Иммерджи

Часть 1. Прощай универ. Начало 21 века. Германия. Берлин. Медицинский университет Шарите. Выпускной. Юноши и девушки потоком хлынули из зала, разбиваясь на небольшие компании. Множество рук, хватая за рукава и подолы платьев, растаскивали по группам людей. Метались выпускники с весёлыми возгласами об окончании университета. — Август, Авгуууст, мы здесь.— кричали в голос 3 парня, прыгая на месте, чтобы их было заметно в толпе. — Кхем, ребята..— раздался голос позади компании, те резко обернулись и загробастали хрупкого юношу с серыми глазами и срыжева-русыми волосами в свои дружеские объятия. — Хэээй, радость - то, тебя не сломали в толпе.— рассмеялся один из троих парней, — Ты ведь такой малыш. Август..даже имя нежное.— продолжил он, взъерошив волосы на голове Августа. — Джесс, прекрати, не сейчас.. — прорычал сероглазый «ангел», легонько пихая друга в грудь. — Ладно, голубки, долго вас ждать? Поехали, машина ждёт. Август словно сорвался с места и нырнул в подкативший мерседес. Парни не отставали и когда все четверо заполнили иномарку, она тронулась с места, всё дальше уезжая от Шарите. Впереди огромная жизнь, множество идей, возможностей, новых людей, но сегодня нужно просто хорошенько оторваться, отдохнуть, расслабиться. Ребята это заслужили. Часть 2. Клуб Berghan. Начало 21 века. Берлин. Berghan - ночной клуб, занимающий 1 место в списке 100 лучших клубов мира. Клуб забит до краёв, кажется, что танцующие составлены в мозаику, не отрываясь друг от друга, сверкая разноцветными одеждами. Запах алкоголя, никотина, странных масел и дым - машины. Вспышки стратоскопа, блики прожекторов отражаются от диско- шара. Множество людей разных возрастов, рас, религий и ориентаций, но особо сильно выделяется одинокий мужчина, сидящий в конце зала за угловым столиком. Мужчине на вид лет 50-52: светлые седые волосы, зелёно-карие глаза, довольно симпатичные черты лица, похоже, что в молодости он был тем ещё красавцем. Одет он был не броско, чем и выделялся. Никаких ярких шмоток, кучи браслетов и цепей, лишь пара колец на левой руке, одна серьга колечком, обычная тёмно-синяя рубашка и джинсы. Он сидел за столом, заставленным огромным количеством бокалов и бутылок. Мужчине явно было хорошо..или плохо, смотря у кого спросить. Он осторожно качал головой под музыку и наблюдал за танцующей молодёжью. Через мгновение к нему подошли две девушки, подсаживаясь с двух сторон. — Папочка, скучаете? — пропела блондинка справа, слегка прижавшись к мужчине. — Дорогая моя…— пауза, взгляд мужчины упал на её «наряд». — К слову, о дорогой, по прикиду не скажешь. Дешёвое шмотьё, куча косметики и ненужных побрякушек. Кроме того, я уверен, что ещё и бельё блестящее? — с этими словами рука мужчины скользнула по ноге девушки и слегка приподняла юбку, — Я же сказал. Золотое, блестящее…банально. Что касается Вас, — мужчина указал на брюнетку слева,— С Вами я бы пообщался, но не здесь..слишком шумно, а потому предлагаю удалиться. — не дожидаясь ответа, мужчина встал из-за стола, кинув надменный взгляд на блондинку и слегка улыбнувшись брюнетке, которая тут же встала следом, осторожно взяв мужчину за руку. — А впрочем, немного позже. Подойди ко мне минут через 20, когда я потанцую. Можешь составить мне компанию, если желаешь..— он шагнул в сторону танцпола, она пошла за ним и их затянула волна движений, эмоций и оглушительной музыки, воистину клубная атмосфера. Часть 3. Ты должен ему помочь. — Август, малыш, ну давай расслабимся. Ты слишком зажат. Выпускной же. Потом опять заботы, работа и т.д.— возмущался Джесс, обняв своего парня за плечи. Рик и Питер, 2 общих друга, сидели рядом и лишь усмехались, подсовывая Августу бутылку виски, на что тот тяжело вздохнул, прикрыл глаза, вновь открыл их и, выхватив бутылку из рук друга, сделал пару больших глотков, после чего поморщился и сунул бутылку рядом сидящему парню. Дождавшись, пока тот примет свою порцию, Август грубо впился в его губы глубоким поцелуем...глубоким и долгим поцелуем. Настолько долгим, что они не заметили, как остановилась машина и Рик с Питером принялись вытягивать парочку на улицу. На улице была слышна музыка, исходящая из здания рядом. Именно здесь, в Berghanе, ребята решили оторваться по полной и они приехали по адресу. У дверей их встретили двое вышибал, которые лишь своим видом указывали на то, что сюда невозможно проскользнуть незамеченным, но для ребят это не оказалось проблемой. Дорогие костюмы, иномарка не из дешёвых и парочка дорогих бутылок виски (которые, к слову, пришлось задарить охранникам, что, возможно, в первую очередь и поспособствовало беспрепятственному пропуску) дали о себе знать. И вот, четверо парней уже заняли места на диване за столиком. Рик и Питер, не теряя времени, заказали всем коктейли и принялись дурачиться, завлекая с собой Джесса, но тот всё ещё не отрывался от Августа, целуя его шею, поглаживая по бёдрам, на что второй неохотно отвечал и даже немного одёргивался. В последнее время отношения шли не особо весело. Джесс вечно подкалывал Августа из-за мягкости его характера, помимо этого Август приехал в Германию учиться и всё ещё не мог привыкнуть к традициям, местам, языку. «— Август..слишком нежное имя для немца» — вечно твердил Джесс, на что сероглазый лишь поднимал недовольный взгляд. Как он вообще клюнул на Джесса? Что в нём его зацепило? Обычный высокий парень, грубый и пафосный. На самом деле всё закрутилось случайно, из-за помощи с д/з. Джесс сильно скатился по учёбе и Августа приставили к нему в пару для выполнения проектов. Деваться было некуда. Августу и Джессу приходилось больше времени проводить вместе. Грубый спортсмен и умный «тихоня», как банально, но так вышло. В прочем, это не важно. Вернёмся к клубу. Коктейли были доставлены и уже выпиты. Всё происходило слишком быстро. В голову дал алкоголь, сидеть за столом больше не было желания, а потому, оставив Джесса и Питера, Рик и Август нырнули в толпу танцующих людей. На танцполе дёргались молодые тела, быстрый бит задавал ритм, лазеры сверкали перед глазами, клубы дыма, музыка заглушает счастливые крики толпы. Август проникся атмосферой и вот-вот начал входить во вкус, как услышал громкий крик и заметил, как расступилась толпа. На полу лежал пожилой мужчина, тяжело дыша и не в силах подняться. Слышались просьбы о помощи, все искали врача. Рик толкнул Августа в плечо, подталкивая ближе к пострадавшему. — Август, давай, ты ведь дипломированный врач, спаси бедолагу, я не в состоянии. Действительно, чего Август ждал?! Он резко сорвался с места и подлетел к пациенту, тот уже не дышал. Сероглазый, мгновенно, не задумываясь, принялся проводить непрямой массаж сердца, но мужчина всё так же лежал,не подавая признаков жизни, пришлось прибегнуть к искусственному дыханию, после этого тишина. Словно музыка перестала играть. Голова шла кругом, тело будто теряло свои силы. Август увидел, что глаза мужчины открылись, но «поцелуй» не прерывался. Август не мог отстраниться, он смотрел в зелёно-карие глаза. Вокруг всё перестало существовать. Мужчина охватил парня руками, осторожно обняв того и приподнялся. Август потерял сознание. Люди вокруг словно забыли о их существовании и продолжили танцевать. Мужчина поднялся с пола, его лицо выглядело лет на 30, он был хорош собой, а главное молод. Август лежал у него на руках. Мужчина пробрался сквозь толпу к VIP - зоне, сунул охраннику пару купюр, тот усмехнулся и открыл перед ним дверь. Часть 4. Знакомство. Август открыл глаза, вокруг зеркальные стены, а под задницей мягкий диван. В углу на кресле находится незнакомый силуэт, который, заметив пробуждение парня, поднялся и стал приближаться. Август старался протереть глаза, чтобы разобрать черты и ему это удалось, весьма сложно, но удалось. Перед ним стоял парень лет 25, с пепельными волосами, карими глазами, в синей рубашке и джинсах. На губах парня играла милая улыбка, а его рука протягивала юноше бокал. — Выпей, голова болеть перестанет. Только не паникуй, хорошо? Ты пролежал всего 3 месяца в коме. — тихим, дружелюбным голосом произнёс «пепел». — Что? 3 месяца? — подорвался с места Август и «полетел» на парня, не в силах держаться на ногах. Парень отреагировал очень быстро, поставив стакан на стол, он поймал юношу, прижав к себе. — Осторожнее, глупый. Я пошутил. Ты здесь минут 35 от силы. — мягко поглаживая юношу по плечам, прошептал ему на ухо блондин и осторожно усадил обратно на диван. — Что? Кто ты? Что я здесь делаю? Где Рик, Питер и…и..Дже..Джек?..Нет..чёрт.. — парень зажал голову руками, пытаясь вспомнить последнее имя, но безрезультатно. — Джесс.. — подсказал блондин. — Точно, Джесс! — воскликнул Август и вновь схватился за голову. — Ох, беда. Я же сказал, не будь таким резким, чудо ты, — «пепел» подсел к юноше и подал стакан, — Пей, отдохни немного, потом я отвезу тебя домой, ибо твои друзья напились до чёртиков и их уже развезли по домам, а ты не местный. — Откуда ты? Ай, плевать. Мне слишком лень разбираться..и тепло здесь..тихо..голова не так болит..— пробубнил сероглазый и опустил голову на плечо парня. Часть 5. Андриан де Лавуа. Франция. Начало XVIII века. Пале-Роял. 1700 г. Молодой драматург, актёр, воистину талантливый молодой человек, отличающийся прекрасными чертами лица, безупречным телосложением и внешностью, в очередной раз даёт представление в резиденции Филиппа Орлеанского. Месье, который был без ума от театра, сам подобрал труппу актёров, в числе которых и был Андриан. В связи с тем, что Месье был весьма своеобразных вкусов, пускай и под старость лет, но Андриан интересовал его не только как хороший актёр, но и как миньон. Прекрасный юноша, талант. Его желали многие женщины и мужчины, но он оставался неприкосновенным. Герцог Орлеанский целиком и полностью взял его под свою опеку, дал крышу над головой, обеспечил деньгами и статусом, взамен на помощь с театром. 25-и летний юноша, не имеющий семьи и крова, был благодарен Судьбе за такую возможность выбраться в люди, пускай даже став «собственностью» 50-и летнего герцога. Он был добр, обходителен, нежен, страстен для своих лет, кроме того, за все 3 года знакомства Лавуа делил ложе с ним всего раза 3. Во- первых, главным и любимым фаворитом Месье являлся Шевалье де Лоррен, во-вторых, Филипп хоть и был игрив и безумно любил шалости с молодыми юношами, но большее время проводил с Андрианом как с примой своего театра, как со своим мальчиком, милым Дитя, которого любил, обеспечивал и возносил до Небес, словно Ангела. Лавуа не оставался в долгу. Он тянул театр, учил актёров, писал пьесы, проводил время с Филиппом, никогда не покидал его в трудные минуты, всегда поддерживал, когда Король Людовик в очередной раз старался обидеть или зацепить брата, заменял Шевалье, когда Месье были в ссоре или просто не имели возможности «воссоединиться» с фаворитом. Андриан вышел на сцену, с лучезарной улыбкой поприветствовал зрителей, произнёс речь, немного рассказал о том действе, что будет представлено на сцене и удалился, откинув тёмные волосы и незаметно подмигнув Филиппу, который сидел на балконе. Сегодня Андриан не выступал, по причине того, что пьеса написана его пером. Сегодня он драматург. Парень ушёл за кулисы, отсмотрел половину акта и, убедившись, что всё идёт хорошо, удалился в свою гримёрную, дабы продолжить писать новую пьесу, но его ждал «приятный» сюрприз. Войдя в небольшую коморку, он заметил на кресле одного из актёров, который уже отыграл свою роль и боле не должен выходить на сцену. Тот сидел молча, смотря на афиши перед собой. Когда Лавуа вошёл, мужчина повернулся к нему и встал. — Господин Лавуа, я ждал Вас…у меня небольшое дело, позволите? — тихим хриплым голосом вопросил мужчина. — А, Дэвид, да, конечно. Что же ты вскочил? Присаживайся..— дружелюбно улыбаясь, Андриан вошёл в комнату и подошёл к мужчине, который будто впился взглядом в глаза юноши. — Вы так молоды, так красивы, так талантливы, перед Вами невозможно устоять. Сам герцог и тот сдался без боя.. — К чему Вы ведёте? — перебил мужчину Андриан. — Я пришёл просить Вас. Уверен, в столь скверные времена, когда погибает так много людей, не дожив и до 50-и, я, тот, кому уже 47, могу вскоре покинуть этот мир, но я так восхищён Вами, что не смогу обрести покой, зная, что моя жизнь прошла без Вас. Андриан слушал мужчину, не отрывая взгляда. Ему становилось всё тяжелее выносить грусть в глазах и голосе актёра, а потому Лавуа шагнул к нему ближе и прижал к себе, заботливо обнимая. — Я понимаю, что не смею, но..лишь Вам решать, исполнить ли мою просьбу или оставить без ответа..— молвил мужчина в плечо Лавуа,— Поцелуй..лишь единый краткий поцелуй. Большего просить не смею. Лишь мгновение побыть с Вами…побыть Вашим..— мужчина не успел договорить, как юноша впился в его, слегка высохшие губы, увлажняя те. Мужчина прижал Андриана к стене, обвешанной афишами, сжал плечи юнца и углубил поцелуй. Андриан стал ощущать слабость, не будь он прижатым к стене, то рухнул бы на пол. Голова шла кругом, но отстраниться от поцелуя Лавуа не мог. Он открыл глаза и увидел перед собой молодого юношу, возрастом не старше его самого, но как это возможно? Дэвид куда старше. Лавуа стал терять сознание, но никак не отрывался от «жизнелишающего» поцелуя. Собрав последние силы, забыв о страшных событиях своей жизни, Андриан ощутил, что силы вновь наполняют его. Улыбка с губ Дэвида стала исчезать, радость с лица испаряться, а лицо принялось стареть на глазах, но поцелуй никак не разрывался. Тело старшего актёра стало мягчать от потери сил и он рухнуло на пол, разорвав поцелуй. Андриан чувствовал, что может горы свернуть. Такого прилива сил он не ощущал уже много лет, но случившееся его очень удивило. Он присел перед Дэвидом и уложил его голову на свои колени. —Дэвид..что это было. Ты так постарел.. —поглаживая морщинистые щёки мужчины, шептал юноша. И правда, Дэвид не выглядел на свои 47, ему можно было дать не менее 70-и. — Андриан…я нашёл тебя..нашёл своего милого сына. Теперь моё существование не имеет смысла.. — с улыбкой молвил старец, – Я уже не надеялся. Думал, что лишь отниму твою жизнь, продлив свою молодость..но таким исходом я доволен больше…я хотел убить тебя, а ты спасаешь меня, сам того не понимая. Андриан слушал мужчину, ничего не понимая, лишь мягко поглаживая его по щекам, но вдруг почувствовал резкий рывок и вновь слабость. Это была пройденная тема, а потому юноша стал бороться за свою жизнь, вспоминая о театре, о своей любимой работе, о том, что его жизнь только приобрела яркие краски и он не желает расставаться с ней. Новый прилив сил. Открытые глаза. Перед лицом лик скелета обтянутого кожей: впалые щёки, бледная кожа, почти прозрачная, глубокие глазницы. Зрелище страшное, но тяга к жизни слишком сильна, а потому, как только последние силы покинули тело старца, он не смог более поддерживать поцелуй и рухнул, рассыпавшись словно…пепел. «Пепел»…это слово прозвучало в голове Андриана. Кроме того, перед глазами стояли тысячи событий, стран и людей: «Жрецы, пирамиды, гробницы, крики, возгласы, молитвы, алтарь. На алтаре тело, рядом с алтарём ещё множество мёртвых тел. Жертвоприношение? Нет, что-то иное. К алтарю приближается старец в прекрасных светлых одеждах, исшитых золотом. Старец оглаживает тело лежащего на алтаре полу-нагого юноши, затем склоняется над ним и дарит ему поцелуй, долгий и глубокий. Юноша цепляется за алтарь, он полон сил, что не сказать о старце, его совсем перестали держать ноги, а потому ещё мгновение и он падает на пол. К взрослому мужчине подбегают такие же высокородные и уносят в сторону трёх стоящих саркофагов. 2 из них уже закрыты. Тело мужчины укладывают в третий и плотно закрывают крышкой. Парень поднялся с алтаря, его облочили в благородные одежды и с криком «Иммерджи» (Immer Jung от нем.- Всегда Молодой) усадили на один из тронов рядом с двумя другими юношами. Крики стихли, наступила тишина. Позади «тритрона» отварились ворота и в зал вошёл высокий юноша, ростом метра 3. Вместо человеческого лика на присутствующих смотрела морда чёрного шакала. Сомнений не было, Анубис- покровитель мира мёртвых. Он широко развёл руки, словно приветствуя собрание. Все пали на колени, на ногах остались лишь жрецы, а избранные сидели бездвижно, гордо подняв голову и смотря перед собой. — Иммерджи, мои проводники и дети, я даровал людям долгую жизнь взамен на жизни иных. Вы те, кто связывают меня с миром живых, те, благодаря кому я могу видеть жизнь, чувствовать её, знать о ней. Я дарую вам право жить 4 века, после чего вы должны искать новых Иммерджи- своих детей. Тех, кто примет от вас молодость. Тех, кто понесёт историю дальше. Тех, кто будет приносить мне новые души. Найти «дитя» не так легко. 2 последних века вы проведёте в поиске того, кто сможет бороться. В поиске того, кто сможет отнять вашу силу, и тогда вы обратитесь в пепел, но обретёте душевный покой и самое прекрасное наслаждение. И вот они вы, трое детей, которые понесут это бремя, увидят изменения жизни и её рассвет или закат..вы.. Монолог прервался. Послышался стук в одном из саркофагов. Анубис быстро приблизился к нему и отодвинул крышку. На бога кинулся мужчина, впившись в оскал шакала. Анубис опешил, но не смог отстранится, словно теряя силы. Через момент один из юнош, сидевших на троне, задрожал, поднялся и обратился в пепел. То же произошло и с остальными. Как только у божества явно сдали силы, парень толкнул его в «свой» саркофаг, задвинул крышку и стал читать молитву. Саркофаг затрясся и приподнялся, издавая фиолетовое свечение. По золотому ящику стали ползти цепи, обматывая тот. Из ворот, в которые в начале церемонии вошёл Анубис, послышались крики и множество длинных чёрных рук подхватили саркофаг и потащили его обратно в ворота. Как только ящик пересёк линию врат, они захлопнулись и 1000 замков появились на их стыке. Наступила тишина. В зале остались лишь жрецы, смертные и единственный Иммерджи- тот юноша, который своей хитростью сверг бога и остальных «бессмертных». Он остался один с таковым даром. Иммерджи! Единственный, в своём роде!» Ведение прервалось, но затем перед глазами появилось изображение ужасных событий, где тот самый Иммерджи высасывал молодость из людей, дабы самому выглядеть прекрасно, проживая жизни жертв. За 1 век он убивал по 3 человека, чтобы всегда выглядеть не более, чем на 30 лет. Так продолжалось 3 века. Но случилось так, что на рассвете 4-го очередная жертва оказалась сильнее и отняла силы у Иммерджи, а вместе с этим и начало истории. После ещё несколько случаев с передачей сил Иммерджи «от отца к дитя» и так до нынешних событий. Андриан увидел себя и Дэвида со стороны, затем видения полностью исчезли. Андриан открыл глаза, на его руках был пепел. Юноша поднялся с пола, заглядывая в зеркало и заметил, что среди тёмных волос появилась пара пепельных прядей. —Пепел.. — промолвил юноша и услышал аплодисменты. Спектакль закончился, но у Андриана был свой спектакль, не менее шокирующий и занимательный. Вспомнив о заключительной речи, Лавуа рванул на сцену и с той же милой улыбкой, как и в начале, завершил спектакль, направляясь в фойе, где должен был встретиться с Филиппом. Герцог был доволен спектаклем, он с распростёртыми объятиями встретил своего мальчика, оценил его «новый имидж» в виде пепельных прядей и увёл в гримёрную, где выдал пособие за спектакль, похвалил и одарил поцелуем, который продлился весьма не долго. Лавуа испугался, что может убить Месье или же погибнуть сам. Но ничего не произошло, видимо силы Андриана ещё не совсем действовали, а потому юноша успокоился. Через год, в 1701 году, умер герцог Орлеанский. Андриан безумно скорбел о нём. Месье оставил мальчику театр, который теперь стал его жизнью, домом и работой. Кроме того, Филипп обеспечил мальчишку финансами на многие годы вперёд. Шевалье де Лоррен- главный фаворит Месье, убитый горем по любимому, ни раз приходил к Андриану за утешением, разговорами, ностальгией о Филиппе, но и он долго не вынес таких страданий, а потому умер уже через год после своего возлюбленного. Андриан остался лишь со своей труппой и толпой поклонников. Жил Лавуа вполне неплохо до 50 лет, после инсценировал свою смерть и покинул Францию, отправившись в Египет, где изучал подробнее легенды о Иммерджи, так же называемых Пеплом. В изучении мифов и легенд, а так же в поисках гробниц прошли следующие 50 лет. Так прошёл 1 век. Каждые 50 лет Андриан менял страну и отнимал жизнь у одного молодого человека, питая свою молодость и силу. Но каждый раз пепел боялся встретить того, кто окажется сильнее и сможет прекратить течение его жизни. Похоже, что Андриан всё же нашёл его. Август. Он не постарел, не лишился жизни. Но и Андриан стал молод и остался жив. Что-то явно пошло не так. Неужели правила «игры» изменились?