А ты никогда не можешь просто промолчать?
- Отстань, прочтешь и отдай мне. Я перевёл взгляд на почти закончившуюся жидкость в капельнице и, не особо задумываясь, позвал медсестру. С каких пор это стало таким привычным? Смотреть, как ему вводят острую иглу, пронизывая кожу и впиваясь ею в вену. Я каждый раз морщусь, хоть это и не впервые.Эй, аккуратнее, ведьма, ты не видишь, что ему больно?!
Успокойся, Алан, это её работа. Странно, но похоже, что даже боль, вызванная слишком неосторожными движениями, не отвлекла его от чтения моих мемуаров. Вообще-то это должен быть подарок ему на день рождения, но я боюсь, что не успею его подарить. Лучше так и сейчас, чем потом эта писанина будет пылиться на полках нашей общей библиотеки, которая к тому моменту станет моей. Я не хочу об этом думать и отворачиваюсь к окну, наблюдая за прогуливающимися по ярко-зеленому газону парочками. Слишком уж яркому для такого места, настолько ядерному, что даже в глазах режет, как от подступивших слёз. Но откуда мне знать, верно? Мне нравится стереотип о том, что мужчины, якобы, не плачут. Так мне кажется, что я сильнее в его глазах. Хотя когда-то всё было не так.А как?
Это уже мой недостаток. Постепенно подступающая потеря моментов из моей памяти заставила меня записывать всё, что я делаю. Вообще-то именно она вынудила меня взяться за ручку и написать всё, что я помнил о зарождении наших чувств. И эти чувства сейчас лежат в слабых ладонях с такими длинными тонкими пальцами, которые с усилием перелистывают страницу за страницей. Это ведь моё воображение... Мужчина передо мной молодеет на глазах, превращаясь в того избалованного судьбой мальчишку, которого я знал в старшей школе. Все из-за него, верно? Странно, но мысли заняты совсем не тем, что я и правда свихнулся на старость лет. Просто как-то глупо смотреть на него сейчас, будучи немолодым, завидовать его свежести, яркости красок и юношеской красоте. На миг он отрывает глаза от блокнота и, кажется, видит то же самое, что и я. Ситуация настолько комична от того, что я могу прочесть каждую его эмоцию, как будто она написана на лбу маркером. Пусть раньше он и казался загадкой, разгадывание которой сулило кучу проблем на мягкое место. Первое ощущение никогда не обманывает. Я пожимаю плечами, засовывая руки в карманы брюк, и улыбаюсь, приводя в движение выцветающие веснушки на моём лице. Он тоже улыбается.Кажется, рано мы начали разговор про старость.. Ведь мы всегда будем молоды, правда?