Как бы сделать всё попроще...

***

Уже на следующий день и картины, и призраки вернулись в своё обычное состояние, не объясняя причин и следствий. Дамблдор ещё около недели ломал голову, а потом, видимо, решил заняться более важными делами. Разумеется, ни меня, ни близнецов Уизли никто даже не заподозрил. Я всё так же ходила в Выручай-Комнату, где учила новые заклинания и перебирала горы хлама в поисках злосчастной диадемы, а ещё пила чай в спальне. Кто вообще придумал, что в Большом зале нужно подавать только тыквенный сок? Время двигалось со скоростью улитки, особенно, для меня. Каждый день длился на несколько часов дольше, чем у остальных, и это уже просто раздражало. Походы в Хогсмид случались невероятно редко, и мне было ужасно скучно. Раньше я могла включить сериал и давиться всякой гадостью вроде чипсов, но в Хогвартсе даже электричество нельзя использовать- оно просто не работает. Как-то раз, гуляя вечером по замку я встретила Луну Лавгуд. Она и правда очень странная, постоянно говорит о своих мозгошмыгах и ходит в смешных очках. Очки мне, впрочем, понравились, они милые. Рейвенкловка оказалась очень сообразительной и интересной, в отличие многих чистокровных снобов, которые постоянно норовили обозвать меня грязнокровкой. Думаю, она бы очень подошла Малфою, пытающемуся вписаться в рамки идеального наследника рода, говорят же, что противоположности притягиваются. Хотя, сватовством я промышлять не буду, сами попробуют, если захотят.

***

Осень как-то незаметно закончилась, пошёл снег и в замке снова стало почти так же холодно, как на улице. — Ну почему зельеварение должно быть в подземельях? — Рон кутался в красно-золотой шарф с нашивкой в виде льва, — тут же всё заледенело! Я посмотрела на каменные стены. И правда, они были покрыты инеем, хоть снежки лепи. — Ты тут хотя бы не живёшь, — кинул стоявший неподалёку Забини. — Твоего мнения никто не спрашивал, — Уизли моментально встал в боевую стойку, — и раз ты у нас такой важный, почему бы твоему папаше не сделать здесь утепление? — А почему бы тебе не заткнуть свой грязный рот, а? Защитник грязнокровок? Слизеринцы, видимо, ещё не поняли, что меня такие оскорбления не колышат. А вот Снейп, очень удачно распахнувший перед нами дверь на «грязнокровку» реагирует очень бурно. Впрочем, сегодня, видимо не мой день. Профессор только скривился и начал лекцию. Ну и ладно. Сегодня мы готовили уменьшающее зелье. Малфой, опоздавший по неведомой причине стал жаловаться на боль то ли в руке, то ли в мизинце на левой ноге… — Поттер, — гаркнул Снейп, — нарежьте корень маргаритки для мистера Малфоя. Гарри был категорически против, но ничего не мог поделать. Возражая он бы только потерял кровью и потом заработанные факультетом очки. Я со скоростью блендера нарезала свои ингредиенты и стала добавлять их в зелье, пока не отобрали. Драко стал провоцировать мальчишек, а те в свою очередь резко ему отвечали. — Уизли, раз у вас есть время на разговоры, — произнёс Снейп неведомым образом оказавшийся за моей спиной, — помогите мистеру Малфою с волосатыми гусеницами. Ледяной тон не оставил Рону выбора, и тот начал кое-как кромсать бедных гусениц, а я, пока никто не видит, стала подсказывать сидящему за соседним столом Невиллу что делать, но даже так у него ничего не получалось- бедняга дрожал как осиновый лист. Время уже подходило к концу, а зелье Лонгботтома всё ещё было оранжевым. Если б не угроза опасности Тревору я бы даже дёргаться не стала. Подумав, что пора применять тяжёлую артиллерию, я порылась в своей сумке и вытащила колдографию со Снейпом в одежде бабули Невилла. Пока профессор был занят инспектированием котла Гойла, я протянула своё творение однокурснику, тот хихикнул в кулак и достаточно быстро успокоился. Вот и славно, а колдо пусть себе оставит. Спустя пару минут Снейп дошёл до моего котла. Он долго рассматривал моё творение и пытался к чему-нибудь придраться, но получалось так себе. Зато на Невилла он не пожалел оскорблений. — Кошмарно, Лонгботтом, просто ужасно, — кажется, он наслаждался этими словами, — в одно ухо влетает- в другое вылетает. Зелье должно быть ядовито-зелёным, а не…- Снейп попытался придумать точное название этому цвету, но получалось так себе и я подсказала. — Лаймовым, сэр. Профессор недобро покосился на меня. — Помнится, в начале урока я сказал, что каждый работает самостоятельно, — отчеканил он, — так какого Мерлина вы помогли ему, мисс Грейнджер? — Я не помогала, — не задумываясь солгала я, — всего лишь… эм, подтолкнула. Разумеется, Снейп мне не поверил, но в этот момент он заметил уголок колдографии, выглядывающий из-под книги Невилла. «Нам крышка» только и успела подумать я, прежде чем колдо оказалось в руках профессора. — Оба. На отработку. Сегодня! — прорычал он и сжёг палочкой кусок бумаги. Ну и ладно. Это выражение лица того стоило. Наконец, урок закончился и все, собрав вещи умотали из подземелий куда подальше. А у меня даже появились планы на вечер. Не совсем такие, какие хотелось бы, но могло быть и хуже.

***

— Невилл! — я выловила однокурсника после ужина, — пойдём, у нас же отработка. Лонгботтом промычал что-то невразумительное и пошёл за мной в подземелья. молчание слегка затянулось, и я решила как обычно разрушить его первой. — Если ты грустишь из-за колдографии, у меня их ещё куча, я тебе дам. Невилл ограничился благодарным кивком. И чего это он такой зашуганный? Я постучала в дверь, и не дожидаясь разрешения открыла её- незачем делать вид, будто у меня есть манеры. — Надеюсь, котлы сегодня грязные, — сказала я, посмотрев на гору железяк в углу класса. — Самонадеянная всезнайка, — прошипел профессор. — А вы, — уверенно сказала я, — так сильно не хотите, чтобы вас считали трусом, сэр? Что-то вы слишком легко сдались в прошлый раз. — Глупая выскочка! — Как можно быть одновременно и глупой, и всезнайкой? — я подняла правую бровь, — решите уже. От моих ответов Снейп только больше бесился, но мне как-то без разницы. Даже интересно, как долго он продержится. — Минус… Что? Так быстро? Профессор, я ожидала от вас гораздо большего. А как же ужас подземелий и всё такое? Где знаменитый сарказм? — Я выиграла! Снейп с раздражением взглянул на меня. — Вы решили вычесть очки, а значит, у вас закончились аргументы, — я подняла палочку и наколдовала небольшой салютик над своей головой, — один-ноль в мою пользу. — Завтра у вас тоже отработка, — не остался в долгу профессор, вас это не касается, Лонгботтом. Я даже забыла, что Невилл уже несколько минут стоит за моей спиной и выполняет функции тени. Что ж, нас ждут великие дела в виде чистки котлов.

***

— А что будет, если смешать иглы дикобраза с настойкой полыни? Я отложила пятый отмытый котёл в сторону. — Взрыв, — коротко ответил Снейп. — А если добавить их в Оборотное зелье? — То же самое. — А в Амортенцию? — Скорее всего, то же, — профессор захлопнул свою книгу, — вы долго собираетесь задавать глупые вопросы? — Я буду задавать их до тех пор, пока мне не надоест, — я грустно оглядела гору всё ещё грязных железяк, — ну или, пока котлы не закончатся. Снейп проследил мой взгляд и недовольно поджал губы. Так я и заваливала профессора вопросами, пока часы не пробили девять. После этого момента мы были свободны как ветер. Невилл через несколько секунд просто свалил в закат, а я так и осталась сидеть на полу. — Собираетесь провести здесь ночь? — нагло спросил Снейп. — Ночь? С вами-то? — профессор на этих словах заметно напрягся, а я рассмеялась, — мне же всего четырнадцать, сэр. Постойте-ка. Он что, правда решил, что это из-за его лица? Я думала, он с самого начала шутил. — Хотя знаете, я, наверное, смогу заснуть даже здесь, — мои глаза попросту слипались и идти куда-то уже совершенно не хотелось. Я потянулась и, наконец, встала, — точно, вы же показали мне свою лань. Думаю, будет справедливо, если я сделаю то же самое, вдруг, пригодится. Я вытащила из кармана своих джинсов палочку. — Будут идеи? Какое животное предпочитаете? — я покрутила деревяшку в руке. — Мне незачем это знать, — ответил зельевар. Отнекиваешься? Ну-ну. — Не уйду, пока не угадаете. — Кажется, вам очень подходит комар, — наконец предположил он, — или креветка. Ого, вот и сарказм проснулся. Креветок я, кстати, вызвать ещё не пробовала. — Нет, это не насекомое, — я покачала головой, — и не креветка, — наверное. — Лошадь, может, бобёр. — Не лошадь. И напоминать о моих зубах некрасиво, — я переложила палочку в левую руку, — кроме того, в следующем году мне их уменьшат, Малфой постарается. Левая бровь Снейпа поползла вверх и до меня дошло, что я ляпнула лишнего. — Откуда вы можете это знать, мисс Грейнджер? — бархатный голос профессора пробирал до костей. — Ну, я немного вижу будущее, — выкрутилась я, — обычно по мелочи. — И что же именно вы знаете? — Например, что вы умеете читать мысли и скрывать свои от других. Хотя, это грубо сказано, — не то, чтобы я удивила Снейпа, скорее шокировала. Он даже сделал полшага назад. — Как… — Вот вы мне об этом и расскажите. И вообще, мы говорили о патронусах, — напомнила я, — впрочем, вы всё равно не угадаете. Я взмахнула палочкой и передо мной появилась лань. Честное слово, я не специально. Вообще не задумывалась над образом. — Что…- с каждой секундой профессор выглядел всё более растерянным. — Это не знак великой любви к вам, если что. Я не настолько романтична. — Тогда какого чёрта? — он наконец взял себя в руки. Импровизированная лань исчезла и я снова произнесла заклинание. Гулять, так гулять! На этот раз у меня получился волк, который тут же беззвучно завыл на воображаемую луну. — Что-то у меня сегодня только ассоциации на вас получаются, — усмехнулась я. С третьей попытки появился ворон. — Нет, ну это уже не смешно! А как же летучая мышь? Змея? Козёл, в конце-то концов! Какое-то время мы молчали. Снейп думал, а я ждала вердикта. — Ваш патронус меняется, — наконец выдал он. Да ладно! Открыл, мать её, Америку! Ты б ещё сказал, что огонь горячий, мётлы летают, а Гарри сын Джеймса. Хотя, последнее он и правда постоянно повторяет. — Именно, — вместо всей этой речи ответила я. — Вы можете это контролировать? — Да, если захочу. Сейчас все думают, что у меня выдра, — я наколдовала животинку, чтобы подтвердить свои слова, — могу подделать любого патронуса, если знаю как он выглядит. Круто, да? Зельевар ничего не ответил. Достаточно долго он усиленно думал, а я ждала. Молчание прервалось только когда я сладко зевнула. Точно, я же спать хотела. — Спокойной ночи, профессор, — сказала я и вышла из класса. Пусть себе думает хоть до завтра. Но у меня время не резиновое.