Мир на два пера.

      Казалось бы Шая впервые наткнулась на него. Только недавно она презрительно смотрела на позёра, который развлекал людей, однако ей в голову не приходило, что после той встречи она не сможет выкинуть его из головы. Какая-то легкость была в его характере, а в душе словно сиял свет - всё это породило внутри бунтарки смешанные чувства, неведанные ей ранее. Несмотря на то, что она поклялась не искать встречи с этим показушником, Шая не могла перестать думать о нём. Продолжая свой путь, бунтарка обдумывала все те чувства, которые она испытывала, что значительно снизило её бдительность, хотя нападения она ожидала. Сейчас бой был самым лучшим средством для того, чтобы отвлечься от непривычных мыслей, однако, радость от битвы длилась не долго: неожиданно, как для Шаи, так и для её противников, на поле битвы радостно влетел тот самый позёр. Рэйкан - это имя выкрикивала публика после выступления. Так еще при первой встрече бунтарка узнала, как его зовут. В одно мгновение все мысли, которые «Пурпурный ворон» старалась отбросить, вновь всплыли в голове. «Что это за чувство?», «с чем оно связано?», «почему именно он?». Нескольких секунд Шае хватило для того, чтобы опомниться. Она же на поле битвы! К тому же, нельзя чтобы этот самый Рэйкан посчитал её никчёмной, это было бы ударом по гордости «Ворона», поэтому бунтарка продолжила расправляться с врагами. Как бы ей не хотелось, она не смогла упустить то, как двигался и сражался позёр. Его стиль боя больше походил на танец, нежели на сражение, а это невольно завораживало. Этим Шая и решила воспользоваться. Пока наёмники заглядывались на показушного Вастайи, бунтарка расправлялась с ними один за другим, обагряя кровью свои перья. Однако битва была не безмолвной. Шая то и дело выкрикивала, что справится сама, однако Рэйкану было всё равно, он говорил что веселье ни за что не пропустит. Несмотря на легкомысленный характер, он оказался весьма хорошим союзником, что немало удивило бунтарку. Казалось бы, бой закончен, их пути должны разойтись, однако самовлюблённый «Павлин» считал иначе. Сколько Шая не отпиралась, сколько не повторяла что не нуждается в сопровождении, Рэйкан не слушал и продолжал следовать за ней. Спустя время эти двое сблизились, раскрылись друг другу, а после и вовсе стали неразлучны, при этом передав часть своих качеств друг другу. Но могло ли это перерасти во что-то большее?

***

Очередное путешествие начиналось как обычно. Рэйкан то и дело повторял насколько он привлекательный, а также что он необходим Шае. Бунтарка привыкла к этим постоянным комментариям, которые всегда были обращены куда-то в пустоту, хотя она не могла не подтвердить, что путешествовать вместе с этим вастайи было куда приятнее, чем в одиночку. Мир приобретал новые краски, однако это тревожило Шаю. Почему именно рядом с ним ей было спокойно? — Ну согласись! Я же неотразим, правда? — Рэйкан продолжал расхваливать себя, тем самым начиная раздражать «собеседницу», которая, к слову, до сих пор шла молча. — Из нас тут только ты так и считаешь. — Шая закатила глаза, когда на её слова позёр ехидно улыбнулся. — Ты просто не хочешь этого признавать! — А ведь он был чертовски прав. Бунтарка просто не хотела, хотя, возможно, пыталась признать «великолепие» этого Вастайи. Не получив ответа на свои слова Рэйкан замолчал, видимо, понял что этот разговор окончен и продолжать его никто не будет. Неловкое молчание повисло в воздухе, что немного напрягало, однако нарушить его никто не осмелился.       После недолгого пути Шая остановилась и стала всматриваться в сторону водопада, чем заставила спутника забеспокоиться. — Что-то не так? — Поравнявшись с «Пурпурным вороном», Рэйкан напрягся, он был готов отразить нападение, если, конечно, оно будет совершено. — Да нет… Просто, довольно красиво, не находишь? - Облегчённо выдохнув и расслабившись, Вастайи проследил за взглядом Шаи. А ведь действительно! Всю дорогу Рэйкан смотрел либо на бунтарку, либо на своё отражение в зеркальце, которое он не выпускал из рук, даже не замечая красот здешних мест. Из расщелины в скале стремительно вырывался поток воды, который разбивался на ещё несколько прозрачных полос, «разрезаясь» о выступы на скале, а с места обзора этот водопад обладал некой рамкой из деревьев. Ближе к берегу вода скатывалась по заросшим мхом валунам, а после, и вовсе перестав шуметь, переходила в спокойную реку. На отдельном островке, прямо посреди русла, росла плакучая ива, что свешивала свои ветви прямо к кристальной поверхности воды. У корней дерева сидела стайка птиц, мирно любующаяся водопадом. Этих пернатых Рэйкан невольно ассоциировал с собой и Шаей, ведь они так же заворожённо наблюдали за этим пейзажем. — Ты права. Тут красиво! — немного помедлив, Вастайи просящими глазами посмотрел на спутницу. — Может, останемся тут ненадолго? - Вздохнув, Шая согласилась. Всё же она тоже хотела насладиться красотами здешних мест, ведь вряд ли они сюда ещё вернутся. Бунтарка уселась на краю оврага, в котором протекала эта самая река. В свою очередь Рэйкан расположился довольно близко к Шае, он лег на траву и, сложив руки за головой, закинул ногу на ногу, устремляя взгляд в небо. Облака лениво плыли в небесной синеве, а солнце приятно грело, из-за чего Рэйкан закрыл глаза, наслаждаясь теплом лучей и песней птиц, а после и вовсе умудрился уснуть. Однако, спустя примерно час, был разбужен Шаей, которая с какой-то грустью сообщила, что всё же им пора двигаться дальше. Вастайи неохотно принял сидячее положение, а после потянулся и как-то растерянно произнёс: — Знаешь, а ты мне снилась. — Именно эта фраза заставила их задержаться тут ещё ненадолго. — Правда? И что же именно тебе снилось? — Подумав, что этим она выдаст своё любопытство, Шая добавила. — Ты же всё равно расскажешь, даже если я не спрошу. — Рэйкан только было открыл рот, готовясь рассказать сон подробно, но не проронил и слова. Он лишь загадочно поник, а после, вернувшись в изначальное лежачее положение, безразлично ответил: — Да ничего особенного. Сон как сон. — Теперь любопытству бунтарки не было предела. Он же был очень разговорчивым, почему же решил утаить этот сон? Но если Шая сейчас продолжит спрашивать, то выдаст себя с потрохами, поэтому она просто пожала плечами, повторив, что им уже пора идти дальше.

Этот сон Рэйкан решил утаить от неё, но почему? Может потому, что этот сон был слишком жутким? Может быть события сна могут как-то обидеть Шаю? Увы, «Павлин» сам не знал ответа на вопрос, почему же он решил скрыть сон? Ведь обычно, когда снятся кошмары, ими делятся с близкими - так гораздо спокойнее… верно?

Их путь продолжался, но что стало волновать бунтарку, так это странные изменения в поведении спутника. Один раз он резко остановился, обернулся, а после долго буравил взглядом заросли, однако проверив их, ничего не обнаружил. Раньше его было не заткнуть, он постоянно выдавал что-то самовлюблённое, почему же сейчас замолчал? Спустя пару минут продолжительной тишины Шая не сдержалась: — Рэйкан. — На своё имя вастайи отреагировал лишь протянутым «м?» — Что-то случилось? — Шая, не оборачивалась, шла впереди, прислушиваясь к звукам. — С чего ты взяла? — Сейчас этот голос был желанным, всё же бунтарка привыкла идти под нелепые фразочки со стороны её компаньона. — Обычно тебя не заткнуть, а теперь ты нем как рыба. — Уже скучаешь по моему голосу, да? — В интонации была насмешка. Всё же это был тот самый Рэйкан, который всегда выставлял себя лучшим во всём, но именно такой Рэйкан и был важен Шае, которая, повернувшись к нему, ответила: — Если скажу «да», ты продолжишь нести всякий самовлюблённый бред? — В этот момент её спутник как будто просиял. — Конечно! — Тогда «нет». — Шая с насмешкой продолжила свой путь, ведь теперь Рэйкан периодически говорил, что ей необходимо перестать быть такой жестокой. Самое главное - он больше не молчал.       Недавний кошмар, конечно, оставлял за собой опасения, но сейчас все мысли о нём уходили на второй план, ведь Шая беспокоилась о нём. По-другому это не назвать. Ей было интересно, почему он молчит, она не была равнодушна к его резкой смене поведения, что помогло Рэйкану почувствовать себя намного лучше.       Довольно долго они шли куда-то вглубь леса. Рэйкан продолжал говорить что-то про жестокость спутницы, иногда получая краткие ответы от неё. Так проходили минуты, за ними часы, а за ними, не спеша, шли и дни. Шая, спустя какое-то время, стала чаще вступать в диалог с самовлюбленным «Павлином», что не могло не радовать второго. Дни проходили тихо, двое путников периодически останавливались полюбоваться красотами леса, однако скоро Рэйкан задумался: «Разве Шая когда-то обращала внимание на красоту природы?». В принципе, как мы понимаем, скоро он открыто задал этот вопрос, когда они вновь остановились около очередного водопада. Все же, он не из того типа людей, что мучает себя вопросом, не задавая его. — Хей, Шая! — на своё имя бунтарка обернулась к нему, вопросительно наклонив голову. — Не думал, что ты обращаешь внимание на такую мелочь, как водопады. Раньше ты ни за что не стала бы отвлекаться на это. — Вастайи поравнялся с «Вороном». Он не смотрел на водопад, нет, он смотрел ей в глаза. Бунтарка смущённо отвела взгляд к потоку воды, вырывавшемуся из расщелины в скале. — Раньше нет, но думаю, ты убедил меня в том, что мир вокруг прекрасен, если просто остановиться и пару минут постоять, всматриваясь в красоту, которая скоро тебе откроется. — Несколько секунд Шая следила за разлетающимися брызгами, а потом перевела взгляд на Рэйкана, но почти сразу же опустила его. — Должна ли я благодарить тебя за это? Голос вастайи звучал неуверенно. «Павлин» готов был поклясться, что она упускает детали, но дальше расспрашивать не стал. Всё же, он смог изменить её взгляд на окружающий мир, что согревало изнутри. -Не стоит. В любом случае, обращайся, ведь я много чего могу! Ты же знаешь!       Шая позволила себе небольшую усмешку, он снова начал расхваливать себя. После продолжительного перечня скрытых навыков и талантов позёра, бунтарка молча смотрела куда-то вниз, где вода разбивалась о камни, а Рэйкан бережно чистил свои перья, ведь негоже «Его величеству» ходить с растрёпанными перьями - это портило общий вид! Хоть пара пылинок, которые Рэйкан считал катастрофой, и не были заметны.

Говорят, иногда снятся вещие сны? Довольно необычно и пугающе, когда во сне ты видишь будущее, хотя и немного изменённое.

Эти двое потеряли бдительность, что было большой ошибкой. Люди не могли упустить момент, прознав о двух вастайи, что бродят в этом лесу, они искали их. Соблюдали дистанцию, выжидали момента, готовили ружья, изучали этих двоих. Те самые заросли… Именно сейчас Рэйкан пожалел, что не сообщил, почему он так возненавидел эти растения, растущие меж деревьев. В последний момент вастайи заметил их - неосторожный человек чуть показывался из-за дерева, целясь в Шаю. Навык телепортации на короткое расстояние Рэйкан освоил моментально. Золотое свечение окружило их двоих когда, буквально налетев на бунтарку, он заключил её в объятия, конечно же, в спасительных целях. Мгновение-другое Шая не понимала что происходит, пока не послышался звук выстрела. Только что Рэйкан спас ей жизнь, однако времени даже на самое краткое и быстрое «Спасибо» не было. Сразу же в сторону выстрела полетела тройка перьев, за ними последовали предсмертные крики то ли одного, то ли двух людей. Рэйкан первый кинулся к ним. Он буквально полетел в сторону противников, после чего подбросил троих в воздух (остальные были вне его досягаемости), позволяя бунтарке вновь обагрить перья кровью врагов. Раньше только показушный вастайи буквально танцевал, а не дрался, но теперь, сама того не понимая, Шая тоже двигалась так, будто находилась в танце. Она переняла от Рэйкана не только способность любоваться природой, но и стиль боя, что шло им на руку. Надолго битва не затянулась, да и вастайи особо не напрягались, только лишь в один момент последняя группа из трёх человек ни с того ни с сего стала удирать с поля боя, а вошедший во вкус «Павлин» не собирался упускать их, что стало его ошибкой. Рэйкан ринулся следом за беглецами, пока Шая заканчивала с двумя полумертвыми союзниками трусливых ребят, однако трусами те не являлись. Терять им было нечего, вот они и решили испытать удачу. Как только беглецы заметили вастайи, то мгновенно спустили курок. Раздался выстрел, а за ним и два других, заставив бунтарку забеспокоиться. «А вдруг они попали?». Как только те самые двое противников рухнули замертво, Шая метнулась в сторону. Первое, что бросилось ей в глаза, это три трупа, однако Рэйкана нигде не было, что усилило беспокойство бунтарки, а заметив кровавый след, что вёл куда-то за деревья, она переняла от показушника и навык телепортации на короткое расстояние. Вастайи сидел, прислонившись спиной к дереву, закрывая бок рукой и чуть ли не скалясь от нарывающей боли. Рэйкан слишком поздно попытался скрыть рану от взгляда бунтарки, да и шевелиться сейчас было довольно болезненно. Страх внутри Шаи достиг предела, того самого, когда он превращается в гнев, а когда кто-то в гневе, то он, обычно, откровенен во всём больше, чем обычно.       Бунтарка, метнувшись к Рэйкану, стала пытаться осмотреть рану. Да, этот вастайи мог и сам о себе позаботиться, но Шая не могла успокоиться. Она то и дело кричала на него, вбивала ему то, что он полный придурок, раз позволил простым смертным так с ним поступить. Сейчас она вспомнила все те фразы, что он говорил, обращая это в пустоту, все про то, что он идеален, что ничего не должно портить его образ. Разве этот самый хвалёный красавчик должен сейчас корчиться от боли, истекая кровью? Нет! Спустя время, страх исчез, оставив после себя только гнев. Шая не знала, кого винит. Сначала она говорила Рэйкану, что тот поступил неразумно, был невнимателен, хотя уже совсем скоро стала злиться на себя, за то, что позволила этому случиться. Хотя, возможно, её вины тут и не было.

Откровение во время гнева, может либо разрушить все, что было построенной между Вами, либо открыть новые пути, которые Вы пройдёте вместе.

После очередных попыток успокоить не на шутку взбесившуюся вастайи, Рэйкан окончательно понял, что сейчас её никто не переспорит. Ни в чём! — Прошу тебя! Хватит суетиться! Это. Это просто рана… ну оставит она шрам, ну и что с того? Не оставит? Ещё лучше! — В ответ лишь злобный тон, смотрящие в душу глаза, наполненные яростью, но скрывающие за собой страх. — Да?! А если бы они попали в более уязвимые места?! А если бы ты не выжил?! — Вастайи не думала о том, что может сказать лишнего, сейчас ей было всё равно… лишь бы Рэйкан продолжал говорит те нелепые фразы, лишь бы он продолжал следовать за ней, скрашивать часы любования водопадом, лишь бы он был жив и здоров, лишь бы был рядом. Всегда. — Ты подумал что будет со мной? — Эта фраза была сказана настолько тихо, что сама Шая чуть расслышала её, но раненый вастайи не упустил таких слов. — Ох… Шая — Рэйкану стало невыносимо гадко на душе. Тот сон… тот самый треклятый сон. В нём было все то же, только вот все в нем было наоборот. Ранена была Шая, а Рэйкан метался над ней, говорил что не стоило лезть в драку в одиночку. Тогда он сболтнул лишнего… Он сказал кое-что, что думал скрывать, но когда бунтарка открыла рот, готовясь что-то сказать, настоящая Шая разбудила его у водопада. Однако сейчас все было не так… — Я бы не за что не оставил тебя! У меня есть причины следовать за тобой, есть причины по которым я должен забыть про боль от ран, которые я получил или получу дальше и продолжать стоять рядом с тобой, защищать тебя от этих самых чёртовых ран. — Зрительный контакт был долгим, но не неловким, он был откровенным. Шая выражала свой страх за этого показушного, самовлюблённого вастайи, который многому её научил и многое в её жизни изменил, а Рэйкан выражал чувства. Завуалировано словами, взглядом он доносил безмолвно те три слова, которые он проронил во сне. Те три слова, которые легко сказать просто в слух, но кому-то их невыносимо трудно произнести. Три слова, в которых кроется так много смысла, так много новых возможных путей. Три слова, которые изменят его жизнь. — Я люблю тебя. — Даже когда до Рэйкана дошло, что он сказал это вслух, он не отвернулся, он не прятал взгляд, сейчас он лишь ждал. Ждал пока его либо добьют за поруганную честь, либо отправят скитаться дальше в одиночку, либо отошьют, но позволят продолжать сопровождать… ждал любого ответа.       Слезы… это было первой реакцией Шаи. Несколько капель упали на место вблизи раны, которая уже перестала кровоточить, ведь, давайте признаем, была она не настолько уж глубокой. Рэйкан был первым, кто видел её слезы, никому другому она не позволила бы увидеть себя такой. Только ему, только этому показушному вастайи. — Рэйкан. Ты придурок… — Не сдерживая слез, Шая опустилась на него, уткнувшись в ключицу, приобняв за шею. В свою очередь, Рэйкан обнял её за талию, прижимаясь к ней. Даже если после этого его возненавидят или прогонят, он просто хочет продлить этот момент как можно дольше, хочет остановить время, навсегда запомнить этот момент и вспоминать его много-много раз за день, не важно, будет тот плохим или хорошим.       Боль от раны постепенно стихала. Несколько минут они продолжали лежать так, в обнимку друг с другом. Шая продолжала чуть слышно давать волю слезам, а Рэйкан утешительно обнимал и гладил её по волосам. Чуть слышный, хрипящий от слёз голос прервал тишину… короткое, неуверенное, но откровенное «я тоже» вернуло их в реальность. Шая отстранилась от «Павлина». Она не смотрела ему в глаза, слишком это показалось ей смущающим. Рэйкан ожидал любого ответа, но в душе он желал услышать именно этот… Столь желанный ответ. Два простых слова в ответ на три таких же ничем не примечательных слова. Казалось бы, ничего такого, но это так много значит. — Пожалуйста, повтори. — Я тоже… — Конечно, была пропущена парочка последних слов, что уточняла бы о чём речь, однако эти двое были тут одни, не считая, конечно, парочки трупов в кустах. Они понимали о чём говорят. Этих двух слов было достаточно. Рэйкан чуть привстал, наклонился к Шае, но замер. Он будто бы ждал разрешения. «А что если он не так это понял?», «что если это тоже какой-нибудь сон?». Разрешения ждать не пришлось. Пока вастайи погрузился в тревожащие его мысли, бунтарка взяла инициативу на себя. Это был нежный, полный чувств поцелуй. Этот самый момент они будут вспоминать вечно, изо дня в день.

***

      Рана, хоть и нарывала, однако начала затягиваться. Необходимую помощь Шая Рэйкану оказала, из-за чего им двоим стало легче. Бунтарка понимала, что рана обработана и начинает затягиваться, следовательно, проблем с ней не должно возникнуть вновь, а Рэйкану было легче от того, что Шая больше не была такой «жестокой». Она стала ехидно отвечать на его самовлюбленные шуточки, чаще разговаривать, а самое главное, отныне она была ЕГО Шаей. После того случая в один из дней, остановившись около необычайно красивого водопада, эти двое поклялись друг другу. Поклялись, что всегда будут вместе, что всегда будут рядом, что сердце Рэйкана бьётся только для Шаи, а её сердце бьётся только для него.