Мой "истинный" соперник

Контракт был удачно подписан, но в душе поселилась какая-то непонятная тревога. Громкий радостный лай встретил Бомгю ещё на подходе к загородному домику. - Привет, девочка, - омега взлохматил шерсть на преданной мордочке. – Соскучилась? Прости, я больше не буду так задерживаться. Это Ёнджун виноват… Образ альфы вновь встал перед глазами, вынудив юношу слегка потрясти головой, отгоняя видение прочь. - Умница моя, пошли погуляем. Бомгю ловко пристегнул поводок к ошейнику, а Джильда согласно завиляла хвостом, позволяя увести её в небольшой сквер неподалеку от дома. Дойдя до места, где выгул собак был полностью разрешён, блондин отпустил собаку побегать, попутно усаживаясь на удобную лавку, чтобы продолжить свои мысленные терзания. Почему сердце так неистово стучало, когда Джун подошёл слишком близко? Почему Бомгю не смог ничего сказать, съязвить что-то в ответ, как обычно? Почему ему хотелось то ли убежать, то ли прижаться к твёрдому плечу старшего? Вопросов так много, а ответов нет. "- Вот и умница". Юноша прокручивает данную фразу уже несколько минут, а щеки заметно розовеют, вспоминая те лёгкие прикосновения. Как же глупо! Вероятно, Ёнджуна даже не беспокоит произошедшее, а Бомгю тут целую мысленную истерику развёл. «Какой же ты дурак, Чхве Бомгю!» - обращаясь к самому себе, прошептал блондин, замечая тень, что предстала прямо перед ним. - Тебя что, с дома выгнали? Почему сидишь здесь? До боли знакомый голос вывел омегу из транса, обращая на себя внимание. Перед ним стоял никто иной, как директор Ёнджун и новоиспечённый партнёр, нахально разглядывая собеседника, и на то была причина. Бомгю выглядел так по-домашнему: в растянутом кашемировом свитере, что выглядывал из под светлой куртки, и в тёмных джинсах с потёртостями на коленках. Если не знать, что это альфа-директор Global Entertainment, можно вполне принять его за привлекательную омегу, что ждёт своего альфу в парке на лавочке. Громкий лай быстро донёсся до Джуна, а через несколько секунд он увидел рыжую собаку, что пыталась защитить своего хозяина, будто загораживая от опасности. - Тише, девочка моя, он тебя не тронет, - ласково прошептал Бомгю и чуть строже добавил: - Да вот, собаку выгуливаю. А ты что забыл здесь? - Может то, что я здесь живу? – ухмыльнулся Ён, замечая слегка растерянный взгляд напротив. Бомгю кивнул, но потом его лицо загорелось сумасшедшим воодушевлением. - Кстати, познакомьтесь, - он кивнул в сторону собаки, - Джильда – это Ёнджун, Ёнджун… - Я понял, - процедил сквозь зубы альфа, но всё же не смог удержаться от лёгкой улыбки. Собака подняла на него умные глаза и демонстративно отвернулась. - Кхм, вот есть же где-то у неё мозги, - почти восхищённо прошептал младший, переводя взгляд на директора. - Малыш Гю! Знакомый голос заставляет обернуться на зов, встречаясь взглядом с карими глазами напротив, что сияли искренней улыбкой, заставляя солнце чуть отступить от чрезмерной яркости. - Малыш Гю? Серьёзно? Я знал, что у влюблённых могут быть довольно странные прозвища, но это очень смешно, - Джун улыбнулся, следя за реакцией напротив. Тёмные глаза Бомгю, кажется, потемнели ещё больше, превращаясь в бездонные омуты, что пытались утопить в своей глубине. – Здравствуйте, Субин, - с ещё большей насмешкой произнёс альфа, окидывая взглядом только что пришедшего. - Какие ещё влюблённые? Если ты не заметил, то мы альфы и не можем состоять в отношениях, - настроение вдруг куда-то пропало, а Бомгю нахмурился, понимая, что Джун всегда останется наглым, самодовольным чеширским котом и это уже никак не исправить. - Ну, знаешь ли, есть и такие пары в нашем мире, так что… - И вам доброго вечера, господин Ёнджун. Я, конечно, извиняюсь, но мне бы хотелось остаться с Бомгю наедине, - встревая в перепалку, ответил Субин, ведь не желал продолжать этот бессмысленный разговор. - Я всё понимаю, менеджер Субин, можете не оправдываться, - Джун прикусил нижнюю губу, заостряя внимание на пухлых губах юноши, что сидел на деревянной скамье и нервно болтал ногами, словно маленький ребёнок. Он выглядел так невинно и по-детски, что альфа уже пожалел, что стёр ту мимолётную улыбку с розоватых губ. – Я тоже не собираюсь держать свечку, поэтому, до скорого. Главное, предохраняйтесь! – кинул напоследок Он. – Хотя, вам это и не нужно. Вы же оба альфы, - ответил сероволосый, особенно подчеркнув последнее слово. Бомгю смотрел в сторону удаляющегося силуэта со смешанным чувством облегчения, тоски и стыда. Тёмно-серое пальто Джуна было расстёгнуто, а шёлковый шарф выбился из-под воротника и развевался ветром. - О чём вы так мило беседовали? – спросил Бин, когда увидел, как силуэт директора скрылся в подъезде многоэтажки. – Ты так светился, словно новогодняя игрушка на ёлке. - Ничего я не светился! И ни о чём таком мы не разговаривали, - произнёс Бомгю, чувствуя, как щёки наливаются краской. И если он скажет, что не запомнил ту секундную улыбку своего партнёра, то, наверное, соврёт. – Он вообще такой сложный в общении, - да, сложный, потому что омега и сам не знает, чего ему хочется больше: врезать Джуну или обнять. И это не на шутку напрягает. - Ну, видя, как ты улыбался ему, то, значит, не очень он и сложный. Ты решил принять во внимание мой «План по завоеванию сердца Джуна»? – Бин смеётся, а маленькие ямочки уже украшают кроличье лицо, делая менеджера ещё более милым, чем обычно. - Какой ещё план? Не мечтай! Я могу только посочувствовать его истинному и ничего больше, - сердце стучит в разы быстрей, ведь отчего-то хочется, чтобы этим самым истинным оказался он сам. – Лучше расскажи, как у вас там с Каем, - странные мысли приходят в голову и Бомгю, пытаясь отвлечься, переключает тему разговора. - Я, можно сказать, поэтому и пришёл к тебе, ведь мне нужна твоя помощь. Я хочу пригласить его на концерт, но не знаю его любимого исполнителя. Бомгю пару секунд просто молчит, а потом взрывается смехом, который звучит так звонко, будто школьный звонок на сентябрьской линейке. - Да ты у нас романтик, как оказалось. Никогда не замечал за тобой подобного поведения. - Может, хватит смеяться? Я пришёл к тебе, как к близкому другу, а ты даже помочь не хочешь? – Бин надул губы, словно ребёнок. - Как я смею стоять на пути такой сильной истинной любви? – омега рассмеялся, но увидев обиженное лицо старшего, сжалился. - А если серьёзно – Shawn Mendes. Кай ещё с пелёнок по нему тащится.

***

Огромный стадион, толпа фанатов и ещё один такой же заядлый фанат возле Субина, что терпеливо ждёт появления кумира на сцене. Когда Каю было 7, он увидел выступление Шона на какой-то музыкальной премии. Его глубокий голос, талантливая и чувственная игра на гитаре просто покорили мальчика, который тоже начал заниматься пением и брать уроки гитары, хоть и зря. Сказать, что Кай не разнёс своим визгом компанию при виде билетов на концерт, это ничего не сказать. Но Бин только рад, что смог угодить и стать на шаг ближе к своему цыплёнку. И вот, слышатся нежные звуки акустической гитары, а на сцене появляется горячий брюнет в серенькой футболке. Shawn Mendes - гласит надпись, что высветилась на большом экране сзади певца. Кай смотрит на кумира, не отрывая глаз, а Субин в это время может наслаждаться детским личиком младшего, что светилось от восторга. Хоть билеты на концерт были предельно дорогими – это никак не повлияло на количество фанатов. Весь стадион был полностью заполнен, а люди в унисон танцевали и прыгали, слушая зажигательные треки американского поп-исполнителя. Никто не сдерживал своих эмоций. Люди с восторгом подпевали слова любимых треков и включали фонарики на своих смартфонах, создавая невероятную атмосферу в огромном помещении. Заиграли аккорды последней песни "Treat you better" и Кай обернулся к Субину, чтобы спеть одну важную строчку: - I`ll stop time for you the second you say you`d like me too. (Я остановлю время для тебя, как только ты скажешь, что я тебе тоже нравлюсь) Он уже давно любит менеджера и это последняя попытка получить взаимность. - I love you, - одними лишь губами шепчет Субин в ответ и оставляет нежный поцелуй в уголке губ Кая. Невероятная атмосфера, эффектное выступление Шона Мендеса, зажигательные треки, слова которых подпевали тысячи поклонников и первый поцелуй с Субином – этот день запомнится Каю на всю жизнь, если не больше.