Мальчик-который-трахается

— Двадцать лет мы прожили в этом доме, — печально пробормотала Петуния. — Мне очень жаль, тетя Петуния. Я никогда не хотел, чтобы так получилось, — ответил Гарри. Тетя и племянник стояли в пустой гостиной дома Дурслей. Теперь, когда близился день рождения Гарри, а война с Волдемортом казалась уже неизбежной, семейству Дурсль надлежало укрыться в подполье, где Волдеморт не смог бы им навредить. — Я знаю. Несмотря ни на что, ты никогда не проявлял злобы или ненависти по отношению к нам. Даже, если мы этого заслуживали, — на тех словах Петуния отвернулась от Гарри и решительно прошагала к орденцу, ожидающему ее. По соображениям безопасности, каждый из Дурслей переправлялся в безопасное место обособленно. Проводив тетушку, Гарри вернулся наверх, в свою старую комнату: частично для проверки — не забыл ли он что-нибудь важное из вещей, — частично, чтоб попрощаться с вещами. Не то чтоб у Гарри имелось много хороших воспоминаний, связанных с домом на Тисовой улице, Литтл-Уингингом, графством Суррей, но все же, он чувствовал себя странно, покидая это место после стольких лет. Кто-то постучал в открытую дверь. Гарри повернулся, увидев в проеме двери дядю. — Ты все упаковал? — спросил пожилой мужчина. — Думаю, да. Вы готовы? Вернон кивнул. — Я упаковал все, что может понадобиться. — Мне так жаль, что вы должны покидать свой дом из-за меня, — вздохнул Гарри. Едва дядя полностью вошел в комнату, закрыв за собой дверь, он утихомирил своего племянника страстным поцелуем, хватая мальчишечьи бедра. Гарри мгновенно ответил с тем же рвением, но быстро опомнился и оторвался от дяди. — Мы не должны, — прошептал он. — На прощание, — ответил Вернон, осыпая челюсть Гарри поцелуями. Руки пожилого человека блуждали вдоль спины и упругих бедер Гарри, уничтожая подчистую всяческую решительность насчет сопротивления. Черноволосый юнец прижался к своему дяде, лихорадочно целуя в ответ, в тот момент, как его руки расстегивали мужские штаны, нерасторопно пытаясь извлечь из ширинки большой дядин член. Вернон позволил ладони Гарри объять свою эрегированную плоть, но прекратил целовать его, чтобы избавить от рубашки. Обнажив торс своего племянника, Вернон провел мясистыми пальцами по плоскому животу и груди Гарри, сжимая его розовые соски и заставляя мальчишку тем самым стонать от удовольствия. Вскоре остальная одежда Гарри и Вернона оказалась сброшена на пол, тогда же маггл уселся на Гаррину кровать с раздвинутыми ногами и выжидающе торчащим членом. Темноволосый волшебник пробежал взглядом по дядиному телу, — грудь покрывала грубая шерсть из черных и седых волос, под огромным пузом виднелся темный лобок и массивный половой орган. Вернон был идеальным образцом сильного альфа-самца, отчего у Гарри подкашивались ноги, словно превращаясь в желе. Юноша опустился на колени, занимая место между ногами Вернона. Твердо обхватив рукой член дяди у основания, он жадно окружил губами головку и лизнул щелку, упиваясь горечью предварительного семя. С отточенными практикой движениями, расслабив горло, он начал заглатывать большущий член дяди. Глотка сокращалась, вбирая длину ствола, в то время, как рука Гарри ласкала тяжелые, увесистые и волосатые дядины яйца. Вернон удовлетворенно поглядывал вниз, следя за тем, как голова его великолепного любовника сунется туда-сюда, рассылая волны наслаждения по всему телу. Он провел рукой по непослушным волосам Гарри, в безмолвном поощрении поглаживал плечи и верхнюю часть спины, подбадривая того для продолжения. Гарри оказывал Вернону лучшие оральные ласки, чем кто-либо. Однако, в эту пору, даже столь волшебная работа ртом не могла восполнить жажды удовольствия должным образом. Поэтому Вернон притянул Гарри к себе, приподнимая и располагая его на своих коленях, а тот в свою очередь крепко окольцевал ногами мужские бедра. Черноволосый юноша попытался тереться своей промежность вдоль стояка Вернона, но толстяк вновь захомутал зад Гарри, удерживая на прежнем месте и, выставив перед лицом мальчика палец, скомандовал: — Соси. Гарри втянул палец в рот с отчаянной силой, отчего достоинство Вернона возбужденно задергалось. Проворный язык Гарри закружился вокруг толстых пальцев, а после того, как они достаточно покрылись слюной, Вернон вынул их из горячего рта и, заведя за спину юного любовника, подложил их под дырочку сзади. Он дразня поводил ими по контуру ануса, прежде чем утопить в заднем проходе, заставляя мальчишку отзывчиво хныкать. Вернон принялся растягивать Гарри, снова и снова дразняще цепляя простату. На тот момент, как два пальца Вернона погружались внутрь племянника, трахая его тугое отверстие, дверь распахнулась: — Эй, Гарри, когда твои друзья-волшебники, амм… — хотел было что-то спросить Дадли. Молодой маггл запнулся, понимая, что видит сейчас перед собой голого отца с сидящим на его коленях, столь же голым Гарри, в заднице которого находились пальцы. — Что за черт… — прошептал он. Гарри приобретал пунцовый оттенок, начав выкарабкиваться из рук своего дядюшки, но тот удержал его, притом обращаясь к Дадли: — Сын, ты или присоединяешься к нам либо убираешься, только не надо топтаться там в дверях, — с этими словами он продолжал растягивать Гарри, пытающего протестовать, но едва его простата подверглась стимуляции, протесты разом вылетели из окна. Дадли шокировано наблюдал, как уже три пальца его отца врезаются в Гарри. Первоначальным планом парня было — убраться, но развратные стоны кузена манили его, словно пение сирен. Дадли быстро разделся и надрочил свой член до абсолютной твердости, готовой для Гарри. Вернон счел племянника вполне открытым и переместил Гарри на четвереньки на кровати, лицом к Дадли. Сам же Вернон устроился позади, выравнивая свой огромный пенис напротив припухшего отверстия волшебника. — Подожди, пап. Воспользуйся этим, — рекомендовал Дадли, передавая отцу полупустую бутылочку смазки. — Ты тоже пришел сюда поиметь Гарри, не так ли? — спросил Вернон, и получив от Дадли кивок, с гордостью добавил: — Правильное мышление, сын. Вернон покрыл член обильным количеством лубриканта перед тем, как нажать грибковидным концом на задний проход Гарри и заскочить туда. Гарри громко застонал от удовольствия и слабого жжения, которое он лишь приветствовал. Когда Вернон засадил весь член внутрь племянника, Дадли приспособился на кровати перед лицом Гарри и подсунул снизу к его губам свой член. Юноша без лишних вопросов открыл рот, облизывая короткий и толстый ствол. Прижавшись бедрами к ягодицам Гарри, Вернон взял паузу, чтобы привыкнуть к прекрасному тугому теплу и позволить племяннику привыкнуть ко вторжению. Затем мужчина начал медленно покачивать бедрами, но Гарри неистово толкнулся обратно на член, изъявляя свои намерения яснее некуда. Таким образом, Вернон крепко обхватил таз племянника и задал более жесткий темп. Между тем, Дадли начал неглубоко трахать рот кузена, ибо Гарри растерял все связные мысли, необходимые для того, чтоб отсасывать активней. — Посмотри на меня, — хрипло пробормотал Дадли. Гарри сразу же обратил изумрудные глаза вверх, глядя на своего двоюродного брата, которого это заводило, — такой нарочито невинный взгляд и губы кузена в столь пошлом акте, грязно вбирающие член. Пока Гарри трахали со обеих сторон, звуки шлепков плоти о плоть затопили комнату. С каждым толчком, Вернон ударял по простате, заставляя кровь Гарри вскипать, а рывки Дадли вызывали рвотный рефлекс, — почти несущественный. Их порево было страстным, каждый миг — блаженным, особенно для Гарри, ведь неизвестно, — могло ли это повториться когда-либо. Мужчины семейства Дурсль знали, что это в последний раз перед тем, как Гарри будет надолго спрятан его компанией в мире магов. И все знали, что это последний раз, когда они были в состоянии заниматься этим в течение длительного времени. Поэтому каждый хотел запомнить этот момент и сделать каждое мгновение незабываемым. И это, в самом деле, было незабываемо. Дадли и Вернон брали Гарри в позе собачки еще несколько минут, пока Вернон не вытащил член из своего племянника и жестикулировал Дадли поступить также. Затем двое любовников Гарри перевернули его на спину, снова оказавшись над ним. Вернон нетерпеливо проскользнул в еще тугую попку Гарри, а Дадли был счастлив воспользоваться тем, что голова мальчика теперь свисала с края кровати и он мог задвинуть член гораздо глубже в горло Гарри. Обычно Гарри ненавидел избыточное внимание к своей персоне, но в подобной ситуации он чувствовал комфорт, зная, что никто его не осуждает, совсем наоборот, — он ощущал себя желанным и любимым и тепло распространялось по всему телу. Приглушенные стоны и всхлипы темноволосого волшебника побуждали Вернона и Дадли набирать скорость, — Вернон стремительней забивался в плотную задницу юноши, а Дадли — в горло. Пожалуй, траханье Гарриного горла было лучшим из всего, что происходило с Дадли. На лице Гарри отражалось полное, безусловное подчинение, словно он позволял Дадли делать все, что только пожелает, надеясь, что тот не зайдет слишком далеко. Такое доверие, такая преданность заставили Дадли проникнуться собственной значимостью, а чувство власти было чрезвычайно волнующей добавкой к удовольствию, не говоря уже о слабом шевелении языка Гарри вдоль члена. Дадли наслаждался фактом того, что вожделение Гарри практически вводило мальчика в транс и он не был сосредоточен ни на чем, кроме двух членов внутри него. Вернон не мог вдоволь насытиться сладкой попкой Гарри. С тех пор, как они трахнулись в первый раз, Вернон был убежден, что задница его племянника являлась восьмым чудом света: независимо от того, как часто, долго и жестко использовалось отверстие Гарри, оно всегда оставалось очень тугим, но и также легко открывалось твердым членом и радушно принимало его, всегда готовое для хорошего траха. И Гарри всегда был очень благодарен за секс или за анилингус, награждая Вернона бесчисленными похотливыми звуками, ко всему прочему Гарри стремился оказать за это услугу в виде удивительного минета. Внутренние стенки ануса сжимали член Вернона так, если бы тело волшебника никогда не хотело выпускать из себя твердое естество. Гарри первым ощутил приближение оргазма, — два члена в обеих его полостях способствовали гиперчувствительности, особенно, когда Дадли дразняще забегал пальцами по Гарриному пенису. Дадли вытащил член изо рта Гарри, желая услышать крики, поняв, что кузен вот-вот кончит. И тот закричал. Тело Гарри конвульсировало, внутренности напряглись, и он кончил с полувизгом, полурыданием, покрывая спермой свой плоский живот, в то время пока Вернон продолжал вбиваться в него, а Дадли дрочил. Но удвоение тесноты в Гарри становилось слишком критическим для Вернона, и через минуту он кончил с диким рычанием, толкнув член вовнутрь последний раз и заполняя анальный проход густым белым семенем, словно способным создать в Гарри новую жизнь. Дадли яростно дрочил при поддержке Гарри, который теперь мог благополучно лизать член своего кузена, оправившись от оргазма. И вскоре Дадли встретил кульминацию, кряхтя, ударив спермой в лицо Гарри и покрывая ею губы, щеки и веки. Несколько капель даже долетело до волос мальчика. Сдоив оставшиеся капли с кончика члена, Дадли наклонился и нежно поцеловал пухлые губы Гарри. Волшебник радостно улыбнулся, целуя Дадли в ответ, после чего Вернон тоже поцеловал юношу. Гарри нашел забавным, — насколько грубыми мужчины Дурсли были во время секса, но как ласковы они стали впоследствии. Вернон и Дадли помогли Гарри подняться, и вместе они отправились в душ, очищать друг друга. Они едва успели одеться, когда раздался стук в дверь, информируя о прибытии волшебника, который должен был забрать Дадли. Гарри вовлек двоюродного брата в прощальный поцелуй, а Дадли получил последнюю возможность ощупать задницу Гарри, прежде чем уйти. Как только кузен ушел, суровая реальность момента пронзила Гарри, он быстро прошел в гостиную, где находился дядя, и обнял его огромное тело, ожидая прибытия следующего члена Ордена.