Friend, please

Чонгуку не повезло - у него такая классная семья, а он не ценит. Ну, это он так считает. Ну, это считают все, кроме него. Те, кто не знаком с его семьей. Хотя, на первый взгляд, это нормальная, обычная семья, в которой все всех любят - прямо таки пример для подражания. На первый взгляд. Если копнуть глубже, то можно увидеть пару на грани развода, домашнее насилие и подростка, у которого не все в порядке с головой. Чон старший загулял еще лет пять назад, но вскрылось это пару месяцев назад и мисс Чон сразу же, как узнала, потребовала подачи документов на развод. Гуку тогда едва исполнилось 13 лет. Всего тринадцать, а уже столько б о л и. Процесс развода - дело не быстрое, и глава семьи продолжал жить в своем доме с, уже полубывшей, женой и сыном. Чонгук, как казалось родителям, был сильным и готов был выдержать столько всего от них. Но он таким не был. Подросток вообще был потрясен таким поворотом жизни. Чон даже пытался помирить взрослых, во время (нескончаемых) ссор вставал между ними. Только вот тогда всегда попадало и ребенку, ведь "Не мешайся под ногами, щенок! Не дорос еще до таких разборок с этой шавкой!". И попадало с обеих сторон. Казалось бы, весь этот треш всего несколько месяцев, но столько дерьма о себе Чонгук никогда не слышал. Тем более от тех, кого считал своими родителями. После особо крупных ссор (а иногда, в особых случаях, и посреди них) Чонгук всегда шел к (единственному) другу с ночевкой. Чимин, а именно так звали друга, без лишних вопросов принимал друга к себе домой. Единственной "проблемкой" был симпатичный брат Чимина со смазливым личиком - Мин Юнги. Хоть и фамилии разные, но отцы одни. Разными были еще и характеры: тихий, скромный, застенчивый, спокойный и добрый Чимин и его старший братец - угрюмый, злой, холодный, а в гневе его вообще лучше не видеть - Чонгук знает, проверял случайно. Но была и другая сторона Юнги - всегда, когда Чон приходил весь в синяках и ссадинах, а местами были видны кровоподтеки и кое где футболка была окрашена в красноватый цвет, всегда Мин сначала ворчал, потом ругал родителей Чонгука, а потом уж самого Чонгука лечил. Заботу, ничто иное, как з а б о т у Юн скрывал тщательно и от всех. Кроме Чонгука и Чимина, конечно же. Даже в глазах родителей он выглядел грозным и грубым молодым человеком, как впрочем его и воспитывал отец. Потом, когда родители Юнги развелись, вскоре бывшая мисс Мин встретила мистера Пака с крохой Чимином. Ну как крохой, ему уже целых 9 лет было. А Юнги тогда было всего 15 - но он уже был с четкими планами на жизнь. Ну, по крайней мере, до тех пор. Но, впрочем, ничего особо не поменялось - разве что везде по дому за ним бегал Чиминни и просил поиграть вместе.

***

Как быстро год прошел. Развод обретен, родители разошлись громко, чуть ли до грандиозного скандала не дошло. Суд оставил Гука с матерью, которая во всем винит сына. Та, от которой ушел муж, хотя сама же и подавала документы на развод и тронулась умом. Но какое кому до этого дело? Н и к о м у. Кроме друзей Чонгука. Да, Юнги стал другом официально. Чимин нашел соулмейта и постоянно треплется о нем. Чонгуку, конечно, нет дела ни до какого там Тэхена, но эти разговоры хорошо отвлекают от боли. Да, избиения стали намного чаще, а Чона приучили не бить женщин ни при каких обстоятельствах - вот он и ничего с этим не делает. - Тебе бы, в который раз говорю, в органы опеки обратиться надо, - ворчит Мин и перевязывает кровотечение. Чонгук уже не стесняется Юнги и в последнее время стал сам снимать футболку, что бы его заботливо подлатал суровый Мин Юнги. - или хотя бы в больницу пойти - я же ничего толком сделать не могу. Скажи спасибо, что в медицинский пошел, а то сидел бы тут с Чимином и плакали б друг другу в плечо. - Спасибо, хен, за то, что помогаешь мне. И можно я у вас пару дней поживу, пока она перебесится? - с надеждой спрашивает младший. Ему еще никогда не отказывали, но в последнее время побои почти каждый день и Чонгук скоро просто не выдержит. Ни боли, ни одиночества. Нет, он не одинок, у него есть два замечательных друга и поехавшая мать, которая уже не разбирает кто перед ней - сын или бывший муж. Страшно. - Конечно, мелкий, сколько нужно. - Мин напоследок завязывает бинт бантиком на грудной клетке. - А она не хило бьет. Ты для нее как груша, блин, честно. - Скорее как папа, - на последнем слове Гук скривился. Он давно так никого не называл. Да и не было у него настоящего отца.

I feel for you but when did you believe you were alone? Я понимаю тебя, но когда ты успел поверить, что одинок?

В итоге Чонгук вымучено широко улыбается. Он старается не заплакать. Нет, только не перед Мином. Но предательски слеза катится по щеке. Поток соленой воды уже не остановить. Он столько месяцев терпел и вот теперь, прямо перед Юнги он не сдержался. Чонгук так одинок. Он тщательно скрывал это, но рано или поздно правда вырывается наружу. И чем сильнее скрываешь, тем больнее она режет всех. "Я так жалок перед ним, расплакался, как ребенок" думает Чон. Давно, еще около полугода назад Гукки подавал первые звоночки суицидальных мыслей, сильной депрессии и "чувства одиночества". Мин один из лучших в потоке и умело раскусил Чонгука еще до того, как он сам понял, что с ним. Но никогда не говорил с ним об этом.

Petrified of who you are and who you have become you will hide from everyone, denying you need someone Пораженный тем, кто ты есть и кем ты стал, ты будешь скрываться от всех, отрицая то, что тебе кто-то нужен

- Чимин опять зависает с Тэхеном и возможно останется у него на ночь. Не хочешь поговорить о том, что с тобой? У нас есть целый вечер и, если ты...- не успевает он договорить, как тут же младший перебивает. - Да, хочу! - Слишком быстро, непоколебимо. Слишком наивно, по детски. Но Чонгуку нужна помощь, он буквально кричит об этом взглядом. И Юнги решается. - Хорошо, - Юн ведет Гука в свою комнату. Чон недоверчиво смотрит на Мина - ему никогда не разрешалось заходить в комнату старшего. - Проходи, не укушу, - улыбается Мин и по лисьи щурит глаза. Приятно. У студента небольшая комната, большую часть которой занимает пианино. Небольшая кровать, на которую садится Чонгук, все еще рассматривая комнату в светлых пастельных тонах. Он не ожидал такого от брата Чимина. Сам же Юнги садится рядом с младшим. "Слишком близко" - запоздало думает Чон, когда его уже крепко сжимают в объятиях. И скулит он не то от боли, не то от приятных ощущений. Его же никогда не обнимали, только Чимин и то, по дружески. А это не очень-то и считается за нечто большее, чем дружба. Ведь только сейчас младший понял, что, по идее, от простых обнимашек не должны просыпаться бабочки, а у него не то, что бабочки - птицы уже летают во всю, ударяясь о стенки живота. Они так сидят примерно полчаса, молча, но сколько чувств в этой тишине. Чонгук разревелся совсем и лицо уже опухло от слез, а он все плачет. Юнги же просто гладит его по спине, все еще обнимая и иногда шепча что-то вроде "Все хорошо, не надо плакать, поплачь и все пройдет". Вскоре Гук успокаивается и они еще так сидят минут десять просто потому, что. Потому, что приятно и отрываться не хочется. Да и не надо - у них в распоряжении минимум вечер, а там, гляди, и ночь может быть.

Living like a ghost you walk by everyone you know. You say that you're fine but you have lost your sway and glow Живя, как призрак, ты проходишь мимо всех, кого когда-либо знал. Ты говоришь, что ты в порядке, но ты утратил свою власть и своё сияние

- Можно я начну? - Спрашивает у младшего Юнги и, когда получает кивок в ответ, продолжает. - Знаешь, что такое депрессия? Это очень плохое заболевание, которое, к счастью, лечится. Но оно не проходит само. Нужно лечение. Хочешь, расскажу симптомы? - И, на этот раз не дожидаясь ответа, продолжил, - частая печаль и плач - у тебя есть. Социальная изоляция от друзей и семьи - ну, семьи у тебя, можно сказать, нет, а друзья, вроде, только мы с Чимой. Крайняя чувствительность к отказу - ты весь будто сжимаешься, когда просишь нас остаться, будто думаешь, что тебя выгонят. И такое все чаще в последнее время. Трудность с отношениями - у тебя вообще соулмейт есть? Я даже не видел, чтоб ты кроме нашего дома и магазина куда-то еще ходил. Плохая успеваемость в школе - ты же вообще на нее забил и не ходишь. Нет, я не осуждаю, ни в коем случае, просто хочу помочь. Изменения в еде и сне - когда ты в последний раз нормально спал, а? Мне кажется, кроме нашей еды ты только полуфабрикаты ешь или еще что похуже. Попытки бежать из дому - ты же каждый раз к нам сбегаешь. И это правильно, при таких обстоятельствах. Селфхарм или самобичевание - ты думал, я подумаю, что тебя кошка поцарапала? Или как ты объяснишь эти ранки на красивых запястьях. А за желание смерти я вообще молчу - это и по твоим глазам видно. Но, Чонгукки, я хочу тебе помочь. А ты хочешь принять мою помощь..? Ответом Юнги послужила тишина. Чонгук обдумывал каждое слово старшего. И едва покраснел, когда понял, что его запястья назвали красивыми. Эти несуразные, все в неглубоких царапинах - и красивыми. Но потом опомнился, что старший, вообще-то ответа ждет.

I know you want to leave but friend, please don't take your life away from me Я знаю, что ты хочешь умереть, но друг, пожалуйста, не забирай свою жизнь у меня.

- Да, я очень хочу принять твою помощь, - на слове "твою" голос дрогнул. И, когда любопытство Гука взяло верх, он спросил долгожданный вопрос, - хен, а у тебя есть соулмейт? - Да, - что ж, коротко и ясно. Ну, хоть не надо строить ложных надежд. Вроде бы больно не должно быть, но все равно в районе сердца (а оно есть вообще?) неприятно защемило. Видя, как поник младший, Юн продолжил, - есть и прямо сейчас мне нужно его спасать от депрессии и сумасшедшей матери. Секунда. Две. Чонгука осенило. Он удивленно смотрит на Юнги и произносит растерянно "хееен?", после чего его целуют. Нежно, вкладывая как можно больше чувств. Чон уже не соображает, как его бережно пересаживает себе на колени Мин. Вдруг резко старший отодвигается от Гука, чтобы посмотреть на это милое раскрасневшееся лицо, чтобы услышать укоризненное "Ну хеееен!"

And I have nothing else left to say but I will listen to you all day, yes I will И мне больше нечего сказать, но я буду слушать тебя весь день, да, я буду.

- Чонгукки, пообещай мне. - Пообещай что? - Не понял Чонгук. - Пообещай, что не умрешь, - И тут Чон заметил слезинку старшего. Да, угрюмый, злой, холодный Мин Юнги плачет. - И что вылечишься, ради меня. - Слезы катятся градом. - П о ж а л у й с т а, Ч о н г у к к и. И уже сам Чон Чонгук чуть не плачет. Сумасшедшая мать, измена отца, развод родителей, отсутствие Чимина и пары (хотя уже, наверное, нет). это все неважно, когда рядом Юнги. Такой Юнги. Чон уже поклялся себе, что сделает это. И обнял хена. Такое ощущение, будто они поменялись ролями. - Хен, а как ты узнал, ну...что я твой соулмейт? - Интересно же узнать, а вдруг Юнги все выдумал, чтобы втереться в доверие и кинуть? Да не, вряд ли. - Все просто, Гукки. У тебя под правой лопаткой все написано. - в голосе старшего слышна улыбка. Так и хочется ее сцеловать. - Хен...Юнги~я, а можно я тебя поцелую? - Да, Чонгук такой правильный, что спрашивает о таком. А еще просто стесняется. - Конечно, Чонгукки, поцелуй меня. - И Чонгук целует. Это уже не очень похоже на невинный, практически детский поцелуй.

***

*через 3 года*

But this year, though I'm far from home I'm not alone Но в этом году, хоть я и далеко от дома, я не одинок.

Сейчас Чонгуку 17 и он прошел курс лечения (успешно). Во всем ему помогал, уже 23-х летний, жених Мин Юнги. Они помолвлены пару месяцев. Мать Чонгука признали недееспособной и сейчас она находится в психиатрической больнице. Чонгук и Юнги переехали в новый уютный домик в Сеуле. Смена обстановки повлияла на них обоих в хорошую сторону. Они счастливы, у них получилось все, что хотели. В ближайшем будущем Мин хочет усыновить малыша, а Чонгук уже выбирает коляску, вещи и игрушечки. Они справились с трудными испытаниями в жизни, полной сюрпризов, и хоть это только начало, но в их life будет только love. Еще они набили парные татуировки в знак того, что самые большие трудности пройдены:

For now, I will stay alive Пока я останусь в живых