Середина медали

      Тсунаёши только и оставалось, что сглотнуть и молча последовать за Джотто. Они всё шли и шли, а мысли всё жужжали диким роем в голове, заставляя взгляд карих глаз затуманиться. Однако инстинкты и интуиция никуда не делись. Поэтому тело, словно само по себе дёрнулось в сторону, ровно в ту же секунду, как в нескольких миллиметрах от лица, в стену вонзились осколки стекла ближайшего окна. Джотто почти поражённо приподнял бровь, со скрытым удивлением наблюдая за тем, как Тсунаёши отряхивает мелкие пылинки с одежды и как ни в чём не бывало, продолжил путь. Будто такое случалось если не десятки раз на дню, то на неделе точно. И ведь это даже не нападение, а простая серая обыденность, судя по поведению Дечимо. Сам же Савада не нашёл ничего особенного в произошедшем и просто шёл дальше по направлению к Джотто, на ходу отдавая скользящий, словно тени, прислуге указания. И остановился лишь тогда, когда столкнулся с самим замершем Примо, что крайне заинтересованно наблюдал за ним. - Примо? – поспешил поинтересоваться Тсуна, не подозревая, чем вызвана остановка. - И часто такое происходит? - «Такое»? А! Это? – Савада указал на до сих пор лежащие осколки. –Да, не так уж и редко, если честно. Иногда ребята увлекаются и может прилететь сюда, - с улыбкой продолжил шатен, не замечая, как легла едва заметная тень на лицо Примо. Да, у самого Примо не были исключены похожие ситуации, иногда и похлеще, а порой и сам присоединялся к таким «проказам». Но не так, что бы в твоём собственном доме, тебе в любую секунду может прилететь крупный осколок стекла или чего-то подобного. И Савада сказал об этом настолько обыденно, словно это и не от него зависело. А раз он не может разобраться, значит, и нет смысла бороться. Джотто сделал себе ещё одну пометку и мягко улыбнувшись, кивнул. - Ясно, тогда продолжим путь, - не стал прямо сейчас заострять внимания на ситуации. У них будет достаточно времени. И снова пошёл вперёд. Вскоре, они добрались до своей цели и на встречу к ним уже почти, что в припрыжку шёл Джаннини. На его лице не сияла, но поблёскивала довольная улыбка, от того что их дорогому боссу скоро должно стать лучше, а он в этом помогает! - Здравствуйте-здравствуйте, Босс! Здравствуйте, Примо, - начал со своего привычного приветствия главный техник Вонголы. – Я рад, что вы сумели убедить Босса придти сюда! Босс,- тут же переключил своё внимание с Примо на Тсунаёши Джанини, - вы ели недавно? Тсунаёши отрицательно покачал головой, с лёгкой улыбкой наблюдая за такой привычной суетой Джаннини. Всё - таки Спаннер куда более флегматичный и спокойный в этом плане. Джанини остался доволен ответом Тсунаёши. Он громко хлопнул в ладоши и продолжил: - Это хорошо! В капсулу – восстановления нужно ложиться натощак. Давайте я сейчас всё объясню… Хотя нет, - прервал себя на полуслове техник, - нам нужно поспешить, вам важно знать главное. О теле позаботимся мы и капсула, а о душе и разуме – Примо! – И только Тсунаёши хотел уточнить пару моментов, как Джаннини замах руками,- нет-нет-нет! Всё потом! Сейчас нужно скорее приступить к делу! Тсуна позволил себе вздохнуть и подошёл к указанной ранее капсуле, попутно стараясь, как можно лучше разглядеть её, оценивая надёжность. Во избежание, скажем так. На вид она выглядела довольно прочной, и по идее не должна была ни развалиться, ни укатиться вместе с его телом в неизвестном направлении. Внутри она тоже была довольно удобной и хорошо обустроенной, стоило отдать должное Спаннеру и Джанини. Единственное, что смущало Саваду, так это то, что капсула была… несколько больше по размеру, чем нужно для одного человека среднестатистического размера. Однако, спрашивать что либо не было никакого смысла. Вот ляжет – узнает. Почему то, только сейчас Савада ощутил, что снова хочет спать. Видимо организм дорвался до желаемого отдыха и решил уйти в отрыв. Савада быстро, но осторожно забрался в капсулу и спокойно улёгся на своём месте, пока к нему цепляли разного рода проводки. Какие-то для пульса, другие для давления, третьи для витаминов и ещё несколько. И только он спокойно прикрыл глаза и выдохнул, как почувствовал тепло рядом с собой, а затем и объятия. Савада не решился резко крутануться в сторону обнимающего, но голову с распахнутыми глазами повернул. Рядом с ним лежал улыбающийся Джотто, что лишь крепче сжал руки в объятиях. Послышался голос Джанини, оповещающий о том, что они начинают. Послышался писк прибров. Савада, понимая, что сейчас его тело погрузят в глубокий сон, поддавшись неясному порыву, несмело ответил на объятия. В ту же секунду сознание мягко обняла тьма, и Тсунаёши не успел заметить чётко вырисованное на лице Примо замешательство.

***

Тсунаёши чувствовал себя спокойным и умиротворённым, плывя и, вместе с тем, утопая во мгле. Та, словно мягчайшая постель окутывала и укрывала со всех сторон, будто желая уберечь от жестокости внешнего мира. Тсунаёши позволил себе печально усмехнуться, в реальности никто не мог, и не желал особо, помочь ему справиться с пожирающими из нутри чувствами и спасти от боли реальности. Да, есть хранители. Но, всё же, это не совсем то. Тсунаёши очень ценил их и их заботу о нём, но они не могли дать самого важного. Они не могли согреть. Так и в этом уютном мире вечной ночи, был существенный недостаток – холод и одиночество. Тсунаёши плавал и окунался всё глубже в невидимые воды, а незримые невооружённым взглядом волны захлёстывали с головой, хотя казалось, больше этого сделать невозможно. Неясные потоки несли его куда-то вглубь, словно желая утешить этот маленький, но яркий огонёк и вместе с ним поглотить единственный источник тепла. Даже отдельному миру может быть холодно. Не сказать, что Тсунаёши особо сопротивлялся, нет. Просто он знал, что даже это мирное и поглощающее абсолютно всё место, не сможет подарить необходимый ему покой. А потому, и делать ему здесь совершенно нечего. Совсем скоро, он вновь выплывет из забытья. Да, совсем скоро. Но пока… Пока можно и отдохнуть немного. Совсем чуть-чуть. В такой прохладе, качаясь на несуществующих волнах, легко можно уснуть. И совсем неожиданно, когда Тсунаёши почти вновь отпустил своё сознание, его окутало тепло. Настолько неожиданное и сильное, что казалось, могло оставить ожоги. Но нет. Оно лишь согревало, избавляя от уже опостылевшего холода, что пробирал до самых костей. Оно вновь наполняло желанием жить, давало вновь увидеть свет, разгоняя тьму. И буквально выжигало чувство одиночества. За чувством жара, пришло ощущение чужих тёплых рук, что сомкнулись в объятиях, и от которых исходило то самое чувство едва ли не обжигающего тепла. Они приносили то самое желанное спокойствие, которое не была способна дать темнота, что до этого момента захлёстывала волнами с пугающей силой и жадностью. Почему-то Тсунаёши не мог открыть глаз, хотя искренне желал увидеть того, кто сейчас так заботился о нём и желал согреть. Было настолько тепло и уютно, что Савада почувствовал, как потихоньку уплывает в марево сна. Последнее, что он успел сделать перед тем, как окончательно окунуться в царство Морфея, так это крепче прижаться к источнику тепла и услышать мягкий довольный смешок. *** И вновь, первым, что он почувствовал, когда оказался на грани яви и сна, это чей-то внимательный взгляд, что блуждал по всему телу. А когда открыл глаза, - Вполне ожидаемо, - увидел Джотто Примо, что сидел на кресле напротив него. Кажется, это уже становится своеобразной традицией.