На октаву выше

Лицо парня выражало чистое довольство собой и Чонгук нахально «скалился» в мою сторону, сложив руки в карманы домашних треников.  Во мне же закипало всё что может и не может закипать, кажется в доме стало жарче из-за моего негодования. Что за цирк он устроил?! Подойдя чуть ближе ко мне, брюнет вновь заговорил: — Ну, как тебе мой подарок? — Ты сейчас вообще о чём… — стиснув зубы, буквально проскрипела я. — Как о чём? Я устроил нам выходной и у нас обоих есть алиби не быть в школе! — Гордо произнес Чон, самодовольно улыбаясь, но при этом в глазах его был какой-то чертёнок, что так и бился из него. Что-то он недоговаривает, — Больной и медсестричка, довольно славная отговорка, не находишь? Парень вновь лукаво посмотрел в мою сторону, ещё больше выводя меня из себя. Я дошла до той точки кипения. — Иди к чёрту! Из-за твоих приколов все мои планы на сегодня пошли коту под хвост! Что ты вообще придумал, а?! — возмущалась я, повысив голос. — К твоему сведению, я и так не собиралась идти сегодня на учебу! — Правда? Прости, я же не знал… — состроив «сочувствующее» лицо, а после сразу же улыбнувшись как Чеширский кот, сказал брюнет. — И всё же… — Чон подошёл ко мне ещё на один шаг, — Чем займёмся? Уже почти впритык стоя ко мне, Чонгук повторил свой дурацкий вопрос, вкладывая в него всё больше неоднозначности. Я закатываю глаза и случайно опускаю взгляд на руку парня, которую он поранил сегодня ночью. Хмурюсь и бесцеремонно хватаю Чона за локоть, заставив парня даже чуть растеряться. — А где бинты? Ты, что, снял их?! — переключившись на другую тему, вновь возмущалась я. — Твоя рука так никогда не заживёт! У тебя же и гной начаться может! — Не кричи на меня… — как щенок заскулил Чонгук, убирая свою руку за спину, — Я  хотел сходить в душ, а бинты мне мешались… И вообще, ты-то орёшь на меня за то, что я тебя бешу, то уже теперь орёшь за то, что я не забочусь о себе! Я тебя не понимаю! Брюнет вопросительно и непонимающе приподнял брови, уставившись на меня. В этот момент я сама потерялась и безмолвно так же смотрела в упор на Чона. Кажется, мы простояли так около минуты, глядя друг другу в глаза и даже не моргали, пока я не опомнилась и, кашлянув, отвела взгляд. То же самое сделал и Чонгук. — В любом случае, я не собираюсь торчать здесь с тобой в одном доме, поэтому пока-пока! — пропела я, закидывая рюкзак на спину и доставая потом телефон из кармана, дабы проверить пришедшие сообщения. Прочитав уже первое из них, я, глубоко вздохнув, скинула вновь портфель с плеч и устало уставилась вперёд себя. Сообщение от Ви: — «Йон, планы изменились… Тэхён съел что-то не то вчера вечером и сегодня он не отходит от унитаза. Я думаю нам стоит перенести нашу тусовку на другой день (» — Черта с два… И что мне делать… — Ну, что? Никуда не идёшь? — сложив руки на груди, спросил меня брюнет, наклоняя голову в бок. Я лишь молча перевела взгляд на Чона и очень долго смотрела прямо ему в глаза, соображая одну интересную затею, но сам парень явно замешкался от моего пристального взора. Спустя время, я всё-таки отмерла. Улыбнувшись, обнажив клыки, я произнесла: — Тебе ведь есть 18, верно? *** — Ты серьёзно решила напиться после того, как буквально ещё пару часов назад чуть не откинула коньки из-за бутылки вина? — ставя передо мной несколько только что купленных им бутылей с алкоголем, с усмешкой проговорил Чонгук. — Во-первых, не напиться, а выпить. Во-вторых, — я подняла глаза на Чона, — что мне ещё остаётся делать в такой ситуации? В одном доме с тобой, так хотя бы не скучно будет. Пожав плечами, я принялась открывать первую бутылку, но Чон перехватил её из моих рук и начал делать это сам. Я выгнула бровь, смотря, как парень садится напротив меня и уже разливает содержимое на две рюмки. — Ну, что же. Тогда в-третьих, я тоже присоединюсь к тебе, — произнёс Чон и выпил залпом налитое, а потом пододвинул другую рюмку ко мне, — мало ли, что произойти может, да? — Не забывай, что это мне поручили сегодня следить за тобой, а не наоборот, — метко ответила я, после этого тоже выливая горячую жидкость в горло. — Ну-ну, посмотрим. Исподлобья зыркнул на меня брюнет и тихо хмыкнул. Он потянулся за бутылкой, начиная разливать уже на второй раз. Может я и терпеть не могу этого говнюка, но я не стала возражать в этот раз, и молчаливо наблюдала за действиями Чона, выпивая разом следующий шот. — Если мы всего лишь пьём вместе, то это ещё не значит, что я не хочу разодрать тебе твоё лицо, — я начала чуть щуриться и глупо улыбаться уже под действием алкоголя, — но сейчас я не буду этого делать. Просто посидим. Что может пойти не так? *** POV автор И правда. Ничего не шло не так ровно полчаса с того момента, как Йонхи с Чоном начали свою «вечеринку на двоих». С каждым выпитым шотом, разговор становился всё откровеннее и честнее, порой даже слишком. Но всё же больше развязался язык у Ким, которой точно было, что сказать своему соседу и, по совместительству, её давнему главному вредителю. — Вот скажи мне, Чоньгкук-к… — пьяно пробормотала Ким, не поднимая головы на своего «собутыльника», — Ты так меня бе-е-е-сишь… Неимоверно. С самого детства мешал мне спокойно жить, а все потыкали мне твоей идеальностью, а сейчас что? Куришь, пьёшь… Наверное ещё и в борделях тусуешься, да? — Угу, каждый день, — так же чуть пьяно отзывался саркастически брюнет, подперев щёку ладонью, — и к чему ты это ведёшь? Девушка наконец подняла голову от бездумного разглядывания стола, устремив мутный взгляд прямо на Чона. Она странно, как соответствует пьяному человеку, сощурилась и глупо улыбнулась: — Значит, ты теперь такой же, как и я. Неидеальный. Двуличный кусок оленя. Произнеся это, Йонхи тихо хихикнула на свою же фразу, будто действительно осознавая, что теперь они с Чонгуком наравне. — Может быть, но я всё ещё умнее тебя, — Чонгук чуть шатнулся, пока вставал со стула, но он всё ещё был трезвее его соседки. — Говнюк… — тоже поднимаясь из-за стола, выдавила как на автомате Йонхи, — Куда собрался? Брюнет неторопливо надевал свою темную кожаную куртку, кажется, он даже не услышал, что сказала Ким, а может просто проигнорировал её, решив в очередной раз позлить. — Йа! Куда ты-ы? — Она подошла вплотную к парню. Если бы Йонхи была чуть повыше, то точно заорала бы это ему прямо в ухо. — Ладно-о-о, в молчанку играем, всё ясн-а… Чонгук продолжал сохранять немое состояние, надевая уже второй кроссовок. — Я пойду с тобой, понятно?! Глупо возмущаясь, девушка схватила с крючка свою дежурную толстовку и нелепо пыталась натянуть её на себя, запутываясь в куске ткани, ведь это был балахон с довольно длинным воротом, в котором брюнетка на секунду даже подумала, что задохнётся. Но к её удивлению, внезапно появился свежий воздух и обзор на мир. Обзор на мир, а ещё обзор на Чона, который услужливо свернул тот самый ворот кофты, как надо. Йонхи щеньячими и одновременно пьяными глазами уставилась на брюнета перед ней и лишь мяукнула тихое неловкое «спасибо», как после Чонгук развернулся и вышел через входную дверь. Недолго думая, Йонхи сделала то же самое. — Куда мы идём? А? Скажешь-ь? А долго идти? — выпившая Йонхи, как назойливая мушка всё доставала вопросами Чона, который уже держал себя изо всех сил, чтобы не заткнуть ей рот ближе лежащим камнем. Девушка пошатываясь шла чуть сзади Чонгука и даже свежий воздух не мог выветрить из неё весь алкоголь. Чон же был уже почти трезв, он никогда не любил напиваться до состояния овоща. — Сейчас дойдём, — всё же ответил брюнет, надеясь, что его спутница наконец отстанет от него с вопросами, — помолчи хоть пару секунд, голова раскалывается от твоего постоянного писка… — Ты такой грубый… — Чонгук спиной смог почувствовать, как Йонхи выдвигает переднюю губу вперёд и обиженно прожигает его затылок грустным взглядом. Представляя эту картину, он даже улыбнулся краешком губ, но не осмелился посмотреть на брюнетку. Последующие пару минут, Ким и правда не произнесла больше ни одного словечка, лишь неразборчивое мычание иногда доносилось с её стороны. Тишина прервалась лишь тогда, когда Чонгук остановился около какого-то жилого дома и указал пальцем на него: — Пришли. — Задумчиво произнес парень и шумно вздохнул, смотря на пустой двор при том же доме. — Здесь мы жили до смерти мамы. Чонгук чуть прикусил нижнюю губу, размышляя о чём-то, но потом повернулся к Йонхи, что с нескрываемой грустью смотрела на лицо брюнета. — Ты помнишь её? — Удивительно, но да, помню, — Чон чуть ухмыльнулся своим воспоминаниям о этом доме и его матери, — я помню многое из того времени. Я любил приходить сюда в детстве и смотреть на наш двор, на мой небольшой детский рисунок на боковом фасаде… И когда мы уехали с отцом в Америку, я очень хотел вернуться сюда. Чонгук всё продолжал изучать взглядом двор и наружность дома. Он знает, что отец давным-давно продал дом, ведь оставаться в нём с маленьким сыном на руках было крайне тяжело. Теперь в доме живут другие люди, которых не особо волнует, какие ценные моменты детства маленького Чонгука хранятся в его стенах. Думая об этом, Чону становилось грустно и тоскливо, пусть он и свыкся с этим чувством уже много лет назад. Йонхи же в это время в открытую рассматривала спину Чона и его кожанку, что слегка блестела под светом фонарей. Он её сейчас не бесит — вот о чём призадумалась девушка. Он стал раздражать её лишь тогда, когда говорит глупые, грубоватые шутки и ведёт себя чересчур многопозволяюще. Но ведь раньше, лишь одно его присутствие где-то поблизости выводило Ким из себя… — Может не такой он и говнюк, — подумала про себя  брюнетка, не сводя задумчивых карих глаз с затылка Чона. — А что насчёт твоего отца? — неожиданно Чонгук вновь развернулся лицом к Йонхи, чуть не застав её врасплох, — Я знаю лишь, что он очень любил музыку и играл на фортепиано. — Я тоже мало о нём знаю на самом деле, — Йонхи задумчиво подставила палец к губам, — его не стало ещё до моего появления, поэтому только мама иногда рассказывает мне что-то из его жизни. На пару минут между молодыми людьми повисла новая тишина. Она не была напрягающей, просто сейчас каждый думал о чём-то своём и одновременно общем. Чонгук снова закусил обратную сторону щеки, как вдруг на пустой улице раздалась мелодия телефона. Порыскав в кожанке, Чонгук нащупал смартфон и увидев дисплей вибрирующего от настойчивого звонка. — Э, Йонхи? Это твоя мама… — Напрягаясь и обеспокоенно смотря на девушку, пролепетал Чонгук, понимая, что что-то тут не так. До разума Йонхи не сразу доходит смысл сказанного брюнетом. Только спустя пару секунд, глаза брюнетки расширяются и она с тревогой выдергивает аппарат из рук Чона. — Алло, Чонгук? Чонгук, это ты? — из трубки послышался высокий голос госпожи Ким, которая была не менее встревожена. — А-а, нет, мамочка. Это я. Йонхи. — совершенно спокойно пыталась отвечать младшая Ким, мгновенно протрезвев. — Чонгук недавно заснул. А что, вы уже едете с дядей Сонджуном?! — Почему ты не брала трубку?! Я звонила раз тридцать на твой телефон! — госпожа Ким проигнорировала вопрос дочери, зачитывая нотации. — Мы скоро будем дома, ждите. И на том конце поспешно сбросили. Чонгуку было достаточно одного безумно-панического взгляда Йонхи, чтобы понять — нужно бежать. Быстро бежать. Очень. Чон крепко хватает Ким за запястье, чтобы та не отставала от темпа парня и не осталась позади, когда бы тот рванул с места. Кажется, если бы Чонгук не человеком, а гоночной машиной или мотоциклом, то сейчас бы по всей улице раздался оглушительный рёв шин. Он, видимо, времени зря не терял в Америке. Чего совсем не скажешь о Йонхи, которая как тряпичная кукла без костей тащилась чуть позади, на расстоянии вытянутой руки Чона. Даже на уроках физкультуры она никогда не бегала настолько быстро, как сейчас. Видел бы её учитель Пак, несущейся на скорости 180 км/ч, то точно бы поставил зачеты на все забеги до конца учебного года. Вот уже за поворотом стал виден дом Кимов. Молодые люди оба мысленно вздохнули, не увидев рядом с ним машину. Значит, успели? Не сбавляя скорости до самого конца, они буквально вломились в дом, оглядываясь по сторонам и соображая план действий дальше. Окончательно остановившись, они тяжело дышали. — Можешь отпустить, чего так вцепилась. Вдруг произнёс сквозь отдышку Чон, намекая Ким, что та до сих пор держит его за руку. — Я уберу на кухне, а ты иди в спальню. Я наплела, что ты спишь у себя в комнате. — Сказала Йонхи, сделав вид, что вовсе и не она вцеплялась в куртку парня, пытаясь не упасть на малейшем камушке. — Быстрее, кому говорю! Прыснув, Чонгук всё же направился в комнату, оставив брюнетку одну убирать весь тот беспорядок, что они вдвоём недавно устроили во время их «пьянки». Тяжело вздохнув и понимая, что взрослые прибудут с минуты на минуту, Йонхи поскидала весь бардак и остатки бутылок в один большой мусорный пакет. Оставался вопрос, куда его незаметно деть, не выходя на улицу, чтобы случайно не встретиться с приехавшими родителями? — Тяжёлый, зараза… — приподнимая мешок над полом, шикнула Ким. В голове появилась мысль, что в соседней комнате находится груда мышц, которая вполне может справиться с этим несчастным мешком. — Кхм… Чонгук! Иди-ка сюда опять! Пока брюнет кряхтя тащил мусор в комнату, Йонхи отметила, что всё-таки есть что-то хорошее в том, что этот идиот уже перешёл пубертат. — Куда его сувать-то?! — вытирая пот со лба, шипел Чон, оглядываясь по сторонам. — Шкаф. В шкаф. Взгляд обоих упал на огромный шкаф в углу комнаты, куда, видимо не заглядывали лет сорок. Ошмётки пыли повалились с полок, как только Чонгук распахнул дверьки. Парень принялся заталкивать мусорный пакет на самую верхнюю полку, делая это под руководством Йонхи, что стояла на шухере. Вдруг Ким притихла. — Ну, что дальше? — подал голос Чон, не оборачиваясь. Не услышав ответа, он всё же развернулся к Йонхи. — Чего молчишь? Взгляд девушки был направлен на окно, выходящее из кухни на двор. В тёмной комнате виднеется свет фар недавно подъехавшей машины. Стоит поторопить Чонгука, ведь родители обоих вернулись, но кое-что заставило её впасть в ступор, из которого её вывело лишь прикосновение брюнета к её плечу. — Я сказала, что ты спишь. Ложись в постель. Я разбужу тебя ночью, чтобы вынести этот дурацкий мусор. Холодно произнесла Ким и вышла из комнаты, закрыв дверь и оставив Чонгука одного. Парень не понял такого резкого изменения настроения Йонхи, но всего лишь посчитал это чертой её характера, отсекая другие варианты. Чон всё же послушался и залез в кровать, притворяясь спящим, а Йонхи быстрыми шагами направилась в свою комнату, от чего-то встревоженная увиденным пару минут назад. На первом этаже послышались голоса мамы Йонхи и Сонджуна, которые обсуждали какие-то происшествия на работе, но девушка успела проскользнуть мимо и остаться незамеченной. Да и не хочется сейчас заводить разговор. Прикрыв тихо за собой дверь, Йонхи медленными шагами подошла к своей кровати, садясь на неё, всё ещё прибывая в своих мыслях. Сейчас на языке немного горчило, а нос непроизвольно кололо. Брюнетка повалилась на спину и закрыла лицо руками, вспоминая картину, развернувшуюся перед ней во дворе. — Они явно больше, чем коллеги.