Ещё не придумала

— Как думаешь, на этот раз у нас всё получилось?– спрашивает взволнованная Маша у своей жены. — По ощущениям должно,– пожимает та плечами. — Тогда открываем,– она берёт конверт со столика и надорвав верхушку, достаёт сложенный вдвое лист А4.       Быстро пробежав взглядом по содержанию, девушка не поменялась в лице. — Нет? — спрашивает грустная Яра.       Маша молча протягивает ей лист, глядя на ковёр на полу. — Быть того не может! — завопила блондинка вскакивая на ноги,– Маша! У нас получилось! Мы это сделали! Ты что, не рада? — быстро утихает, замечая задумчивость своей жены. — Я просто в шоке. У нас будет ребёнок,– отвечает та, начиная быстро моргать. — Это ж здорово. Мы же этого и хотели,– недоумевает блондинка. — Нет, конечно здорово. Просто именно сейчас, пришло осознание того, какой большой шаг мы сделали. Яр… У нас будет ребёнок,– губы медленно растягиваются в дрожащей улыбке, а глаза быстро теряют фокус,– Я так тебя люблю. Малышка моя.       Опустившись на колени у дивана, она шмыгнув носом, без разрешения задирает майку любимой и кладет на плоский животик ладонь. — Он здесь,– шепчет,– Растет и ждёт своего часа.       Улыбнувшись, растроганная блондинка кладет ладонь на голову жены и начинает медленно гладить её по волосам. — Я так счастлива, — не унимается Маша,– Боже, как я счастлива. Нужно срочно всем рассказать.       Уже было спохватившаяся девушка начала набирать смс в телефоне, чтоб разослать всем, как её перебила Яра, аккуратно положив ладонь на экран. — Давай после первого УЗИ. Не хочется… Ну, ты поняла. — Хорошо, прости. Мы подождём.       Девушка снова усаживается на диване, притягивая счастливую блондинку к себе в объятия. На этот раз у них должно всё получится.       Первые три раза не дали плодов, уже было расстроенные и потерявшие надежду девушки, хотели отказаться от идеи завести ребёнка, как знакомый Маши, предложил хорошего врача. Для этого им пришлось ехать в Германию, но оно того стоило.       Сейчас, довольные и счастливые, сидя на диване, они спорили как назовут своего малыша. — Это будет американское имя,– говорит Маша. — Ну мы же живём в Америке, так что это логично, — подавляет смешок Яра. — Эй, я просто уточняю. Как думаешь, мальчик или девочка? — А может двойня? — выгибает бровь блондинка. — Не, я конечно хочу детей, но не больше одного за раз. Давай следующего через пару годиков? — Тогда будет твоя очередь. — О, не-не-не. Что угодно, только не это,– быстро качает со стороны в сторону Маша головой. — Маш, мне уже тридцать три. — И ты все ещё выглядишь на двадцать пять. Как тогда, в наше первое знакомство. — Помнится мне, в наше первое знакомство, кто-то сидел за последней партой в наушниках и рисовал в скетчбуке, не обращая никакого внимания на нового преподавателя, — выгнула бровь блондинка, укоризненно посмотрев на опустившую взгляд в пол жену. — Нуу, это вообще было чудо, что я присутствовала на паре, так что-о,– пожала плечами девушка. — Ладно, подумаем об этом чуть позже. А сейчас, я бы не отказалась от твоего фирменного массажа ног,– в добавку к словам, Яра коварно улыбнулась отодвигаясь от Маши, и кладя свои ноги ей на бедра. — Опя-ять? — заныла младшая девушка,– Я же утром тебе делала. Я вообще не понимаю, я твоя жена или прислуга? — Ты моя любимая жёнушка, которая обожает делать мне массаж, за что я люблю тебя ещё больше.       Притворно вздохнув, Маша выпучила нижнюю губу, принимаясь за массаж ступней своей жены. — Я обязательно тебя отблагодарю за это вечером, ты же знаешь,– пообещала блондинка, довольно расплываясь в улыбке, закрывая глаза.       Коварно улыбнувшись, Маша молча продолжила своё дело. Блондинка всегда держала свое слово.

***

— Машунь, — Яра гладила по щеке спящую жену, пытаясь разбудить её.– Ну Ма-аш, — не выдержав, пихнула её в бок локтем. — А? Что? — подскочившая на месте сонная Маша, потёрла глаза,– Ты что-то хотела? — Я хочу банановых блинчиков.       Посмотрев на часы, мирно покоящиеся на тумбочке, девушка вздохнула. — Яр, начало третьего. — Маша! — укоризненно сказала та, — Я на пятом месяце! Голодная, беременная, несчастная, не… — Ладно-ладно, — перебила её Маша, уже зная какую мелодию завела её жена, — Я тебя поняла, пятнадцать минут и блинчики будут готовы. — Спасибо,– расплылась в улыбке, как нечего быть, Яра, — И можно пломбирного мороженного сверху, солнышко. — Хорошо, — ответила Маша, натягивая майку, и обуваясь, направилась к двери. — И немного арахисовой пасты,– крикнула в догонку ей Яра. — Конечно. — И если не сложно свежих помидоров. — Ещё что-то? — учтиво поинтересовалась девушка, прежде чем выйти за дверь. — Мне бы ещё хотелось наверное хлебушка,– прошептала Яра. — Что? — не поняла та. — Чёрного. — Просто хлеб? — Да. — Но ты же не ешь хлеб! — Это не мне. Это ребёнок захотел. И что ты смотришь так на меня. Как будто подснежников попросила. — Я бы не удивилась, — прошептала себе пол нос Маша. — Что ты сказала? — выгнула бровь Яра. — Говорю, что всё будет, ты только не усни как в прошлый раз. — Что ты. Я такая голодная, вряд ли до утра вообще смогу глаз сомкнуть.       Спустившись вниз на кухню, Маша принялась за поиски всего чего захотела её жена. Через пол часа нагрузив полный поднос всего и в два раза больше чем нужно было, она аккуратно поднялась по лестнице на второй этаж. Пихнув дверь задницей, зашла внутрь и уставилась на мирно спящую жену, которая что-то тихо сопела себе под нос. — Да она издевается,– тихо выругалась Маша, ставя поднос на тумбочку блондинки.

***

— Да где её черти носят, — негодовала Яра, сжимая перила койки в мёртвой хватке. — Она скоро будет, успокойся, — утешала сестру Дина, — Написала в пробку попала. — Её жену здесь сейчас к херам собачьим разорвет, а она в пробках стоит? Да как она посмела, — шипела красная как сваренный рак блондинка, кидая в присутствующих убийственные взгляды. — Да всё будет хорошо, Яр, врачи сказали, что у тебя ещё три недели, это не могут быть роды. — Да как не могут. Посмотри на это пузо! Оно сейчас взорвётся, и этот маленький… Маленький кусочек счастья сам вылезет на свободу. — Могу, как опытный врач, сказать, что такого не произойдет в любом случае. — Дина, ты чёртов хирург. — И что. Я же врач. — При чём очень хороший, — подала голос Фиби, невеста Дины, которая до этого молчала, забившись в дальнем уголку комнаты, от греха подальше.       Яра бросила на неё убийственный взгляд. Брюнетка поняла, что совершила ошибку и снова замолкла, вдавливаясь сильнее в угл.       Спустя двадцать минут, запыхавшаяся и вспотевшая Маша, врывается в палату. — Где? Что? Уже всё? — неразборчиво бросает, пытаясь отдышаться, склонившись. — О, привет милая. А мы как раз домой собираемся,– отвечает Яра. — А ты… Почему ещё с животом, — недоумевает девушка. — О, это были ложные симптомы. Всё в порядке, так бывает. Машина у главного входа? — спрашивает Яра у ошарашенной жены, пододвигая ей сумку со своими вещами.

***

— Я клянусь, если это опять ложные роды, я сама засуну тебе руку, сама знаешь куда, и вытащу этого мелкого сорванца,– говорила Маша в телефон, надавливая на газ.       Прошло две недели, Яру снова отвезли в роддом. На этот раз она говорила, что воды точно отошли. Так что, нажимая на газ, и проезжая несколько раз на красный, девушка притормозила у клиники, выбегая на улицу и быстро направляясь к лифту.       Поднявшись на нужный этаж, ей сказали что Яру уже увезли. Так что, быстро переодевшись во всё стерильное, она последовала за старшей медсестрой к своей жене. Они договорились что Маша будет присутствовать на родах, так как Яра не хотела проходить через всё сама.       Блондинка, мокрая и красная, лежала на кушетке с раздвинутыми ногами, тяжело дыша и матерясь на русском на врачей. Хорошо, что они не знали языка, не знали ведь?       Завидев Машу, она протянула ей руку, как только та дала ей свою, сжала с такой силой, что Маша могла поклясться, несколько пальцев точно захрустели.       Когда доктор приказал Яре тужится, блондинка, что есть мочи замычала напрягаясь, думавшая до этого Маша, что краснее стать невозможно, удивлённо округлила глаза. Красная, взлохмаченная, с выпирающей венкой на лбу, её жена всё равно выглядела прекрасно.       Разнёсшийся по палате новый вопль, отвлёк Машу, от разглядывания Яры. Врач, до этого копошившийся между ног её жены, тем самым капец как напрягавший её, поднялся с маленьким красным пятнышком, в каких-то ошмётках, крови и прочей мерзости, показал младенца Маше, которая, едва взглянув на него, потеряла сознание.       Яра закатила глаза. Пока её жену приводили в чувства, оттащив подальше от кушетки, ей на грудь положили этот маленький комочек. Поцеловав малыша в лобик, она позволила забрать его, чтоб омыть и замотать в пелёнку.

***

— Боже, какой позор, — ухватившись за волосы, ругала себя Маша,– Потерять сознание от вида ребенка. Я не смогу с этим жить. — Ну-ну, — утешающе похлопывали её по спине Дина с Фиби, — С кем не бывает. Ты просто не была готова. — Как? Как я могла это сделать? — не унималась девушка.       Они сидели в баре, в квартале от больницы. Дина с Фиби отвезли её сюда, чтоб привести в чувства. Яра, после тяжёлого дня отключилась, врачи сказала часов на десять. Малыш, здоровый и уже вымытый, тоже крепко спал, где-то в специальной палате для новорожденных. Так что, бедную Машу, еле выволочили на улицу, потом в машину и уже в бар. — Позор. Что теперь Яра будет думать. — Что её жена немного впечатлительней чем ей казалось, — пожала плечами Фиби.       Маша помотала головой, тяжело вздохнув. Подоспевший бармен, протянул ей стакан виски. — За счёт заведения,– он сочувственно проследил, как Маша залпом осушила стакан.

***

      Уже подвыпившая, и явно нахрабрившаяся, Маша, ровно, как могла, шагала к палате Яры на следующий день. Зайдя внутрь, увидела как её жена, кормит грудью их сына. Промычав от милоты, она села рядом на кровати, тихо наблюдая за процессом. Яра лишь улыбнулась одним уголком губ, бросив на неё взгляд. — Я так вас люблю,– сказала она тихо. — Я тоже, — ответила блондинка. — Так как назовём? — Я думала о Джоне. — Джон? — переспросила Маша, — Не-е, ну посмотри на него, разве он Джон?       Женщины уставились на темноволосого младенца, который с особой силой сосал грудь мамочки. — Ну весь в мамочку, — прокомментировала Маша. — Так же не может оторваться от груди? — ухмыльнулась Яра. — Нет, такой же красавчик. И явно не Джон.       Яра выгнула бровь. — Как на счёт Алекса? В Америке будет Алексом, а дома Александром. Когда мы будем ездить к отцу с мамой? — Неплохая идея. Мне нравится, — согласилась Яра. — Значит Алекс? — Алекс.