора! Я уничтожу тебя!       — Нет, Луна, не делай этого! Прошу, борись. Ты нужна мне, Луна!       После последней фразы, я прижал Луну к себе и страстно поцеловал. Мне не хотелось прекращать это, поскольку я верил, что передо мной стоит Луна, а не Найтмер Мун. Когда же она меня оттолкнула, она сказала:       — И почему ты раньше меня не целовал?       Она сказала это раньше, чем я успел открыть глаза, но я узнал этот ангельский голосок.       — Луна, это ты?       — Да, Сомбреро, это я. Я знала, что ты не мог мне этого сказать, я так рада.       Она нежно обняла меня, затем тихонько прошептала:       — Пора просыпаться.       — Нет, я не хочу. — также прошептал я.       — Тебе нужно. Это не твой сон, Сомбреро. Проснись.       Спустя миг я увидел, как мир вокруг меня начал исчезать. Пространство медленно заполняла темнота. Последней из моего сна исчезла Луна, которая улыбнулась мне напоследок.       Очнулся я в какой-то клетке. Ее решетки были сделаны из черных кристаллов. Черные кристаллы? Значит, мне удалось проснуться! Осмотрев через щель комнату, я понял, что нахожусь в тронном зале и абсолютно один. И вдруг словно из ниоткуда появился знакомый голос:       — Ну, привет, Сомбреро! Рад, что ты очнулся. Значит, моя помощь была не лишней.       — Кто ты? И где ты находишься?       — Сложно сказать, где я. Могу сказать, что я не там, где ты. Кто я? А ты уже не помнишь Хард Хуфа?       — Так ты и есть Хард Хуф?       — Хахаха, ну, почти… На самом деле меня зовут Дискорд. Мне пришлось устроить небольшой спектакль, чтобы ты проснулся.       — Но зачем? И как ты со мной разговариваешь, если тебя тысячу лет назад заточили в камень?       — Да, но меня освободили… Долгая история, а у нас мало времени. Тебе нужно выбраться из Кантерлота и бежать в Вечнозеленый Лес. Там мы встретимся. Пока.       — Подожди, но как я выберусь?       Но он уже не ответил. Ладно, попробую сломать клетку. А встал к одной стене спиной и начал долбить по ней задними копытами. Через некоторое я увидел маленькую трещину на кристалле. Отлично! Я продолжил разбивать клетку. С каждым моим ударом трещина становилась все больше, и кристалл готов был треснуть от одного моего удара, но тут в зал вошел Сомбра. Ох, его здесь только не хватало.       — О, Сомбреро, я вижу, ты проснулся. А что это ты делаешь? Сбежать пытаешься? Честно говоря, я не ожидал от тебя такого. Что ж, мне придется укрепить клетку.       Вдруг из-под земли вылезли еще кристаллы, которые окружали мою клетку. И они были намного толще и прочнее тех, что образовали решетку. Теперь не думаю, что мне удастся выйти отсюда…