Support

"Пожалуйста, любите всех семерых одинаково" Наивный маленький Ким Тэхён тогда действительно верил, что с этими словами он достучится до каждого человека, который себя к их поклонникам относит. Да только ни черта это не так. Потому что, в фандоме затесались полоумные бесполые люди, которые пришли сюда только из-за собственных извращённых похотей и фансервиса, который Шуга люто ненавидеть стал после такого. Он любил всех фанатов, без исключения. Только это - не фанаты, это просто потерявшие рассудок существа, которые только и делают, что инстинктам следуют. Юнги совершенно не понимает, что происходит. Чимин свернулся настолько, что можно позвонки в его позвоночнике посчитать без рентгена. Чонгук проигрывает в гоночной трассе, которую малолетки из детского сада с закрытыми глазами на велосипеде проехать могут, чего там говорить о новенькой Tesla. Сокджин выглядит так, что фиг поймёшь, разреветься он хочет или рассмеяться. Скорее, и то, и то другое, только в лицо анти-фанатам, чтобы не подавно было. Разумеется. Разумеется, их снова облили грязью. Нет, конечно, привыкнуть стоило, и Шуга привык. Только для нескольких комплексующих из-за каждого движения, это оказалось проблематично. Юнги часто вспоминает, как ответил на вопрос "что ты сделаешь, если Хосока назовут уродливым при тебе?". Все поклонники тогда очень милыми посчитали его слова "я разобью им лицо об асфальт", а ведь тогда Шуга не шутил. Его просто всего от злости трясёт, когда он представляет надменные лица этих "фанатов", которые добились своего и заставили его друзей страдать и плакать. - Наверное, я один, кто на своей трансляции наслаждается временем с ними, - как-то жалко смеётся Джей-Хоуп, и Намджун пихает его в колено. - Думай, что говоришь, ты больше наших просмотров собираешь. Хосок натянуто криво улыбается, и Юнги понимает, что дела у них идут плохо. Если Джей-Хоуп, который всем настроение поднимал и который с улыбкой проживал всю поганую критику, начинает сомневаться, то дело дрянь. Естественно, его вновь уродливым назвали и снова требуют, чтобы он побыстрее покинул группу, лишь бы не видеть этого вертлявого рэпера рядом с их милыми плюшечками-айдолами. Шугу просто трясёт от злобы. Те, кто выливают на них бензовозы грязи, ничего про них не знают, и мемберы это понимают. Они никогда не узнают, что самолюбивый неталантливый Сокджин на деле никогда не заснёт, не убедившись, что друзья накормлены и сейчас отдыхают по комнатам. Он читал все хештеги и посты про то, что никогда не возьмёт в песнях высокие ноты и что ему в принципе нет смысла находиться в группе, но всё равно посылал воздушные поцелуи всему стадиону, понимая, что где-то здесь сидят авторы тех самых постов. Тяжело было всем. Избалованный вседозволенностью Чонгук, пожалуй, был единственным, до которого докопаться не смогли. Потому что, макнэ соответствовал их идеалам. Шипперить его можно было со всеми, одевался он в облегающие кожаные рваные джинсы, вздёргивал футболку даже тогда, когда был совсем маленьким и страшно этого стеснялся. Только в одном он оплошал. Однажды вступился за Хосока, отошёл от Тэхёна, с которым его заковали сасэн-фанаты, и сразу волну негатива вызвал, потому что "как ты смеешь внимание на кого-то, кроме Ви обращать". А Чонгук правда не понимает, что плохого сделал. Он сильно любит Тэхёна. Но и того же Хосока он любит не меньше. Потому что, во всём есть границы, и фансервис не исключение, в это он верил. Потому что, у макнэ большое сердце, и он всеми силами старается держать всех шестерых парней около себя. Но разве анти это докажешь? Только насущной проблемой был Чимин, за которого тряслись все, кто ещё успевал здраво мыслить. Потому что, такой милый и весёлый Пак целыми днями готов в комнате проторчать, чтобы настрадаться за чтением такого вот дерьма. Видите ли, всё у него не то. И косметики больше, чем штукатурки на стадионах, и щёки вернулись, и одежду он развратную носит, и вообще "как он смеет обнимать Тэхёна, его может лапать только Чонгук". Поэтому, когда анти-фанаты вновь в войну вступили, Юнги боялся, что Чимин окончательно свихнётся. - Они правы, - говорит Пак и прикрывает ладонями половину лица. - Я действительно поправился с прошлого тура. Наверное, слишком разошёлся и стал много брать на ужин. - Чиминни, ты загнёшься с такими репетициями, если совсем перестанешь кушать, - взволнованно, но тоскливо сообщает Тэхён и, как получается, обнимает, ласково перебирает волосы на затылке, успокаивает. - Ты отлично выглядишь, не слушай ты этих глупостей. Мемберы боялись за их Чимина. За того, кто всегда первым прилетал, если кому-то требовалась помощь. Неважно, физическая или моральная, Пак всегда был рядом. Он мог просто молчать, потому что от одного его присутствия становилось спокойно и хорошо. С ним всегда было уютно, везде. Чимин постоянно плачет, смеётся, улыбается, если от этого мемберам станет легче. И делает это настолько часто, что просто забывает про себя, отчего ушедшие в никуда комплексы вновь возвращаются из ниоткуда. Поэтому, когда Шуга слышит первый глухой всхлип, то сдаётся и пугает остальных резкостью молчавшего прошедшие полчаса себя. - Эти моральные инвалиды просто пытаются доказать остальным, что вообще чего-то значат, - жёстко припечатывает Юнги. - Только ни черта это не так. У этих людей языки и пальцы без костей, поэтому они и поливают грязью всё, до чего их маленькие умы добраться могут. Нас любят совершенно другие люди, любят за то, что мы - это мы, и до вас это не дошло за несколько лет карьеры? Чонгук вздрагивает и случайно нажимает на кнопку выхода из игры, так и не закончив трассу. Хотя, он всё равно бы проиграл, потому что последним шёл. Чимин хлюпает носом куда-то в рубашку Тэхёна и не может заставить себя прекратить. Хён сказал всё правильно, только теперь Паку просто нужно выплеснуть накопившееся. - Мне же можно стоять рядом с вами, правда? - как-то неуверенно спрашивает Чонгук, но прокашливается и поднимается с пола. - А знаете, я специально буду делать это, даже если меня силой будут гнать из группы. Потому что, я не хочу, чтобы прихоти каких-то глупых девчонок влияли на наши отношения. - У нас, блин, концепт группы в какой-то степени направлен на защиту молодёжи против стереотипов, - томно сообщает Юнги и усаживается обратно на кресло, потому что на фоне всего этого у него просто мигрень разгорелась. - А мы сами реагируем на критику не меньше. Мне кричали, что у меня самая слабая соло-хореография, так я этих людей просто далеко и надолго посылаю. Потому что, это значит, что про аварию и травму они ни сном ни духом, а значит - не арми, почему я должен тратить на них своё время и нервы? Все затихли. И посмеялись. Шуга в своём репертуаре, такого цыганского отношения к музыке у него не оторвать. Даже Чимин смеётся, поднимая голову, но не отсаживается, потому что в объятиях Тэхёна уютно. Да, с негативом им приходится часто сталкиваться, и, порой, переносить это бывает очень тяжело. Но пока они вместе - можно лишний раз посмеяться с детских угроз сасэн-фанаток. - Мы сами ещё молоды, среди нас так и совсем ребёнок есть, - фыркает Хосок и смотрит на Чонгука, изучая и замечая новые для себя детали. - Я не ребёнок. - Да? - удивляется Джей-Хоуп и поднимается с дивана. - Тогда будешь дружно с остальными ждать ужина, его окончания, и только потом получишь сладкое. Чонгук кривится и взглядом сверлит Сокджина, за которым он нередко хвостом ходил, чтобы лишнюю вкусняшку перед едой выпросить. Все улыбаются, Тэхён успевает макнэ по заднице хлопнуть и обратно вернуться, смеясь Чимину куда-то в плечо. Сокджин на кухню уходит, потому что, разговоры разговорами, а ужин по расписанию. Намджун с Юнги переглядываются, понимая, что весь этот детский сад им ещё успокаивать придётся. Голова у Шуги, конечно, разболеется ещё сильнее от неугомонных донсэнов, но подумает он об этом в кровати, когда заснуть проблематично будет. Он готов потерпеть ради любимых людей, за которых действительно готов разбить лица обидчиков о самый твёрдый асфальт.

END