Передавая пламя

      Им редко удавалось собраться за ужином всей семьёй. Виной тому были то мамины круглосуточные дежурства в больнице, то папины патрули и долгие часы над материалами по очередному делу. От того было вдвойне обидно, что сейчас, когда они наконец собрались вместе, за столом царила напряжённая тишина. Риоко уже даже не столько беспокоили результаты экзамена, сколько то, что причиной этой ситуации стало её решение подать документы на геройский курс. От этого кусок в горло не лез, и девушка до сих пор сидела над тарелкой с нетронутым ужином, поглядывая поочерёдно на каждого из сидящих за столом и силясь угадать истинный ход их мыслей.       — Результаты придут через несколько дней, так? — отложив в сторону столовые приборы, нарушил общее молчание мужчина, чьи тёмно-синие волосы, при не слишком ярком освещении столовой казавшиеся почти чёрными, были собраны в тугой пучок. Риоко в очередной раз перевела взгляд на отца и коротко кивнула. Он снял очки и устало потёр переносицу. Хорошо, что сейчас отец был одет по-домашнему, а не в строгий костюм или полицейскую форму, в противном случае Риоко точно почувствовала бы себя как на допросе.       — Почему ты даже не подумаешь о перспективе отучиться на врача, если так хочешь помогать людям? Твоя мать вытащила с того света не меньше людей, чем эти хвалёные герои, — строгий тон смягчился, стоило мужчине взглянуть на жену. И то, как он на неё посмотрел… Риоко всегда гадала, как так получается, один взгляд и никаких слов не надо. Столько благодарности, уважения… любви… Интересно, все соулмейты так смотрят на свою пару, или причина в том, что мама когда-то, как только что выразился отец, вытащила его с того света? Женщина тем временем, сначала взглянув на супруга с укором, тепло улыбнулась. Возможно, именно за это тепло её так любили пациенты. По крайней мере Риоко всегда в ней видела что-то такое. Несмотря на абсолютно белые волосы, светло-серые глаза и даже белый медицинский халат, в котором та проводила на работе львиную долю времени, несмотря на всё это обилие холодных цветов, мама неизменно оставалась невероятно тёплым человеком.       Вновь воцарилось молчание, но и Риоко, и её сестра знали, что на самом деле родители сейчас наверняка что-то обсуждают. Как соулмейты они были связаны очень крепко, и ментальные разговоры не вызывали никаких проблем. Риоко нравилось наблюдать за родителями в такие моменты, и даже сейчас, понимая, что скорее всего разговор ведётся об её обучении, а это в последнее время была довольно щекотливая тема, она едва заметно улыбалась уголками губ. Наконец родители, видимо, пришли к некому соглашению, так как отец тяжело выдохнул, будто исчерпав все весомые аргументы, и вновь обратил своё внимание на Риоко. Его супруга же демонстративно продолжила трапезу, показывая, что не намерена больше вмешиваться.       — Если тебе так нравятся герои, — от девушки не укрылось, что эти слова прозвучали, будто бы через силу. — Если ты хочешь учиться именно в Юуэй… то может подумаешь над факультетом поддержки? Амэ благодаря своим изобретениям знакома со многими про-героями.       Риоко лишь покачала головой. Нет, это не то. Это совсем не то, что ей нужно, не то, чего она хочет. И с чего отец вообще взял, что ей нравятся герои?       — Я понимаю… — не слишком уверенно начала Риоко, подбирая слова. — Я понимаю, что есть много способов помогать людям и что полицейские, врачи, механики делают это не хуже героев. Но пап… я хочу поступить на геройский курс не потому, что меня привлекает слава про-героев. Я просто хочу… хочу, чтобы моя причуда приносила людям пользу, а не только проблемы.       — Риоко, твоя причуда…       — Не стабильна, — девушка тут же мысленно поругала себя за то, что прервала отца на полуслове, а молчаливый укор в его глазах заставил почувствовать себя ещё более виноватой. Рука непроизвольно потянулась к шее, но Риоко резко одёрнула себя, да так, что чуть не своротила со стола тарелку.       — Я знаю, — продолжила девушка. В её голосе постепенно нарастала уверенность. — Но я работаю над этим. Каждый день. И…       Риоко прервалась, заметив, как мама поднялась из-за стола. Женщина обошла её и осторожно обняла со спины. «И у тебя отлично получается», — прошептала она дочери практически одними губами.       — Мы поддержим любое твое решение, — добавила мама уже громче. Риоко не могла её видеть, но по глазам отца поняла, что это было адресовано больше ему. Помедлив, мужчина всё же сдался и кивнул.       — Я не перестану считать это решение ошибочным, но и отговаривать тебя больше не буду. — Отец закончил дискуссию так же неожиданно, как в общем то и начал. Риоко ничуть не удивилась: он всегда был противником долгих разговоров не по делу. А ещё он всегда до последнего стоял на своём, поэтому услышав, что пусть и не до конца, но отец принял её решение, девушка смогла, наконец, вздохнуть с облегчением.       Мужчина не стал уже возвращаться к ужину и, сославшись на дело, не терпящее отлагательств, почти сразу же удалился в кабинет, где по сути проводил большую часть времени. Мама тем временем села за стол рядом с Риоко, которая с тоской проводила отца взглядом, и взяла её за руку.       — Герои попадают ко мне на стол чаще, чем кто-либо, — начала женщина, заглядывая дочери в глаза. — Он очень волнуется за тебя, понимаешь?       — Конечно! — тут же оживилась девушка. — Я не хочу, чтобы вам приходилось обо мне волноваться. Но ведь именно поэтому я и хочу получить лицензию. Чтобы я могла защитить и себя и вас. Ну или хотя бы не бояться никому навредить… — последнюю фразу она произнесла почти шёпотом.       Мама лишь улыбнулась и взъерошила Риоко волосы.       — У тебя всё получится, котёнок. А теперь поешь хоть немного, — женщина пододвинула к ней тарелку с нетронутым ужином, после чего встала, намереваясь прибраться в столовой.       — Мам, я уберу, — впервые за вечер подала голос девушка, сидевшая напротив Риоко. Амэ предпочитала не вмешиваться в споры, которые её не касаются, да и вообще старалась избегать всевозможных конфликтов. И сегодня она была единственной, кто оставил свою тарелку абсолютно пустой.       В дверь кабинета осторожно постучали. Такада Ичиро мог позволить отвлекать себя от работы только одному человеку и потому коротко спросил:       — Это ты Нэо? — он не стал прибегать к ментальной связи. Это было удобно, но требовало определённой концентрации, а сейчас Ичиро был слишком занят.       После короткого утвердительного ответа в дверном проёме возник силуэт его жены. Взгляд сразу зацепился за пальто, что та наспех накинула на плечи. Весеннее тепло уже во всю радовало солнечными днями, но вечерами тем не менее становилось весьма прохладно.       — Ты куда-то уходишь? — поинтересовался Ичиро у супруги.       — Меня вызвали в больницу.       — Думаешь, это снова он? — Мужчина весь обратился во внимание. Это, конечно, мог быть и обычный вызов: в больнице часто рук не хватает. Но жена выглядела уж больно обеспокоенной, да и за годы работы в полиции у Ичиро появилось своего рода чутьё на такие вещи.       — По тому, как описали состояние потерпевшей, очень вероятно, — мрачно ответила Нэо. — Скажу наверняка, когда увижу её собственными глазами.       — Проклятье, — прошептал мужчина, но даже так в его голосе отчётливо слышался гнев, который тот сейчас и не пытался скрыть. Когда же это закончится? Третье убийство за месяц… При этом ни тел, ни подозреваемых. С первого случая расследование почти ни на миллиметр не сдвинулось с мёртвой точки. По глазам жены он видит, что та пока ещё надеется, что всё обойдётся, но чутьё подсказывает, уже чуть ли не завтра все СМИ будут пестреть заголовками о том, как в очередной раз врачи боролись за жизнь несчастной, тело соулмейта которой полиции только предстоит найти. Если это вообще возможно…       Время давно перевалило за полночь, а сна ни в одном глазу. Риоко какое-то время ворочалась в надежде, что, найдя удобное положение, всё-таки сможет уснуть, но в итоге теперь просто таращилась в потолок. Разговор за ужином хоть и завершился в её пользу тем не менее оставил неприятный осадок. Надо будет извиниться перед отцом, объяснить, что стремление учиться на геройском факультете — не просто прихоть. Мама права, он переживает за неё.       «Герои попадают ко мне на стол чаще, чем кто-либо…» — невольно всплыло в памяти. Герой… Она точно готова к этому? Стало страшно. Риоко вспомнила, как Амэ в своё время тоже стремилась стать героем, но не прошла экзамен и вместо геройского факультета закончила факультет поддержки. Если сестра не справилась, то будет ли ей это по силам? Неприятные мысли роились, и навязчивый вывод, что она замахнулась на цель, которая ей не по зубам, становился для Риоко с каждой минутой всё более очевидным.       Девушка рывком села на кровати и замотала головой, отгоняя непрошенные сомнения. Нет, поздно отступать!       Неожиданно в дверь постучали. Не успела Риоко подумать, кому ещё не спится в это время, как, не дожидаясь ответа, в комнату почти бесшумно проскользнула Амэ. На голове у сестры творился форменный беспорядок: длинные свето-голубые волосы были заколоты карандашами, и отдельные пряди тут и там торчали в разные стороны. С собой она притащила стопку бумаги, огромный пенал и кучу каких-то папок. На закономерный вопрос, что она здесь делает, Амэ по-хозяйски свалила своё добро на пол в центре комнаты и уселась рядом.       — А сама не догадываешься? Иди сюда, будем проектировать твой геройский костюм!