Ещё не придумала

POV Маша

      Пару минут назад я отвезла Ярославу Викторовну домой, только вот к себе мне не особо хочется ехать.       И я наконец поняла. Она мне реально нравится. Она. Женщина. Как? Как такое вообще могло произойти? Если бы мы сегодня не встретились, я бы, наверное, этого так и не поняла. Но почему не радуюсь? Я же узнала, догадалась наконец-то, что испытываю к ней симпатию. Так почему мне так печально? Разве обычно не должно быть наоборот? Радость не должна бить ручьем? Над головой радуга, единороги водят хоровод, и прочая чепуха?       Ох, как мне надоела эта планета. Я так хочу чтобы Доктор прилетел и забрал меня. Почему он не летит? Ведь я так много лет зову его уже. Я не достойна? НЕТ. Мне это надоело. Надоело всё. Этот город, универ, квартира, я ничего не хочу.       Сколько у меня денег? Я открыла кошелёк. Двенадцать тысяч? Маловато, но есть банковская карта. Последую совету Ярославы Викторовны, уеду куда-то. Ненадолго, нет, я ещё вернусь… Только из одежды ничего не взяла, но да ладно.

Конец POV

      Через три дня вернулась Катя. В универе она Машу не нашла, дома её также не было и в парке она не появлялась всё это время. «Что за чёрт?»

POV Ярослава

      Странно, Маша уже неделю не появлялась на парах и в парке я её не встречала. Может, в других отсиживается? Но почему? Вроде когда мы прощались всё было хорошо, даже договорились встретиться ещё разок.       Я заметила идущую мне навстречу Катю и решила спросить у неё. — Катерина, можете задержаться ненадолго? — Да, вы что-то хотели Ярослава Викторовна? — Да, хотела спросить, ты не знаешь где твоя подруга? — задала вопрос я. — Уже середина марта, а она мне ещё работу за февраль не сдала. — Хотелось бы мне и самой знать, я её больше недели не видела. Да ещё и трубку, зараза, не берёт. — Ладно, понятно, — я мягко улыбнулась, хотя внутри всё неприятно защекотало. — Спасибо.       Отпустила Катю и отправилась домой. Делать всё равно нечего. — Эй, пап, Яков Степанович не звонил на счёт Арчи? — Ах, да чуть не забыл, звонил сегодня утром, — сообщил отец. — Арчи хорошо прошёл очистку. Сказал, что можно готовиться к операции. Вы протез подобрали уже? — Нет ещё. Перед сном посмотрю, — ответила я. — Хорошо.

POV Маша

      С ребятами так круто, стольким финтам научили. Блин, круть! Когда я неделю назад уехала с города, я встретила Лёху. Это тот самый байкер с гонок, который нам с Ярославой Викторовной виски подогнал. Такой классный парень.       Они тогда увидели меня и позвали с собой кататься по городам. Я, естественно, согласилась, и не зря. Столько всего интересного увидела и научилась многому. Теперь я вместе с ними гоняю.       Сегодня, например, у нас с одними местными шишками гонки назначены, и я участвую. Мы сейчас в другом городе. Километров триста от нашего. Недалеко, но мне комфортно. Собственно, мы на месте, ждём тех выскочек. Лёха даёт последние наставления, и вот появляются эти… наши соперники.       Пару дней назад мы просто проезжали мимо этого городка, никого не трогали, как ни откуда появились "эти" и начали быковать на нас, мол заехали со своим металлоломом на чужую територию. В итоге мы договорились о гонке. И сегодня покажем, кто круче гоняет.       Мы подъехали к старту, готовясь к выходу полуголой девки. Это мой первый серьёзный заезд. Все смотрят на мою машину и пускают слюни. «Да-да, давитесь от зависти собаки» — с ухмылкой на лице думала я.       Всё проверила, бензина — полон бак, всё нормально работает, поломок нет. Я их порву! Тем более я не одна, со мной ещё три человека. Натаха — классная тётка, слегка за тридцать, она раньше работала моделью, но так запыхалась, ушла к этим ребятам, так уже года четыре с ними катается. Потом Серёга — автомеханик, наши руки, ему двадцать четыре. И Макс — о нем я ничего практически не знаю, но ему девятнадцать, как и мне, и с ребятами он вроде уже лет пять. Как так вышло? Да хрен его знает.       Неожиданно пошёл дождь. Но не беда, он мелкий. Вышла девица, подала знак и через мгновение мы уже несёмся по трассе, как сумасшедшие. Я третья. Это беда, нужно ускоряться. Через некоторое время я догнала второго и с легкостью его объехала. Первый поворот. Спасибо папочке, из-за дождя дорога так себе, но с его шинами у меня всё как по маслу, надеюсь так будет и дальше, но не в прямом смысле. Догоняю второго «противника». Блин, девка наглая не даёт её объехать. Как будто мысли читает.       БЛЯ, ещё и фары задние на всю врубила, зараза. У меня заболели глаза и я начала вилять, но, быстро придя в себя, нажала на газ и снова нагнала её. Приближается второй поворот.       БЛяТЬ!        Её автомобиль заскользил и перекрыл мне путь. Дорога сильно скользкая и между нами меньше десяти метров. Мать вашу, я же точно врежусь, не успею затормозить. «БЛЯ» — последнее, что я успела сказать, перед тем как врезаться.

POV Ярослава

00:40

      Я мирно лежу в кровати, думаю о своём, наслаждаясь тишиной, как ни с того ни с сего начинает трезвонить телефон. И почему именно ночью он становится таким громким?       «Неизвестный номер.»       Не, не буду брать.       Попиликав немного, он перестал звонить. Но бл… через секунду снова начал. Чтоб тебя! Я подняла трубку и грозно спросила: — Какого черта? Кому не спится? — Ярослава Викторовна? — позвал меня знакомый дрожащий голос. — Да? Маша?- я резко выпрямилась на кровати. Она наконец объявилась. — Эм…да. У меня… К вам просьба ма-а-аленькая, не откажете ведь, да? Мне больше некого попросить. — Конечно. Ты где? — спросила я. — Долго рассказывать, можете сделать для меня кое-что? — Конечно. Что именно? — Пойдите ко мне домой, вы помните где я живу? — рассказывала девушка, — у моей соседки справа — бабулька такая хорошенькая, — есть запасные ключи, скажите ей «ДЖЕРОНИМО» и она вам их даст. Не смейтесь, я серьёзно, это у нас пароль такой, мало ли.       «Побыстрее» — послышалось где-то рядом с ней. – Да вам чё, горит?– послышался приглушённый Машин голос. — Маш, ты где? — Простите, я тороплюсь. Возьмите у меня в комоде, — возле кровати справа, верхняя полочка слева, — мои документы все-все и карточку золотую. Пароль два один два два. Снимите все деньги и привезите по адресу, который вам скинут. Хорошо? Спасибо. Мне пора. — Стой, Маш, ты где? — снова задала я вопрос. — Ээм… Я в КПЗ, — ответили мне. — Больше не могу говорить, — послышались гудки.       Какого хрена происходит? Почти час ночи. Так ладно. Нужно к бабульке. Разберемся потом.       Одевшись и тихо выйдя, стараясь никого не разбудить, я поехала к Маше на квартиру. Поднялась, постучалась в соседнюю дверь и минут через семь мне открыла пожилая леди, лет шестидесяти на вид. Боже, только сейчас дошло. Час ночи, а я тарабаню. Бедная бабулька. — Тебе чё надо шаболда? — возмущенно говорила она. — На часы смотрела? Тоже мне фифа, ты смотри. Люди спят между прочим.       Ничего себе бабка! Маша же вроде говорила, что хорошенькая. — П-прошу прощения, — судорожно произнесла я. — Я…я подруга Маши, она сейчас…в отъезде, просила привезти ей несколько вещей, сказала ключи у вас взять. — И с какого хера я должна верить какой-то намалеваной девице, которая посреди ночи спать не даёт? — Эээ… — задумалась я. — Ах, да. Джеронимо? — О, так ты подружка Машеньки?– бабульку как подменили, сразу улыбка заиграла на лице, расслабляя брови,– Такая хорошенькая девочка. Сразу подумала, из приличной семьи. Тебе ключики дать? Сейчас погоди внученька, я мигом, — она скрылась за дверью, оставив меня в оцепенении.       «Ну нихера себе. Из злой мегеры превратилась в божьего одуванчика просто. Что за магия такая?» — подумала я. — Вот, внученька, держи. А как там Машенька? Давно её не видела, с ней все хорошо? — А да, прекрасно, отдыхать поехала, но скоро будет дома, я ручаюсь.       Я зашла в квартиру, — да, видать давненько здесь никого не было — взяла нужные документы и карточку. Затем поехала в банк снимать деньги. Всё нормально прошло. Справилась меньше, чем за полчаса.       Снова посмотрела на пришедшую тридцать минут назад смс. Куда это её занесло? Это же, по-моему, соседний город. Часа два ехать, но делать нечего.

***

      Вот я уже около участка, прохожу внутрь. — Девушка, что-то случилось? — вдруг появился неоткуда парень. — Да, я за подругой. У меня её документы. Вот, — я показала, — Смирнова Мария Вячеславовна. — Да, есть такая. Попала сюда несколько часов назад без денег, паспорта и после аварии. С ней ещё несколько человек было. — Нет-нет, я только за ней.       «После аварии? Что, блин?» — недоумевала я. — Ну вы понимаете… — начал полицейский. — Это все незаконно было. Она участвовала в незаконных, запрещенных гонках. Мы все зафиксировали и теперь просто так отпустить без суда не получиться, они сломали несколько знаков и повредили дорогу.       Да-да. Зафиксировали они всё. До утра ничего делать не будут, ждут только когда друзья или родственники бабла принесут. — Я понимаю, но может договоримся? — я протягиваю ему листочек, вступая в его игру. — Математику со школы помните?– улыбнулся мне парень. — Конечно. Могу даже пример один написать.       Быстро начеркав несколько цифр на листке, мужчина протянул бумажку мне. «Сколько?! Сорок тысяч? Они что, с единорога упали?» — удивилась я.       Ладно, у Маши на карточке было шестьдесят. Хорошо, что больше не написал, я своих не брала, а в машине тысячи две-три.       Дав этому жадному дядьке на лапу, я прошла за ним к обезьяннику, где было человек семь и все громко препирались друг с другом. О, а вот и Маша грызется с какой-то девкой. — Что? Чё мразь? Это ты водить не умеешь, вела бы нормально мы бы не столкнулись, скажи спасибо, что жива осталась. — Слыш, соска мелкая, — говорила вторая. — Тебя кто со старшими учил разговаривать-то? Не доросла ещё до того, чтоб со взрослой тётенькой так говорить. Смотри, молоко на губах ещё не высохло. Тебе сколько лет-то? Шестнадцать? Родители не волнуются что… — она не договорила. — Заткнись, Блядь! — Маша вцепилась ей в волосы и начала таскать туда сюда. Та не отставала, бахнула кулаком ей по носу и оттуда хлынула кровь. — Эй-эй, барышни, успокойтесь, — вдруг очнулся охранник. — Смирнова Мария Вячеславовна, есть такая? За тобой приехали. — Что? Я здесь, — вот мы и встретились взглядом. Нос кровоточит. На лбу порез окровавленный, а на руках синяки.       «Боже, что с тобой стряслось?» — Ярослава Викторовна, — улыбнулась она и припала к решетке. — Вы приехали. — Да-да, давай вылезай, пока не передумали, — мужчина открыл дверь и Маша упала мне в объятья. Я, оторопев, погладила её по волосам. — Всё-всё, успокойся малышка. Я приехала, пойдем, приведем тебя в порядок. — Угу, — пробормотала она.       Мы вышли с этого затхлого места и пошли к машине, сели. — Ну и… Поделишься интересной историей? — спросила я. — Да самая обычная, ничего интересного, — махнула рукой девушка. — У вас нет чего-то холодненького? Голова так болит. — Ты в зеркало смотрела? — Нет, а что? — У тебя на лбу порез. — Блин, а я думаю, чего это он болит, — ухмыльнулась Маша.– И липкий ещё ужас. — Ладно, поехали в больницу. — Не-не-не, — быстро сказала она. — Пожалуйста, только не туда. — Почему? — Потому что. Пожалуйста, не надо туда, — на меня посмотрели умоляющим взглядом. — Оно само заживёт. — Вряд ли, ну, а если случится чудо и заживёт, то может остаться огромный шрам. — Нет, пожалуйста, давайте хотя бы не сейчас. — Хорошо, поехали в аптеку тогда.       В машине стояла гробовая тишина. У Маши жутко болела голова. Закупившись медикаментами, я повезла её к ней домой.       Когда приехали, было уже шесть часов утра. Все это время Маша спала на соседнем сидении. — Эй, соня, просыпайся. Мы прибыли, — начала будить я её. — Что? Уже? — Да, пойдем я за тобой поухаживаю, ребёнок. — Да не ребёнок я, — возмутилась студентка. — Ладно, не заводись. Что, не нравится когда так называют? — Именно! Бесит.       Мы поднялись в квартиру. Благо жила Маша на третьем этаже. Лифта у них не было. Пятиэтажка всего лишь. Что уж там…        Зайдя в квартиру, я провела её в спальню. Мой взгляд упал на её наряд: одежда вся в крови, кожанка расстегнута. Красная жидкость попала и на майку. «Ну что за…ребёнок?» — пронеслось в моих мыслях.       Я сняла с неё куртку. Шея тоже в крови, видать со лба перетекло. — Маш, приподнимись немного, я майку сниму, она в крови. — Угу, — силы у неё были вообще на минимуме, так что она просто подняла руки вверх, продолжая валяться на кровати.       Закатив глаза, я сама постаралась стянуть с неё одежду. — Погоди немного, я сейчас, — я быстро сходила в ванну и намочила чистое полотенце, набрала тёплой воды и вернулась к ней.       Протёрла ранку на лбу, помазала мазью — от чего она начала ёжиться — и заклеила пластырем, а затем вытерла нос. «Вроде цел, не сломан.» — заметила я. «Хорошо.» Было бы печально, если бы такой прелестный носик сломали. Но синяк завтра точно будет.       По виску засохшая кровь перетекала на шею, а дальше на грудь. Я начала её вытирать.       В скором времени Маша уснула, но когда я перешла на грудь, она тяжело задышала и начала что-то мычать. — Чшшш, не волнуйся, — я погладила её по плечу, успокаивая.       Закончив, отыскала у нее в шкафу чистую майку и попыталась надеть. Не получалось.        Девушка приоткрыла глаза. — Не-не, ты спи, я просто майку хочу надеть. — Да, — она помогла накинуть на себя майку. — Полежи со мной, — пробормотала Маша сонным голосом и схватила меня за руку, потянула на себя.       Я улеглась сзади и обняла её за живот, притягивая к себе. Ну правда, не оставлять же мне её одну? Нет, я не могу этого сделать.       Проснулась я первая. Уснули мы в полседьмого утра. Сейчас было два часа дня. Маша ещё спит. «Даша путешественница, блин. Куда её занесло?» — размышляла я.       Я так волновалась! И не зря, видимо. В аварию попала, пострадала, а в больницу не хочет.        А где же её машина? Неужели разбила её? Хотя вряд ли, она же в «бронежилете».       Я выругалась, вспомнив, что у меня сегодня пары, а уже поздно и… влетит мне ой как сильно… опаздывала на всё, что можно было.       Ладно, сошлюсь на болезнь. Скажу типа ПМС что-ли?       Посмотрела на Машу. Спит малюсенький ангелочек. Такая нежная. И в то же время грубая. Столько в себе несёт. Гладкая кожа, мягкие волосы, приятный тембр голоса. Такая милашка…       «И когда это я успела в неё влюбиться?» — поймала я себя. «Как только увидела? Сразу обратила внимания. Но нет, не тогда.Наверное когда увидела, как она рисует или там, на пляже, когда узнала её. Или после того, как она помогла мне с Арчи… Или сегодня ночью. Или…сейчас?» — перебирала я варианты. Не находя нужного.       Когда смотрю на неё так и хочется поцеловать.       «Нежная, милая девочка. Я защищу тебя. И я знаю, что тебе кто-то уже нравится, не бойся, я не расскажу тебе о своих чувствах. Просто буду присматривать» — мысленно разговаривала я с ней. Студентка зашевелилась и приоткрыла глаза. И первое, что она увидела — это меня, сидящую на корточках и пялющуюся на неё. — Эм…привет, ты как? — как ни в чем не бывало произнесла я, ну в самом деле, не париться же мне. — Я думала тебе плохо. — Нормально, — ответила мне. — Только есть хочется. — Погоди, я сейчас что-то приготовлю, — я встала. — У тебя же есть продукты? — Не-е-е, — протянула девушка. — Я их не покупаю, я не ем дома. Да если бы и были, то испортились бы все. — И чем же ты питаешься? — я посмотрела в дальний угол комнаты, где покоились несколько пакетов от чипсов и коробочек от лапши быстрого приготовления. — Неужели этой гадостью? А приготовить? — Я не умею. — Точно, ты же начала сама жить всего в шестнадцать. Ладно, сходи прими душ пока, я в магазин сбегаю, приготовлю тебе чего-то нормального. — Вау, домашнее! — воскликнула Маша.— Меня только тётя Валя домашним несколько раз угощала. И то, давненько уже это было. — А это?.. — Катина мама. — Понятно. Ты иди, я скоро буду, — я пошла в магазин.       «И что ей приготовить? Я сама не шеф-повар. Готовлю на уровне поел и не отравился, уже хорошо» — думала я. Но интернет в помощь! Например, можно картошку в соусе. Долговато готовится, но сытно. Потерпит.        Когда я вернулась, застала Машу, лежащую на кровати в халате, дожидавшуюся меня. — Ярослава Викторовна. — Да? — Спасибо вам за всё, что сделали для меня, я правда благодарна, если бы не вы… — она усмехнулась, — да я даже не знаю, что бы со мной было. Вы столько раз меня спасали. — Я вообще в шоке, как ты жила до меня то? — добро улыбнулась я. — Мне бы тоже хотелось узнать это. Можно…у вас спросить? — Конечно. Валяй. — Почему вы мне помогаете? — В смысле? — Ну в прямом, — сказала Маша. — Вы же не обязаны. Вы мне не родственник, не друг, не сосед, не…девушка,– Маша слегка залилась краской, — как бы глупо не звучало, вы мне даже не куратор. Вы просто ведёте у меня один предмет. — Так я тебе не друг? — удивленно спросила я, напуская обиженный вид. —А я вам друг?– Маша подняла на меня свои большие, печальные глаза. — Конечно, мы вместе столько всего наворотили. Как после всего этого я тебе не друг? Я тебе ещё тот друг. — Да. — А если честно, то ты мне нравишься, такая хорошенькая, мне просто хочется за тобой присмотреть, — призналась я, в шуточной форме, видит Бог, язык постоянно чешится, хочет сказать ей какая она милашка, — Ты же одна. Ты для меня как…младшая сестра? — неуверенно слетело с моих уст. — Младшая сестра… — задумчиво. — Ну да, маленькая такая, непослушная, вечно протестующая. — Я не маленькая, мне скоро двадцать! Я вполне взрослый человек, у которого всё есть и которого всё устраивает. Мне больше вообще ничего и никто не нужен. — Тогда почему ты уехала? А, взрослый человек? Даже не сказав никому. — Потому что… Потому что мне так захотелось. Мне здесь было плохо, и всё меня душило. — Понятно. Это случилось после того, как ты меня домой отвезла? –…Да, — после секундного молчания ответила девушка. — Но это не важно, давайте просто забудем. — Маш, — повернулась я к ней лицом, — не веди себя как ребёнок. Расскажи мне, почему ты держишь всё в себе? Расскажи. Тебе сразу станет легче. Я же вижу, тебе плохо, ты только делаешь вид, что всё хорошо. — Да нормально всё…– она осеклась,–это… мне это что-то напоминает, как будто я уже слышала эти слова. Зимой. Около моря. «О нет. Она вспоминает тот наш разговор» — испугалась я. — Ладно, хватит, иди садись, я закончила. Только осторожнее, она горячая.       Маша села за стол вместе со мной. Хоть я есть и не хотела, но села рядышком с чаем за компанию. — Вау, выглядит отлично, — с огоньками в глазах проговорила она. — Давненько не ела ничего домашнего. — Надеюсь тебе после этого плохо не будет, но я в любом случае старалась. — Что вы, — она попробовала одну ложку. — Это действительно вкусно. Доширак с этим уж точно не сравнится. — Ну спасибо, — поблагодарила я. — Не-не, я серьезно. Вот, попробуйте, — она протянула мне свою ложку с картошкой. Это…если я сейчас попробую… Это же будет как косвенный поцелуй… Боже! Что за детские мыслишки.       Я открыла рот и попробовала. Действительно недурно. Я даже в шоке, что у меня так получилось. — Ну? Убедились? — Ну да, неплохо. — Самокритика….похвально. Не люблю заносчивых людей. — Спасибо-спасибо.       Она доела и улеглась на кровать… –Погоди, я тебе пластырь заменю, — взяла её лицо в ладошки и посмотрела на лобик. Затем отклеила старый пластырь, — посредине синяка был глубокий порез, — я снова нанесла мазь и заклеила новым. — Б-б-б… печёт же.– зашипела на меня Маша, маша руками в разные стороны. — Вот, кататься поменьше нужно где попало. У тебя ещё и нос синий, кстати. — Да знаю, видела.– она поморщилась.       Я села около неё на кровати и погладила головку. — Ну давай, я жду. — Чего? — удивлённо покосилась она на меня. — Истории и поподробнее. — Нее, можно я не буду? — Тогда мне придётся сообщить твоим родителям, что я в три часа ночи забрала их дочурку из КПЗ после аварии, — ухмыльнулась я. — И где Фредо? — Бля… — подскочила Маша. — Его эвакуировали. Нужно скорее забрать, ему же там страшно, одиноко и грустно одному. — Нет-нет, никуда мы сейчас не поедем. Во-первых, ты вся покалечена, во-вторых, я без предыстории не пущу. Так что давай, раскошеливайся на словечки.       Она мне рассказала, что захотела отдохнуть и уехать ненадолго из города и встретила наших знакомых гонщиков, а после поехала с ними. Рассказала про гонки и аварию. — Что? Ты за эту неделю потратила двести тысяч?! — воскликнула я. — Ты сумасшедшая? — Да знаю я. Это были мои карманные на два месяца. У меня теперь ничего не осталось. А ещё и Фредо… — грустно сказала девушка. — Я помогу тебе его забрать. Ему там точно не место. Нельзя надолго оставлять его там. Но двести штук… — мои брови поползли вверх.       Маша смущённо закусила губу, пряча от меня взгляд. — Ладно, уже поздно, мы сейчас съездим в больницу, а завтра за твоей машиной. — Я не поеду туда, — запротестовала она. — Ты мне обещала. — И что? — Собирайся. — Не поеду я туда. — Поедешь! — Нет. — Да. — Нет, — Маша залезла в шкаф и закрылась. — Да не веди себя как ребёнок, вылезай давай. Ты сейчас как пятилетний ребёнок, которого ведут к стоматологу. — Да не ребёнок я. Не ребенок! Я взрослая. Не нужна мне помощь. Можете идти домой, спасибо за всё, — обиженно говорила девушка. — Никуда я не пойду. Я не брошу тебя одну, вот такую. — Какую такую? Жалкую? Родителям насрать, они давно всё решили. Одна никому нахер не сдавшаяся маленькая девочка? У которой никого нет. И она каким-то хером просрала все деньги на два месяца за неделю, теперь сидит и хрен знает как ей дальше быть. Да? Да! Сейчас я такая. И да, мне не нужна никакая помощь, сама разберусь. В крайнем случае начну брать деньги за рисунки. И нет, родителям не позвоню и вам не советую. Мне только хуже будет. Пожалуйста идите домой, там волнуются за вас. Спасибо за всё.– доносился приглушённый, сердитый крик из-за плотной двери шкафа. — Да ты меня слышишь? И ты тот человек, который говорит что не ребёнок? Я сейчас помогаю тебе не из жалости. Пойми, я просто хочу тебе помочь. Пожалуйста, не отказывайся от моей помощи. Прислушайся ко мне, я же старше в конце концов. — Вы не на много меня и старше. Вам всего-то двадцать пять. — Да? Тогда чего ты мне вы-каешь всё время? Меня это бесит. — Потому что вы мой препод. — И что? Я так же и твой друг. Так что не вы-кай мне. Это…неприятно. — Я не могу. — Почему? — Потому что я уважаю вас. — Тогда…не вы-кай мне, это действительно бесит. Мы почти одного возраста. А когда мы где-то вместе, то люди странно смотрят, — говорила я, — две подруги вроде, а одна вы-кает другой да ещё и по имени, отчеству зовёт. — Но… — Все договорились. Зови меня просто Яра. — Я не буду, — отказалась она. — Почему? –Я…не знаю. — Что тогда мне сделать, что бы ты узнала? — П…поцелуйте меня. — Что? — удивленно спросила я. — Что?– вторил моему, вопрос из шкафа.       Я стою. Я в шоке. Мне послышалось? Я хотела ещё раз переспросить, как она упала в обморок, вываливаясь наконец из этой телесной коробки. Блин, говорила же. Глупый, глупый, глупый ребёнок!       Я вызвала скорую. Чёрт, Маша же в одном халате. Надо бы переодеть, пока скорая не приехала.       Мать вашу, она голая. Блин, да. Логично же, душ ведь принимала.       Благо хоть трусики надела, потому что этот вид я бы не пережила. Я поспешила ее одеть.       Вскоре приехали фельдшеры. Они осмотрели её и забрали вместе со мной в больницу.       Там она и пришла в себя. — Где я? — задала логичный вопрос девушка. — Ты в больнице, не волнуйся, — ответила я. — Что? Я не хочу здесь быть. Отвезите меня домой, — попросила Маша. — Погоди, доктор сказал, что у тебя лёгкое сотрясение. Из-за этого ты упала в обморок – перенервничала. Сейчас он выпишет нам лекарства и я отвезу тебя домой.       Но странно, он сказал, что она точно не беременна. Тогда что значил тот тест? — Нам? Я сама справлюсь.– ощетинились девушка, и как она так быстро меняется в настроении. — Откуда вдруг этот холодок? Это не обсуждается, если не хочешь, чтобы родители узнали, то прими мою помощь, будь лапочкой, — на моем лице появилась улыбка, не затрагивающая глаза, дающая Маше понять, что другого выбора у нее нету. — Пф, ну и ладно, — фыркнула она, поворачиваясь к стене.       Получив рецепт, я купила всё по справке и мы поехали к ней домой. — Что ты имела ввиду? — Когда? — Перед тем как упасть в обморок. — Простите, я не помню, что говорила тогда.        Видимо у неё тогда было что-то типа бреда перед потерей сознания. Может, она видела человека, который ей нравится? Интересно, что это за женщина? Мне хочется с ней познакомиться. Не нравится она мне. — Ммм….ладно тогда. Но ты забыла. Мы договорились, дома ты зовёшь меня на ты. — Нет, мы не договаривались. — С чего ты взяла? Это было перед тем как ты потеряла сознание. Ты же не помнишь. — Ох, ладно.– Маша закатила глаза, отворачиваясь от меня к окну.       Я закатила глаза на это проявление её ребячества. И все же, сколько бы она не говорила, она и есть ребенок. — Ну? — Когда нужно будет, я обращусь. — Ладно, посмотрим.