Операция: фанфик в реальной жизни

Пусть моё настроение не слишком было весёлым, попаданцы настояли на отдыхе, поэтому следующим утром, оставив Лану-2 на охреневшую от моего перерассказа недавних событий Ясю, наша дружная компашка собралась почти полным составом - Леви и Казума слишком заняты - в другой мир! Да да, нас понесли черти в невероятно красивое место, чем-то по атмосфере напоминающее Твоё Имя. Там были горы, склоны, маленькие домики, фантастические пейзажи и огромное озеро. — Ты уверена, что это подходящая карта? — недоверчиво тыкает на бумажку в моих руках Чуя, щурясь от солнца. Шляпу мы благополучно -забыли- -выкинули- засунули в багаж. Наконец-то все выглядят по-божески, в летней обычной одежде, и идем мы как самые обычные люди, какая благодать! — Конечно, — кивнула я, и увидев красивый цветочек, насунула её ему, а сама, выхватив новый телефон (старый героически пал в бою, вернее, его сломала мне Иная Лана), помчалась его фоткать. — Боже, как же здесь прекрасно! — Красотища-а, — протянул Дазай и тоже ткнул Чуе чемодан, — ах, Лана, ты как обычно наша очаровательная всезнающая проводница!.. — Не зарывайся! — крикнул Накахара, замахиваясь на того ногой, но Осаму ловко отпрыгнул. — Я тебе не вешалка, чертов бабник! — А ну утихомирились, детсадовцы подготовительной группы! — рявкнула я, а Дазай за моей спиной показал Чуе фак. — Скотина! — Чуя с фырком кинул в лицо суицидника его чемодан, а я магией аккуратно поставила несчастный предмет на асфальт. — Вы когда-то обещали мне вести себя хорошо, а теперь что? Мне снова вам руки склеить? — Не-ет! — ужаснулись оба, и кстати позади появился Ято с мороженым. — Лана-а, сними уже с меня эту ужасную хрень, там продают зашибенные обереги, с ними у меня обязательно получится набрать последователей и открыть храм! — Ято, — терпеливо забираю свою упаковку, — твой оберег – я. Тебе не нужны эти стекляшки, более того, они не работают. Это обман, они все хотят тебя обмануть, чтобы тебе всегда не хватало на свою мечту. Будь добр, наберись терпения. — И когда ты уже её снимешь?! — Как только, так сразу, — туманно ответила я и моментально сменила тему, посмотрев через плечо Чуи на открытую карту: — отлично, мы на месте. Можем снять два больших крутых номера и спать как боженьки. Смешно, я уже Боженька... Ладно, кхм, отвлеклась. — Тогда я хочу составить тебе компанию, — начал было Дазай, но мы все втроём испепеляюще на него посмотрели. Я понятно, а они-то чего? — Нет, это место уже занято мной, — гордо вскинул Ятушка подбородк, — так ведь, Лана? — Нет, — честно призналась я, и Ято выпал, — Вообще-то, вы будете жить в отдельном номере. Или каждому свой, как захотите... — Я согласен жить только с тобо-ой, — заканючил Ябоку, а соукоку, походу, почуяли конкурента. — Не виси на мне, Ято! — я беспомощно посмотрела на них, двигая тазом, пытаясь стряхнуть висящего бомжебога. — сделайте что-нибудь! Чуя дотронулся до Ябоку и отодрал его от моих бедер гравитацией. — Радуйся, что я в платье и не могу сейчас покуситься на тебя! — А я, вот, могу, — усмехнулся Накахара и вместе с ним Дазай. Попахивает пиздецом... Отхвативший Ято плелся хвостом, облизывая мороженку на палочке. Царила солнечная погода, пели птички, повсюду деревья, цветы, кустарники, при этом в гармонии с жилыми многоэтажками, в основном высотой до трех-четырёх. Глушь, ага. Зато скоро тут все загудит. Вечером люди выйдут на улицы и соберутся внизу, недалеко от озера, где стоят старые, оформленные под древность, домики, с висящими на их крышах жёлтыми китайскими фонариками у крылец, заиграет музыка и сойдутся все торговцы отличным непревзойденным элем. Вдоль аллеи появятся небольшие деревянные прилавочки, украшенные товаром, маленькая ярмарка добавит оживленности и вселит в окружающих дух необычного праздника. Никакой сладкой ваты, тупых пластиковых игрушек-антистрессов для неугомонных тупоголовых чад, залипающих в телефонах или делающих селфи туристов. Только красивые виды, тёплый свет от фонарей и милые сувениры, вырезанные из дерева. Пропитанные чем-то особенным. — А чем мы будем заниматься до вечера? — задал вполне логичный вопрос Дазай. — Бухать! — обрадовался Ято, но я зыркнула. — Лишь бы выпить! Да чем угодно... — я задумалась и предложила: — да хоть пикник на каком-то заросшем холме! — Звучит интересно, может, в этих краях растут ядовитые цветы или водятся смертоносные пауки?.. — Да ну, не хочу перется куда-то ещё с этими недоумками! — Бог, жестикулируя, сокрушался. — Ты кого недоумком назвал, бомжара? — Если вы продолжите цапаться, я пойду сама и где-то потеряюсь, а вы будете меня искать! — Ты теперь Бог, так что вряд ли с тобой что-то приключится, — беспечно махнул Дазай, а что-то женское во мне треснуло. Я молчала. — То есть, вы хотите сказать, что по-вашему мнению, я - ломовая лошадь, которой в этой жизни уже ничего не страшно? — угрожающе спокойно уточняла я, чувствуя, как начинаю гореть. В буквальном смысле. — Типа такого. — ... — я внезапно глубоко оскорбилась. На меня это не похоже. Мрачнеющая аура вышла за рамки шуточного выражения и реально завитала вокруг. — знаете что? — Не нравится мне это, — покачал головой Осаму, предчувствуя что-то нехорошее. Повисла долгая тишина. — ...Вы мне осточертели, — только и смогла выдавить я, вставая, — может, это и правда, но ничего, кроме того, что я научилась пользоваться способностью, не изменилось. А вы идиоты, потому, что мне жутко даже сейчас, а вы собираете нагло ехать на мне дальше? И только попробуйте подумать, что я всесильная и нервы мои железные, и эта веселая поездка превратиться в ваши похороны! Я вздыбилась, развернулась и пошла, коротко бросив: — Заказывайте без меня. — Тупица, что ты ей ляпнул? — со злостью закричал Чуя, намереваясь придушить Осаму. — Похоже, Лана обиделась, — с лёгким удивлением протянул Ябоку, смотря уже далёкой фигуре девушки вслед. Дазай развел руками: — Всего лишь горькую правду, все мы держимся за счёт Ланы и в подметки ей годимся... — Формулировка сути не меняет, дебил! — Что ты так взъелся? — невинно хлопнул глазками сотрудник вооруженного агентства. — Она редко на что-то обижается, — Яточка улегся в траву у асфальтной дорожки. — Перебесится, — подал плечами Дазай и Чуя оттолкнул его. — Эй, кучка тупоголовых кретинов. Знакомый голос? — Лана?.. — обернулся Накахара, и все трое увидели Лану в чёрных капри и футболке с печатной белой надписью. Но карэ её отливало золотом, а не фиолетовым цветом драгоценных камней. У неё тёмные волосы. — Пусть параллельная Хейлиц меня терпеть не может, я её немного люблю, поэтому скажу вместо неё, что вы мудаки потому, что девушке тяжело чувствовать себя сильнее всех и тащить за собой ватажок слабаков вроде вас. Вы обижаете её своим бессилием, и напади другая копия, она будет четко знать, что полагаться не на кого и в первую очередь побежит прикрывать вас, зная, что вы сдохнете от одного прикосновения. И проплыв мимо молчащих попаданцев, обернулась и сверкнула глазами: — А вы быстро подохнете. И я знаю это потому, что вы первые горели в огне, распаленном моим Анонимом. И либо вы становитесь сильнее, либо она для вашей же защиты расстанется с вами навсегда, почистив память. Ошарашеные пронзительным, оказывающим дикое давление взглядом Иной, они таращились ей в постепенно исчезающий из виду затылок, обдумывая смысл сказанного. — Как ты здесь оказалась? — невольно уставилась я на шагающую себя, под ногах которой трещала трава и наткнулась глазами на браслет с узелками. Ясно, угадала, что на самом деле он переносит своего носителя куда тот захочет. Зараза. — Захотела и пришла, — усмехнулась та, плюхаясь рядом со мной на расставленое на краю обрыва покрывало в красную клеточку. — о чем нам говорить? — Я тебя ненавижу, — почему-то снова сказала ей я, сдерживая подступающее пламя к ладоням. Она постоянно напоминает мне о том ужасном дне, нет, каждый раз, когда эта Садистка появляется на виду, я начинаю вновь слышать предсмертные крики своих близких. Пусть они и живы, это невыносимо. — Знаю. Хотела бы я показать, что ничем от тебя не отличаюсь... — Зачем? — остро, словно нож, спросила я, презрительно щурясь. — Чтобы быть в гармонии с собой, — весело ответила Лана-2 и отвела взгляд. — знаешь, у меня на тот момент не было выбора. Я должна была это сделать, хотела того или нет. Подлянки, тот бой, смерти... Я делала это, чтобы спасти дорогих мне людей и это было почти нестерпимо, строить безразличную мину и купать твоих красавчиков в крови. Как купала моих предыдущая Лана... — Защитить?.. Она подвинулась ближе и неожиданно горько заплакала, вцепившись мне в локоть. — Она стерла мне память на том моменте, где взяла их в плен! И приказала выполнить долг, научить тебя способности, потом она якобы их отпустит! Но когда... Но когда... Я увидела Дазая... Я подошла к нему... Что-то прояснилось... И воспоминания... Вернулись... — Почему ты не спасла их так, как спасла я? Ты победила ту Лану или нет? Девушка мотнула головой. — У меня... Не хватило... Сил. Спасти их. Никого. Я никого не спасла. — Почему тогда ты так жестоко стала с нами расправляться? Другая Лана улыбнулась. — Чтобы в тебе начала кипеть сила и ты не повторяла моих ошибок, разве не ясно? Слёзы плачущей самой себя сдавили горло и потушили исходящий из рук огонь. Я больше не видела в ней бессердечной, чужой Иной, лишь лицом похожей на меня. И я догадалась сразу же, что не могу быть ТАКИМ монстром, и поступила бы подобным образом лишь в случае крайней необходимости, но была слишком зла, чтобы признавать то, что весь цирк был какой-то постановкой. — И все? Не договариваешь. — ...Тогда было важным закончить то, что начала. Остальное не важно. — М... Так ты хотела этими поступками перечеркнуть прошлое, да? Свои чувства, свои остатки нравственности, характер, всю себя, да? Стать кем-то другим, не так ли? Лицо Ланы-2 залилось слезами. В тот момент я почувствовала, словно сижу рядом с каким-то родственником, может быть, сестрой, которой у меня никогда не было. Такое ощущение тепла и чего-то знакомого описывалось во многих фанфиках и произведениях... — Какая же я мразь, — засмеялась я, погладив по голове когда-то Иную, — ладно. Я не думаю, что смогу простить тебе это, но сгладить впечатление у тебя вышло. — Тебе до ужаса повезло, Лана. — Почему? — А ты представляешь, каково мне, потерявшей целый мир? Нет. Я не представляю. — Нет, конечно, — она усмехнулась, — а я думаю, что такими темпами умру. Я вздохнула. Что мне делать? Я её ненавижу. Ненавидела. Но все-таки... Этот человек в каком-то смысле не чужой. Я никогда не забуду этот ужас, пережитый пару дней назад, но... Я до тошноты добрая. — Мне всегда нужна была цель, чтобы двигаться дальше. И тот, кто даст мне напомнить, что она того стоит. Пока ты не найдёшь свой новый смысл жизни – хочешь, я стану твоим стержнем? Тихий всхлип, и темноволосая девушка, с моими редкими веснушками и взъерошенным локоном челки, вечно поправленным, словно гребнем, пальцами, подняла голову. А в её глазах появилось что-то, напоминающее огоньки от свечей. Отблеск жизни? Да. — Помоги мне. — Чем? — Я хочу вернуть... Свой мир. — Каким образом?.. Ты уверена, что это правильно? — иногда нужно прощаться со старым и находить что-то новое. Хотя, о чем я, ведь я воскресила Чую и Дазая, и воскресила бы остальных, будь они тоже мертвы, пускай ценой себя. — Ты ничего не имеешь против, я знаю. — Ну... А как же, там, философия... — Ты бы поступила так же, тем более, ты уже прекрасно в курсе, что я придумала. Дошло ведь? Да, прекрасно. Можно вернуться в прошлое того мира и все исправить. — Только... — Да. Может ничего не выйти. Ибо мир стерт, уничтожен. Абсолютно. И захотя вернуться, Лана-2 лишь создаст его копию, и копию других, связанных с ним. Если учесть, что Лана-3 истребитель где-то поблизости, опасно и как-то бессмысленно получается. — А ты сможешь жить, понимая, что эти люди - не настоящие твои друзья, а лишь их замены? — Сотрёшь мне память. — А если придёт твой Анонимушка? Кошмар повторится? Она замолчала. Огонёк вспыхнувшей надежды снова угас. — Не смогу так... Я знаю, поэтому не выдерживаю и обнимаю её. Ведь она - это я. А я как никто другой знаю, насколько это... Невыносимо, нестерпимо, ненавистно, ужасно, больно, жутко, страшно. — Прости меня, прости, пожалуйста, — тихо умоляла вторая Лана, в истерике, — прости, прости, прости... — Пх... Нужны мне твои извинения, — хмыкнула я, и пламя ненависти все затухало. И почему-то добавила: — похоже на душевный разговор двух сестер-близнецов. — Иногда тебе хотелось сестру, разве нет? — Не думала, что жизнь меня сведёт с ней таким способом. — Но ты ведь рада. — Как и ты, — я беззлобно фыркнула и посмотрела на тыкающуюся мне в живот Лану. Но не успела я посетовать внутри себя, как та опередила: — Угадаю, сейчас ты думаешь, почему всем так нравятся твои колени? — В яблочко, сестрица. — Между прочим, они не такие уж и плохие. Теперь я понимаю Дазая. — Господи, не срами меня, я не должна его понимать!!! — Ну-ну, зачем так официально? — Зараза! — Дура! Мы одновременно засмеялись. — Никогда не думала, что буду ругаться сама с собой. — Эх, плюсую. А я тут мимо твоего гарема проходила. — Так, ты им что-то сказала. Что? Вангую: объяснила, почему они мудаки? Девушка села и хлопнула в ладоши: — Именно! Я поступила так, зная, что на твоём месте мне бы хотелось, чтоб кто-то пролил свет на твои истинные эмоции! — Главное теперь пытайся чем-то от меня отличаться. — Мы мыслим и говорим одинаково, как ты себе это представляешь? — она попросила резинку для волос и сделала пучок сверху. Наколдовав желанную ещё с детства корзинку, как из мультиков, я вытащила оттуда нож, ингридиенты и соорудила бутерброды на дощечке. — Как же охуенно, что мы понимаем друг друга даже без слов, — кусая бутер, улыбалась новоиспеченная сестра. — как считаешь? — Ты знаешь, как. И та, будто ребёнок, заулыбалась ещё шире: — Ага. До самого вечера мы, мой когда-то заклятый враг и я, болтались по окрестностям, осматривались и обе по немой договоренности старались бродить подальше от отеля и всевозможных мест, в которых могли оказаться попаданцы. Желания сталкиваться с ними у обеих не возникало, тем более, мы решили переместиться в город и навести к празднику марафет. — Хочу кимоно, — к моему изумлению заявила моя альтернативная версия, тыкая в красное кимоно пальцем. — Да ладно, почему? Я получила гениальный ответ: — Потому, что праздник в стиле древности, надо что-то необычное. А ты?.. Нет, даже не смотри на джинсы. — Ну ок, что ты предлагаешь? Тоже кимоно? — Тебе бы подошло темно-темно фиолетовое, бледно-фиолетовое или... — она задумалась и загорелась, как лампочка. — отдай дар, идея появилась. Немного потянув время, я сдалась и разбила кулон, и Лана аж залевитировала в воздухе от наслаждения. Потом порассматривала меня и щелкнула пальцами. В руках ее появилась какая-то мантия. — Надень и будешь сиять. Ещё будет круто сделать укладку. Ах да, — ещё шёлк, и волосы сестрицы окрасились в зелёный, цвета летней травы, — ещё несколько штрихов, чтобы нас можно было различить, и сойдёт. — Жертвуешь своими вкусами ради меня... — но полу-бог хлопнула моё плечо: — Да ладно, не так плохо. Ещё начну красится в темный, как гот. И цепи хочу начать носить. — Что-о? — Шутка, — я облегчённо вздохнула, — но про мейк не шутила. В городе и начну смену стиля. А сегодня просто без него пойду, разве что лицо в порядок приведу. — Так, судя по твоему взгляду, у тебя планы на мою внешность? — Сделаем завивку внутрь, — увлеченно начала она, а я мысленно ставила галочки у пунктов в знак согласия, — уложим локоны, помоем, тональником обмажем, ноги побреем, обувь купим, кимоно напялим и готово! Само очарование, Чуя будет твоим, гарем охнет. — Лана! — возмутилась я. — Что Лана? Вон, как ты рыдала тогда! В этот раз тоже голову потеряет, но уже от тебя! — Ах ты, ах ты! — я обругивала параллельную себя, а та коварно улыбалась и изредка вскидывала вверх-вниз брови. — маленькая йашка-фанатка, зарытая в глубине моей души, чёрная сторона, вот ты кто! — Ну-у, я теперь буду позволять ей выбираться наружу, чтобы тебя подкалывать. — Яся слишком плохо на меня влияет... — Она к тебе приходила, пока ты была в отключке. Чего? — Откуда знаешь? — Ну, — Лана-2 криво усмехнулась, — я очнулась сразу после перемещения в твой дом, но боль была такой большой, что я вышла из своего тела погулять, и все те два дня моя душа бродила вокруг и ждала твоего пробуждения. У тебя отличные друзья. — Э?.. Та скрылась в гримерке и рассказывала оттуда: — Ты бы видела, как Чуя сидел в кресле с бутылкой всю ночь, не сводя глаз! А Дазай, ох, он так на тебя смотрел! Прямо мурашки по коже, приходил и разговаривал с тобой раз пять точно! А Ято почти не отходил и всё ждал, и ждал... Судя по наигранному театральному тону, она не врёт. Пусть и перейняла у какого-то перса аниме такое хитрющее поведение, но сказанное не ложь. Я не люблю врать. Да и, правда гораздо интереснее. — Мгрх, — справляясь с нахлынувшими вопросами, я прислонилась к стене и пробурчала: — ябедничать не хорошо. Она может сейчас сказать «говорю только то, что хочешь услышать», а я ответить «не пори чушь». — Эта чушь - хорошо скрываемая правда. Пха, говорим без слов! Ага, и я сделаю вид, что не в курсе и никому об этом не скажу. Лана-2 это знает. — Иди, они будут ползать в твоих ногах и молить о том, чтобы ты обратила на них внимание. Мы заулыбались друг другу, дали пять и принялись готовиться к торжеству. — Как думаешь, чем там заняты Ланы? — Дазай валялся на своей большой двухместной кровати и радовался жизни (на самом деле таким хоромам), параллельно размышляя, что бы надеть. — Грызутся и пытаются друг друга убить, — Чуя в раздражении искал шляпу, которую куда-то спрятал Осаму. — Не переводи тему, урод! Где мои вещи? — Какие вещи? — состроил глазки Дазай, и Чуя понял, что скоро прольется чья-то кровь. Улицы наполнились людьми, тёплый свет исходил из фонарей и необычных светлячков, мерцающих словно звезды мирно-оранжевыми оттенками. Фэнтезийный мир засверкал и окутал отдаленные от городов проселки своей таинственной, завораживающей атмосферой. Традиционные одеяния разных расцветок, пышные угощения на прилавках небольшой ярмарки и бочки с добротным пивом, выложенная каменной плиткой дорога сегодня была чиста как никогда. А, будто апельсин, Луна висела над аллеей и благословляла всех своим присутствием. — Не желаете ли составить мне компанию? Меня очаровали ваши глаза, — щебетал шатен с проглядывающими бинтами на руках, запястьях и шее. Ято решил ему не мешать, навалился на сувениры и купил какую-то небольшую фигурку лиса в маске. Чуя дернул шатена: — Ты видишь где-то Лану? — Не-а, мой взор затуманен и не замечает ничего, кроме этой прекрасной леди! — он целовал руку какой-то девушке, а та мило улыбалась и скромно тупила взгляд. — Прекращай налетать на баб так, будто ты их впервые видишь! — рявкнул рыжеволосый мафиози, со всей дури вмазывая ему по башке, но сотрудник детективного агентства увернулся. — Погодите, — сипло позвал обоих Ябоку с перекошенным выражением и ткнул куда-то пальцем, — а это там не Лана? — Где? — спросил Чуя и посмотрел на него как на идиота. — та девушка может оказаться кем угодно, но не нашей собутыльницей Ланой! — Согласен, слишком красивая, — на секунду сбавил темп Ято, пристально разглядывая талию, а потом заорал: — ДА НЕТ ЖЕ, ЭТО ЛАНА, ТЫ ПОСМОТРИ! Среди редкого потока мужчин и женщин разных возрастов он указал пальцем на невысокую леди, ставшую спиной. В основном мужчины взрослые и довольно крепки телом, а девушки стройны и симпатичны, хоть есть постарше. — А волосы почему такие? — кончики были ровно пострижены, а корешки слегка затемнены. Карэ мирно колыхалось, не растрепанное, без единой "антеннки" и выбившейся пряди. — Откуда я знаю? Пошли! — Стой, — он придержал его за шиворот, — посмотри. К загадочной девушке подошёл высокий, в два раза выше неё самой, темнокожий мускулистый мужик со шрамом на щеке, выглядящий как бывалый наемник и они о чем-то заговорили. Он расплылся в ухмылке, взял её за ладонь и стал на одно колено. У Ято отпала челюсть и он почти завопил на всю ярмарку: — ЧТООООО? — Заткнись, это не Лана, разве не видно? Она с каким-то хером. Её изящные бедра, на которых он совершенно случайно остановился взглядом, абсолютно не привлекли его внимание. Другое дело, будь они Ланы, а так. — Привети-ик! Ох, Вы выглядите так мужественно! Не сможете ли провести меня и Эззу-чан к мосту, но заодно составить компанию? — две милой девчонки, чуть ниже Чуи, подошли к Накахаре и на опасной близости терлись вокруг него. — Отвалите, — буркнул рыжий, бросил мрачный взгляд, раздвинул обиженных девиц и прошёл мимо. — Ах-х, этот человек настоящий грубиян и идиот, раз дал отказ таким привлекательным и неповторимым миледи! — моментально перехватил их Осаму, уже спровадив прошлую жертву. Но Чуе и Ято было все равно, они искали свою подругу. Ябоку все это время пристально смотрел на фиолетовласую незнакомку, гадая, но стоило ему отвлечься, как она куда-то пропала. А люди, посетившие ярмарку, шли вперед, стекались куда-то дальше, у невообразимо большого толстого дерева с розовыми листьями. Все назвали его древом Жизни, Икдрасселем, если не изменяла богу память. Аллея вывела их в красивое место, где среди царившей природы, заросшие травой, лозами и мхом, недалеко стояли маленькие древние храмы, а большая часть территории выложена кругом бледными каменными плитками в узорах. У Древа стояло два деревянных стола с лавками, как в столовых, на обочинах, около них, стояли музыканты с инструментами, на площади было оживленно. Но никто не заходил в самый центр, выделенный дополнительным слоем красных плит, создающих подъём. — Пройдемте, пройдемте, — услышал Ябоку басовитый лепет и подошёл поближе, а за ним потащился и Чуя. — И нахрена мы тут? Лучше бы пошли разыскивать Лану... — Помолчи, — прицыкнул Ябоку и очень внимательно смотрел на девушку в кимоно, ступающую на подъем, приняв ладонь мускулистого мужика. Её они уже видели. Но на лице было что-то вроде маски лисы. Какой-то ежегодный ритуал? Музыканты было решили начать выступление, но девушка обернулась и показала рукой стоп. Щелкнула пальцами и откуда-то появилась музыка. К ней следом вскочила ещё одна дама, тоже в бело-красной маске. Их фигуры, отметил Ято, очень похожи и им невероятно идут японские одежды. /опенинг 2 из Re.Zero до звёздочки*/ — Сегодня на нашем праздновании выступают божественные жрицы с прекрасным внеземным танцем! Аплодисменты! Они плавными движениями обернулись, выпустили откуда-то веера и затанцевали. Ято как завороженный наблюдал начало выступления. — Бог мой, я влюблён! — возник ни с того ни с сего Дазай за спиной Накахары, и все трое замерли, затаив дыхание. Что-то воздушное и прекрасное, какие-то чувства исходили из танца, соскользали с вытянутых тонких пальцев божественных жриц, они словно показывали в движениях историю, о ком-то, познавшем отчаяние, переходящее в надежду. Они дарили чувство жизни и тот человеческий рывок, вытягивающий из безнадежности в свет, словно рывок из утягивающей тьмы в ослепительное небо, усеянное золотыми облаками. Они изображали стремление, эйфорию, сводящую с ума. Слаженно, как единое целое, тёмное и белое, они кружились в безумном ритме, птицами порхали по сцене, скрестив руки, украдкой щелкнули и легким дуновеним ветра сорвались нежно-розовые лепестки дерева, окутывая захлестнувшихся эмоциями жриц в разрушительном танце. — Что-то мне это напоминает, — пробормотал Чуя, уже будучи ни в чем не уверенным, но все ещё не отрывая взгляда с незнакомок, в которых стал замечать знакомые черты. Внезапно их маски в движениях сверкнули и превратились в золотую пыль, унесенную ветром. Зрители охнули, а Чуя, Дазай и Ято оторопели. — Аплодисменты! — кричал мускулистый темнокожий, но отнюдь не афроамериканской внешности, мужчина со шрамом на щеке под два метра ростом, размером с шкаф, стоило музыке кончиться, и вместе с пораженными до глубин души и слез зрителями зааплодировал. Из-за того, что обе, держась за руки, низко поклонились, никто не успел разглядеть их лицо. Но стоило им поднять головы, как все встало на свои места. — ЭТО ЛАНА, ЭТО ЛАНА, А Я ГОВОРИЛ, А ВЫ, УРОДЫ, НЕ ВЕРИЛИ-И! — затряс Чую Ято, прежде чем тот ему вмазал оттолкнулся и поскакал прямо к сцене, раздвигая ещё в эмоциях прохожих. — ЛАНА-А-А! Почуяв конкурента, Дазай тоже пошёл следом, а Чуя и подавно поплелся, ощущая себя придурком. И вообще, как он мог спутать её бедра с чьими-то другими?.. Кхм, на самом деле, Накахару больше волновало то, как ему выразить своё мнение о преображении и расцвете её личности. — Какие люди! — одновременно воскликнули обе и засмеялись. Так, стоп, это ли заклятые враги, поклявшиеся друг друга убить при первой же возможности? — А эти дебилы не верили, что это вы! А я сразу поня-ял! — кричал Ябоку и едва не налетел на Лану, но ту дернула вторая, он обнял воздух, перецепился за подъем и упал. — Это было изумительно, я даже не смог подобрать нужных слов, — явился Дазай и как ни в чем ни бывало заприставал к фиолетовласой Хейлиц: — Лана, ты сразила меня наповал, ты самая поразительная девушка во всем мире! — Нас, вообще-то, две, — фыркнула копия, а Дазай восхищенно затрепетал: — Ах, вас две, что может быть прекраснее двух самых поразительных девушек во всем мире?! Разве что только двойной суицид с одной из вас, я верю, что только вы сможете сделать меня счастливым... — ЗАХЛОПНИСЬ, ЗАЕБАЛ! — Ято двинул ему по наглой роже, а Чуя замахнулся с другой стороны и подсечкой повалил детектива на пол. — Давайте мордобой в другой раз, — улыбнулась вторая Лана в красном кимоно, а первая пихнула её в плечо, цыкая. Но та лишь залыбилась ей ещё сильнее. — не видишь, я пытаюсь быть не похожей на тебя, не мешай. — Не порти малину, пусть хоть когда-то кто-то устроит нормальный мордобой, — недовольно фыркнула Хейлиц, естественно, в шутку. Другая подмигнула и они обе растянули милые улыбочки. — Это точно моя собутыльница? — ухмыльнулся Чуя, не особо владеющий языком лести и комплиментов. — первый и последний раз соглашусь с Дазаем, сегодня ты неотразима. Лана оборотом приблизилась к Накахаре и жарко шепнула в ушко: — Только попробуй ещё раз назвать меня твоей собутыльницей, и тебе секир башка. Он думал, она скажет и сделает что-то соблазнительное, но особо не расстроился. Ему хватило щекочущего дыхания и шумного вздоха в его ухо. — Как головосносяще, — тихо-тихо юморнула Лана-2, наблюдая. Пусть её мир обрушился крахом, хоть у кого-то он будет в порядке. — Тогда, может быть, прогуляемся? — подкатил к ней Дазай, выростая около её плеча. — Извини, — сдерживаясь, чтобы не сьязвить, сказала девушка, — не люблю мудаков. «Блять, снова, снова я ему нагрубила! Ну зачем, зачем!? — материлась внутри себя параллельная Хейлиц, и решила выправиться». — В другой раз, — улыбнулась, с мыслью, что надо сваливать, и посмотрела на первую Лану, моля, чтобы та обернулась. — Дазай, не терроризируй вторую меня, — откликнулась на немые молитвы фиолетовласая, — ты же знаешь, мы вредного поля ягоды. — Я не перестаю надеяться на то, что когда-то твоё нежное сердце оттает! «Надо уводить Лану-2, — решила Лана, — ей очень тяжело с ним разговаривать после такого ужасного прошлого». И отправила я Дазая купить что-то вкусное, Ято пошёл участвовать в соревновании "кто кого перепьет" против Чуи, и чуяло моё сердце, придётся тащить его оттуда в стельку. — Трудно? — Нормально. Ложь. — Ну дали мы джазу, да? Эх, у них были такие рожи. — Ага, — Лана-2 задумчиво смотрела на Дазая, выбирающего вдали на прилавке угощение, а я поняла, что она совсем не об этом думает. — пойду, прослежу за нашими алкашами, чтоб они не передрались. Я кивнула и глянула на заросшие домики. И использовав магию, чтобы никто не заметил меня, сошла с каменного круга и прошла сквозь заросли. Очень захотелось там посидеть. — Але-оп, — я нечеловечески высоко подпрыгнула, слегка испугалась и еле приземлилась на крышу, использовав способность гравитации. Красиво, и все видно. Вон, напротив площадь, дальше ярмарочная аллея, а слева, в другую сторону, Икдрассель. Правда, надо голову вскинуть, чтоб ветки где-то наверху увидеть, но да ладно. Как будто жуки какие-то под дубом, ей богу. Настолько оно большое, это дерево. Увидев, как мое лицо глазами в толпе ищет Дазай, я щелкнула пальцами и мы сразу же пересеклись взглядами. Дело сделано. Пару минут, и он взобрался наверх ничуть не хуже меня. Мы сели на краю. — Хочешь? — Осаму предложил маленькую, меньше ладони, булочку с аппетитно нарисованными (аниме же) сливками. — Давай, — я усмехнулась, приняла мягкую выпечку и аккуратно надкусила. Вкусно. Тает во рту. Подождав немного, почему-то спросила: — Помнишь одну из наших пьянок, где нам штраф выписали? — Всё не упомнишь. — Как ты убедил соседку снизу, что вы из ФБР? Он засмеялся. Мне нравился и не нравился его смех. — Тебе до сих пор интересно? — Угу. — Я смухлевал, — заулыбался он, а я озадаченно зажевала. Булка меня раздобрила. Да и, не хотелось проглатывать её только чтобы его отругать. — Лана, – позвал самоубийца, поворачиваясь спиной. Я сидела на ногах, уютно сдавливаемых кимоно. — М? Он лёг и положил мне голову на колени. — Я до безумия влюблён. — Поздравляю, — охотно поздравила я, расстроившись закончившейся булочке. Поерзав, Осаму засмотрелся на площадь. — Даже не спросишь, кто она? — Захочешь, сам расскажешь. — Ну, я не уверен, что она этому обрадуется. — А кто бы обрадовался? — улыбнулась я, не удержалась и почухала его. — да ладно, может, не всё так плохо? — Может, — согласился Дазай. — но ты бы точно не была в восторге. Я задумалась. — Понятия не имею. Я вообще редко в нем бываю. — Как думаешь, сказать ей? — Скажи, — усмехаясь, пожала я плечами. Дазай повернул голову. — Я тебя люблю. Если бы было чем поперхнуться... Выдержав лицо, я захотела спросить, не повредил ему Чуя случайно мозг, когда бил, но слова завертелись на языке. — .......Тренироваться на мне не хорошо. — Видишь, — он просто сел рядом и зажестикулировал руками, — я говорил! Все ещё в ошарашенном состоянии я наблюдала за его движениями. Ясно, он пошутил! — Ты это, если уверен, что у твоей избранницы есть к тебе какие-то чувства, мог бы поцеловать её или что-то в этом роде. Может, она бы... — я замолчала, Дазай наклонился и тут-то мне абсолютно все стало ясно... Загораясь как спичка, я замерла и поняла, что у меня нет характера и силы воли, ведь меня целует каждый встречный... За одно мгновение в мне пронеслась тысяча вопросов. Что делать? Как реагировать? Что говорить? Как не краснеть? Перевести в шутку? ГОСПОДИ-БОЖЕ-Е-Е! — Да-дазай... — спокойствие, спокойствие... — Мне нравится твоё растерянное личико, — усмехался он, а я паниковала внутри настолько, что забыла про выражение лица. Быстро вздохнув, я открыла глаза и улыбнулась. — Извини, что отвергаю. — Я был готов к этому, — продолжал усмехаться детектив, — к тому же, я увидел твою растерянность, это уже подняло настроение. — Веселись, пока Чуя об этом не узнал. — Все-таки, между вами что-то есть? — Скоро, может, и будет. — Чем обладатель позорных шляп лучше меня?.. — протянул Осаму. — Ни в чем. Вы оба замечательные. Идиоты, правда. — Тогда почему вдруг он? Говорить или нет? И ладно. Какая уже разница? — Если выбирать между двумя страшными людьми, то выбирать самого понятливого. — Ты выбрала его потому, что он проще. Выходит, ты просто-напросто меня боишься. — Я уже ничего не боюсь, — бросила я, — решай как хочешь. — Меня отшили, что за невезение, — расстроился тот, а я, все ещё с мокрыми губами, спросила: — Хочешь? И поправила затекшие ноги. И он лёг обратно, понимая, что, наверное, в последний раз. Мы замерли вот так, Осаму на моих коленах и я на траве. — ...Дазай. — М? — Ты врёшь мне так же, как другим своим швабрам? — Нет. И это было правдой, шепнула мне магия. — Тогда я тоже очень тебя люблю... Одна далекая я очень тебя любит. И если у тебя есть ко мне чувства, начни разговаривать с ней. Мы – один и тот же человек, и она не будет считаться моей заменой. Возможно, ты даже не заметишь, что не со мной говоришь. — Похоже, ты её простила. — Нет. Но она и есть я. Это факт. — Что ж, я над этим подумаю, – он встал и отряхнулся, — пойдём, я куплю тебе ещё одну булочку? — Пойдём!