Только не говори, что тебе не понравилось

***

— Ну вот видишь, раз тебе в тот раз всё понравилось, то и переживать сейчас не о чем, — подытожил Локи, пока Питер предавался сладостным воспоминаниям. — Но они знают. Мистер Старк знает, чем мы занимались в его машине, — возразил Пит, откидывая голову на плечо мужчины. — Наташа уже почти полгода знает, и ничего. — В каком это смысле? — паучок вывернулся из таких приятных объятий и удивлённо посмотрел на своего парня. — В тот день, когда мы вернулись, ты сам сказал, что столкнулся с ней по пути в комнату. — Ну да, но я же ничего ей не говорил. — А тебе и не надо было. Следы на твоей шее более чем красноречиво рассказали обо всём. Уверен, ей не составило особого труда выяснить, где ты был и с кем. Так что… — Божечки, стыдно-то как, — пролепетал подросток, усевшись на кровать. — Хватит смущаться. Хотя, ты выглядишь очень мило с покрасневшими щёчками, я это ещё тогда, в машине, заметил. — Господи, прекрати мне напоминать о том случае. Мне от одних только воспоминаний неловко становится. — В таком случае, давай создадим новые воспоминания. Я ведь тебе так ничего и не подарил. — Ты решил подарить мне себя? — Почти. Это лишь часть подарка. Вторую получишь потом. А пока, не отвлекайся, — ответил Локи, тут же поцеловав парня, чтобы тот и не думал возмущаться. Прикусив нижнюю губу, трикстер прошёлся языком по ровному ряду зубов. Поцелуй быстро превратился из лёгкого и ненавязчивого в страстный и даже немного грубый. Питер был этому только рад, ведь они уже давно дошли до той черты, когда можно не сдерживаться. Резко перетянув подростка к себе на колени, Бог хитрости и обмана оторвался от таких соблазнительных губ, переходя на шею. Пит наклонил голову вбок, чтобы мужчине было удобнее. Он не сдерживался, тихо постанывая от ощущения губ на чувствительной коже. Рядом с Богом паучок забывал про свою природную стеснительность и скованность. Они были забыты ещё там, в той машине полгода назад. Локи, наклонившись чуть вперёд, провёл языком от впадинки между ключицами вверх, слегка прикусив чётко очерченный кадык. Вернулся к губам, но целовать не стал. Провёл самым кончиком языка, дразня. Не сдержавшись, Пит прикусил его, недостаточно сильно, чтобы сделать больно, но весьма ощутимо. Окинув мужчину взглядом, недовольно цокнул. Отстранив его на расстояние вытянутой руки, огладил ткань чёрной рубашки, разглаживая складочки, после чего рванул в разные стороны, с удовольствием наблюдая за тем, как на пол падают вырванные с мясом пуговицы. Проследив за последней довольным взглядом, стянул ненужную и уже бесполезную тряпку с плеч, откинув куда-то в сторону. Провёл кончиками пальцев по ключице, наслаждаясь прохладой чужой кожи. Ниже. По груди до живота. Мышцы слегка напряглись. Схватился за ремень, расстёгивая. Пуговица оторвана так же, как и те, что были до неё. Локи лишь молча наблюдал за парнем, который с таким удовольствие раздевал его. Почему-то ему очень нравилось рвать на мужчине одежду. Объяснять это подросток отказывался, всё время уходя от ответа. А Богу он не сильно-то и требовался. Подавшись вперёд, трикстер вновь кусает чужие губы, слегка перестаравшись с силой. На языке ощущается металлический привкус. Стянув с парня свою футболку, Лафейсон отправил её в дальний полет к тому, что было когда-то его рубашкой. От контакта кожа к коже оба тихо простонали. Питер любил это ощущение невероятного контраста. Резко перевернувшись, Локи подмял под себя подростка, одним движением стягивая с него штаны вместе с нижним бельём. Нависнув над парнем, оставляет лёгкий поцелуй на ключице, рядом с ним — яркий засос, который точно не успеет рассосаться до утра. Ниже. Проводит языком по правому соску, оставляя мокрый след. Прикусывает, с лёгкостью балансируя на грани между болью и удовольствием. Ниже. Живот подрагивает от напряжения. Мышцы сокращаются, из-за чего кубики пресса проявляются чётче. Ниже. Поцелуй на внутренней стороне бедра. Лёгкий укус, чтобы поддразнить, заставить просить. Знает, что не дождётся. Не вытерпит сам. Скользит языком по всей длине, задержавшись на головке. Без труда заглатывает до самого основания, легко удерживая чужие бедра на месте. Смотрит из-под нависших волос на парня. Голова откинута назад, рот приоткрыт в немом крике, руки заведены над головой. Длинные аккуратные пальцы сжимают простыню с такой силой, что ещё немного, и та разойдётся, сдавшись такому натиску. Вверх-вниз. Ещё раз. Мучительно медленно, но так невозможно приятно. Прохладные пальцы обхватывают бедро, заставляя согнуть ногу в колене. Прикосновение ниже, там, где этого хочется больше всего. Сначала один, потом два. Скользят легко, не встречая особого сопротивления. Так правильно. И так невозможно медленно. Не имея больше возможности терпеть сладкую пытку. Питер тихо хнычет, привлекая к себе внимание. И пытка прекращается. Исчезают и прикосновения, которых было так много, но в тоже время до невозможного мало. Приподняв ногу, ведёт ею вверх по обнажённому боку. Упирается в грудь, отталкивая. Мгновение, нога покоится на плече. Икру обожгло прикосновение таких горячих губ. Таких желанных. Одно движение. Толчок. Долгожданное чувство наполненности. Ткань всё же не выдерживает. Рвётся. Но треск не слышен. Громкий стон разносится по всей комнате. Питер выгибается так, как может лишь он. Протягивает руку вперёд, откидывая в сторону кусок вырванной ткани. Закрывает глаза, наслаждаясь ощущениями. Поцелуй в самый центр ладони. Холодные пальцы на бёдрах. Рывок. Локи смотрит на Пита снизу вверх, усмехаясь в своей привычной манере. Давит, погружаясь в парня до основания. Любуется расширившимися от удовольствия глазами. Зрачки практически полностью затопили радужку. Ждёт, пока привыкнет. Приноровится к непривычному положению. Придерживает, помогает сделать первый, пробный толчок. Несколько неуверенных движений. Громкий стон. Член проезжается точно по простате. Не контролируя себя, парень скользит руками по бёдрам. Выше. Касается соска, вспоминая ощущение губ на нем. Стон. Не чувствуя усталости, Пит на мгновение думает, что мог бы ещё долго вот так. Сидеть на чужом члене. Вверх-вниз. Медленно, мучая больше себя. Терпение кончается у обоих одновременно. Локи вновь нависает сверху, двигаясь быстро, уверенно, неумолимо подводя к краю не только себя. Целует грубо, несдержанно, тут же зализывая оставленную ранку. Перехватывает руки, заводя за голову. Не даёт прикоснуться. Помочь. Не помогает и сам. Толчок, второй, третий. Оргазм накрывает мгновенно. Питер стонет хрипло, тихо, срывая голос. Выгибается в спине, кончая. Ощущает чужое удовольствие, как своё собственное. След от зубов на шее пройдёт ещё не скоро. — Это было… — договорить Питер не успел. Прямо посреди комнаты образовался портал, из которого мгновением позже появился никто иной, как доктор Стивен Стрендж. — Питер, прости, что так поздно. Я просто хотел…поздравить тебя… — несколько тише закончил маг, когда заметил, в каком положении находится именинник. Локи успел накинуть на парня одеяло, скрывая всё самое важное, но вид у того всё равно был весьма…затраханным. — Спасибо… — так же тихо ответил подросток, чувствуя, как от стыда пылают уши. — Что ж, не буду вам больше мешать. Продолжайте, — портал исчез так же неожиданно, как и появился. — Боже, а если бы он появился хотя бы на минуту раньше… — Мы бы с тобой в следующий раз могли с чистой душой выпить на «застуканы во время секса». — Да ну тебя, — обиженно пробубнил паучок, натягивая одеяло выше. — Эй, не обижайся. В душ, спать или может быть второй раунд? — Прости, я слишком вымотан морально. И ты, между прочим, подарил мне только одну часть подарка. — Верно, — мужчина сел ровно и вытянул вперёд руку. На ладони лежал небольшой кулон. Тонкие линии металла красиво переплетались между собой, создавая необычный узор. А внутри этого маленького кокона, сужающегося книзу, расположился камень. Он переливался всеми оттенками синего, а в самом центре, если присмотреться, можно было заметить зелёный огонёк. И чем дольше смотришь, тем ярче он кажется. — Это… — В нём заключена частичка моей магии, так что, если с тобой что-то случится, я тут же узнаю об этом. К тому же, так я буду рядом с тобой всегда. — Он очень красивый, — восхищённо произнёс Питер, не отрывая взгляда от украшения. — Ладно, потом ещё налюбуешься. Сегодня был насыщенный день. Так что давай баиньки. Засыпал паучок в крепких объятьях с мыслью, что это определённо был лучший его день рождения.