Пока цветёт сакура. 1Ч. Воспоминания.

      Только сейчас до Юнги дошло, почему что-то показалось в нём знакомым: зрачки Шихёка покрывались такими же чёрными цветочками, как и у Хосока, а цвет был в точности, как у сына - цвета осенних листьев. - И снова стоп, – продолжил хозяин, - так вы меня подкупить хотите? Извините, не продаюсь, моей душе хватает того, что я зарабатываю, да и Хосе тоже. - Да ты знаешь от чего отказываешься? Ты сможешь купить всё, что пожелаешь. Тебе о таких и... - Нет, - отрезал Мин Юнги, – и не могли бы вы покинуть мой дом сейчас же, пожалуйста. - Ах так, ну, я тебя предупреждал, - мужчина размахнулся перед самым лицом Сахарка, но он просто стоял с серьёзным видом, пока непрошеный гость не соизволил испариться.       Придя домой, Хосок заметил прямо перед входом два собранных чемодана и крикнул, не раздеваясь: - Мы куда-то собираемся? - Да, - донеслось из комнаты Шуги, – прямо сейчас. - Что случилось, к чему такая спешка? – удивился Хоуп. - Здесь был твой отец, и он настроен очень серьёзно, он не успокоится, пока мы не расстанемся. Я даже получил предложение о взятке.       Всё это время Хосок стоял напуганный и удивленный, не понимая как его нашли, но после того, как Юнги что-то спросил, руки сами собой лихорадочно начали собирать вещи, валяющиеся на полу.       Машину вёл Юнги. Так как в этот день стали известны результаты экзаменов Хосока, и все они оказались положительными, ничего не мешало им покинуть Сеул, ведь аттестат пришлют на новый адрес. - Все баллы высокие! А я так волновался, - радостно сказал он, перелистывая листки с результатами. - Конечно, а я знал, что так будет, ты ж умный, как компьютер, - ответил Сахарок и посмотрел в боковое зеркало.       Он заметил Форд, который повторял все движения Фольксвагена, в котором ехали Юнги и Хосок. Юн попробовал ехать быстрее, и подозрительная машина ускорилась. Он залез в другой ряд, но Форд фантомом залез чуть поодаль. Тогда Шуга переехал в почти пустой ряд и рванул со всей скоростью, что маленький Фольксваген задребезжал.       Хосок, прижавшись от неожиданности к спинке сиденья, не понимая, что случилось, спросил: - Юнги, кого ты там увидел? Наша машина сейчас развалиться на части. - Хось, либо мне кажется, либо твой отец серьёзно намерен нас разделить! За нами погоня! Смотри! – сказав это, Юнги надавил на газ сильнее, а Хосок взглянул на боковушку и увидел, как так же, набирая скорость и лавируя, повторяя все движения их автомобиля, едет чёрный Форд. Парень отлично знал этот транспорт. На нём обычно водитель Инсо отвозил его в школу и на все те различные занятия, которые посещал юноша Чон Хосок. А вот, кстати, и сам Инсо.       Чем дальше ехали парни, тем больше машин за ними гнались.       Фольксваген был намного медленнее, чем «прихвостни» отца Чона, и Шуга старался увиливать от них, вылезая на встречку, но чем больше он это делал, тем легче было высчитать его движения преследующим. И тогда все оказались на мостовой, где до дна моря одно неверное движение. Один из автомобилей начал прижимать парней к обочине, а на встречу ехал грузовик, которому ничего не будет при столкновении с маленьким поло. Он поздно заметил перед собой Фольксваген и не успел затормозить, а та машина, припиравшая и приближавшая беспомощных парней к своей смерти, быстро отреагировав, увильнула назад. Все остались живы, но выйдя из салонов заметили, как в воду падает маленький автомобильчик. Тут и стало понятно, что случилось.       Задыхаясь и путаясь в ремнях безопасности, Юнги моментально начал приводить в чувство и отстегивать плененного ремнями, на секунду потерявшего сознание, Хосока. Придя в себя он понял, что в полной заднице, так как их машина была уже наполовину заполнена водой, а у обоих парней в крови и руки, и ноги, и голова. Чон, которого уже успели отстегнуть, пытался разблокировать двери, но что-то заело. Тогда в дело пошли кулаки и, разбивая их в кровь, стекло поддалось, осколки потонули в мутной воде.       Наконец, Хосок вылез из окна, и со всей своей скоростью подплыл к водительскому окну. Выбивая его, он видел, как в слезах Юнги пытался снять с себя ремень, но тот не поддавался. Парень понимал, что если младший не поднимется сейчас же на поверхность, то он задохнется. Юн постучал по, всему в трещинах, окну, и заметил на себе испуганный взгляд Хосока. Мин губами поцеловал окно, за которым находилось так же прильнувшее с другой стороны тело самого ему дорогого парня и, показав жестом, чтобы тот выплывал, вдохнул воду.       Хоуп видел всё, всю боль в глазах любимого человека, его страдания... Он знал, что Юнги специально его остановил, иначе бы задохнулся и Чон. Выплыв на сушу, парень громко закричал от боли. Нет, не от физической, ему было плевать на сломанные костяшки пальцев, на израненные осколками руки и ноги. Та была боль внутренняя, от которой не излечишься полностью. Да, можно успокоить рану внутри себя, но ни один, даже самый лучший психолог не вернёт тебе того, кем ты дорожил больше, чем собой.       Так, он просто со слезами на глазах сидел и кричал, пока не упал от потери большого количества крови.