Подари мне жизнь...

-Нас посадят! – девушка обречённо покачала головой, - Ионов, нам сейчас только ментов не хватало. -Не боись, - парень задорно улыбнулся и наклонился к дочери, помогая ей лучше прицелиться, - Это же пневматика. К тому же у меня имеется и разрешение, и даже удостоверение с собой. Так, держи вот так. Ага, правильно, - Кот помог Вике принять правильное положение и теперь слегка удерживал ее за руки, чтобы пистолет не слишком резко дернулся при нажатии на курок, - Стреляй, малыш! Раздался выстрел, и на этот раз жестяная банка свалилась со скамейки. Вика довольно взвизгнула и повисла на шее у отца. Женька улыбнулась – ей-то понятно, что не удержи Ионов пистолет в правильном положении, пуля не то чтобы не попала бы в банку, она бы просто полетела не в том направлении. Завтра у Кота заканчивается его недельный отгул, так щедро предоставленный Батей, и парень здраво рассудил, что сам пока не знает, когда теперь увидит дочь и решил сдержать обещание относительно стрельбы. Правда, боевой пистолет заменили пневматическим, а родители сами пытались держать оружие в руках, но и этого хватило для того, чтобы то и дело раздавался заливистый смех маленького ангелочка. За эту неделю Женя видела улыбку дочери наверно чаще, чем за весь предыдущий месяц, а это не могло не радовать. Прогнозы врачей не утешали, но и не огорчали – за последнее время ухудшений не было, и Вика чувствовала себя более или менее нормально. Женя даже сама стала чаще улыбаться, а причиной, как ни странно, являлся сам Кот, который дурачился не хуже дочери, а иногда даже больше. До его появления в их жизни, Женя часто замечала, что маленькая Вика слишком серьёзна для своего возраста, но всегда списывала это на столь страшную болезнь, а вот Вася за несколько дней превратил девочку в того ребёнка, которым она и должна быть в пять лет. Вспомнить только, как они вымазались гуашью с ног до головы, пытаясь нарисовать непонятное существо, на поверку оказавшееся самой Мурой. Женя тогда грозно отвесила подзатыльник довольному «художнику» и утащила отмывать хохочущую дочь. Потом, кстати говоря, пришлось отмывать и Кота, а сегодня он собой умудрился притащить еще и Рифа. Буквально за первые десять-пятнадцать минут обаятельный Рифанов умудрился влюбить в себя всю женскую половину отдыхающих, но заметив недовольство командира, решил ограничиться только вниманием Леры, утащив девушку подальше от любопытных глаз. -Мама, а ты будешь стрелять? – Вика ожидающе смотрела на девушку. В разговоре Вася как-то обмолвился, что Женька стреляет даже лучше него, и теперь девочка ждала, что мама покажет мастер-класс. Мура перевела взгляд с дочери на оружие, протянутое ей парнем. Сколько она уже не держала в руках не то, что автоматов, а даже простых пистолетов? С рождением Вики вся страсть к авантюрам и опасным приключениям сошла на нет, о былом спецназовском прошлом напоминали теперь только редкие тренировки – и то, не с реальными соперниками, а с боксёрскими грушами и различными тренажерами. -Женя? – Кот внимательно следил за девушкой, и ее реакция его поразила. В любое другое время она бы уже давно выхватила пистолет и палила бы по мишеням, пытаясь показать своё превосходство над ним, а сейчас лишь задумчиво рассматривала оружие в его руках, - Мурёнок, с тобой всё в порядке? Мурёнок…девушка вздрогнула от ласкового прозвища, данным ей когда-то давным-давно еще на задании. Так он называл ее и шесть лет назад, так он назвал ее и всего три дня назад, когда впервые поцеловал после шести лет разлуки, и вот сейчас опять. Три дня назад он в который раз за свою жизнь признался ей в любви, но после этой ночи больше не говорил ни слова о чувствах. Она тогда пришла к выводу, что он сказал это только для того, чтобы она расслабилась и чувствовала себя более уверенно, что, кстати, на самом деле помогло. Соврал? Она сама не знает. Знает только одно – его тело, отзывающееся на каждое ее прикосновение, врать не могло, также как и сердце, моментально ускоряющее свой темп, едва она оказывалась в опасной близости от него. Простое физическое влечение? Пусть так, но на данный момент ей хватит и этого. -Конечно в порядке, - Женя приподняла уголки губ в неком подобии улыбки, - Давай сюда пистолет. И не этот. Парень довольно улыбнулся – задумчивая красавица вынырнула из своих невесёлых мыслей и теперь снова с ними. То, что она отказалась стрелять из пневматики, а потребовала его личный пистолет, его нисколечки не удивило – возвращалась его прежняя хищная кошка, способная показать, кто именно в доме хозяин. Кот медленно протянул пистолет девушке и присел на корточки рядом с дочкой. Раздались выстрелы, и простреленные банки одна за одной попадали с импровизированной скамьи. Вика счастливо захлопала в ладоши, а сзади послышался одобрительный свист Рифа, оказывается, они с Лерой уже минут пять тихонько наблюдали за этой семейной идиллией. -Вот теперь нас точно посадят, - Вася открыто улыбнулся, забирая у девушки оружие, - Ну что, принцесса, всё еще не проголодалась? Если в целом состояние Вики не ухудшалось, то с аппетитом и его отсутствием возникли проблемы. Врач предупредил, что это может быть связано с применениями тех сильнодействующих препаратов, которые девочка получала в последнее время, и предложил кормить девочку чуть ли не насильно. Насильно пичкать дочь не удалось ни одному из родителей, и поэтому им пришлось придумывать различные развлечения, которые она получала, лишь согласившись на обед. Зачастую, правда, сначала она получала эти самые развлечения и лишь потом принималась вяло ковыряться в своей тарелке, поочередно строя несчастные глазки то Коту, то Муре. Надо отдать должное ребенку – несмотря на свой юный возраст, девочка всегда держала слово и ни разу еще не препиралась, когда дело доходило до ее части выполнения обещания. -Ты же меня всё равно заставишь есть, - девочка театрально вздохнула и подняла на Кота печальные глаза, - зачем же спрашиваешь? Сзади послышался громкий хохот – Риф был просто поражён актерскими талантами маленькой дочери своего друга. Хотя он часто слышал о Муре, видел ее он всего лишь второй раз в жизни, и поэтому сравнивать маленькую Вику с ней пока было невозможно, но вот с Котом…да она же просто его маленькая копия, у них даже повадки одинаковые. Когда-то давным-давно, еще служа в «Тайфуне», Ионов точно также театрально закатывал глаза и принимался причитать, когда Багира читала ему нравоучения и учила жизни. -Ладно уж, идёмте... – Девочка взяла Леру за руку, а вторую руку протянула всё еще улыбающемуся Рифу, - … вымогатели! Ответом послужил очередной истерический хохот Миши, на этот раз сопровождаемый и довольным смехом Леры, а также удивлёнными взглядами ошарашенных родителей – откуда только слова-то такие знает? Кот. Неделя проходит совсем незаметно и, наверное, впервые в своей жизни я готов руками и ногами цепляться за косяки, чтобы не возвращаться на службу. Не хочу! Хочу быть здесь с ними! Все те счастливые моменты, что были в моей жизни, меркнут по сравнению с тем счастьем, что дарит мне одна только Вика. Она…она…я даже не знаю, как объяснить какая она. Она заставляет улыбаться, когда это сделать труднее всего, заставляет расслабиться, когда ты напряжён до предела, заставляет верить в лучшее будущее, когда, кажется, что надежды уже нет. И это всё только за неделю. А что же будет дальше? Страшно представить. Только за эти несколько дней я превратился в человека, пытающегося доказать, что умеет всё на свете. Как оказалось, художник из меня никакой. Об этом говорит и весьма ощутимый подзатыльник, полученной от Муры, а также пятна краски, которые оказались даже на спине. Сегодня оказался в своей стихии, и Вика теперь умеет еще и палить по банкам – ну прям никакого исключения в семье, всех безумно тянет к оружию и к опасностям, связанных с ним. -Жень, ты мне завтра звони, если что, - внимательно смотрю на девушку, стоящую от меня всего в паре шагов, - Ну или Рите звони, если вдруг я буду недоступен. Если что…не хочется даже представлять себе этого «если что», но просто предупреждаю Женю на всякий случай, а то зная ее, можно быть на 90% уверенным, что эта упрямица решит справиться со всем сама. Она вон год боролась со всем в одиночку, даже не удосужившись попросить ни у кого помощи. Вика тихонько посапывает на своей кровати, крепко прижимая к себе плюшевого медвежонка, подаренного сегодня Рифом. Почему Риф? Всё очень просто. Мы с ним хорошие друзья, также как и с Серёгой. Вот только у Серого имеются свои карапузы, и я очень не хочу, чтобы он испытывал весь тот страх перед страшной болезнью, глядя на Вику, а Мишка хоть и понимает всю серьезность ситуации, пока может позволить себе дурачиться также как и прежде. Я даже успел приревновать дочь к нему. Совсем по-детски, но в этом весь я, хочу чтобы всё было только моим и не хочу ни с кем делиться – во всяком случае, это точно касается Жени и Вики. Женька…она совсем не изменилась с тех самых пор, когда мы виделись в последний раз. Всё такая же независимая, гордая и непредсказуемая. Чего я только не пережил, пока ждал ее возвращения три дня назад. А ведь даже не был уверен, что она вернется. Сто раз проклял себя и свою манеру говорить всё в лоб, а не искать нормальные формулировки, и уже был готов нестись через весь город к ней, как вдруг раздался робкий стук в дверь. А ведь, находись я в другой комнате, я бы его даже не услышал, и она бы тогда уехала. Флешбек. Такой нерешительной я не видел ее никогда за время нашего с ней знакомства – стоит ко мне спиной, нервно теребит застёжку легкой куртки и пытается дышать ровно. Мысленно отвесил себе уже с десяток подзатыльников, но хочется еще и по челюсти пару раз съездить, чтобы в следующий раз думал что и кому говорю. Пытаюсь извиниться, насколько я умею извиняться, но Женя обрывает меня на полуслове, признавая свою неправоту, а от этого собственное чувство вины только зашкаливает. Судорожный вздох и я, скорее чувствую, чем вижу, соленую влагу на нежных щеках, именно поэтому собираюсь с духом и осторожно провожу кончиком пальца по коже, стирая одинокую слезинку. Чувствую себя палачом, которому на казнь привели невинную жертву, но вместо этого называю себя обычным насильником. Моя попытка пошутить не особо удалась, и привычные слова о любви срываются с губ как само собой разумеющееся. Смотрит удивленно, но очень недоверчиво – еще бы, какой нормальный человек будет продолжать любить девушку после шести лет разлуки, да еще и узнав, что она скрывала от него дочь? Но я ненормальный, и я люблю. Не верит? Ну и пусть, у меня еще есть время доказать ей искренность своих чувств. Дрожу как неопытный подросток, когда тонкие пальчики пробираются под лёгкую ткань футболки и касаются моей обнаженной кожи. Скучал…о Боже, как же я скучал по твоим ласкам, девочка моя. Как часто я вспоминал то наслаждение, которое могли дарить только твои поцелуи. Как часто я вспоминал именно твои нежные ладошки, отчаянно пытавшиеся стащить меня с кровати и уволочь на работу. Как часто я вспоминал твою привычку целовать меня между лопаток, после чего кровь приливала к вискам и я, не контролируя себя, опрокидывал тебя на кровать и придавливал своим телом. А сейчас это вновь может стать реальным. Тихо стонешь, когда я нерешительно провожу губами от мочки ушка к шее, но лишь всё сильнее цепляешься за мои плечи. Не отпущу больше никуда и никогда! Пусть хоть придётся приковать тебя к батарее и следить за тем, чтобы ты не сбежала. На несколько часов мы полностью выпадаем из жизни, не думая ни о чем, кроме как друг о друге, но затем ты вдруг вскакиваешь с постели и начинаешь быстро собираться, аргументируя это тем, что тебе надо к дочери. Началось! Вот знал же, что этим всё и закончится, но наивно на что-то надеялся. Встаю вслед за ней и ловко перехватываю тонкие запястья, притягивая девушку к себе. -Вика спит. Останься, пожалуйста. – практически умоляю ее, но сегодня не хочется оставаться одному, - Обещаю, утром вместе разбудим НАШУ дочь. Задумывается, еще раз дёргается, но уже как то вяло и всё-таки разжимает ладошки, позволяя куску материи упасть на пол. Тяну ее обратно к кровати, и как только она удобнее укладывается, обнимаю ее так, как привык делать это уже давно. Слышу ее дыхание и понимаю, что она тоже не спит. Мы так и проводим эту ночь – ни один из нас не решился закрыть глаза, а тихо прислушивался к мерному дыханию своего партнера. Следующая ночь проходит практически также – мы оба еще боимся друг друга, зато через день мне достается так, что спина будет заживать еще как минимум неделю. Виной всему моя безалаберность и личное мнение о воспитании детей. Но я этому только рад – вот она моя настоящая Женька! -Позвоню, - Мура открыто улыбается, - Только будь осторожнее. А то ведь зная тебя, ты и в КТЦ можешь попасть в неприятности заработать пару шишек. Вот в этом Вика, слава Богу, пошла в меня. Последняя фраза заставляет улыбнуться. Багира, когда-то давшая мне позывной, недавно печально покачала головой и заявила, что я какой-то бракованный кот – всё время попадаю из одной передряги в другую. -Обещаю! – осторожно целую спящую Вику и молю о том, чтобы в ближайшем будущем заданий не было, а я мог пораньше сбегать из КТЦ, дабы провести с ней хотя бы часик перед тем, как она заснет, - А ты помни, что ты обещала звонить. Сегодня нам с Мурой практически не удаётся побыть наедине, да уже и не удастся – мне нужно еще утащить Рифа, который возомнил себя Казановой и пытается обаять Женькину подругу. Перед тем, как выйти из детской, всё же притягиваю девушку к себе и легко касаюсь ее губ. Говорить слова любви – значит снова пугать ее быстрым развитием отношений, поэтому осторожно касаюсь губами ее виска и тихонько шепчу: -Ты и так всё знаешь… _________________________________________________________ Остапа понесло))))Сильно не бить, я всё еще болею)))