Пока цветёт сакура. 1Ч. Воспоминания.

      Выйдя из магазина с небольшим пакетом продуктов, Хосок решил пройти через парк, который находился вблизи от его дома. Так как он жил один, еды покупалось мало, и ничего не мешало прогуляться по парку с пакетом в руках.       Хоуп, как называли парня друзья из-за привычки всем помогать, идя по парку, заметил, что сакура в этом году начала слишком рано цвести. Но юноша так был обворожен маленькими, с розоватым разливом, цветочками, что на секунду забылся. Вдруг ему стало раздирающе больно на душе, ведь это ароматное дерево расцвело раньше срока лишь во второй раз за всё бытие растения. А первый изменил всю жизнь Чон Хосока.       Это случилось девять лет назад, когда подростка Хосока выгнали из дома. Тогда мальчик уже осознавал, что было ошибкой рассказать отцу про свою «неправильную» ориентацию и брёл к небольшому пруду в парке, где семья Чонов посадила сакуру ещё до рождения сына. Идя по узенькой дорожке, Хосок вспоминал места, где можно разместиться на месяц, пока не найдет работу.       «В сауне… Не вариант. Джин теперь с девушкой живёт, Намджун… точно нет. Тэхён и так с Чонгуком живет, кролик обидится. Куда же…»       Вдруг, кто-то с матным криком сбил его с ног. — Пацан, ты вообще что-ли глухой, я же кричал отойти! — парень встал и взял скейт. — Ты хоть подняться можешь? — Мгх, — только и смог ответить лежащий на асфальте Хоби. — Вставай, хорошие люди на полу не валяются, они валяются на диване, — пошутил незнакомец и, подав руку, поднял мальчика, — кстати, моё имя Мин Юнги, — вежливо проговорил он. — Ч-Чон… Чон Хосок, — потеряно произнёс подросток, и, посмотрев на своего нового знакомого, онемел.       Перед мальчиком стоял красивый худощавый парень с чёрными растрёпанными волосами, карими глазами и бледной, будто снег, кожей. — Приятно было познакомиться, — как сквозь стенку донеслось до Хоупа, — я, пожалуй, пойду, не задумывайся больше так, ведь «чем меньше мы кипим, тем целее наш мозг», — процитировал Юнги и, попрощавшись, уехал.       Всё это время Хосок стоял, не в силах отойти от происходящего, но как только Мин Юнги затерялся в толпе, тряхнул головой и, дойдя до пруда, умыл лицо. Сев у берега, мальчик снова начал размышлять, что делать с жильём, но этот Юнги почему-то не выходил из головы. Вдруг, сам того не замечая, Хосок проговорил все мысли вслух: — Да подумаешь, задумался.… Сам виноват, припёрся со своим скейтом, у меня проблемы, а всем плевать, мне даже идти некуда только из-за того что, понимаете ли, у него сын гей. Да… И что такого, вот у Чонгука родители же не против того, что он с Тэхеном встречается, даже разрешают с ночевками оставаться… Блин, а красивый был незнакомец, и кожа у него такая белая, а глаза такие тёмные, как… — Как что? — послышалось из-за спины, и Хосок подпрыгнул от неожиданности, быстро обернувшись.