фотоплёнка.

щелчок. ёщё один. и так по кругу. улицы лос-анджелеса словно светятся, солнце нещадно палит. ещё щелчок. и ещё. джинён на миг оборачивается и заливисто смеётся, когда застаёт своего парня врасплох перед ещё одним затвором камеры. где-то проходит компания людей, у которых на всю улицу раздаются громкие басы из колонки, которые также попадают в объектив камеры. раз. два. три. щелчок. в левом ухе джебома играет что-то спокойное, но в то же время будто нервное, в правом ухе джинёна — то же самое. «прекрасная мелодия» — думает джебом, смотря на то, как парень впереди него снова оборачивается и тоже делает снимок. они в объективах друг друга смеются, сверкают, живут. живут полной и размеренной жизнью, с ленивыми поцелуями ранним утром и совместной готовкой ужина. удалив все контакты и оборвав со всеми связи, они уехали в город больших возможностей, туда, где их примут. каждый из них занялся своим любимым делом — джинён вернулся к пению, джебом ни дня не может прожить без фотографии, но никто из них не забывает о том, что является частью одного мы. поначалу жизнь в незнакомой стране казалась им сущим адом, чем-то нереальным и невозможным, но они смогли, они справились благодаря друг другу. они нашли двух друзей — шумного (безумно) юриста джексона и студента с факультета журналистики югёма. так они стали одним маленьким кругом, у каждого из которых была определённая задача. у джексона — веселить, у югёма — решать проблемы правильным путём, у джебома — следить за порядком, а джинён был тем самым островом умировторения для каждого из них. их с джебомом квартиру можно было назвать местом для спокойствия, где на стенах были расклеены фотографии и полароидные карточки, на которых были они вдвоём или по отдельности, все четверо парней или просто небо, просто одиноко стоящее дерево или поздний закат, где всё было разбросано, но именно это и создавало их атмосферу, где в углу одиноко стояли две гитары, словно ожидая, когда же их снова возьмут в руки, где постоянно играли виниловые пластинки или кассеты в старом проигрывателе, найденном выброшенным на помойку недалеко от их дома. над ними, легко паря в воздухе, пролетает очередной самолёт.щелчок. джебом запечатлевает на плёнку каждый момент их общего времени. парк находится совсем недалеко, стоит просто пройти пару шагов вперед и вот они растворятся в атмосфере этой природы вокруг. джинён подходит ближе, сталкиваясь плечами, и касается пальцами своей руки руки другого, в немом жесте просит коснуться и взять всё под свой контроль. джебом понимает всё без слов, нежно обхватывает хрупкую белоснежную руку парня, переплетая с ним пальцы. никто даже не посмотрит на них. их телефоны в один миг вибрируют и парням не трудно догадаться, что это либо югём, либо джексон, просто потому что никто больше не знает их новые номера. им оказался джексон. как забавно было отправить сообщения сразу двум парням, зная, что они постоянно вместе.

где вы?

они решают не отвечать.

джексон знал и знает про их планы на этот день, просто долг друга заставляет его делать это. заботиться и переживать. джексон сам по себе хороший, добрый, тот, кто всегда готов прийти на помощь и развеселить просто одним словом. джексон правда замечательный и они правда рады, что он у них есть. в парке людей не так много, ведь на улице палящее солнце и люди больше предпочитают сидеть дома с включённым вентилятором на полную мощность. джинён оглядывается по сторонам и, не видя вокруг ни одной живой души, быстро припадает губами к таким мянящим губам напротив. они стоят под большим деревом и джинён благодарит сейчас всё вокруг хоть за какую-то прохладу. руки джебома холодные, даже в такой зной и джинён немного морщится, когда они оказываются на его талии. они позволяют себе оторваться друг от друга и просто смотреть в глаза, пока джебом не достаёт фотоаппарат и не делает очередной снимок вот такого джинёна, с распухшими красными губами и с глазами, в которых читаются все самые нежные чувства. они запредельно близко. они смотрят на водную гладь, которая бьётся о камни на берегу, словно желая вырваться, как однажды из своего серого и мрачного города вырвались джебом с джинёном. джебом всё также держит джинёна за руку, но до сих пор никто из них не сказал ни слова. у них появилась привычка молчать, просто понимать друг друга без слов, джексон при первой встрече даже спросил их «вы что, немые?», им и не нужно лишних слов. джебом кратко целует руку своего парня, пока не слышит где-то неподалёку слишком знакомый голос. югём. он приближается всё ближе и ближе к ним, а когда наконец подходит совсем близко, с надутыми от обиды губами, произносит: — вы почему не ответили? джексон мне все уши прожужжал о том, какие вы противные и молчаливые. парни начинают смеяться и атмосфера вокруг наконец-то оживает, мир вокруг снова наполняется новыми красками. — югём-а, прости нас, но мы же говорили вам, что сегодня наш день. в этот самый день четыре года назад они праздновали свой первый месяц. довольные бежали домой, бесконечно целовались и носили одинаковые кольца на пальцах, которые до сих пор лежат в их квартире в самом сокровенном месте. бежали домой, чтобы рассказать родителям, поделится такой радостной новостью, а получили только гнев, ненависть, синяки и «ты больше не наш сын, проваливай». джинён тогда бежал в слезах по такой до боли знакомой дороге к нему, но в кого-то врезался, а когда понял в кого, то задрожал и упал на землю, принимаясь яростно рыдать. тогда они поняли, что их всегда будут ненавидеть, но решили рвануть в город, о котором так долго мечтали. в тот самый день они на последние деньги купили билеты и просто уехали из такого ненавистного города, который испытывает к ним точно такие же чувства, по дороге удаляя все контакты и связи. они держались друг за друга, когда внутри был сплошной страх. их новые друзья приняли их и даже помогли с некоторым средствами. так и началась их новая жизнь. — попробуйте объяснить это джексону, мы ведь привыкли, что вы справляете свою годовщину с нами, хотя…— югём на секунду остановился, смотря на воду позади них, — я знаю, как занять джексона. поздравляю вас, парни, не буду мешать.

джебом не может поверить, что у них на самом деле такие замечательные друзья.

они снова остаются одни. снова смотрят на эту гладь воды и снова думают о чём-то своём. — как думаешь, они скучают по нам? — голос джинёна разрывает тишину. он ни раз задумывался об этом и сейчас решил наконец поделиться тем, что так давно волнует его. джебом тоже думал. думал холодными ночами, когда пак рядом сопел, думал тогда, когда был фотографом на семейной фотосессии, и когда слышал на улице такое родное «мама» или «папа». джебом ведь скучает. — я не знаю, джинён-а, правда не знаю, — он молчит несколько минут, но понимает, что его ждут, когда большой палец джинёна нежно поглаживает его тыльную сторону ладони, — думаю да, но я ведь не могу знать точно. сейчас им хорошо без нас, а нам без них, ведь так? — джебом смотрит в глаза напротив, но видит в них только растерянность и небольшое смятение. джинён тоже не знает. они решают оставить эту тему на потом. когда начинает заметно холодать, людей становится больше, а солнце уже заходит за горизонт лос-анджелеса, они решают отправиться в свою маленькую квартирку и насладиться там последними часами их четвёртой годовщины. двери открываются и их сразу же встречает их белоснежная кошка нора, которую когда-то им подарил югём. она даже немного напоминает его — такая же хрупкая и тихая. совсем тихо играет музыка, видимо, джебом снова забыл выключить проигрыватель, ну и ладно, норе было веселее. на лос-анджелес уже опустился вечер и в квартире темнота. джинён тихонько идёт к выключателю и замирает. подарок. он видит перед собой подарок. он ждёт его в нежно-голубой коробке, на которой аккуратными буквами выведено «для джинёни». он не спеша садится на диван и берёт в руки подарок, смотря на джебома, который тихо стоит в углу комнаты и ждёт его реакции. в коробке фотографии, множество фотографий джинёна. на одной он спит тогда, когда была самая холодная ночь, пряча голову в одеяле, на другой он смешно ест клубничное мороженое, не замечая того, что немного испачкал нос, на третьей он сидит за рабочим столом и что-то усердно печатает на ноутбуке. им джебом запечатлевает каждый момент не только на фотоплёнке, но и в своей памяти, не желая делиться с другими. они беспорядочно лежат, в стиле им джебома. сердце начинает ускоренно биться, когда джинён замечает коробочку. когда он открывает её и видит там кольцо, то сразу же начинает плакать. джинёну неважно, приняли ли его родители, друзья, незнакомые люди или город, ему важно то, что его принял джебом. целиком, всего. джебом без слов подходит, присаживается на одно колено, немного волнуется, когда опускает взгляд в пол и шумно выдыхает.

— джинён-а, ты ведь знаешь как сильно я люблю тебя, да? ты выйдешь за меня?

джинён кивает бесконечное число раз, принимается рыдать и обнимает своими хрупкими руками такую любимую шею, шепчет что-то непонятное, а потом тыкает телефоном и суёт джебому наушники в уши. джебом слышит песню. джинён написал песню для него. она полностью написана про него и для него. джебом не может и слова вымолвить, просто припадает к таким любимым губам и шепчет такое же бесконечное «люблю». щелчок.