Keep You Warm

      Я лично думаю, что слишком холодно, чтобы открывать окна, но ты хотел выкурить сигареты. Твои руки дрожали, зубы стучали, когда ты сидел на выступе, глядя на заснеженные улицы. Ветер, свистящий в нашей крошечной квартире, был единственным звуком. Я сидел на своем месте, на диване, который называл кроватью; завернувшись в толстое колючее одеяло, наблюдал за тобой с другого конца комнаты.       Твой свитер плохо согревал тебя, так что я встал с одеялом и направился к тебе.       — Иди сюда, — сказал я, обнимая твое худое тело, накрывая нас обоих одеялом. Я чувствовал, насколько ты замерз, и гадал, что могло так сильно тебя напрячь, что ты рисковал гипертермией только для того, чтобы наполнить легкие дымом.       Но я не давил, никогда не давил. Я не должен был просить, я должен был позаботиться о тебе.       Ты затушил сигарету и повернулся в моих руках. Наша грудь прижалась друг к другу, мои руки все еще крепко обнимали тебя. Я отодвинул тебя от окна, сбросил одеяло с плеч и полностью накрыл тебя. Затем я закрыл и запер окно, молча молясь, чтобы оно не открылось сегодня снова.       — Хочешь, я сделаю тебе горячего шоколада? — спросил я. Ты покачал головой, я знал, что ты слишком боишься, думая, что это вызовет боли в животе, и ты, вероятно, был прав. Не думаю, что смогу вынести смотреть на тебя, согнувшимся пополам в слезах, и ничего не могу с этим поделать.       Ты ободряюще улыбаешься, берешь меня за руку и ведешь в свою спальню. Это были моменты, когда мой желудок трепетал от бабочек. Для тебя было удовольствием впустить меня в свое личное пространство, ты отдаляешься от мира. Ты был так прекрасен, грязная одежда валялась на полу, стены украшали рисунки, написанные краской из баллончика, а твой блокнот был небрежно брошен на матрас, который в тот момент выглядел слишком привлекательным.       Ты потянул меня за собой, и мы легли на спину, мои руки обхватили твое хрупкое тело, надеясь согреть дрожащее тело.       — Я люблю тебя, Курт, — шепчу я, когда ты засыпаешь. Я имею в виду каждое слово, находясь здесь с тобой, я бы не променял его ни на что.