Охотники на охотников

Автор гений! Родить главу за 1 ночь! Немножко сладковато-приторная, но без нее никак Первое, что увидела мэр Миллс, очнувшись от кромешной тьмы – свет кварцевых ламп и белый больничный потолок. Проморгав несколько раз и удостоверившись, что это не сон, женщина с тихим стоном попыталась подняться или хотя бы принять полусидящее положение, но тщетно. Тело ломило так, будто по нему проехались асфальтоукладочным катком, а в ушах стоял непонятный, булькающий шум. - О господи… - с четвертой попытке Миллс таки удалось полусесть – полулечь на кровати, пытаясь понять что вообще кругом происходит. Судя по тому, что на улице светило солнце, на дворе явно был день. Хоть что-то радует. Хотя стоп! Раз на улице день то…о боже, Генри! Он же остался один дома! И наверняка будет завтракать одним лишь печеньем… - Доброе утро, мадам мэр, - прервал мысли брюнетки звонкий голос медсестры, - как вы себя чувствуете? - Ммм, голова немного кружится…что произошло? Почему я здесь? - У вас был глубокий обморок, мистер Голд вызвал скорую и она привезла вас сюда… - Мистер Голд… - тихо прошептала Регина и схватилась за голову. Она вспомнила, как заходила в свой склеп, как брала у ростовщика шкатулку, которая сейчас стояла на тумбочке возле кровати, как подписывала бумаги… - дьявол… - Мисс Миллс, вам плохо? Что-нибудь болит? – засуетилась девушка, подбегая к кровати и протягивая брюнетке стакан с водой - Благодарю… - мэр послушно взяла протянутый ей сосуд с водой и отпила несколько глотков, - так что со мной? Почему я упала в обморок? - Скоро придет доктор Вейл и он все вам скажет, - с этими словами медсестра поспешила выйти из палаты. Но не прошло и пяти минут, как в помещение на всех парах ворвался Генри, а за ним следом зашла мисс Свон. - Мама! – мальчик бросился к женщине, запрыгивая на кровать и обнимая ту за шею, - я проснулся, а тебя не было дома…хотя сегодня суббота… - Регина не ожидала такого от сына и не знала, что сказать. Она лишь крепко обняла своего непоседу, зарываясь пальцами в его мягкие волосы - Мадам мэр, что случилось? – Эмма была немного шокирована происходящим, - мне позвонил Генри…он был очень обеспокоен… - Ничего страшного, просто небольшое переутомление…шериф Свон, - Регина сделал небольшую паузу, словно что-то обдумывая, - не думала, что скажу это, но побудьте сегодня с Генри…погуляйте с ним…сводите в кафе… - увидев удивленный взгляд блондинки, Миллс растянула губы в своей фирменной улыбке, - считайте это актом доброй воли… - Что ж, пойдем, пацан, не будем мешать твоей маме, - подождав, пока мальчишка выйдет из палаты, блондинка развернулась в пол оборота, чтобы попрощаться, после чего, круто развернувшись, вышла следом. А состояние Регины нельзя было назвать удовлетворительным. Комната продолжала плыть в каких то размытых кляксах, а внутри все сжималось в какой то тугой узел. Казалось, что еще немного и она выплюнет собственную печень, причем вместе с желудком и легкими. Когда в палату зашел мужчина в белом халате, брюнетка уже была готова к любому диагнозу, лишь бы ей объяснили в чем собственно дело. - Что могу сказать, мисс Миллс, для вашего положения состояние вполне удовлетворительное, правда немного низкое давление, но это пройдет…думаю, что уже сегодня вы можете ехать домой - В моем положении? – Регина уже откровенно ничего не понимала, - о чем вы говорите, доктор Вейл? - О чем? – Виктор слегка усмехнулся, - вы беременны, Регина, срок 4 недели, так что поздравляю вас, - с этими словами, мужчина захлопнул папку и вышел вон, оставив брюнетку в состоянии глубочайшего шока. «Что? Ребенок? Как?» мысли, словно пчелиный рой, носились в голове со скоростью бешенной собаки. Чтобы хоть как то придти в себя, женщина решила не вызывать машину, а самой пройтись по улицам Сторибрука. Ребенок. Господи. Регина не знала плакать ей или смеяться. Новость о прибавлении в семействе слишком сильно шокировали женщину, отчего та впала в полнейший ступор. «Как я скажу Генри? Как я скажу Уильяму?» Уильям… При упоминании имени своего телохранителя, на душе Миллс сразу же становилось теплее. Другого и быть не может…4 недели…ну все правильно…это их ребенок…ее частичка…ее и Брандта…их кроха. Слезы счастья потекли по щекам брюнетки. После всего того, что ей удалось пережить этот малыш, замелькал перед ней, словно лучик надежды…надежды на ее, Регины Миллс, счастливый конец. Но радость брюнетки была недолгой. Стоя на пороге собственного дома и держа в руках резную шкатулку, в голове Регины, словно искорка в ночи, промелькал отрывок из диалога с Голдом - Что ты за нее хочешь? - О, я многого не попрошу…лишь то, что ты приобретешь в скором времени… Нет…только не это…нет…почему? Почему именно в тот момент, когда счастье так близко, она вновь должна страдать?! Ну почему?!?!!! Кое как открыв дверь и даже не раздевшись, женщина бросилась на диван и только тогда дала волю слезам. «За что? Господи, ну почему? За что мне это?» рыдания больно сдавливали грудь, не давая сделать вдоха. Казалось, что еще немного и ее легкие просто разорвет на кусочки. Обняв себя руками и сжавшись в комочек, Регина не заметила, как уснула. Все - таки слишком много было потрясений за один день. Ей снился огромный сад, в котором цвели яблони, груши и мандарины. Недалеко звонко журчал ручей. Кругом все было так безмятежно и спокойно, что хотелось просто упасть на траву, раскинув руки в стороны, и просто наслаждаться чудесными летними деньками. Вдруг, к ней на колени запрыгнул маленький белый котенок с прозрачно-голубыми глазами и смешным нежно-розовым носиком. Малыш прижался к ней всем своим хрупким тельцем, тихо урча и успокаивающе топчась лапками по животу, отчего внутри женщины разлилось наиприятнейшее тепло, а сердце стало биться в унисон с крохотным сердечком детеныша. Невинная душа. Маленький, светлый ангел. Ее…нет, их ангел. С этим чувством теплоты и подошел к концу ее сон. Открыв глаза, Регина даже сначала не поняла что происходит. Она в плаще, в туфлях лежит на диване, а на улице уже глубокий вечер. Но холодная реальность быстро отрезвляет, поверьте. Сняв с себя уже такую надоевшую повседневную одежду и переодевшись в домашнее, женщина подошла к окну, крепко сжимая свой мобильный телефон. К горлу вновь начала подкатывать истерика, а чувство незащищенности и потерянности, словно осенний ветер, холодом прошли сквозь ее грудь. И лишь один человек мог сейчас ей помочь… Уильям приехал так быстро как мог. Беспокойство за Регину брало верх над инстинктом самосохранения и соблюдением правил дорожного движения. - Регина! – мужчина окликнул брюнетку, залетев в дом, словно ураган. На зов никто не отвечал. Вытащив пистолет из потайного кармана куртки, Брандт бесшумными и осторожными шагами стал пробираться в главную комнату. В голове мужчины мелькали самые ужасные картинки, которые только мог выдать человеческий мозг, но все оказалось намного прозаичнее. Регина, целая и невредимая стояла у окна, шумно втягивая носом воздух. - Регина… - Брандт мог выдохнуть с облегчением, но что-то все равно было не то. Включив близстоящий торшер, мужчина подошел ближе и осторожно развернул брюнетку к себе лицом. От увиденного у телохранителя болезненно защемило сердце. - Зд…рав…ствуй… Уильям… - Регина никак не могла остановить текущие слезы, даже когда сильные руки Уильяма крепко обняли ее, прижимая к груди - Что случилось? Что-то с Генри? Ответь мне, Регина… - на все вопросы Брандта женщина лишь отрицательно качала головой - Нет…нет…с Генри все хорошо…да…все хорошо…просто, беременные часто плачут… - теперь уже Уильяму приспичило впасть в некий ступор. Вот уж чего он точно не ожидал, так это именно такого поворота событий… - Регина…ты…ты беременна? – дождавшись утвердительного кивка, мужчина чуть не грохнулся на пол. Шок, радость, эйфория – от всего этого у Брандта аж дух сперло в железные тиски. Господи! Ребенок! Мать честная! - Так это замечательно! – Уильям подхватил Миллс на руки, кружа ту в воздухе, - боже, Регина, ты сделала меня самым счастливым человеком… - Ааа! Уильям! Пусти меня, глупый! – Регина крепко обхватила телохранителя за шею, смеясь сквозь слезы. Она никак не могла предположить подобную реакцию Брандта. Он был рад и даже более того…и от этого брюнетке становилось с одной стороны не легче. Как сказать ему, что ребенка придется отдать? Нет, она этого не переживет… - Реджи…Регина, ну что ты, не плачь…не плачь, я рядом…я не дам вас в обиду… - сквозь пелену тумана донесся успокаивающий голос Уильяма. Мужчина гладил любимую по спине, прижимаясь губами к ее макушке, - все будет хорошо…ты мне веришь? - Верю… - искренне ответила женщина, глядя в мраморные глаза Брандта. Она хотела ему верить и верила. Ведь только с ним она чувствовала себя воистину защищенной. - А летом ты, я, Генри и Виктория поедем к побережью…например в Калифорнию…или во Флориду…главное туда, где будет очень тепло…и где нас никто не найдет - Виктория? – искренне удивилась брюнетка - Да, я хочу, чтобы ее звали Виктория… - Уильям провел ладонью по еще плоскому животику Регины, - только представь, теплое солнце, ласковый океан, ты в шляпе с огромными полями пьешь через соломинку фруктовый коктейль, лежа в шезлонге под раскидистым зонтиком - А ты весь мокрый и в песке, - Регина тихо засмеялась, зарываясь пальцами в волосы Брандта, - откуда ты знаешь, что будет девочка? - А я и не знаю, - Уильям приблизился к лицу брюнетки, - просто мне так хочется, - слегка улыбнувшись, мужчина нежно поцеловал в губы свою любимую женщину, мягко обнимая ту за талию, - тебе что-нибудь принести? - Нет…разве что только донести до спальни… - Регина мягко улыбнулась, проводя подушечками пальцев по идеально-выбритой, но слегка грубоватой щеке Брандта - Ваше желание – для меня закон, мисс Миллс, - Брандт вновь в легкую взял брюнетку на руки, невесомо целуя ту в уголок губ. От пафосного тона мужчины, Миллс еще громче рассмеялась. Слова сказанные Голдом растворялись в памяти, словно сахар в горячем чае. Нет, она не отдаст Викторию, а Уильям…он защитит их обеих… Бесшумно дойдя до спальни, чтобы ненароком не разбудить мирно спящего Генри, Уильям бережно опустил свой драгоценный «груз» на лиловое покрывало, слегка нависая над женщиной - Останешься? – глупо было задавать подобные вопросы. Тем более Брандту. Тем более сейчас. - Только в душ схожу, - короткий, но такой желанный поцелуй в губы и мужчины уже и след простыл. Дождавшись, пока в ванной комнате зашумит вода, Регина встала с кровати, убирая покрывало и переодеваясь в шелковую ночнушку. - Виктория, - брюнетка слегка прижала ладонь к животу, - душа моя, мое солнышко, красавица моя…Пусть ты еще совсем крошка, но хорошенько запомни то, что я тебе скажу…Ты – дочь королевы…Никогда не забывай, что ты родилась принцессой. Твой отец – очень сильный человек… Если он захочет, то весь мир сейчас же ляжет у его ног! С его силой будут считаться, ибо власть моя не будет ограничена ничем. Ты – Виктория Миллс! Ты станешь намного сильнее меня. Тебе уже не придется быть рабыней обстоятельств. Никто не будет обращаться с тобой, как с вещью…Не сможет приказывать, не станет оскорблять! Никто не посмеет презирать тебя…Я знаю, что когда-нибудь настанет день и перед тобой все склонятся. Ты будешь ими всеми править. Ты по праву получишь то, что мне никогда не получить…Запомни это, - последние слова женщина говорила уже лежа в огромной кровати, укрывшись широким одеялом. - Еще не спишь? – на вопрос Брандта женщина слегка улыбнулась - Нет, тебя жду… - дождавшись пока Уильям ляжет на свою половину кровати, Регина сразу же прильнула к его груди, прижимаясь всем своим телом к разгоряченному, после душа, телу Брандта, кладя ладонь на область его сердца. Мужчина понимал, что теперь надо будет охранять эту маленькую хрупкую женщину с удвоенной силой, ведь отныне в его руках находится не только жизнь Регины, но и его собственная жизнь в лице их еще не родившегося ребенка. - Deep in the meadow, under the willow* A bed of grass, a soft green pillow Lay down your head, and close your eyes And when they open, the sun will rise, - мягкий баритон Уильяма успокаивал внутреннюю тревогу, а неторопливое и нежное поглаживание по спине и вовсе превращали Регину в некое подобие домашней кошки. Она никогда не слышала как поет Брандт да и вообще не знала, что он умеет петь. Ведь это так странно…особенно для такого мужчины как Уильям - Here it’s safe, and here it’s warm Here the daisies guard you from every harm Here your dreams are sweet– –and tomorrow brings them true Here is the place where I love you, - Брандт не знал с чего бы вдруг к нему в голову пришла эта колыбельная. Казалось, что он слышал ее раньше. Что кто-то точно так же гладил его по спине, как он сейчас гладил Регину, так же на последних словах целовал в макушку. - Ты поешь? – сонно улыбнулась брюнетка, выводя пальчиком витиеватые узоры на груди Брандта - Сам удивляюсь…- Уильям нежно сжал запястье женщины и невесомо его поцеловал - Красиво… - Регина протяжно зевнула и, устроившись поудобнее, закрыла глаза, погружаясь в долгий и крепкий сон. Уильям еще долго смотрел на спящую брюнетку. Видя всю ее безмятежность, слабость и ранимость – все то, что было скрыто от других, Уильям поклялся себе, что больше никогда, никогда и никому не позволит доводить Регину до слез…это были последние слезы в ее жизни. Отныне и во век. Осторожно убрав выбившуюся прядь волос, Брандт крепче обнял брюнетку и, закрыв глаза, отдался во власть Морфея *Rue's Lullaby