Ещё не придумала

POV Ярослава

       С тех пор, как я устроилась по просьбе отца в универ преподавать рисование — хотя думала подождать пол годика, отдохнуть от учёбы, так нет, — меня вечно окружают толпы студентов. И почему всем так интересно обо мне всё узнать?       Как будто звезда Голливуда приехала.        Я, конечно, стараюсь ничего не сказать лишнего, но их вопросы льются градом. Не успеваешь иногда проследить. Неугомонные дети! И какая им вообще разница, есть у меня парень или нет? А одна группа настолько настырная, что аж невыносимо. Хотя… Очень талантлива, особенно одна девчушка, самая младшая. У неё хорошо получается, выполняет любую работу на отлично. Всё быстро и чётко. Прям молодой Ван Гог. Мне только интересно, почему в журнале у неё одни нб-ешки за круглый год. Лишь изредка можно наткнуться то на тройки, то на четверки. Была бы моя воля, я бы ей шестёрки ставила, потому что «пять» точно недостаточно.        Ещё бы было интересно глянуть, как она рисует живых людей, потому-что, что не вазы, то бюсты всяких «Аристотелей», что не заурядные здания, то какие-то деревья, лестницы, колонны, фрукты и прочая чепуха, которая уже изрядно поднадоела.       Девушка действительно интересная. Внимательная и вежливая.       Начала она, кстати, посещать универ в одно время со мной. Правда я на полторы недели раньше, но всё же… Пропусков почти нет, а если и пропускает, то всегда со справкой или передает через старосту, хорошенькая такая ещё, всегда так внимательно вслушивается в то, что я читаю или рассказываю.       Сегодня на паре её не было. И ни староста ничего не знает и справка отсутствует, может, неотложные дела? И почему меня так волнует это?       После школы за мной должна зайти сестра, я пообещала ей, что мы немного прогуляемся в парке около дома.       И, досидев до последней пары, возле выхода из учебного заведения я встретила эту «юлу». Откуда у детей столько энергии? Боже, говорю как старикашка какой-то.       Идём по парку, разглядываем местность, декабрь, деревья голые, покрыты лёгким инеем, снега нет, но мороз стоит немалый, без перчаток не обойтись. Я любуюсь небом и слушаю свою неумолкающую сестру, что мило щебечет, рассказывает слегка хохоча, как сегодня ей предлагал встречаться парень с параллели. Она, естественно, отказала ему, но не сказала, по какой причине. Эту причину довольно не многие знают, только я, наш отец и, как ни странно, её бывшие девушки.        Не знаю даже, как и когда её так занесло. Уехала на четыре года в Америку называется, и то, после первого курса. Тогда из моего бывшего университета послали рекомендацию и несколько работ, а я и не ожидала, что им понравится и они позовут учиться к себе. Благо язык знала, не на отлично, конечно, но понять, что говорят, и сама что-то да мурлыкнуть могла.       Я, конечно, не питаю отвращения к таким парам, но всё же не могу её понять. Наверное, потому, что сама только с парнями и встречалась. Кстати, когда училась в Америке, то встречала множество однополых пар, с некоторыми даже дружила. Но хоть убей, не понимала, как их влечет друг к другу, это же один и тот же пол. Ничего нового, ничего интересного.       Когда-то мне сказали, что в каждой девушке живёт маленькая скрытая лесбиянка, и что во мне тоже, где-то там скрывается эта дама. Что ж, даже если это и так, то я видимо ещё не встретила ту самую, у которой ключик от двери, за которой сидит моя скрытая лесбийская личность. Как бы смешно это не звучало…       — Яр, Яр, давай портретик нарисуем? — выбила из раздумий меня Дина.       — Я и сама могу тебя нарисовать как до дома доберёмся.– буркнула я, настроения торчать в мороз в парке, совершенно не было.        — Но мне надоели твои завитушки, я хочу чего-то новенького, смотри вон как раз и уличники, ну дава-а-а-ай, — жалобно протянула сестра. И что это значит? Надоели? Ну я ей покажу дома. — Ладно, тогда плати со своего кармана. — Спасибо!        Она радостная пошла к уличникам. Не понимаю, зачем они тратят талант и время, стоя целый день на улице то в мороз, то в жару ради каких-то пары копеек? Особенно сегодня, руки просто окоченели. Две сосульки. А мне в этот момент как раз позвонил отец. Я подняла трубку и повернулась к ним спиной.       — Да, слушаю.       — Яр, вы где? К нам бабушка через три часа приезжает, мне нужно будет съездить в аэропорт за ней, вы успеете прийти? Арчи не с кем оставить. — Да-да, успеем, здесь Дина захотела портрет от уличников, видите ли, ей надоели «мои завитушки». Отец посмеялся:  — Ну так это же Дина, что с неё взять, тогда я пойду закажу что-то к её приезду, не опаздывайте. Хотите чего-то особого? — Да, хорошо. Ну я бы не отказалась от картошки с грибами, а Дина, могу поспорить, как всегда захочет пиццу, но мы её не закажем.– я заговорщически улыбнулась. Мы с отцом были за нормальную еду, а не понаписанное чем попало тесто. — На этот раз можно и заказать. Антонина Семёновна тоже любит пиццу, в свои-то ого-го. — Ну знаешь ли, не такие уж и ого-го. — Но всё равно не двадцать. – я услышала смешок. — А-ха-ха, папа, погоди, я ей расскажу.– пригрозилась. — Ты что-о, решила родного отца под расстрел? Ну-ну, не ожидал. — Ладно, ладно, тогда иди заказывай, мы постараемся побыстрее. — Хорошо, давай.        Я отключилась и, полюбовавшись несколько секунд замёрзшим деревьями, пошла сообщить Дине, что к нам приезжает бабуля. — Дина, отец звонил, сказал поторопится, скоро бабушка приезжает… — быстро выпалила я и подняла глаза на девушку, которая рисовала мою сестру. — Погоди, Яр, Маша сказала ещё пару минут. — Да, да, ещё немного, — протянула моя студентка, не отрывая взгляда от бумаги. Ну вот и пропажа. — Мария, да ты превзошла саму себя, — к ней подошёл какой-то парень и положил руку на плечо. — Мне даже самому захотелось, чтобы ты меня нарисовала. — В очередь Григорий, и не мешай мне, подобьёшь — я тебя подвешу, сам догадаешься за что? — Всё всё, понял, отхожу. – парень приподняв руки, капитулировался на свое место.        Неужели у неё и людей получается превосходно рисовать? Так хочу посмотреть, но… эй, почему я ухожу? Не знаю, почему, но мне не хочется, чтобы она меня заметила.       Я немного отошла и спряталась за кустами. Тут же появился вопрос: «Зачем?»       Дина поднялась и взяла рисунок, а затем начала искать меня взглядом, прости, сестрёнка, потом объясню, хотя сама ещё толком не поняла. Они о чем-то говорят. Стоп, почему она уходит, не заплатив? И почему не в сторону дома? А, вот возвращается. Может, денег не хватило? Неужели она так дорого берёт? Ей деньги нужны? Эээ… Кофе? Она дала ей кофе и всё? И зачем она дала ей свой телефон? Девушка что-то печатает в нём… Боже, зачем я наблюдаю за ними из-за кустов? О, Дина идёт ко мне. Не заплатила? Серьёзно? У неё совесть есть вообще? — О сестричка, вот ты где. Почему ушла? — А-ам… мне позвонили, но это не важно. Скажи, почему ты не заплатила? — Что? Ты следила за нами? – Дина округлила свои и так больший глаза, и улыбнулась. — Ты не ответила. – попыталась я уйти от темы. — Она не берет денег, рисует даром или за кофе. — Что? Почему? Это глупо.– нахмурилась я. Она замечательный художник. Уверенна, живые портреты у неё такие же превосходные как и все остальное. — Сказала, что ей они не нужны.Странная, но красивая и милая к тому же, — она ехидно улыбнулась. –Не говори только, что ты глаз на неё положила? Она же старше тебя. Ты только со сверстниками встречалась! — Ну и что? С такой милашкой можно и попробовать. Кстати, она обалденно рисует, ты ахнешь, смотри. И разница всего-то три года, я узнала.       Дина развернула полотно и протянула мне, я взяла и… действительно была шокирована. — Как будто смотришь на чёрно-белый снимок.– невольно восхитилась я. — А я о чём? Талантище. — Эй. Хочешь сказать, что у меня плохо получается? –Нет, конечно, ты тоже талантище, — она утешительно пихнула своим острым локтем мне под ребро, маленький дьявол! — Ладно, ладно, идём домой, папа бабушку встречать поедет, а на нас Арчи. — Бабу-у-уля, — протянула сестра. — Интересно, что она привезёт на этот раз? — Да уж, ты похоже ждёшь не так бабушку, как её подарки. — И что? Она же столько стран объездила и всё время привозит что-то интересненькое! Какая это по счёту? — По-моему двадцать вторая или двадцать третья. — Капец, а мы дома сидим и киснем.– ссутулилась Дина, выгибая спину. — Ну нет, я вот в Америке была. – улыбка растянулась на моём лице. –Всего-то! — воскликнула сестра. –А ты вообще до того, как мы сюда переехали, дома сутками сидела, затворник малолетний. — Но-но, мне скоро восемнадцать. — А на вид и пятнадцати не дашь. –Не поверишь, но для меня это как комплимент.        Так и дошли мы до дома, споря о своём. Отец уехал в аэропорт, мы с Диной развлекали Арчи. Это наш пёсик, у него вторая стадия рака на левой лапке. Поэтому мы никогда не оставляем его дома одного.       Так не хочется его усыплять, но с каждой прожитой неделей ему всё больнее и тяжелее. Он очень умный и понимает, что мы за него переживаем, поэтому старается не показывать нам свою боль. Лежит себе на коврике и улыбается, когда искренне, когда через силу, пуская слюни.        Он приехал со мной с Америки. Мне подарили его бывшие одногруппники на прощание. Вернувшись три месяца назад в свою страну, я с ними не потеряла нить общения, мы также по вечерам иногда общаемся, правда по скайпу, но и это не плохо, они хорошие ребята.       Я звала их к себе недавно, обещали, когда будет свободное время, навестят, «Но уже не в этом году» — как всегда сострил Энди — один из моих хороших друзей, которые познакомили меня с ночной жизнью всей Америки.        Кстати, Арчи — английский бульдог, беленький с рыженькими пятнышками, такой хорошенький и ещё такой молодой — всего два года, — что иногда невыносимо не сдержать слез.        Я влюбилась в него с первого взгляда, а как привезла с собой домой, отец потерял дар речи — он всегда обожал собак, а Арчи так запал ему в душу, что он даже всплакнул, когда полтора месяца назад мы узнали, что у собачки рак. Мы возили его по разным клиникам, но всё чаще нам говорили, что лучше усыпить, пусть не мучается. Сказали, что без особой боли проживет ещё месяца два, а потом…        Ну да, что всё о грустном, там к нам бабушка скоро заявится. Пока папа встречал бабушку – Антонину Семёновну, мы с Диной успели перекусить и сидели на полу в гостиной, рубились в приставку. Мы любили с ней по вечерам устраивать виртуальные бои, кто кого. Проигравший, как правило, моет за всеми посуду.        В этот раз проиграла я. Ну да, как и предыдущие семь раз тоже. По-моему она жульничает!       Под вечер к часам девяти вернулся папа вместе с бабушкой, Дина сразу повисла у неё на шее, спрашивая, что она привезла ей. — Ярочка, сколько лет, сколько зим, а? Посмотри на себя, вся исхудала в Америке. Ая-яй. Как же так? Это же страна жиров и углеводов, а как же все эти картошки фри, гамбургеры? –Бабуля, — я нежно обняла её за шею. — Я тоже скучала, и ничего не исхудала, просто немного подросла. И ты же знаешь, что нашу роднуличку-шаурмяшку не заменит ни какой гамбургер! Мы вместе расхохотались. — И, так к сведению, я немного подросла. Семь сантиметров не такие уж и незаметные, знаешь ли. — Да ты смотри, ростом с отца прям. Теперь я на тебя смотрю снизу вверх. — Возраст берет свое, — я усмехнулась. — Это просто ты утаптываешься. — Но-но. – пригрозила старушка пальцем,– Не такая я уж и старая. Всего лишь семьдесят два! — О да, только вошла в кураж?       Бабушка засмеялась. — Витя, ну что ты там? Давай, неси мой чемодан.       Никитин Виктор Сергеевич — наш отец. Учёный и по совместительству врач-терапевт. Пошёл за бабулиным чемоданом в гостиную, где он его и бросил. — Антонина Семёновна, что вы туда понапихали? Кирпичи что-ли? — Виктор… Сколько раз тебе напоминать? Зови меня просто мама. К чему эти формальности? Мы ж семья. И Леночка всегда тебе так же говорила. — Да, вы правы, извините. — И вечно извиняешься, ну что за человек такой… — бабушка запнулась, — мягкий. — Бабуль, а чего ты хотела? Именно из-за его… мягкости, мама в него и влюбилась. — Опять вы о маме, — надулась Дина. –Так не честно, вы всегда о ней говорите, а я её почти не помню. –Ну прости-прости, внученька, смотри, что я тебе привезла.       Бабушка очень хорошо знала наши вкусы, поэтому с чемодана градом посыпались новенькие видеоигры — некоторые мы видели, некоторые нет, в некоторые даже играли. — Ваау, бабуль, — сестра была удивлена. — Ты прям мысли прочитала, так вовремя, я уже устала выигрывать у Яры в наши старые игрушки. — Эй, ты у меня выигрывала только потому, что я уставшая возвращаюсь с работы. И это было всего каких-то раз восемь! — Ну да, ну да, оправдывайся, всё равно проверим завтра на новеньких, — Дина злобно захохотала, а я легонько толкнула её в бок.       Мы поужинали, я помыла за всех посуду, приняли ванные процедуры и пошли спать. «Завтра в универ», — подумала я перед сном и почему-то улыбнулась.       Утром разбудил меня писк будильника. Я медленно поднялась, элегантно выключила его, бросив в стену. Шучу, хотелось, конечно, так сделать, но… я не на столько неадекват. И вообще, как он мог прервать такой волшебный сон. Хотя я не помню, что мне снилось, но точно знаю, что это было что-то, что мне явно понравилось. Ощущения... приятные.       Выбрав на сегодня наряд и позавтракав, я поехала в учебное заведение. Первая пара с четвертым курсом прошла хорошо, вторая со вторым, потом первая и наконец последняя пара у меня сегодня с третьим курсом. Кабинет понемногу начал заполняться. Вот зашла и вчерашняя отсутствующая. — Эй, Мань, — позвала её подруга, — как на счёт сходить сегодня в кафе на групповое свидание? — Я же говорила мне это не интересно. Вся эта ваша любовь-морковь мне до... Стены. –Да погоди ты, не спеши, это же не значит, что ты ещё повстречаешь там кого-то, что твой айсберг вдруг дрогнет и оттает, я просто предлагаю пойти на халяву поесть и выпить.Хотя кто знает, может тебе вдруг и понравится кто, а? И ты… – девушка хаотично закрутила руками, соединяя указательные пальцы. — Да харе, я же сказала. – грубо отозвалась Маша.       Так, Яра, прекращай подслушивать. Это по крайней мере некрасиво и неприлично. Грубо и вообще не твоё дело. Звонка ещё не было. — Эй, ты что, хочешь меня бросить там одну? – но ее подруга продолжала всё так же громко говорить. — А разве с девчонок никто больше не идёт? — Ну Лерка с Надькой и ещё кто-то. Но ты же знаешь, что без тебя я там засохну и мне не будет так весело. Ну дава-а-а-ай, — умоляюще протянула собеседница. — Пожалуйста! Я тебя кофе буду угощать по утрам целую неделю. — Ну хорошо.И вообще не честно сразу козыри выставлять. Ты же знаешь – кофе моя слабость. Это как мята для котов, только кофе для меня. И я согласилась так быстро, потому что делать всё равно нечего. - начала оправдываться девушка вытаскивая из портфеля пенал. — Да-да, кофейный наркоман.       Прозвенел звонок и они заняли свои места.       Сегодня я задала рисовать им лестницу ведущую на третий этаж этого здания, со второго. Как ни странно, эта группа во время работы довольно тихая, никто почти не разговаривает, все увлечены рисованием. Что несомненно радует.       Маша сидела вместе с Катей — её подругой — та что-то увлечённо ей рассказывала, на что она то кивала, то что-то спокойно добавляла. Видимо договаривались про поход в кафе.       Она так просто согласилась пойти после того, как вторая предложила ей кофе. Неужели оно так сильно влияет на неё?       Я ещё раньше заметила, но вчера точно убедилась, что во время работы она не любит отвлекаться, хоть и отвечала Дине, из вежливости, наверное. Так сосредоточена.       Я пялюсь. Я определенно пялюсь. Быстро отвернувшись, пошла смотреть как работают остальные. Надеюсь никто не заметил.       Прозвенел звонок, что означало — пара окончена. Все дружно стали собирать свои вещи, никто не спешил. А что? Последняя пара, спешить некуда — пятница. — Маша, задержитесь ненадолго пожалуйста.       «Боже, зачем я её остановила? Всего-то день пропустила. Да она даже не лодырничала, просто рисовала на улице, бесплатно. С кем не бывает?» — Эм… — она замялась. — Хорошо.       Когда последний студент покинул кабинет, Маша подошла к моему столу. — Вы что-то хотели? – серьёзно спросила она. — Эм, да. Скажи, почему ты вчера отсутствовала? Обычно ты не пропускаешь, а если что, записки передаёшь или сама говоришь. — Мм… — промычала девушка. — У меня вчера дела были, сорри. Забыла предупредить. Больше не повторится. Можно идти? — Хорошо, да…       Маша направилась к выходу, и тут у меня снова открылся рот: — Ааа… — Да? — она, уже приблизившись к двери, обернулась на мою «многозначительную» фразу. — Просто хотела спросить.Я здесь журнал листала, у тебя много пропусков, вернее мало дней посещений, но все же оценки отличные. — Ну да.– пожала она плечами. — Просто интересно. Ты стала посещать универ несколько месяцев назад, а до этого… — Вы хотите узнать, почему я стала посещать пары? – помогла мне с ответом студентка. — Ммм… Да? — Ну не знаю, просто надоело без дела шататься, вот и решила, что пора за работу браться. Вернее, учёбу. — Понятно. — А ещё мне нравится слушать вас, наша старая преподша так паршиво преподавала, что желания посещать пары отсутствовало. А у вас очень хорошо получается. — О, — я улыбнулась. — Спасибо, приятно слышать от человека, который разбирается в искусстве. — Вы так считаете?– приподняла брови девушка. — Конечно, у тебя явно талант. — Вы про все эти горшки и лестницы? — Маша усмехнулась. — На самом деле мне больше нравиться рисовать людей. — Да-а? — вопросительно протянула я. — Здорово. Наверное, превосходно получается.       «Зачем я делаю вид, что не знаю? Можно было бы сказать, что я видела, как она мою сестру рисовала.» — Ну… некоторым нравится. — Было бы здорово… — не успела я договорить, как у неё зазвонил телефон. –Извините. Я отвечу? — Да, конечно.       Она отошла чуть в сторону и подняла трубку.Расстояние оказалось не таким и большим, и я смогла услышать часть разговора, вернее сказанные ею слова. «–Да Григорий?.. А, я тоже… Нет, только закончились… Сегодня в парк? Нее, я устала… Кто приходил?.. Какая ещё Дина?.. Ах, это та девчушка которую вчера рисовала… ага, забавная… А ты что?.. — девушка усмехнулась, — молодец, не люблю, когда мой номер дают всем без разбора, спасибо… Да, конечно, зайду сегодня проверю… — засмеялась, — нет, не настолько и прилипало, она просто общительная… Да, завтра к полудню зайду, порисую немного, потом дела… Спасибо! Давай.»       Она отклонила вызов и подошла ко мне. –Извините что так долго, вы ещё что-то хотели? –А… нет, мне пожалуй пора, так что идёмте? До ворот нам по пути, — я улыбнулась. –Конечно, — она мягко ответила на мою улыбку.       Мы в полном молчании направились к выходу. Затем попрощались, я села в машину, завела её и уехала, а девушка пешком пошла в противоположную сторону.       Дома меня ждали бабуля и Дина, разбирающие диски с игрушками валяющиеся на не совсем излюбленном ковре Арчи. Сердце дрогнуло, когда, зайдя в квартиру, первое, что я увидела, это его приветливая мордашка, с восхищением уставившаяся на меня. Я быстро погладила собаку за ушком и пошла к себе, сказав, что мы ещё вернёмся к щекотаниям, и что я обязательно поиздеваюсь над его брюхом — вдоволь затискав его.       На ужин бабушка приготовила нам картошку с грибами. Боже! Я даже и не представляла, что это будет так вкусно. Как давно я ела её еду… Уже и подзабыла, что она превосходный повар, хоть готовит редко.        Закончив с рутинной работой, домашними делами и семейными посиделками, к двенадцати часам мы все измотались и пошли спать.       Чудесный день сегодня был.        Завтра Маша снова будет рисовать, и я бы посмотрела на это. С этими мыслями меня и забрал в свои владения дяденька Морфей, которого любят — даже обожают — все.