В райский ад этих глаз

Уже третий раз за эту неделю, свалив пораньше с работы, Майкл подпирал барную стойку и лениво поглядывал на разношерстную компанию вокруг. Уже почти не пронимал алкоголь и даже непонятно, чего хотелось. Мысленно подпевая очередной до боли знакомой песне, Майкл задумчиво смотрел перед собой и обводил рукой ободок бокала с бурбоном. Да. Сегодня так. Почему бы и нет? Привычка пробовать все и менять напитки и людей вокруг себя как перчатки появилась после того, как со свалившимся на голову наследством пришло осознание, что даже дружба покупается и продается. И парень старался ни к кому и ни к чему не привыкать. Гарантией стабильности была лишь пока не наскучившая работа кинолога, собственный пес Самайн и байк, который парень любил чуть не больше всех живых существ. Услышав голос перед собой, Винтер лениво перевел на собеседника чуть усталые голубые глаза. Перед ним стоял очередной экземпляр слащавого раздолбая в одежде, соответствующей образу. Отразив, наконец, что ему сказали, выныривая из своей задумчивости, Майкл, приподняв одну бровь, улыбнулся одним уголком губ. - И чего же хочется такому парню в такую ночь? - черт знает почему, но Винтеру вдруг захотелось просто поговорить с этим парнем. А дальше... как пойдет. Или как войдет. Тут уж как получится. Подозвав бармена жестом, Винтер кивнул на челкастого, откровенно разглядывая его. Свою кожанку парень где-то уже бросил за барную стойку, зная, что товарищ за ней присмотрит, еще и рад будет. А вот персонаж рядом явно скучал и Кир лишь шире растянул губы в хищной лыбе, пора немного расшевелить выбранную на эту ночь "жертву" или же он сам окажется этой маленькой мышкой? Кто знает. Майер оправил майку, что едва подчеркивала его подтянутое тело и открывала вид на выпирающие ключицы, под одной из которых красовалась надпись "Child". На шее так же виднелись два черепа с коронами и немного жилистые руки с ярким узором вен были окутаны черными рисунками в стиле хоррор. Он ничего не мог поделать со своей тягой к прекрасному. Пускай эта красота и мрачная, но от этого не менее притягательная. Да и Майер не скрывает интереса: изучая, трогая того взглядом, желая рассмотреть его получше. А одежда, черт, она конечно неплохо очерчивала скрытое тело, но к нему уже сейчас хотело прикоснуться, ведь градус в крови уже во всю гулял желая большего веселья. Туша сигарету в пепелку, брюнет не сводит глаз и почти на ухо тянет, чтобы перебить шум музыки и чужих разговоров. - Не откажусь от порции старого доброго виски, - кивает на рокс в чужих руках, - а дамские коктейли пускай останутся хрупким фиалкам, - усмехнувшись брюнет показательно качнул головой на худеньких мальчишек, что вовсю извивались вокруг богательного толстячка. - Та еще забава наблюдать за этими кадрами, - с насмешкой тянет он, спуская взгляд на торс собеседника и возвращаясь к глубоким, завораживающим глазам. Плевать, что люди сегодня бунтуют и вовсю оттягиваются сметая первого кто попадется под руку, это даже на пользу. - Я Кирстен или Кир, - кончиком языка он пошло обводит нижнюю губу, не отрывая зрительного контакта и сам поддается вперед, чтобы оказаться чуть ближе дозволенного. Выжидает, как бы молча прося представиться и незнакомца. Изучая пока настороженным, чуть хитроватым взглядом явный умелый подкат парня, который напоминал повадками не то хорька, не то летучую мышь, Майкл хищно улыбался, предвкушая интересную ночь. Экземпляр просто вился вокруг и было заметно, что он готов едва ли не залезть на Винтера, настолько хищным взглядом изучал он его тело. Выслушав пожелание полузнакомца, Винтер озвучил его заказ бармену, которого просто привычно притянул к себе за ворот через стойку, на что тот после... некоторых событий уже не должен был обижаться, парень снова повернулся к парню. Наткнувшись на пристальный горящий взгляд, так откровенно изучающийего тело, Майкл самодовольно ухмыльнулся. Да, сегодня он скучать не будет. Почти с вызовом глядя в зеленые глаза напротив, Винтер медленно, миллиметр за миллимертом приблизился а Лицу Кира еще ближе. - Майкл. - выдохнул он почти в губы парня, обжигая его горячим дыханием. - Но как будешь звать меня именно ты, придумаем вместе. Отстранившись и сладко потянувшись, поигрывая мускулами, Винтер кивнул зеленоглазому на стойку, где уже стоял принесенный заказ. Подняв свой бокал, парень почти невинным жестом взъерошил волосы, будто невзначай поправил ворот полурасстегнутой рубашки и чуть расставил ноги в темных джинсах, в которых становилось горячо и тесно. Видимо, несмотря на закалку градусом, организм уже доходил до нужной кондиции, когда срывает все тормоза. Майер прослеживает, как ловко парень заказывает выпивку. Да и этот жест с барменом явно дает понять, что этот человек тут не впервые и видимо пользуется определенной популярностью, что ж интересно. От такого неприкрытого вызова внутри все приятно вспыхивает, и Кир сам не упускает случая качнуть головой, давая прядкам спасть на лицо, прикрывая левый глаз и чуть приоткрывает губы, будто желая выпить каждое сказанное слово, что обдает уста своим жаром. - Ммм.. Ма...й..кл.. - тянет он, будто пробуя его имя на вкус и проезжается языком по собственному небу блеснув шариком пирсы. - Любопытное предложение, - подмигнув ему, юноша протягивает руку к предложенному пойлу и обнимает бокал, притягивая к себе, благодарно кивая. И проскальзывает по крепкому силуэту чужого тела, что так соблазнительно себя демонстрирует, тут есть на что посмотреть и не только. - За приятное знакомство и еще более приятную ночь,- с пошлой улыбкой проговаривает парень и встречает чужой бокал звоном, тут же делая щедрый глоток обжигающего горло пойла. Алкоголь уже давно играет в крови и обостряет все чувства, делая тело легким, а воображение красочным. Всего пара пуговиц раскрывают вид на нагое тело и хочется коснуться и Майер не будет долго ждать. Он приблизиться и проведет кончиками пальцев по манящему выступу ключиц и груди и поднимет глаза в глаза, ускользнув к уху второго и шепнет. - Знаешь тут так шумно, я бы не прочь уединиться где-нибудь в более интересном местечке, есть идеи? - зубами схватит мочку и чуть потянет, усмехнувшись. Ведь хочется поближе узнать этот экземпляр. Довольно кивнув на провокационный тост понятный и приятный им обоим, Майкл прикоснулся к чужому бокалу своим и без раздумий залпом осушил его, шумно выдохнув и облизав губы, смакуя послевкусие и искоса поглядывая на реакцию Кира. Тот не заставил себя долго ждать. Прикосновения вызвали горячую волну в теле и Винтер, часто задышав, ловил приятные мурашки, слушая заманчивое предложение парня. Каков наглец! Настолько открыто лезть к едва знакомому парню... Хотя... ведь именно за этим все они сюда и приходят. Майкл усмехнулся и тоже в наглую потянулся к телу Кира. Протянув руку, он провел ей по волосам парня, отводя их назад, заглядывая в эти невероятно зеленые глаза хищным, почти гипнотическим взглядом. Парень ответил не менее уверенным взглядом, что только взбудоражило Винтера еще больше. Проведя большим пальцем вверх вдоль шейных позвонков, он тут же повел им вниз, весьма чувствительно надавливая, побуждая Кира запрокинуть голову и наклоняясь к его уху. - Знаю такое место. Тоже не любишь кричать при людях?.. - весьма двусмысленно заявил Майкл и провел языком по беззащитной шее нового знакомого, пока весьма осторожно взяв его за волосы. От этого кровь побежала по венам раскаленной лавой и руки приятно задрожали. Что ни говори, Винтер любил подчинять и властвовать. Отпустив Кира, он расплатился и, жестом позвав его за собой, вышел наружу и подошел к своему байку, надев косуху и закурив. Черный красавец с готической аэрографией в виде черепов блестел и манил и Майкл в ожидании своего сегодняшнего ночного приключения почти нежно провел рукой по баку, стирая несуществующую пыль. Что ни говори, люди приходят и уходят, а это красавец уже относительно долгое время верно и надежно носит его задницу из одного места приключений в другое. Чужое сердцебиение уловимо, грудь начал вздыматься чаще, а дыхание явно глубже и это давало четко понять, что Майклу такой расклад явно по душе, как и самому Киру. От чего губы шире тянули дико довольную улыбку, а во взгляде плескались все черти, что уже после хорошей порции выпивки готовы на подвиги. Почему бы и не провести эту ночь именно таким образом? Майер на миг прикрывает глаза от приятного движения руки в локонах и тут же встречает такой же яркий взгляд от которого по телу идет приятный импульс. Определенно то что надо. - Мммхх... - по эрогену же касался не иначе и ведь нравится, и парнишка запрокидывает голову, шумно выдыхая от обжигающего голоса. - Если тебе нравятся зрители, почему бы и да? - с ухмылкой шепчет он в ответ, чуть сильнее полоснув по чужой груди напряженными пальцами. А ведь мурашки уже сладко бегут по коже, покрывая ее мелкими бусинами, от того, как его новый знакомый отдает не менее жаркий жест, оставляя влажную дорожку по не менее чувствительной шее. И целая буря закипает внутри, заставляя весьма развратные картинки гулять в черепушке. Хм. Даже казалось плевать на присутствующих и Кир ведет ладонью по внутренней стороне чужого бедра, сжимая ближе к паху и выгибается навстречу его властному жесту. Ведь нравится быть под контролем, только не у каждого зубки такие острые, а нервы крепкие, чтобы подчинить этого чертенка своей прихоти. Однако не то это место сегодня, чтобы продолжать эту прелюдии и Майер охотно кивает, последовав за спутником, перед этим стащив у знакомого бармена кожанку. - Воу, а ты полон сюрпризов, друг мой... у тебя чертовски красивый жеребец, - выгнув бровь, юноша хорошенько оглядел это творение искусства. Скорость он до одури любил, а этот малыш выжимает явно лихо. Что даже можно подойти и провести рукой по ручке газа, прикусывая нижнюю губу и переползая ладонью на предплечье спутника, ловко запрыгнуть сзади, натягивая на себя черную куртку. - Покажи на что способен этот красавчик, - обняв того за пояс и гуляя руками чуть ниже, чтобы стиснуть пах Майкла, Кир тихо смеется и возвращает руки обратно. Немного драйва, чтобы адреналин точно раскатом бил биты по венам. Подавшись навстречу уже намного более смелым движениям, но всеже стараясь пока держать себя в руках, Майкл хищно улыбнулся в предвкушении. Он знал, что этому наглецу понравится место, куда он возил многочисленные свои игрушки для утех. Но вот окажется ли Кир таким же вариантом на одну ночь? Не каждый отвечал на прикосновения с такой отдачей, чуть не искря от желания. Да ладно. Об этом потом. Просто сейчас неимоверно горячо и нужно прожить этот момент по полной. Довольно хмыкнув на реакцию парня при виде его байка, Винтер вручил парню шлем. - Береги голову. У нее важная миссия. Я покажу тебе многое сегодня - пророкотал он, оглянувшись на Кира и наинаглейшим образом резко и мокро провел языком от подбородка по скуле парня вверх, забираясь им в ушную раковину всосал в рот мочку уха, с рыком прикусив ее, выпуская наружу. - Погнали! - с наслаждением продолжил он и дождавшись, когда Кирстен наденет шлем и схватится за него своими приятно цепкими руками, выжал газ и полетел по улицам в знакомом направлении к ближайшему мотелю, в котором номер был обустроен специально для него. От ощущения скорости до почти сведенных приятной судорогой легких смешаным с горячими волнами возбуждения до покалывания в кончиках пальцев и ощущения адского пламени в паху хотелось орать от ощущения полноты жизни. Вот так и надо. Жить с огнем. Но, стоп! Не терять бдительности. Этот парень хорош и горяч, но слишком открываться ему не стоит. Только тело. Только бегущая по венам лава желания. Вот что позволено узнать сегодня его горячему спутнику. Лениво махнув просигналившей патрульной машине, прекрасно зная, кто там находится, Винтер изчез из поля зрения полисменов, чуть вильнув на крутом повороте и подрулил к небольшому зданию и с ходу потащил Кира за руку внутрь. Судя по всему, парень, которого хотелось насадить на уже до боли стоящий член, был настолько же готов к более горячему продолжению изучения тел друг друга. Взяв предложенный шлем, парнишка охотно принял его, отзываясь: - Оставить мозги на асфальте то еще удовольствие, - с улыбкой проговорил он, хотя вспомнить сколько раз мальчишка летал на мотоцикле без шлема, но после одного случая и оставленного на бедре шраме, он решил к этому подходить все же серьезно. Пускай мордашка и отделалась парой ярких ссадин, но кто его знает, что может случиться в будущем. А хочется все таки эту ночь закончить куда в более ярких позах и ощущениях, нежели на катафалке. - Мммм..сгораю от нетерпения, - проурчал в тон тому, наблюдая эту пленительную улыбку на чужих губах и столь грязный приемчик, что покрыл тело сладким спазмом мурашек. - Чеерррт....мхх..- прижмурившись, Майер сильнее стиснул того пальцами, вильнув бедрами, и заставляя байк отпружинить. Пока можно позволить себе такую шалость, ведь они еще не на ходу. В паху определенно тянуло от желания, нагло поскуливая и выпрашивая большего, но рано. Качнув головой, парень собрал челку и закинул ее назад, надевая на себя шлем. - Вухууу! - прикрикнул он, когда железный конь рванул с места, давая ветру облизывать все тело. Даже через шмотки это уловимо и дико приятно. Адреналин начинал бушевать и шкалить. Было забавно пролететь мимо полицейских, что явно уже привыкли к подобным выходкам и Кир заливисто рассмеялся. Это определенно было отличное начало ночи. И кто знает, как глубоко затянут их путы страсти. Открываться он и сам не любитель, но ведь все зависит и от того, что за персона с ним. Рано загадывать и строить планы, пока хочется оторваться по полной. Парнишке сильнее стиснул Майкла, когда тот увертливо свернул и не заставляя себя ждать слез с шустрого коня, оставляя там и шлем, чтобы последовать за спутником. И по дороге к номеру он не успокаивался, открыто прикасаясь проскальзывая языком по открытому изгибу чужой шеи, прикусывая на ней бьющуюся вену и скалясь в Дьявольски заводной улыбке. - Хм.. и это твое пристанище? Или ты просто водишь сюда мальчиков? - оказываясь на пороге, прошептал он страстно в чужое ухо, заигрывающе рыкнув в него, пока его рука обнимала парня за плечо. Майкл почти вволок парня в номер, еле сдерживаясь, чтобы не засадить ему на сухую. Ведь такие провокационные прикосновения вкупе с чувствительной дозой алкоголя пробуждали самые сумасшедшие желания у далеко не самого уравновешенного и сдержанного, о чем все прекрасно знали, Винтера. - Это...дом моей похоти - хищно улыбнулся он, раздувая ноздри и впился в шею наглеца хищным поцелуем, оставляя засос. "Мой!" - полоснула по мозгу шальная мысль, разжигая еще больший огонь в бешено бегущей по венам крови. Подтолкнув Кира к кровати, Майкл одним движением сдернул с себя рубашку, отправив пуговицы в путешествие по разным углам и почти угрожающе двинулся в сторону Кира, сверкая едва видной за расширившимися зрачками синевой глаз. Схватив парня за ворот, до треска сжав ткань, он почти с оскалом прорычал ему на ухо - На что ты готов сегодня? - и в наглую повалил его на кровать, вовлекая в поцелуй, страстный до скрежета зубов друг о друга и невзначай прокушенных до крови губ. Сегодня хотелось быть грубым и жестким, получая удовольствие, граничащее с азартом первобытной охоты. Какой же он шустрый. Майер лишь и успел, что попутно скинуть с себя кеды, растягивая уголки губ в дьявольски довольной улыбке. Да и к чему прелюдия, если между ними буквально пышит огнём. - Ммм.. Вкусно выглядит.. - многозначительно проговорил он в ответ, отзываясь тихим стоном от жадного поцелуя, что отправил импульсы тока под самую кожу. - Оххх.. Даа.. - не успевая опомниться, мальчишка оказывается на постели и приземляется на ту, с искрящим взглядом рассматривая, как Майк лихо прощается с верхней одеждой. - Какой же.. Горячииий... - облизываясь тянет он, приподнимая конец майки и давая кончикам пальцев игриво скользнуть по животу в аккурат до слегка виднеющейся линии блядской дорожки. А глаз не сводит, он просто утопает в этих двух глубоких океанах, что норовят сожрать его с потрахами. Что даже каждый нерв завывает от тянущего напряжения. И снова близко, так близко, что Кир вздрагивает от резвости, и ухмыляется, с такого хвата и чертовски заманчивого голоса. - Ммххх... На все, что пожелают наши тела... - рывок ног и он обвивает ими партнёра, падая на кровать и отдается пьянящему поцелую, пока его пальцы гуляют по спине Майка, полосуя короткими ногтями вдоль и поперек, сладко мыча, почти стоном в желанные губы. Всем телом выгибается ему навстречу, чтобы пахом по паху , чтобы пощупать, как там все пылает и дать ощутить свой персональный ад. - Чееерррттт.. Ммм.. - жмурится от острого, но до одури нужного укола боли по губе и сам не остаётся в долгу. Вгрызается зубами в верхнюю, тянет на себя и оставляет на ней рваную ранку, тут же зализывая и втягивая в рот, чтобы разделить дурманящий вкус стали на языках. Почему бы немножко не сойти с ума этой ночью? Шумно выдохнув, Майкл вжал жадно обхватившего его Кира в кровать, почти выпадая из этого мира от ритма пульса в висках и в паху. Тело покрылось мурашками от приятной боли в спине и парень прогнулся, запрокинув голову назад и еще больше сокращая расстояние между трущимися друг о друга напряженными членами, грозящими разодрать в клочья даже плотную джинсу. - Аааааррррммм... - почти зверинный страстный выдох вырывается изо рта. Слишком тесно, слишком жарко, слишком мало взято от жизни сегодня. Больше! Больше огня! Больше прикосновений! Взять бешеный ритм под стать частым гулким ударам сердца. Раз! Полетела прочь обувь. Два! Майка Кирстена рассталась с телом владельца от движения горячих рук, прошедшихся вдоль тела снизу вверх от завораживающей дорожки волос внизу живота к плечам. Три! Джинсы зеленоглазого отслужившей змеиной кожей сползли с ног, повиснув на спинке кровати. Четыре! Собственный тесный плен джинс, до боли сдавливающий рвущееся в бой естество, откинут прочь вместе с бельем. Пять! Ноги Кира, изученные хищными руками от ступней до ягодиц оказались резко разведены в стороны, открывая внезапно и почти незаметно лишившегося последнего прикрытия вожделенного отверстия. Шесть! Резкий удар по ягодице. Семь! Два соприкоснувшихся напряженных члена, крепко прижатых друг к другу властной рукой. Восемь! Юркий язык, обводящий сосок и резко сжатые на нем зубы. Девять! Горячий шепот на ухо: - Я пожелаю тебя! Десять! Обвести ушную раковину языком, опаляя кожу дыханием, вырывающимся наружу с рокочущим рыком. Одиннадцать! На секунду разорванный телесный контакт и резко открытый ящик у кровати. Двенадцать! Щедро увлажненное вытащенной оттуда смазкой анальное отверстие Кирстана и собственный член. Тринадцать! Приставленная ко входу головка и взгляд глаза в глаза, в эти зеленые омуты, предназначенные для поимки за хвост плещущихся в них чертей. Реальность почти перестает существовать. Тринадцать причин сойти с ума. Тринадцать диких аккордов сегодняшней бешеной мелодии жизни. Почти не важно, что будет потом, да и будет ли оно. Сегодня Майкл Винтер добровольно утопился в этом новом неразгаданном ночном приключении, отдаваясь страсти без остатка. Теснее, ближе, сильнее, именно так как нужно, здесь и сейчас. И взгляд темнеет, сердце вырывается с груди и желает высвободиться из своей клетки. Когда он пробегается глазами по изгибам, когда каждый мускул на чужом теле так яростно выпирает в напряжении и тянется к чужой груди. Прикусывает, ведет языком и оставляет яркие метки своих зубов, так и норовя прорезать плоть, желая вкусить еще больше. В паху неутомимый вопль - "хочу!" и Майер пропускает через себя выброс адреналина, что бежит по венам от этого пронзительного, утробного рыка и губы ловят его, желая поглотить этот вопль и оставить в себе. Всего секунда и мальчишка без своего атрибута одежды, выставляется, двинув всем телом к тому, давая каждому изгибу рисоваться под светлой кожей и разглядеть в левом соске переливающуюся сталь колечка. И насладиться обжигающим жаром изголодавшихся рук, что так и ползут по коже, оставляя свои прожигающие следы, будто метя ими. Кир издает пошлый выдох и тянется к застежкам на чужих штанах, пуговица с них летит к черту, молния со второго раза лишь поддается, потому что трясет, потому, что до судороги сводит все от трепещущего желания. Парень опрокидывается и дает стянуть с себя остатки, и возбужденная плоть тут же получает долгожданную свободу, от чего брюнет горячо выдыхает волнообразно двинувшись под натиском этих блуждающих ладоней, которые раскрывают его всего. И черт ведь заводит, так, что глаза готовы наливаться огнем. Кирстен выдает развязный стон от жесткого поцелуя руки, что вызывает жалящий импульс по заднице и расплывается в безобразно довольной улыбке. Будто бы немо говоря - еще, еще, еще! Ноги тут же ведут ступнями по чужим и вновь сжимают Майкла, а руки хватаются за плечи, пока член отирается о второй, в сильном хвате, давая прощупать чужое желание, пропустить через себя каждый стук набухших вен и поделиться тем же. - Ааааааххх...мнгххх... - резко выгнувшись, мальчишка звонко стонет от влажных губ, сменяющихся тисками острых и новый ток бьет изнутри, призывая двинуться бедрами, толкаясь в чужую ладонь, до боли сжимая плечи парня. - Мггхх... - прижмуривается и запрокидывает голову от такого откровения, что выжигает по ушной на 220 и нет сил противиться мутной дымки перед глазами. Все тело сыпется мурашками, каждое его юркое движение по чувственному и снова звучный возглас от наслаждения. Словно горишь за живо и не хочешь, чтобы это кончалось, лишь мгновение паузы и Майер приподнимает бедра, широко разводя ноги и давая покрыть себя влагой, впиваясь похотливым взглядом на гордо стоящий ствол Майкла. - Боже..да...мм...- прикусывает свои губы и ползет кончиками пальцев по крепкой груди, лаская, царапая и выгибаясь перед ним, когда крупная головка дает почувствовать себя у тугого колечка мышц. И теперь можно сжать рукой его шею на загривке, рывком податься вперед и так же пытливо заглянуть в синеву чужих бесов, проводя языком по вкусной линии губ и шепнуть. - Хочу..тебя..целиком....всего... - низким, тягучим голосом каждое слово и ступни на чужих ягодицы вдаривают грубым рывком, заставляя того двинуться и проникнуть в сжимающиеся на стояке мышцы. Крепко до боли прижмуривая глаза от пробивающего тело кайфа. - Блаааааххххтьь....дааахххх..... - и безумный вопль полный удовольствия в чужие губы, чтобы утонуть в очередном поцелуе и задохнуться от нехватки воздуха. Такой отзывчивый, такой горячий, такой прекрасно податливый, но в то же время сильный и настойчивый в своей страсти. Невероятно приятный во всех проявлениях Кирстен каждым своим звуком и движением в постели вызывал в теле Майкла волну сладкой дрожи, сносящей сознание напрочь ураганом из сочетания гормонов, составляющих коктейль чистого удовольствия, бьющим по венам тысячами игл. Подавшись вперед под напором собственного захлестывающего желания и откровенно развратных умелых направляющих действий Кирстена, Майкл резко двинулся навстречу, сокращая расстояние между телами до отрицательных величин, завороженно наблюдая и ощущая, как неимоверно приятно обволакивающий плен чужого тела с жаром принимает его естество, едва найдя силы поднять взгляд и найти силы в дрожащих руках, чтобы приблизиться к лицу парня, вновь сплетая языки и оставляя новые следы крови на губах. Чтобы на время забыть, как дышать, двигаясь на автомате, на одном животном инстинкте. Оторвавшись от сладких губ, резко вдохнуть, пытаясь вспомнить, как это делается и встретиться с почти безумным, застеленным пеленой абсолютной похоти взглядом. Схватив Кира за шею и чуть сжав, Винтер очертил рукой скулы парня и, проведя пальцем по раскрытым губам, властно сунул его тому в рот. От этого зрелища совсем сносило крышу. Майкл, уже не разбирая, что и кто кричит, сорвался на бешеный ритм, вбивая Кира в надсадно скрипящую, хоть и привычную к таким действам, кровать. Чистый кайф полоснул по сознанию. В глазах потемнело и резко замелькало тысячей оттенков. Вдох, как всхлип - тело стало почти невесомым, одновременно будто черная дыра, собирая в себя каждое ощущение. Выдох, как откровение: - Дааа! Сейчааас... Аааа!!! - и будто извергающийся внутри вулкан, несоизмеримый с человеческим телом. До судорог, до боли, до ощущений, которых еще не придумали ни в аду, ни в раю. Дрожащей рукой почти со сведенными мышцами крепко сжать чужой член, чтобы чувствовать такой же бурный поток неисчерпаемой чистой энергии похоти. Упасть без сил на разгоряченное мокрое тело, почти сростаясь с ним и неизвестно сколько мгновений заново учиться дышать и видеть. От ответного толчка внутри все содрогнулось. Мышцы плотной петлей сжались вокруг твердой плоти, пульсируя в такт сердцебиению и у Майера все пошло искрящими пятнами перед глазами. Он запрокинул голову и пальцами прошелся вдоль всей спины партнера, оставляя яркие, алые метки своих ногтей и вскрикивая от буйствующего экстаза по внутренностям. -Аахх!!...Ааахх..М..мааайййкклл... - мальчишка качнул бедрами, чтобы проехаться плотью между их сплетающихся тел и глухо замычал в губы парня, прижмуриваясь и отдаваясь этому сокращающему танцу их языком. Нагло толкаясь глубже и глубже, будто желая трахнуть партнера таким образом. Его вкус пьянил круче недавнего виски, что все еще накатами бил по черепушке, вместе с этим коктейлем их страсти. Кир стонет и всхлипывает с укусов, оставляющих новые дорожки алого по губам и кусает его уста, до сладкого привкуса такой же стали, что катает по небу второго. Целая буря закипала внутри и вырывалась ошметками наружу. В каждом рваном толчке, в каждом встречном рывке ягодиц под мощные толчки Майкла, который пробивал по простате все чаще. Срывая с губ все более откровенные и похабные стоны, которые мешались с развратными шлепками их тел. Приоткрывая веки, парень с вопиющим желанием заглядывает в чужой взгляд и видит отражение его пороков. Это так затягивает, что казалось он и сам забывает как глотнуть кислорода. Губы немощно раскрываются, когда партнер стискивает артерии, забивая те бушующей кровью, а голову лишь сильнее окутывает водоворот. В глазах все острее покрывает темнотой, по телу бьет разрядами тока от обостряющихся ощущения. И он стискивает его ногами, дергая и дергая к себе, чтобы глубже, быстрее прощупать его стояк в себе. Ловя чужие фаланги, Кир жадно втянул их в рот, обсасывая и обласкивая языком, и не сводя глаз с Майкла, насаживаясь ртом на его пальцы, будто бы он брал его член. Смыкая те туже и туже, словно желая заглотить целиком. Вздрагивая под его напором, выгибаясь каждым позвонком и подставляясь животным рывкам партнера, брюнет все чаще срывал глотку на будоражащие крики и стоны, захлебываясь от эйфории, бегущей по венам. Его пальцы свободно гуляли по лопаткам, пояснице и даже остановились ненадолго на крепкой заднице, сжимая и оставляя на той полосы. Утопая от накатов приближающегося оргазма. Грудью проскальзывая по второй, Майер запрокинул голову и весь мир рушился на миллионы осколков, пронзая тело жгучим и таким долгожданным фейерверком, что даже в голове все отключилось, оставляя только оголенные нервы и возгласы чужого имени в порыве, пробивающего кайфа. - Нгааахх..ах! Ахххх!! Божжж....е..моой..ммхх..- и стоило чужой руке лечь на изнемогающую плоть, как вспышка молниеносно снесла все предохранители. Майера тряхнуло, прогнуло и он со вскриком излился в его руку, до сладкой боли сжимая в себе импульсами чужой ствол, который обжигал горячей спермой и заполнял до краев. - Хах..мх..ха...- все волосы взмокшие, кожа покрыта липкой испариной и руки безвольно падают на спину парня, пока он слабо дрожит от пережитого оргазма, пытаясь глотать воздух судорожно раскрывающимися губами. Пять..семь..десять.. Сколько минут это длилось неизвестно, но эта тягучая патока расслабления буквально пленила собой, а губы растянулись в безобразно довольной улыбке. - Охх..черт.. ты точно не Дьявол, а? - тихо смеется он, убирая с лица налипшие локоны и ласково проводит подушечками пальцев вдоль влажной спины второго. Слушая всем телом свой и чужой пульс, почти растекаясь в посторгазменной неге по все еще содрогающемуся телу Кира, Майкл загнанно дышал парню в ухо. Приятный ритм бьющейся жидким адским огнем в венах крови понемногу затихал, оставляя после себя привкус блаженной усталости и приятной проступающей боли на соленой коже от неконтролируемых движений страстных рук. Стоило этим рукам снова коснуться липкой спины, все тело пронзило тысячами игл, поднимающими каждый волосок на теле. Смесь легкой боли, отголоски раскатов урагана страсти, собственническое чувство безраздельного владения лежащим под ним телом - еще один слишком приятный коктейль на сегодня. Такое следует повторить однозначно. Но пока отдышаться. Выбравшись из кольца рук Кира, Майкл провел горячим языком по татуировкам на его руке, взял парня за пальцы, осторожно сжав и оставив влажную дорожку между средним и безымянным пальцами, чуть прихватил зубами кожу на тыльной стороне ладони, пристально, но уже более спокойно и внимательно глядя в зеленые омуты. Видимо, прочитав в них нужный ответ, Винтер довольно откинулся на постель рядом, отвечая довольным раскатистым смехом на такую характеристику. Одним движением стряхнув с лица и волос пот, разбрызгав прозрачные капли во все стороны, Майк оперся на локоть, повернувшись к Кирстену и стал водить рукой по его животу, изучая пальцами притягивающую взгляд дорожку волос, смешивая колдовское зелье из соленой и терпкой жидкостей на приятной на ощупь бледной коже, так остро контрастирующей с темными волосками. Откровенно любуясь, синеглазый поднял взгляд, вновь более, чем внимательно вглядываясь в ведьмовскую зелень. - Нет. Пока человек. Но в таком жарком аду, как ты можно почувствовать себя кем-то более... - Винтер не договорил, поднеся руку ко рту и демонстративно проведя языком по пропитанным смесью жидкостей желанного тела пальцам, продолжая смотреть Киру в глаза. На большие движения сейчас просто не было ни сил, ни желания. Просто ловить эту приятную негу и знать, что лежащий рядом и, казалось, улавливающий своими невероятными глазами что-то больше всех видных людям смыслов, горячий парень никуда не денется и можно будет не раз продолжить это запредельно горячее сумасшествие. Было ли с кем-то так...остро, ярко, будто на одной волне? Пожалуй, что нет... Не думалось в такие моменты о каком-то более, чем телесном единении. Но сейчас что-то на мгновение кольнуло в мозгу. Черт его знает, что это было. Просто в этот момент хотелось привязать Кирстена к себе и никому не отдавать. И неважно, надолго ли хватит этой мысли. Тело парня стало тяжелым, но это тяжесть была жутко приятной, как и щекочущее ухо дыхание, от чего Кир прикрыв глаза просто отдавался такому моменту единения их тел. Изнеможенные, горящие, но такие тянущиеся друг к другу. Просто потрясающе. Майер улавливает эти вибрации тела партнера, как он откликается на любой контакт и это завораживает и пленит одновременно. Он определенно желал повторить это маленькое путешествие. - Мм...Как же приятно,- с улыбкой урчит он, под влажной лаской, которая накрывает и не менее чувствительные пальцы и у Кира прошлись мурашки от этих мест до самого позвоночника, заставляя выгнуться и пьяно заглянуть в дурман голубизны напротив. Господи, да как можно быть таким горячим? И этот укус. Да, до коликов по фалангам, до яркого огня в глазах, что хоть бери да снова заваливай его на себя и отдавайся до потери пульса! Наблюдая за весельем Майкла, парень прогнулся, от мягкого контакта, что пускал томные мурашки по телу, заставляя подрагивать. Переворачиваясь к нему, он улегся на живот, проводя кончиком носа от чужого плеча к ключице и прихватил ее губам, довольно скалясь. - Ох, то есть пока...Ты планируешь заглянут на огонек в преисподнюю? - заливисто рассмеявшись мальчишка, с прищуром наблюдает за этим пошлым жестом и облизнувшись прикусил его за предплечье. Сложно оторваться от этого взгляда, в котором столько скрытых еще чертей, что желание познать каждого из них буквально душило. Рукой он поймал чужую и притянул к своему рту, накрывая те влажные пальцы, что только что ласкал язык хозяина и он обнял их губами, с мычанием опустившись вверх и вниз и тут же отпрянул, подмигивая. Их вкусы смешались, но недостаточно, и парень прошелся подушечками пальцев по опавшей плоти и спустился ниже, обнажая крайнюю плоть и давая головке выглянуть, чтобы собрать с нее остатки горячим языком, прижмуриваясь и облизывая. - Ммм..чертовски вкусно,- с ухмылкой тянет он и снова переползает выше, обдает чужие губы жгучим дыхание, устраиваясь рядом. Теперь миссию можно считать выполненной, а бегущий по венам остаток эндорфина - сладким окончанием этого бешеного трипа. Расслабиться и дать телу немного передышки, что явно потрясено незабываемый приключением. - Скажи.. Майкл... а что тебе еще нравится, кроме бьющего по телу ветра.. мотоциклов и ураганного секса, с каплей вкусного пойла? - устроившись на спине, он переплел его пальцы со своими и вновь посмотрел в синеву глаз спутника. Смех рассыпался зеркальными осколками по небольшой комнате и замер, оборвавшись от такого необычайно чувственного и по домашнему уютного касания. Томно вздохнув и покрывшись мурашками, Майкл зарылся пальцами в черные волосы, перебирая их и почти нежно массируя кожу головы. Редко грубый Винтер позволял себе такое. И вообще слишком часто после секса ему больше не хотелось касаться партнеров. Некоторые откровенно пугались и сбегали от грубых ласк сами. Некоторые были недостаточно чувственны для не в меру темпераментного синеглазого. Но этот...что-то было в нем такого, что притягивало сильнее тела и этот факт откровенно пугал Майкла. Но...черт с ним. Сейчас есть только этот момент. Привычка брать от жизни то, что дозволено и нет, победила все опасения. Майкл снова улыбнулся, прищурив глаза и провел пальцами вниз по шейным позвонкам, слегка касаясь кожи ногтями. - Меня даже туда уже не пустят. - в голос заржал Винтер. - Но ты же будешь моим личным адом? - хитро подняв одну бровь заявил он неожиданно для себя. Довольно рыкнув от укуса, Майкл откинул голову назад, открывая беззащитную шею и инстинктивно хватаясь за волосы Кирстана. Ох уж эта привычка контролировать пусть сейчас даже и такую приятную ситуацию. Нахмурившись и отпустив его обратно, синеглазый завороженно следил за его манипуляциями. Вот же бесстрашный! Прикосновения к чувствительным пальцам вырвали из легких новый рычащий выдох и Винтер, прикрыв глаза, подался вперед, почти перестав дышать от касаний лишь на время успокоившего свой пыл естества, среагировавшего вновь зарождающимися признакам сладкой пульсации, отключающей мозг. Просто идеально! Остается лишь взглядом довольного охотой льва заглянуть в эту зелень глаз и по хозяйски положить руку на грудь своего неповторимого трофея, обведя сосок и поиграв колечком пирсинга. Уже серьезный взгляд глаза в глаза и легкий ступор от вопроса. Довериться ли? Насколько? Да черт с ним. Возможно, они больше не увидятся...в такой обстановке, да и вообще в жизни. Так что... - Мне... - покрывшийся дымкой задумчивости взгляд. - Мне нравится быть живым. И иметь право быть разным в этой жизни и чувствовать ее. А ты? Что любишь ты, Кирррстен?.. - приблизиться к уху и тихо прошептать это имя горячим выдохом, сжав чужую руку в своей, вновь блеснув похотливой хитринкой синих глаз, через мгновение снова направленных в глубину завораживающих кислотно зеленых коридоров, этих наиярчайших химических адских огней. Парнишка прижмуривался, чувствуя, как волны приятных импульсов бегут по коже головы, когда парень блуждает по локонам и дальше, заставляя Кира чуть ли не мурлыкать от удовольствия. В такие моменты он больше походил на кайфующего кошака, что спрятал свои когти и давал себя понежить. Майер любил такие ретивые перемены, после адской гонки полной животного и яростного крика изнутри. Ведь когда все так гармонично мешается - это самая лучшая смесь. А бурю в друг друге они еще успеют разжечь и почему-то ему казалось не один раз. Он сам мог по пальцам пересчитать людей, что действительно западали в душу, и к которым тянуло. Но Майкл определенно поймал с ним одну волну моментально, что просто завораживало его чертят и они так и тянули свои лапки к этому объекту вожделения. Брюнет повел головой, опуская ее вниз и шумно выдыхнул от приятных скольжений, сам же отираясь щекой о чужую руку, довольно поблескивая зелеными на того. - Ахахаха, вот как. Даже дядюшка Люцифер шугается твоей сущности, - хищно скалится подмигивая ему и вытягивается всем телом, прикусывая нижнюю губу голубоглазого и оттягивая ее на себя. - С удовольствием буду твоим персональным адом, - проурчал он в изгиб, что так любезно предоставили и Кир искусывает тот вдоль и поперек, всасывая кожу и метя каждый сантиметр. И этот властный жест по прядям, лишь добавляет остринки в такой момент. Словно напоминая: "играй, но не заигрывайся." С жадностью прослеживая за тем как смеются эмоции на лице второго, это было незабываемое зрелище, от которого не отвести глаз. Тем более, когда ощущаешь отклик тела, когда все внутри так же тянет и вопит - еще! - Ммхх...- но тут же обмякает от чужих прикосновений и просто наслаждается такими незатейливыми заигрываниями, от которых ореол тут же предательски съеживается. Кир вопросительно избегает бровь, замечая настороженность Майкла, но пытливо ждет. - Отличный ответ...оохх..мм...- мальчишка прижался щекой к своему плечу, буквально млея от пленительной дрожи бегущей по коже его голоса. И вновь натыкается на синеву этих океанов, смотря с затянутой дымкой взглядом. - Оу, могу сказать, что у нас весьма схожие вкусы, черт возьми..- губы нарисовали лукавую улыбку и он добавил, - мне нравится проживать каждый день на грани. Нравится пробовать все новое и близззко знакомиться с чужими пороками...нравится, когда эмоции хлещут через край... Некий маньяк до подобных вещей, готовый черпать их горстями. И конечно же наслаждаться жизнью во всех ее смыслах, - усмехнулся дернув головой, - живем мы в этой шкурке один раз и надо брать все, что эта, сучка, жизнь готова нам дать, раздвигая ее стройные ножки...- прикусывает нижнюю губу, проводя рукой по внутренней стороне его бедра и вновь смотрит в упор, - и трахнуть ее вдоль и поперек... - смеется, сверкая пылающим азартом взглядом и мечтательно улыбается. Да, хотеть можно многое, и Кир не привык отказывать себе в своих хочу. Внимательно приглядываясь к зеленоглазому чувственному откровению, расположившимуся рядом и просто мерцающему яркими огнями совершенно разных сменяющихся с быстротой кадров захватывающего кино эмоций, Винтер откровенно любовался. Услышав почти признание того, что не только Майкл намерен не один раз созерцать опытным взглядом истинного вуайериста пляску чертей в глазах напротив, парень прикрыл глаза, отдаваясь на мгновение ощущениям, растворяясь в них без остатка. Что-то большее, чем контакт тел, что-то более откровенное, чем проникновение, что-то надтелесное окутывает теплой волной ощущений от этих слов. Даже странно. Ну да ладно. Разберемся по ходу действия, как говорится. Рыкнув и подаваясь вперед от новой порции игл под кожей от очередного провокационного касания, Майкл схватил Кира за руку, направляя в нужной мере наглые пальцы к особо чувствительным участкам кожи, проводя чужими ногтями по своему не остывшему от забега зашкаливающей страсти телу. Раз уж парень собрался быть его личным адом...пусть соответствует. Понежившись в руках такого отзывчивого и до запредельной грани приятно порочного, как и он сам, в принципе, парня и услышав вполне устроивший его ответ, Винтер сладко потянулся, до хруста в суставах растягивая каждую до приятной дрожи напряженную мышцу крепкого тела. Полюбоваться откликом довольных чертей в зеленых глазах на зрелище напоказ персонально для одного зрителя и в наглую сгрести в охапку такое приятное влажное, по змеиному скользкое от пота тело, которое хочется изучать снова и снова всеми возможными и невозможными способами. И он это сделает не раз. А пока...чтобы точно удержать в руках свое приятное ночное приключение, нужно выйти из воды хотя бы сухим, а не чистым. Заодно можно кое-что проверить. Прогулявшись напоследок руками по позвоночнику парня, наблюдая вновь настолько приятную ответную реакцию, Винтер неохотно отцепился от запредельно желанного тела. Оглядев номер, Майк с трудом нашел свои штаны и выудил оттуда навороченный телефон. - Сохрани себя как "Мой личный ад" - пророкотал он на ухо зеленоглазому, проведя телефоном от плеча вверх по руке парня, вкладывая аппарат ему в ладонь и загибая на нем его пальцы, отметая вариант отказа. - И присоединяйся, Киииирррсссстен! Я в душ. И можем продолжить. Проговорив с истинным наслаждением это имя, в котором был и рык льва и шипение змеи, Майкл хищным взглядом на мгновение впился в зелень глаз и, довольно улыбнувшись, провел большими пальцами по бровям Кира и бережно очертил контур его лица, почти взяв его в ладони. Блеснув напоследок чертями в собственных глазах, парень отправился в ванную. Встав под струи прохладной воды, он с наслаждением смывал с себя следы такой приятной усталости, но мысли упорно подкидывали ему сцену, где это делает Кирстен. Майкл улыбнулся и посмотрел на двери. Он был уверен, что парень придет, а не смоется с телефоном, как это делали некоторые. Хотя...так чаще делают девушки. Винтер поморщился. Похоже, этот парень надолго отобьет у него тягу к прекрасному в человеческих стереотипах, а по факту довольно гадскому полу. Синеглазый никогда не заморачивался в выборе партнеров, но сейчас что-то щелкнуло в мозгу и он твердо для себя решил, что строить долгие отношение он сможет (если сможет вообще) только с кем-то более надежным, чем все сисястые вертихвостки, вечно мелькающие надоедливыми мухами на пути. Никто из них не вызывал в Винтере ничего, кроме кратковременного всплеска гормонов, а после - все возрастающего раздражения и досады от неимоверно тупых манерных бесед и нескончаемой сети непонятных интриг и обманов. Несмотря на порядочное раздолбайство Майкл был верен себе в одном - предателем и обманщиком он не был никогда. И к кругу своего общения парень выдвигал такие же требования, будучи твердо убежденным, что каждый имеет право на честность по отношению к себе. События последних месяцев после свалившегося наследства основательно подкосили веру парня в людей вообще. Но, до боли долбя кулаком в стену, сжав зубы до сведенных скул после потери очередного друга, который, оказывается, другом никогда и не был, Майкл упрямо хотел верить... хоть в кого-то. Но показать это умел только вот такими небрежными жестами, имея гордость, пожалуй, более стойкую, чем напряжение в паху по утрам. Потому сейчас, пытаясь сохранить независимый и гордый вид, Винтер все же с внутренней дрожью поглядывал на двери с сумасшедшей надеждой в глазах. Чуть просветлевший взгляд с хитринкой смотрел на парня, проводя рукой по его крепкому телу, лаская подставленные изгибы и пошкрябывая по ним ногтями. Все еще горяч и не оторваться. Кир довольно улыбается и разглядывает его тело, что поигрывает своими выступами и притягивает к себе взор, давая любоваться этим шедевром. И ведь заставляет прогибаться под его рукой, пропуская мелкие токи под кожу от которых перехватывает дыхание, вынуждая урчаще постанывать. Когда все прерывается, юноша расползается на постели и лениво потягивается с улыбкой смотря на Майкла. - Прекрасно, зато никогда не перепутаешь с другими,- подмигивает, наслаждаясь жгучим шепотом и мимолетной лаской, тут же цепко сжимает пальцами чужую мобилу, начиная набирать номер и сохраняя под соответствующим именем. Чертовски забавный вариант для названия контакта и его бровь поползла вверх, от такого заманчивого приглашения. - Ммм.. с удовольствием загляну на огонек, не шали слишком сильно без меня, - заговорщицки тянет он, кивая на пах голубоглазого, отрекашетив взглядом своих воодушевившихся чертей. Но все демоны мира, как этот человек произносил его имя. Это просто выворачивало изнутри нечто диким, покрывая кожу табуном мурашек. Всего недолго понежившись в чужих руках, мальчишка потерся о его ладони и оставил влажный поцелуй на той, намереваясь очень скоро наведаться в душ к этому красавчику. Закончив ковыряться в чужом телефоне, парнишка отложил его на прикроватную тумбочку и дал себе пару минут. Он прикрыл глаза и перед ним четко стоял образ выражения лица мужчины, когда он кончал в него. Ох, боже, да. Какой же он был откровенный в этот момент и никакие маски не скроют, что ему понравился этот животный марафон, который Майер собирался продолжить. Тело начинало вновь пробуждаться и Кир сыто облизнулся, улавливая, как с его нутра еще мокро выползают струйки спермы, пачкая простыни. Кхм..Пора бы смыть этот потрясающий запах секса и не только. И наполнить себя порцией нового. А вот если бы брюнет хотел слинять, он бы сделал эту еще пару мгновений назад. Но не в его привычках брать чужое и просто уходить без запоминающегося "bis bald". А вот девушки. С ними он вообще был весьма избирательным. Очень редко красотки притягивали к себе его внимание. Слишком приторные и сладкие они были. Слишком нежные и хрупкие. Хотя в прошлом были моменты, когда он грешил. Ооо, эти времена яркими отпечатками рисовались в памяти, но сейчас он определенно желал лишь мужчин. Их страсть, их пыл и их крепкие тела просто заводили не на шутку. А быть в чужой власти - это самое излюбленное меню. Не часто встретишь человека, который мог усмирить переменчивый и строптивый пыл парнишки. А характер у него самого был дико своенравный. Лишь некоторые могли остаться рядом и поделиться сполна тем, чего желал сам Кирстен. Хотя он не любил подпускать людей слишком близко. Как и Майкл был скрытен и увертлив. Но вранье он не любил так же остро, как плевок в лицо или пощечины. Это просто выводило из равновесия, за что хочется человека убивать предельно медленно и со смаком. Чтобы помучился и на своей шкуре пропустил весь это свирепеющий гнев, который закипает в мальчишке от подобного. Ровно как треп ни о чем. Приглядываться, вести долгие дебаты за чашкой чая? Серьезно? Чтобы потом после первого же поцелуя понять, что человек просто скуп на эмоции и кроется за личиной аристократа, увольте это совершенно скучно. Даже партнер с которым был сейчас парень прекрасно знал о его блудливой натуре и в общем-то был в этой черте очень похож, посему брюнет мог спокойно коротать время в объятьях приглянувшегося мужчины. Да и к зеленым бумажкам мальчишка относился весьма спокойно. Все на свете не купишь за шуршащие купюры, а от жизни надо брать максимум. Попробовать все, что жаждет его черная душонка. Заниматься тем, что нравится и не оглядываться назад в прошлое. Все сменяется новыми красками и приобретает самые разные грани. Каждый день. Хотя об этом можно думать вечность, а его спутник наверняка уже заждался. Кисртен слез с кровати и направился к душевой, где совсем недавно скрылась фигура Майкла. Интересно он уже рукоблудит или ждет? С коварной улыбкой подумал мальчишка открывая дверь и встречая обнаженный силуэт под запотевшем стеклом. - Как..же...соблазнительно, - протянул он со смаком, забираясь в кабинку к спутнику и без всяких прелюдий, сжал его скулы руками, заныривая под леденящие струйки воды, что контрастом обдали все тело. А его губы с жадностью истерзывали те, что напротив. Он выласкивал его рот языком, катая шарик пирсы и довольно мычал, проводя ладонями по литому телу. Омывая и распространяя огонь своих рук, мешая его с холодящими ручейками, ласкающими чужое тело и вовсю притираясь пахом о второй. Желая прочувствовать, как внизу снова все начинает тянуть, как сумасшествие новой волной захлестнет рассудок, призывая отдаться порыву без грамма стеснения. Еле заставив себя отцепиться от зеленоглазого, парень снова улавливал в реакциях Кира то же неумолимое притяжение, вызывающее приятную пульсацию в паху и теплые волны по всему телу. С какой-то щемящей нежностью он заглянул в глаза напротив, млея от такой уютной ласки, резко, порывисто вдохнув, раскрыв губы и мгновенно натянул самую развратную улыбку, довольно прищурив глаза, и исчез за дверью. Стоя под струями воды и, то улыбаясь, прикрыв глаза, то вдруг нахмурившись от слишком навязчиво серьезных и невеселых мыслей, Майкл охлаждал разгоряченное, приятно утомленное тело, которое, казалось, мгновенно согревало попадающую на кожу жидкость при одной мысли о сегодняшем неожиданно приятном зеленоглазом спутнике. Что ни говори, этот дерзкий парень, отзывающийся на ласки так горячо и искренне каждым движением, более чем соответствовал представлениям Винтера об идеальном партнере. "Идеальный и сегодня только МОЙ!" - оскалившись и хищно оглянувшись, пронизываясь новой волной более, чем приятной дрожи, подумал Майк, довольно рыкнув, подставляя вновь поднимающийся ствол под приятно холодящие, но явно не остужающие пыл струи. "Интересно, с кем же он будет следующей ночью?" - вдруг с уколом бешеной ревности кольнуло в мозгу. Майк скрипнул зубами и нахмурился. Обещал же себе ни к кому не привязываться ни коим образом. Да и имеет ли он на это право? Ладно. Пока хватит и контакта с провокационным именем в телефоне и того, что сейчас он здесь и лишь одним взглядом и видом вызывает желание сжать его тело до боли и неистово вколачивать в бешеном ритме в ближайшую твердую поверхность. Черт возьми, сколько же огня в нем разжег этот, мать его, ведьмак с не по-человечески зашкаливающими реакциями на близость!.. Дразня себя этими мыслями, Майкл прошелся рукой по чувствительным точкам вдоль и поперек изученного тела. Провести рукой по мокрым волосам, впиваясь в свою кожу ногтями, чувствуя, как приятным спазмом стягивает кожу на затылке и загривке. Чаще задышав, Майк опустился руками на плечи, сдавливая мышцы почти до боли и прошелся ногтями по груди, чуть оттянув мгновенно сжавшиеся в твердые стянутые комочки соски. Поймав новую волну дрожи и со стоном резко подавшись вперед, Винтер резко опустил руку вниз, сжимая вздымающийся член, вновь сладко изнывающий и сочащийся смазкой в ожидании Кира. Будто внимая его немой мольбе, в ванную вошел Кирстан, явно завороженный и крайне довольный таким видом парня. Еще бы! Сложно остаться равнодушным при виде того, насколько тебя неистово желают, даже не собираясь и не имея сил этого скрывать. Рыкнув и задрожав от сводящего скулы и пронизывающего заряженными током иглами пальцы чувства запредельной близости тел и единства горячего порыва, Майкл стиснул бока Кира цепкими руками, простонав ему в рот и вплетая язык в жалящий глубокий танец, обводя стальной шарик на языке партнера и в наглую засасывая и прикусывая кончик его языка. Вжав парня в стену и потираясь о него стояком в пока неторопливых поступательных движениях. Горячо. Прекрасно. Но уже не стоит так спешить. И Винтер просто наслаждался моментом, прижимаясь к чертовски приятному на ощупь телу Кира, слизывая с его горячей кожи прохладные капли воды и нежно покусывая за плечо, довольно урча. Эта картинка, которая раскинулась перед глазами, буквально взбудоражила изнутри. Кир дал себе пару мгновений, чтобы изучить оставленные дорожки алых следов на безумно притягательном теле. Таком влажном, но горячем, будто сам ад. А этот гордо стоящий член, и эти руки играющие на нем. Ммм, неужели так же завелся их близостью и уже встречал готовеньким? Хотя, что греха таить, у Майера стоял не меньше, его тянуло, выворачивало и желания били через край. Но стоит оказаться вновь рядом, прочувствовать его пробирающий до дрожи рык, как тело зажигается волной пылающего - хочу. Майер кусает его мягкие губы, до соли, до стали, чтобы смешать это с его собственным и утонуть в безумии, которое захлестнуло этой ночью до коликов внизу живота. Крепкий хват на теле, эти впивающиеся буквально под кожу пальцы, сотрясаются вкусным током боли. А язык Кира нагло и напористо толкался в чужой рот, переплетаясь с языком Майкла. Исследуя его десны, проскальзывая по ряду зубов и глубже до корня языка. Сладкое мычание с плена языка и беснующие глаза так и сверлят чужую голубизну. - Нгххмм....- мальчишка откинулся на стену затылком, наслаждаясь властью, которая сейчас была в руках парня и его пальцы скользнули на затылок, пропуская влажные прядки меж них, поглаживая по голове кончиками и стискивая локоны у самых корней. Пока бедра толкаются на встречу ко вторым, пока импульсы кайфа прошибают каждый нерв до умопомрачительных искр. - Мнгхх..ммхх...- Кир кусает свои губы, выгибается к нему и смакует его горячий язык, что обжигает по прохладной от катящихся струек воды коже, заставляя сладко простонать на укус и сильнее потянуть за волосы. - Черт...ммм..какой же ты горячий...- сбивчиво тянет, улавливая, как член притирается к чужому, как напряжение плоти передается в собственное. Просто невообразимо хорошо. И свободная рука скользит вниз сжимая оба ствола у основания, начиная поглаживать, изучать пульсирующие под пальцами вены обоих. Подается к нему, кусая за скулу, шею, чертит языком к плечу и оставляет там яркую метку зубов, вгрызаясь теми почти до пьянящего вкуса крови, тут же зализывая это местечко, будто извиняясь за свои позывы. Но сразу сильнее сжимая оба члена рукой, чтобы резче пройтись по обоим, чтобы дать прочувствовать, как сильно его заводит Майкл. Майкл. О, Майкл. Этот имя он запомнит и будет с удовольствием кричать в порыве страсти. Отдаваясь каждому моменту, отдавая всего себя, потому что хочется, потому что дико и остро в его объятьях, под ним. На нем.. Сколько же еще мест и поз им предстоит изучить и опробовать в-ме-с-те. Впившись горящим взглядом в тело Кирстена, Майкл неимоверно довольно улыбнулся, хищно проведя языком по нижней губе и сладко застонал, на мгновение прикрыв глаза и оказываясь в приятно безумном водовороте прикосновений и ощущений, отвечая на них так горячо, как требовали оба пылающих факелами тела. Жарко выдохнуть в этот умеющий так обворожительно развратно стонать рот, чувствуя, насколько громким пульсом отдается в голове каждый звук и как будоражит кровь вкус стали и смесь из искрами пробегающей по венам боли, смешаной с приятной тяжестью сладко утомленного тела, вновь неистово загорающегося огнем желания. Влажно, глубоко, не успевая дышать воздухом, а лишь упиваясь вкусом этого пристанища очаровывающих нот вожделения, изучать языком самые потаенные глубины, входя в них горячим ураганом, стремясь проникнуть невозможно глубже, изучая возможности. Шумно вдохнуть, отрываясь от приятной влажности губ лишь для того, чтобы судорожно, как после долгого погружения, хватать воздух, напитывая словно разрывающиеся и горящие легкие. Резко дернуться, мгновенно покрывшись мурашками от касания волос, повести головой навстречу руке, на мгновение замерев и резко вскрикнуть от пронзившего огня по венам, когда рука Кира сжала вновь будто готовый разорваться от напряжения член, сходя с ума от переполняющей его прилившей крови. Два пульса рядом, два безумия, два подгоняющих друг друга ритма страсти, соревнующиеся в своем запредельном напряжении. - Умеешь зажечь, Кииирстееен! - вновь рокочущим стоном выговорить это имя, чувствуя себя одновременно таким мощным, способным сокрушить любую преграду и одновременно беззащитным под этими развратно ласковыми руками, под возбуждающим гипнозом этих пронзительно зеленых глаз. Утопая в ощущении сладкой дрожи почти до транса, до полной нирваны от горячих действий этого умелого рта. Прогибаясь и дрожа, позволив себе на мгновение прикрыть глаза, чтобы открыть их и увидеть огонь в глазах напротив. Такой одновременно покорный и смелый в проявлении своей страсти, резкий и порывистый, но нежный в своих таких искренних ласках, от которых подкашиваются ноги и руки до боли, до синяков сжимают тело зеленоглазого. В глазах просто темнеет от зашкаливающего буйства гормонов, когда рука Кира сильнее сжимается на рвущейся в бой плоти. Похабно простонать, не в силах сдерживать в себе этот ураган страсти. С таким горячим смельчаком, способным выдержать его напор и порой даже грубость, хотелось творить немыслимые вещи, быть почти жестоким и одновременно беречь это невероятно чувственное создание. Сжимая в своих руках так неугомонно и немыслимо приятно ласкающего его Кирстена, Майкл больше наслаждался состоянием предвкушения приятного соития, чем самим процессом. Вот стоит перед ним, просто растекаясь лавой в его руках и приводя в такое же горячее, нечеловечески приятное состояние его самого, такой притягательный, почти совершенный шедевр. От понимания того, что в любой ближайший момент, который выберешь сам, можешь овладеть этим телом, вырывая из него настолько будоражащие развратные стоны, просто сносило крышу. Будто организм забыл о том, что только что было, желая снова и снова заново открывать этот бесценный подарок этой сумасшедшей разгульной ночи. Притянув к себе парня, бережно положить руки на его ягодицы, чуть сжимая и толкаться вперед в его руку, любуясь горячим танцем двух вздымающихся стволов. Поднять глаза на лицо зеленоглазого и вновь на мгновение утонуть. - Целый бестиарий! - завороженно и почти восхищенно проговорил Майк, глядя в упор в эти кричащие горячие глаза. - Как же хочу тебя! - почти рычащий вскрик и резкий удар по ягодице. - Хочу! - мурлыкание кота на ухо и бережно прошедшаяся по позвоночнику рука, едва поглаживающая кожу. - Хочу... - чувственный шепот, обжигающий дыханием и резко вставленный в горячее отверстие палец. Замерев, Майкл смотрел и не мог насмотреться на Кирстена, собирая все самообладание в кулак, чтобы подольше растянуть эти ощущения. Эти стоны ползли мириадами дрожи по коже, как же откровенно он сгорал вместе с ним без единого шанса на спасение. Завораживающе и опьяняюще одновременно. Жалящий водоворот желания с новой силой рождался в теле, пропуская через него негу истомного возбуждения, заставляя глаза пылать адской бездной, проглатывая ртом дыхание Майкла, мешая со своими звуками и облизываясь развратно, чтобы собрать каждую оставленную капельку крови и чужого вкуса. Практически задыхаясь от глубокого напора, что не уступает и захватывает инициативу. Мыча от этого безумия и упрямо требуя реванша, выталкивая его язык из своего рта и тут же приглашая, поигрывая кончиками, облизывая по бокам и по внутренней стороне, лаская бархат кожи и вен. - Хах..ха..мха...- сбивчиво задышав, Кир втягивал клочки воздуха, которые наконец-то ворвались в глотку, от чего кружится голова и разум плывет по волнам бесконечного удовольствия. С нажимом ведя рукой по густым локонам, что ласкали пальцы своей влагой и мягкостью, мальчишка с упоением наблюдает за каждым выгибом партнера. За его раскрывающимися губами, рвется вперед, чтобы втянуть нижнюю, чтобы всосать ее ртом и прикусить, чтобы остро улавливать, как дрожь чужого тела пробивает собственное немыслимыми спазмами эйфории. Там в самом низу, где два естества под тугим кольцом пальцев, притираются друг о друга, сливаясь в едином порыве, буквально обжигая ладонь общим жаром желания. - Оо...это мое любимое занятие, - хищно урчит в его губы в ответ, отливая в зеленых омутах своих чертят и буквально каждый волос на теле встает дыбом от рыка парня, который заводит своим звучанием, будто самая охуенная симфония когда-либо придуманная человеком. Рука съезжает с волос на его торс и брюнет цепляет подушечками пальцев сосок того. Сначала сжимает его, покручивая и оттягивая и после поглаживает большим пальцем придавливая и разглядывая в лице напротив всю гамму чувств. - Нгааааааааххх....- похабный вскрик и ...ох эти крепкие руки, что буквально под самую плоть забираются, выжигая по телу мертвые отметины клокочущих спазмов боли. И ладонь непроизвольно начинает быстрее и быстрее двигаться на их стволах. Будто желая вытянуть все соки под чистую. Даже собственное тело содрогается от будоражащего наслаждения. Внутри все трепещет и окутывается нестерпимой лавой, словно они совсем не стоят под холодными струйками воды, что омывает их изнеможенные, но все еще тянущиеся друг к другу тела, у которых во всю открылось второе дыхание. Толкаясь всем телом ко второму, Кир оттягивал кожу на их членах, скользя подушечкой большого пальца по головкам и мешая их смазку, надавливая на дырочки уретры и вновь опускался вниз, вверх. Еще быстрее, еще крепче, туже сжимая и не закрывая рта в своих откровениях. - Нгаахх..ахх..мм...как...же хорошо...м... еще...еще..ещщще.. - как же нравилась эта хватка на его заднице, он подавался к этим крепким рукам, собирая языком по ключицам влагу и капли соли, кусая и всасывая кожу. По шее, по изгибу, по выпирающей яремной, чертить ту языком и простонать звучным стоном от шкалящего удовольствия, крутящее внизу живота все петлей удавки, готовой лопнуть от такой бури страсти. Откидывается снова и заглядывает в голубые океаны, такие пылающие своей синевой, что с ума сводит одним лишь этим пристальным. - М..маайклл...- шумно выдохнуть его имя, со смаком протягивая его возбужденным голосом, ведь их желания так совпадали. - Нгааахх..ммм..- дрожь тела и выгиб к нему, под хлесткой волной жалящей по ягодице, но такой одуряющей все, тело, что весь сжимается. - А как же хочу тебя..я...м.м....- сбито прошепчет и оближет его губы, постучав сережкой по чужим зубам, - вот он весь я..бери.. мммххх.. - собирает влажным его рычание и стонет, стонет черт подери, потому, что внутрь уже толкается фаланга, на которой его мышцы как предатели вздрагивают, окольцовывая вторженца, и он сам ведь выставляет ягодицы к нему. Двигается тазом, вперед и назад и снова и снова, чтобы насадиться, чтобы требовать еще, чтобы почувствовать больше и взорваться экстазом похоти одной на двоих. И пускай это не кончается, пускай съедает заживо и горит. Да! Да! Как же невероятно сладко, остро, горячо! Не придумало человечество таких слов, чтобы выразить всю гамму этого бешеного вихря ощущений, которое овладело телом и сознанием, не давая ни единой возможности и не допуская ни одной мысли о том, чтобы хоть на миг остановиться, вырвавшись из этого водоворота страсти. Так желая досконально изучить это тело, сходить с ума от невозможности замедлить время и не рваться к нему...в него на всех парах, едва контролируя до дикого спазма напряженные мышцы. Неистово лаская тело Кира и подаваясь каждой клеткой собственного разгоряченного тела навстречу его движениям, Майкл просто терял чувство реальности. Боже! Да Кастанеде под его кактусами не снился тот параллельный мир его личного развратного ада, этого рая для его чертей, довольно скалящихся из будто искрящих синих глаз, будто пронизывающих Кира насквозь. Резко ухватив зубами верхнюю губу парня с грозным рыком, тут же обласкать ее губами, втянув в горячий плен рта, посасывая нежную кожу с острым привкусом стали. -Профессиона....ааааально занимаешься! - резкий толчок и судорожный выдох от манипуляции с чувствительным соском. На секунду прикрытые глаза, чтобы вновь открыть и утопить своих блаженствующих чертей в горячих ядовитых зеленых омутах. -Ммммм.....аааааах ты! О даааа! - не умещающееся в теле вожделение вырывается наружу сбивчивым дыханием и неимоверно откровенными восклицаниями, достойными именно этого искусителя. Майкл сам даже сквозь туман вожделения испугался того, как сильно схватил парня за ягодицу. Но, похоже, тот от этого явно не страдал и Винтер решил сегодня совсем отпустить тормоза, раз уж с этим развратником можно почти все, ведь так ловит он нескончаемую волну горячих прикосновений, даже половины из которых многие не выдерживают. Признание во взаимности зашкаливающего желания подстегнуло еще больше. Каждое новое касание стало больше, чем откровением. Майкл Винтер здесь и сейчас не просто касался горячей кожей тела партнера с желанием взять, овладеть, он и сам отдавался и сгорал в этом огне. Еще один слишком пронзительный взгляд, кричащий "ты меня запомнишь" и резкий укус в шею. Уловить новую волну дрожи в теле Кира, пропуская ее через себя и со злобным смехом резко отстраниться, убрав палец, чтобы горячо прошептать на ухо "Беру. Тебя всего", опуститься жарким ртом вниз, играя с пирсингом в соске, резко опуститься к паху, без предупреждения заключая пульсирующий член в горячий плен, изучая языком каждую вену, обводя головку и проникая в уретру. С пошлым причмокиванием оторвавшись, облизнуться, поднимаясь, чтобы вновь посмотреть в эти глаза. Подхватив на руки оперевшегося о стену, почти не держащегося на дрожащих ногах Кирстана, Майкл, вновь притираясь стояком к стояку, вынес его из ванной. - Тебе точно понравится, как продолжится эта ночь... - пообещал он, заваливая его на кровать и зачем-то сунув руку под матрас. Такая отдача пленила, будто уникальное творение высшего оказалось в руках Кира и он мог наслаждаться и вкушать его страстные позывы, вырывающихся бесов, которые запускали свои клыки, когти под самую плоть. Оставляя, метя своими отпечатками, словно говоря, что эта ночь отпечатается не только в сознании самым незабываемым фейерверком. И он верил, что этот аттракцион способен поглотить и вытянуть все соки, но с вожделением отдавался на волю случая. Ему. Майклу. - Ааааааааххх..Ма..маайййкклл.. - резкий толчок бедер вперед, резкое движение обоих стволов в тугом плену руки и мириады разноцветных пятен бегут перед глазами, вместе с хватом чужих зубов на губе. И этот укол дурмана болезненного трепета, да, черт возьми! Майер мычит, стонет, хватается за него и неугомонно ловит и его губы, облизывается и пошло улыбается в его глаза смотря дьявольскими всполохами своих. - То ли еще будет...милый совратитель демонов, - усмехнулся он в ответ, откидываясь к прохладному кафелю и весь изгибаясь волной, разглядывает, как соски сжимаются под его играми, добираясь пальцами и ко второму, чтобы не обделить вниманием и так же крепко сжать, потягивая и перекатывая нежную плоть. Даже губы уже все стали алыми после этого зверя и плевать, ведь это так заводит, когда он поджимает нижнюю и собирает с нее остатки солоноватого вкуса. Потрясающее. И смотрит, наблюдает за ним, ведь он так прекрасен в своих стонах и этой дрожи, что набатом бьет в собственное тело. - Дьявол...мммххх...- шипит и рычит одновременно, ведь эти мертвые хваты просто вытягивают всю душу, намереваясь ее как минимум изнасиловать, ровно как и тело, что трепещет и судорожными вздрагиваниями поддается этим призывам. Как же завтра будет все ныть. О, да, он точно знал. Но это того стоило, однозначно. Их пламя могло спалить все гребаный мир, как рьяно они рвались к друг другу отдавая столько же сколько и брали. Это так подкупает, так изводит и сокрушает, что подсаживаешься будто наркоман на дозу и своего дилера Кир запомнит и не оставит в покое. - Мааааааааааайкккккллл...Ох! Ты ...ж...чеееррт...- звонко восклицает, запрокинув голову, буквально захлебнувшись своим воплем от этого жаркого укуса, что ворвался под самую кожу и расползался миллионами импульсов. От боли до сладкой мучительной услады. Что кончики пальцев на ногах поджимаются, а в глазах плывет, плывет и это только начало. - Мххх..ммм... ты..меня с ума сведешь.. исчадие ада... - то ли жалобно, то ли с мольбой продолжать не разберешься уже. Майкл был везде.. Вот он вроде только что вгрызался в изгиб, а вот он уже у ореола, что тут же сжимается и ...Кира выгнуло дугой, когда партнер так неожиданно оказался внизу и его горячий рот накрыл его изнемогающий стояк, пропуская по нему вспышку острого кайфа. Парень сжал его пряди и с громким стоном зажмурился, наслаждаясь этой лаской, взвинчивающей каждый нерв. - Хах...мнгах..ты..что мысли читать умеешь? - парень буквально сам собирался проделать тоже самое, но с чужим хозяйством, но этот бесстыдник просто наглым образом превосходил все возможные варианты. Майера потряхивало, он дрожал и обвивал шею голубоглазого, уже намереваясь как минимум его оседлать прямо здесь. Но тут его выносят обратно, давая прочувствовать их ритмы бьющихся на стволах вен, заставляя ерзать и притираться, будто можно было быть еще ближе и теснее друг к другу. - Сколько же еще таких приятных сюрпризов у тебя в рукаве? - часто глотая воздух, смотрел на него юноша, распластываясь на постели и проводя напряженными пальцами по чужому торсу. Оставляя еще новые красные дорожки, с рыков подаваясь к губам. - Хочу..хочу..все...покажи мне..дай..всего себя...- хищно, грозно и требовательно тянул он в его губы, облизывая их, дразня и скашивая взгляд на поползшую в сторону руку, изогнув вопросительно бровь. Хм....Что у него там еще запрятано? Откровенные восклицания Кира просто окончательно сносили Майклу крышу. Градус вожделения зашкаливал настолько, что перерастал все телесное, будто на более глубоком уровне объединяя их порывы. Была у Винтера такая необъяснимая способность "читать" людей, которые его окружали. Мысли, чувства и намерения других будто проникали в его мозг мгновенным импульсом и парень откровенно терялся, гадая, как же он мог умудриться такое почувствовать и совершенно не понимая, что с этим делать. Хищно оскалившись над заваленным на кровать Кирстеном, Майк резко вытащил из-под матраса кинжал. - Ты только ничего не бойся. Не бойся. - даже в пьяном дурмане страсти понимая, как это выглядит, почти ласково прошептал он на ухо Кира и осторожно провел навершием по мочке уха. Почти замерев, очертил гардой контур лица и коснулся острием пирсинга в соске. Лязг металла отдался в ушах будоражащим кровь звоном. Майкл заглянул в зелень глаз, проверяя, все ли в порядке и не слишком ли он поторопился с демонстрацией своих пугающих фетишей. Но, похоже, Кирстен был не из пугливых. Почти восхищенно наблюдая за похотливым блеском этих откровенно блядских глаз, Винтер довольно заурчал, продолжив изучать таким острым способом лежащее под ним тело. Собрать лезвием с груди и живота влагу, демонстративно облизав собранный трофей, снова блеснув в этот откровенный момент пляской чертей в глазах, приглашая в этот ритуальный танец весь бестиарий из глаз напротив. Опуститься вниз, подбираясь неспешным змеем искусителем, мягко раздвинуть ноги Кира, проведя лезвием под коленными чашечками и, отложив кинжал в сторону, жадно, неистово припасть ртом к манящему отверстию, вылизывая каждую складочку со зверинным рычанием, проникая языком внутрь. Дрожащими руками сжимать до боли ноги партнера, то сжимая до синяков бледную кожу, то едва касаясь проходиться по ней ногтями дразнящими мурашками. Напряжение в паху вновь стало запредельным. Майкл, тяжело дыша, приподнялся над Кирстеном, приставив сочащуюся головку к дырочке. Плавное движение вперед, будто на волне, которая несет сама и ты почти не чувствуешь своего тела и снова сладчайший плен этого его личного жаркого ада. - Ааааа...Да! Сегодня...я твой! Я в тебе! Вот он я. На! На! На! - в такт фрикциям выкрикивал Майкл. Замечая этот заговорщицкий взгляд и после переливающую в чужой руке сталь, глаза парня вспыхнули сотней оттенков от восторга до жгучего вожделения. Он просто обожал холодное оружие, особенно, когда человек знал как с этим управляться. - Оо.. Майкл, такими игрушками меня не напугаешь..скорее наоборот,- расплываясь в хитрой улыбке, мальчишка прогнулся под мужчиной и провел ладонями по его плечам и вниз по рукам, прочерчивая каждый мускул и напряжение ногтями, что сковывало возбужденное тело. Пока сам покрывался сладкой дрожью от его безумно заводящего шепота, который сменился прохладой металла, заставляя закусить нижнюю губу. Майер осторожно повел головой к ласке, что прошлась по лицу и скашивая глаза на то, как лезвие проехалось по сережке, как захватывающе этот интимный контакт полоснул по нервам и мальчишка издал тихий, но пошлый стон. Его глаза встретили те, что отливают голубыми переливами всех оттенков и будоражат каждую клеточку тела, не скрывая, что все что вытворял Майкл пленило и подсаживало окончательно. - Не останавливайся...ммм..это так заводит...безумно нравятся ножи.. и как они ...оохх... - парнишка выгибался и подставлялся под острые контакты стали, чувствуя, как по телу прошибает ток от этих извращенных прелюдий, теряя даже дар речи. Кир сжимал его ногами, запрокидывал голову и призывал продолжать эту игру на грани, сверкая похотью в зеленых глазах и проводя подушечками пальцев по тем местам, где только проезжался нож. Каждый след был таким приятно колким, что хотелось продлять эти моменты снова и снова. Особенно, когда чужой язык скользит по стали, раздрачивая и без того натянутые нервы и все внутри трепещет от восторга. - Ммм...черт...да...- распластываясь на простынях, брюнет раскрывается ему и дает дальше изучать свое тело, чуть подрагивая от касания по чувствительным участкам и тут же вынудить прогнуться дугой в звучном стоне, сминая под собой простыни. Как же горячо и влажно он проводит по сжимающемуся колечку мышц, что тут же призывно запульсировало приглашая войти глубже и Майкл проникнул дальше, обдавая нутро своим обжигающим дыханием, выворачивая наизнанку все внутри. - Ааахх..божже..Ма...айккл... - вскрики слетали с губ, он журился и кусал свои губы до солоноватого привкуса во рту, вздрагивая и чуть ли не прорывая похрустывающую под пальцами ткань, не в силах сдержать животные позывы своего тела. Член рьяно приподнимался и подрагивал в такт движениям голубоглазого. Казалось лишь от этого уже можно излиться. Но нет, только когда он сможет чувствовать этого горячего самца в себе, его упругий ствол внутри своего тела, каждый его дюйм. И стоит Майклу оказаться ближе, как Кир тянет к нему руки и полосует по торсу, оставляя яркие метки с громким возгласом выставляясь и смыкая мышцы на влажной плоти. - Ох..да! Дааа! Все..демоны мира..даа...- выгибаясь и вздрагивая от накрывшего экстаза, ведь он наконец-то был опять внутри, такой жаркий, твердый и весь в его власти. Что может быть желанней? Кир дрожал и упивался его рваными толчками, что пробивали все внутри импульсами жгучего тока, отдающего по низам и вынуждающих срывать глотку на сип от удовольствия. Майер рывком подался к нему и схватившись за шею дернул на себя, впиваясь голодным поцелуем в его горячий рот. В который раз толкая языком по второму и стоная глухо в эти пьянящие губы, насаживаясь задницей на весь его внушительный размер, ненасытно и дерзко требуя ни на миг не прерываться. Заводясь еще больше от такой смелой реакции Кира на атам, от которой хотелось всадить лезвие в кровать в сантиметре от его тела и располосовать насквозь матрас, Майкл утробно зарычал, улыбаясь больше чертями в глазах, чем ртом с покрасневшими, распухшими от долгих грубых поцелуев губами, которым все еще было мало. Казалось, все пространство вокруг было настолько густо пропитано сексом, что такая концентрация не могла измеряться ни в каких зашкаливающих процентах и градусах. Каждый мускул, которого касался Кирстен, будто звенел натянутой струной, извлекая из парня самые пошлые и развратные звуки. Впиваясь глазами в горячую ответную реакцию зеленоглазого сладкого ада на каждое холодное прикосновение, Винтер чувствовал себя горящей кометой, бороздящей безграничные просторы этого порнокосмоса по имени Кирстен, который сегодня был полностью в его распоряжении. Хищно улыбаясь на откровенные развратные просьбы и желая, чтобы их было больше, чтобы Кирстен, будучи не в силах контролировать себя умолял его о каждом движении навстречу своему телу самыми грязными, пошлыми словами, Майкл продолжал истязать сладкими пытками этот подарок развратной ночи, который хотелось разворачивать не спеша, смакуя вкус этого неземного вожделения. Но как же это было сложно. Этот обмен огнем завораживал и нес по течению реки похоти, не позволяя даже выглянуть на поверхность. Двигаясь в вожделенном теле, Винтер чувствовал, что скоро сознание снесет новая волна экстаза. Нечеловеческим усилием, стиснув до боли челюсти и вцепившись руками в кровать, он замер, дрожа и закрыв глаза, пытаясь выровнять дыхание. Это получалось с трудом. Распахнув синеву глаз и и глядя со смесью нежности, похоти и мольбы в зеленые глаза, он провел дрожащей рукой по щеке Кира, с трудом проговорив сквозь бешеный ритм дыхания и все заглушающего пульса: - Подожди...я хочу...дольше...тебя...в тебе...подожди... - загнанно шептал он, не двигаясь, ожидая, когда накрывающее гудящие яйца напряжение чуть отпустит, чтобы после прийти еще более крышесносной волной, сносящей все на пути. Проходясь руками в еле ощутимых нежных касаниях по бокам парня, рисуя узоры подушечками пальцев на его животе, Майк кайфовал уже от одного факта присутствия под ним, в его власти, этого прекрасного горячего тела. Пронзить новым взглядом зеленые омуты напротив и без предупреждения снова толкнуться в нем, с ходу взяв новый бешеный ритм. Новая волна накатила почти сразу. Резко выйдя из вожделенного отверстия, подняться над парнем, потрясая пульсирующим органом с раздувшейся головкой перед лицом зеленоглазого. -Возьми....возьми...Кииир...стееен! - с мольбой простонать, с трудом выговаривая каждый звук, теряясь в этом пьянящем космическом удовольствии. И неизвестно в чьих руках...или не руках...сейчас власть над такой приятной ситуацией. Да и не важно. Просто есть зашкаливающее желание и жажда жизни. И тот, чье имя, тело и взгляд и одни лишь мимолетные воспоминания о них долго еще будут отдаваться в крови бурлящим вожделением. Ох, этот пронизывающий до костей рык, он рикошетит по ушам, по черепной коробке и отдается звенящими волнами по всему телу. Ровно как и эти полные похотливого безумия глаза, в них можно черпать горстями обжигающий огонь страсти. Он манит, он зовет и околдовывает своим сиянием и Майер с удовольствием отдается ему. Он так же порочен и несдержан, когда власть тела превосходит все ожидания, когда изнутри вырывается вся тьма скопившаяся в своих оковах и готовая поглотить такого же искушенного, как и он сам. Температура накалялся, их тела пышели жаром, пуская в воздух запах общих феромонов, пропитанных сексом. Они щекочут обоняние и лижут в самом паху, тянут в свои сети и Кир звонче отзывается, раскрывая расцелованные губы в откровениях, что еще не знала эта вселенная. - Нгааахх...жестче.. глубже..быстрее..да..давай..же...нну...ааахх!!!... - истомно выкрикивая все, что приходило в голову, что требовало тело, парень неистово царапал мужчину. Впиваясь напряженными пальцами в его мускулы, цеплял соски, что сладкой пульсацией отражались на подушечках пальцев и вгибался, что есть сил, выпячивая свой развратный зад на нещадные толчки до одури желанного тела. Невозможно, невообразимо держаться, хочется чтобы это не заканчивалось никогда, но так хочется захлебываться в животном истязании друг друга как можно больше. Мальчишка сжимался мышцами так сильно, так самоотверженно отдаваясь Майклу, желая пробить по чужой плоти еще больше жгучих потуг, что самого вело в экстазе, вынуждая ерзать и подрагивать всем естеством. - Ну что же...мхх..ты..Май..Ма...йкл.. не сдерживай этого... прошу..- ладони юноши накрыли его щеки, прочерчивая по контуру острых скул, приласкивая буйствующего перед ним зверя, что сейчас боролся с собой. Ах, Кир прекрасно его понимал, ведь сам был буквально на шаге, чтобы рухнуть в пропасть этого забвения, сжимая свободной рукой свой член, чтобы не спустить из себя нахлынывающее возбуждение. Но чем больше сдерживаешься тем ярче оргазм, верно? Чем дольше они будут друг друга истязать, мучить и сливаться воедино, тем сокрушительней они вместе задохнуться общей потугой бесконечного блаженства. - Ммм..ты... так прекрасен в своих желаниях..мой персональный Бес..- сбивчиво тянет он, а пухлые губы коснулись чужой рукой, Майер втянул большой палец губами, влажно обвел его верхушку языком, ударив шариком ноготь и тут же всосал его в рот. Втягивая и обхаживая, будто бы представляя совсем другое, нечто, что сейчас безысходно сотрясалось внутри его колечка мышц, умоляя не торопиться. - Охх..жее епт твою мать..мммм... - парень резко прогнулся, до судорожного спазма сжимая основание своего члена, что сочился каплями смазки на последнем вздохе сдерживая свой позыв толкнуться и опустить все грани. Пока тело змеей извивается под натиском влажных, но таких горячих рук, что по коже шли обволакивающие нити мурашек. Кир подавался к нему. Он облизывал его шею, собирая солоноватые капли пота, влаги и его незабываемого вкуса. Кусал и метил эти крепкие изгибы на стыке шеи и плеча, и языком до ушной, чтобы как минимум трахнуть его им, имитируя вторжение. Любопытна была его реакция, когда все тело выворачивает наизнанку от требовательного финала. Но его партнер так быстро выходит, что Майера прогнуло с таким разочарованным всхлипом, что казалось его лишили дорожки самого чистого кокаина. И все же голубоглазый предлагал куда больше, покачивая своим внушительным стволом прямо у лица брюнета. Губы тянут хищный оскал, голова уже не соображает, но рефлексы берут свое. - Хочешь..трахнуть мой рот? - лукаво шепчет он в самую головку, облизнув скатывающуюся с дырочки уретры влагу и всеми чертями отсвечивает в густую синеву, резко поднимаясь на колени и толкает мужчину на постель. - Хочешь..почувствовать какого этого... хочешь... узнать как горячо и влажно может быть...Ма...й..к..л.. - его пальцы чертили по внутренней стороне бедра, дразняще катая круги подушечками пальцев у самой мошонки, что уже вся подтянулся наполненная семенем. Язык похабно склоняется к ней и парень устраивается между чужих ног, проводя широко по упругим яйцам, втягивая одно, затем другое, пока рука сжимает крепкий ствол и рвано оттягивает кожу, обнажая нежную и блестящую головку. Губы сразу подбираются к этому вожделенному трофею и накрывают, сжимают и опускаются до самого корня, давая проезжаться головке по языку, небу и в самую глотку, где гланды жадно стиснули чувствительный участок. А Кир утробно заурчал, пробивая по всему члену вибрации звуков. Взяв неторопливы темп он принялся обсасывать это творение богов, сминая выпирающие вены ненасытными губами, что катались по их контурам. Прижимая языком и шариком вены, поигрывая по ним и тарабаня, будто играл на инструменте, который выдаст самую лучшую симфонию - стоны его обладателя. Этот голос, эти крики на грани истерики и удовольствия... Чёрт! Майкл никогда еще ни от кого не получал такой отдачи и просто погружался сознанием в этот пленительный водоворот искрящих ощущений. Пронзая Кирстена взглядом, полыхающим пожаром неземной страсти, будто этот взгляд погостил в аду и ненароком стащил оттуда все силы самого демона похоти, надежно спрятав этот горячий дар за сапфировой синевой, Майкл чувствовал, что почти сходит с ума. Невозможно в здравом уме умудряться так остро чувствовать столько этого вновь и вновь обжигающего огня, что обволакивал сознания и тела, словно сливая их в одно. Ставшие сбивчивыми и запредельно откровенными крики Кирстена будоражили мозг настолько, что, казалось, с ним даже не нужно иметь тела, чтобы пожизненно биться в экстазе, проникая лишь одной мыслью в эту блядскую зелень чуть не закатывающихся от кайфа глаз. В Кире было все. И необузданное желание принадлежать, отдаваясь со всей силой страсти, но и требуя взамен не меньшей отдачи. И уютная нагловатая нежность кота, с высоты своей грациозной гордости просящего быть иногда и запредельно ласковым. И, черт возьми, как же завораживал этот контраст... От срывающих глотку вскриков и стонов до сносящей волны чего-то надтелесного, чем неистово хотелось поделиться в каждом едва заметном касании, Майк чувствовал, что утопает безвозвратно, еще не до конца это осознавая сквозь все сметающее желание обладать здесь и сейчас. Склонив голову к ласковой руке, выдохнув воздух с каким-то всхлипывающим стоном, Винтер мелко дрожал, подаваясь под каждое прикосновение, пускающее ток по телу. Выйдя из парня, он почти сошел с ума в ожидании, когда окажется в этом сладком плену. -Хочу! Даааа...Ну же, Киииирстен...пожаааалуйста... Резко выдохнув от толчка, Майк почти испуганно распахивает глаза, чтобы через мгновение снова потеряться в ощущениях и, напрочь забывая о гордости, извиваться, каждой клеткой тела стремясь навстречу умелым ласкам. -Ааааамммгхх... Кииир...Киир...с..тееен! О дааа!!! Даааа!.. Вот тааак!.. Еще!.. Только не останаааавливайся!.. - стоны, всхлипы, хрипы, крики - целый поток звуков вырывал из него этот зеленоглазый ад, созданный для обожествления пороков и доведения их до чего-то большего, чем идеал. Майкл вцепился руками в волосы Кира, буквально насаживая его на свой разрывающийся от запредельно приятных ласк орган. Наблюдая за этим развратным ртом, глядя в эти горящие похотью глаза, Майк просто улетал. Сил сдерживаться больше не осталось. Резко толкнувшись в самое горло зеленоглазого, он на мгновение замер и бешено забился в накрывшей волне удовольствия, почти стряхивая Кирстана с себя. -Аааа!.. Ох ты!.. Да!..Да!.. - Майкл зарычал и, не разогнав еще пелены перед глазами, почти не осознавая ничего, резко перевернул Кира на спину, впиваясь в его тело неистово горячими прикосновениями. Укус в плечо и почти до синяков сжимающие мышцы руки. С рыком пройтись языком и зубами по мочке уха, одновременно выкручивая руками соски. Пройтись пальцами по бокам, остановиться на бедрах, оглаживая и чуть царапая бледную кожу, чтобы после заласкать ее теплыми губами. Опуститься вниз и резко раздвинув ноги парня, вставить два пальца в отверстие, одновременно заглатывая на всю длину изнемогающий член зеленоглазого. Вбиваясь пальцами в сжимающуюся и дико пульсирующую горячую дырочку, с наиразвратнейшими хлюпающими, булькающими звуками заглатывать этот адский деликатес, то пережимая у основания, то опять пуская новые волны горячей крови приносить все новые волны приближающегося сметающего удовольствия. Лишь на мгновение оторвавшись, снова заглянуть в порнокосмос этих глаз. - Ах ты Дьявол! Ходячий порок! Адская сучка с яйцами! Давай, черт возьми, кончай для меня! Только для меня!!! - прорычав, гипнотизируя эти глаза, Майк снова резко насадился ртом на вожделенный ствол, издавая нечеловеческие стоны, обнимая горячую плоть вибрирующим в откровенни звуков пленом, вдалбливаясь пальцами в Кира в бешеном ритме. Резко ударить по груди парня, почти вбивая в кожу колечко пирсинга и тут же осторожно покружить дрожащим пальцем вокруг соска. Это то, что невозможно объяснить, когда Кир видел демоническую суть в аквамариновой пучине чужих глаз его перекрывало и коротило. Пуская под кожей нечто невероятное, сбивающее с толку, захватывающее все мысли и желания в свою клетку страстного порока. Да, ептвоюмать же, как можно быть таким всепоглощающим. Мальчишка будто бы ощущал, как Майкл вытягивал с него всю душу, выдергивая ту с корнем, беспощадно, резко и до саднящей боли невыносимо, но нужно, как воздух, что совершенно не хотел идти в легкие. Дыхание стало сбитым к чертовой матери, вскрики все явственней напоминали бессвязные вопли псих больного, что уже битый год страдал от нимфомании, умоляя войти в него хоть чем-нибудь. А здесь, был его персональный билет в сам ад, что отдавался и давал, давал столько, что черти в аду уже давно подписали увольнительную. Майер слушал каждый звук чужого голоса, он поглощал их, впитывал и пропускал на повторе, прекрасно зная о чем будет его следующая песня нон-стопом в черепушке. Голос Майкла, Майкла именно он, сводил пах с ума. У парня все тянуло, можно было кончить лишь от того, как сладко и откровенно звучали эти мелодии мужчины. Но Кир не останавливался, его пальцы перекатывали мошонку, сжимая и ласкали в ладони, насаживаясь жадным ртом до упора, чтобы снова и снова вобрать весь его стояк до гортани. Чтобы еще раз плотными тисками губ обвиться вокруг и заглатывать резкими движениями вверх-вниз, по кругу, обсасывая самую головку и вновь добраться до корня. Где вены особенно неистово бьются под нажимом рта, умоляя дать свободу. Изредка прокатить зубами по самым вздувшимся и вылизать языком, чтобы взять глубокими толчками головы всю длину и насыщаться его соками, его стонами, криками, всхлипами, одуряющими все естество. Мальчишка жмурился от сильного хвата, что болью отдавал у корней, но черт возьми это было безумие похлеще рейса мотогонщика, самозабвенная отдача чужого тела, что требовало и жаждало излиться. Даже собственный член утомительно ныл, привлекая к себе внимание, но Майер плевал на этот зов и полностью сосредотачивался на плоти партнера. Обсасывая его влажным ртом, повторяя каждый изгиб и выступ этого внушительного стояка. Глаза четко натыкались на те, что напротив единственном, мать его, экземпляре сгорающие вместе с ним и умоляющие не прекращать этой гонки. Взгляд Кира стал немного влажным от таких рваных толчков в его горло, но он и не собирался прекращать, впиваясь ногтями в бедро того, оставляя борозды красочных следов трахая его ртом, как в последний раз. Сглатывая смесь их влаги, мыча и стоная в его пылающий член, который уже во всю заходился пульсациями в преддверии оргазма. - Нгмм....ммм...ммххх.. - замирая на месте под последним толчком, Майер с голодом проглатывал льющуюся по гортани сперму, что обжигала и саднила своей горечью, но была настолько невообразимо вкусной, что этим лакомством он мог наслаждаться вечность. - Мнгх..м..М...айклл..- отрываясь от своего занятия и давая пошлыми нитям слюны тянуться от чужой головки к собственным губам, парень рухнул на лопатки и диким зверем цеплялся за пленительный взгляд, что тянул дымкой удовольствия. Прекрасен, как же он прекрасен в своей безграничной похоти. - Аахх! Черт..тебя..дери...даахх..- выгнувшись всем существом навстречу его требовательным касаниями, парень скользит пятками по простыне сбивая те уже черти куда. Вздрагивая и восторженно вскрикивая от острых зубов, покрывающих тело своим незабываемым рисунком, нещадно гуляя ногтями по спине второго, рисуя по предплечьям и бедрам круги, зигзаги и все, что приходило в больной рассудок, поехавший рядом с этим наваждением. - Блааааххххть!...Мнгахх..хаа...- закатывая со стоном глаза, Кир извивался всем телом, толкался, сжимал его ногами и терся своим стволом по их животам, уже просто истошно всхлипывая от желания кончить. Ушная уже пульсировала от укусов, ровно как и соски от его цепких пальцев, ныли, но ныли так приятно и колко, что импульсами все давило по низам. Выдирая с тела пьяный потуг тереться между ними сильнее. Это руки, губы, зубы, да они были просто везде и Кир выл от наслаждения, взахлеб ерзая под ним. Неожиданное вторжения пальцами и парнишку совсем повело, он выгнулся так неистово, что казалось его позвоночник переломиться пополам, а губы воскликнули развязным криком, когда чужой рот поглотил его плоть, что затрясло от экстаза этого жара, обвивающегося по всему естеству. - Ебаааххх....аааххх...ть...ммнгхх..Мааайкл!...Майкл!! Охх...еще...глубже...быстрее...- его руки проехались по шее голубоглазого и нырнули в загривок, проводя по локонам и стискивая те с требовательной жадностью хищника. Майер толкался бедрами, дрожал и насаживался на чужие фаланги, врывающиеся миллионами подчиняющих токов удовольствия. - Сука.....аааахх..кгхх..нгааах!!!! АХ! АХХ!! - вымученный взгляд лишь украдкой коснулся чужого, пока тот швырялся пошлыми фразочками и мальчишку окончательно поглотило. Он вывернулся и дернулся вверх, от бьющих по плоти вибрации чужого голоса, что словно вой сирен вышибали все мозги напрочь, обнажая всю ебучую душу, и вынуждая задергаться в спазмах неминуемого оргазма. Он накатил так же резко, как и мужчина взял его член, как вогнал пальцы до упора, ударяя по телу и выжимая до суха. В глазах потемнело и накрыло резкой безумной вспышкой, будто его тело расщеплялось на атомы в один миг и тут же собиралось обратно. Руки бессильно упали на постель, все тело стало будто жижей из мяса и костей, а запрокинутая вверх голова не чувствовала грани реальности. Все кружилось водоворотом, плескало мириадами созвездий перед веками и казалось - это рай, который забивался под кожу взрывными потугами блаженства. Все внутренности дрожало, губы, ресницы и да все! Юноша еле нашел в себе силы притянуть руку ко лбу, стряхивая влажный пот, что просто лил через край по всему телу и истеричный, сбитый смех полился с его губ, будто самое честное откровение, в подтверждении самого сочного приза. - Ты просто выпил из меня жизнь..чудовище.. - сипло протянул он, поманив к себе партнера и желая рухнуть с ним в забытье и не возвращаться в эту вселенную. Сквозь все еще пробивающие сознание уносящим крышу звоном каждого нерва перекатывающиеся в организме волны крышесносного оргазма, с трудом отпускающего в блаженную расслабляющую негу под такие горячие вскрики, дрожь и движения Кира, Майкл просто кайфовал. Еще никто в его жизни не отдавался так...качественно, чтоли... Не подбирались слова даже в голове под описание этого адского блаженства, дарящего выворачивающую и пленяющую сладкими спазмами боль, чтобы потом за миг вознести на седьмое небо. Истязая сладкой пыткой тело трепещущего под ним Кирстана и почти задыхаясь от азарта, Винтер понимал, что не хочет отпускать этот зеленоглазый подарок развратной ночи. Насаживаясь с чавкающими влажными звуками на пульсирующий ствол, почти раскаленный страстью, парень урчал от удовольствия от осознания того, что сейчас испытывает это настолько прекрасное творение мира. Подчиняясь его сбивчивым крикам, синеглазый все быстрее и размашистее двигал головой, несмотря на гудящую шею, покрывающуюся мурашками от касаний Кира, выступающие слезы и дикие спазмы в горле от далеко не миниатюрного достоинства партнера. Когда парня выгнуло на сладкой сносящей сознание волне чистого гормонального кайфа, Майк только и смог, что попытаться придержать руками горячее тело, прижимая его к кровати дрожащими руками, упираясь ногтями в чувствительную кожу на бедрах. Прикрыв глаза, Винтер глотал полившуюся в горло горячую сперму, завораживающую каждый рецептор своим терпким горьковатым вкусом. -Мммммммммм!.. - довольным сытым котом протянул он, отрываясь с причмокиванием от чужого естества, коварно улыбаясь в ответ на этот смех и такие приятно щекочущие мужскую гордость слова. -Ничего...я тебе свою отдам... - почти ласково заявил Майк, улыбаясь, несмотря на отдающую приятной гудящей усталостью и легкой болью челюсть. Сил почти не оставалось. Он и сам был выжат и выпит до дна испепеляющими событиями этой колдовской ночи. Заметив жест Кира, утомленно стряхивающего с себя влагу, Винтер протянул руку, доставая из угла кровати напрочь смятую и местами порванную простынь. Откуда-то из ее скомканной массы выпал кинжал и со звоном упал на пол, но Винтер лишь махнул на него рукой. Осторожно обтерев обтекающее влагой загнанное тело Кирстена, он наспех стер пот и с себя, отбросив ткань в сторону и блаженно заваливаясь рядом с парнем. Вот теперь можно немного расслабиться. А потом... Майкл облизал губы, глядя на Кира озорным взглядом. Но нет. Нужно будет дать и себе, и ему перерыв. Тело приятно гудело, звеня переутомленными местами мышцами, не успевшими осознать того, что можно расслабиться. Обхватив Кирстена дрожащими руками и по хозяйски закинув на него ногу, Майк с урчанием терся щекой о скулы парня. Пробило на нежность, что называется. Ну что ж... С ним уже можно себе такое позволить. Блаженно вздохнув, протянуть руку, проводя ей по волосам зеленоглазого, отводя их назад, чтобы заглянуть в эти яркие огни, очертить контур лица, провести пальцем по вспухшим губам, обвести шею, зарыться пальцами в волосы на затылке, перебирая их, чуть проводя по коже ногтями. Новый пронзительный взгляд глаза в глаза, голубые огни засветились теплым мягким светом, и уже расслабленная блаженная улыбка. - Черт возьми, совершенное творение этого порочного мира! - проговорить заплетающимся от усталости языком и прижать мальчишку к своей груди потому, что так захотелось. Потому, что хоть какое-то время есть право никому его не отдать. А потом...а черт с ним с "потом". Главное, это сладко дрожащее, живое и кричащее молчаливым, но мощным и неистребимым потоком энергии "сейчас" и такая чертовски приятная усталость одна на двоих. Майк закрыл глаза, слушая гулко отдающиеся в голове удары собственного сердца и остро ощущая каждой клеткой тела прижатого к нему Кира, ловя жадными ноздрями его запах и поглаживая по спине это зеленоглазое умиротворенное демоническое создание, сотворенное для райского блаженства. Время текло так медленно и в тоже время так быстро, что парню казалось, будто они переместились в свою собственную вселенную, где ничто не властно под напором их общей страсти и тяги, магнитной тяги друг к другу. Майкл продолжал свои будоражащие пытки и тело все подчинялось своим порокам, раскрывающимся перед чужим взором во всей своей красе. Словно он обнажился не только телом, но и душой. И пугает и заводит и затягивает в эту бездну, и не будешь противиться, будешь наслаждаться и отдаваться снова, снова и снова, пока все силы напрочь не покинут дрожащее в экстазе тело. Ох эти звуки, ох эти глаза, их взгляд лазуритов бил по самым тонким нитям, касаясь самых потаенных уголков его изворачивающегося в удовольствии тела. Это смущает и взвинчивает в одном флаконе. Хотя Кира не так просто смутить. Чужой рот окутывал весь ствол, обдавая каждый дюйм жаром, мокрыми ласками и быстрыми, настойчивыми ритмами, которые и шанса бы не дали удержать вырывающийся оргазм. Мальчишка словил целый цунами, трепыхаясь в этой агонии пробивного кайфа, и лишь Майкл удерживал его в сознании своими сильными руками и собой. - Нгаахх..ха...мха...- прижав руку к губам, Кир еле еле улавливал силуэт напротив, ведь все так и плыло пере глазами, что не сфокусироваться ни на чем. Только спустя долгие минуты он смог соображать, хотя бы как то. Ведь мычания и то, как партнер втянул все до капли с его плоти, просто пробивало мурашками спазмов по каждому нервному окончанию. - Ах, какой ты щедрый...мм...- прикрыв глаза, мальчишка дал себе время, чтобы окончательно вернуть себя в этот мир. Дышать было сложно, сердце билось так часто, так сильно стучало о ребра, словно сейчас вырвется наружу и полетит, к чертовой матери, куда подальше. Внутри сладко тянуло отголоском боли, мышцы выли, губы так же и каждая метка на теле пульсировала ярким напоминанием, что эта ночь и ее продолжение останутся в памяти на вечно. И это просто пленило в безумном водовороте имя которому было Майкл. Треск, звон, Майер даже не понимал откуда и где он, но раскрыв веки и встретив голубые отливы напротив, он благодарно улыбнулся, выгибаясь под заботливыми руками, которые освобождали кожу от лишней влаги. И перекатившись на бок, обнял его щеку рукой, мягко поглаживая по щетине на подбородке, что приятно покалывала подушечки пальцев. - Спасибо за чудесное время с тобой.. я бы хотел повторить эту гонку..и не единожды,- тихо прошептал он в его губы, облизнув те и протискивая свою коленку между его ног, греясь в чужих руках. И этот контраст... Всего пару мгновений назад они были готовы разодрать друг друга в клочья, но сейчас было так уютно, спокойно и хорошо, что Кир откровенно наслаждался этими мгновениями. - Ммм.... - прикрывая глаза, брюнет млел в ласке, пропуская через себя каждый контакт, который расслаблял и уволакивал все лишние мысли. Прочерчивая своими пальцами под нижней губой, лаская ее контур, что заметно по аллели после их кусачих поцелуев и искренне любовался этим Бесом, встречая его пленительные искры, отражая в собственных не меньше чертей. - Ахахаа.. мой дорогой друг... никто не совершенен.. но мне чертовски приятно слышать это от тебя, - рассмеялся он, плотнее прижимаясь всем телом к нему, тыкаясь носом в шею, касаясь ее кончиком и целуя в подрагивающий кадык. Тепло разливалось изнутри, каждую стянутую напряженнейшим мышцу отпускало и наступало благоговейное единение двух тел. Хотя он еще подрагивал и тяжело дышал, вкушая каждый миг рядом с ним. Просто отдаваясь моменту. Размеренные ласки и прогибы собственного тела к нему, прикрытые глаза и успокаивающееся в своей клетке сердце. Спадающее на спокойный ритм дыхание и тяжелые путы Морфея, что жадно утягивали в свои сети, после такого дикого трахо-трипа. И пускай, почему-то рядом с этим человеком он не боялся дать слабину и просто остаться, просто уснуть в его объятьях и не думать ни о чем лишнем.