Татуировки

      Кид лениво листал книгу и махал ногой в такт тихой музыке из комнаты. Пиксель устало положила лохматую морду поверх рук и заглядывала своими темными глазками бусинками в глаза красноволосого.         — Да, я понял, что ты скучаешь по своей пришибленной хозяйке, но я тут причем? — Юстасс поднял руки и продолжил читать, но упрямая лайка явно хотела другого. Пикс с легкостью запрыгнула на колени и наклонила косматую голову. — Сатана.       Пиликнул брелок автомобиля, оповещая о том, что блудная красновласка вернулась.

***

       Я устало хлопнула дверью машины и поудобней перехватила переноску с котом. Настроение было отвратным, что делать и куда пристраивать комок шерсти я не знала, поэтому уныло поплелась в подъезд, где в уютной квартире ждали недовольный Кид и Пиксель, что в скором времени также будет недовольна.        Ватер: Я минут через двадцать буду дома, не хочешь прогуляться?       Гласило сообщение от Ло, который не так давно, буквально, пару дней назад стал моим парнем, чтоб его. Пожалуй, эта сейчас моя самая малая проблема из всех нынешних.       Отправив ему что-то из серии «посмотрим», я перешагнула порог открытой квартиры, в коридоре недовольно стоял Кид и бурча что-то, держал за ошейник Пиксель. Поставив переноску и скинув сумку, устало подхожу к брату и простонав от усталости утыкаюсь в плечо. Двое суток на ногах определенно давали о себе знать, а скоро еще и практика, где-то через неделю примерно. А ведь октябрь только начался.       — Заебана, но не сломлена. — Устало бурчу в плечо брату, а тот отпускает Пикс, что вьется у ног и с легкостью Юстасс поднимает мое бренное тельце, и несет на горячо любимый диван.        — А мне кажется, что наоборот. — Брат отдает мне остывшую чашку чая и издеваясь предлагает еще кофе.       — Тогда даже мое сердце остановится, а ты ведь не хочешь оставить Пиксель сиротой? — Устало потираю глаза и делаю глоток чая.       — Да что с тобой станется, переживешь всех. — Кид уходит, отвечая на зазвонивший телефон.       С шумом выломанного пластика и пробуксовкой по коридору пронесся белый маленький комок шерсти. А следом за ним комок побольше.       — Але-екс.       — Ну нет, ну пожалуйста, ну не сейчас.

***

      — Я смотрю ты прям дышишь энергией, Алекс. — Ло сидел у подъезда на заборчике, и держал в руках два стакана с кофе, один видимо мне.       — А ты как обычно излучаешь дружелюбие и тактичность, Ватер. — Посильнее наматываю поводок Пиксель, которая как обычно нетерпеливо рвётся к Трафальгару.       — Ну что поделать. — Он встает с насиженного места и подходя ближе щурит серые глаза. — Ты вообще спала? — Ло отдаёт мне стакан с кофе и приподняв за подбородок голову продолжает рассматривать моё лицо.       — Мистер тактичность прекратите нарушать моё личное пространство.       — А, по-моему, твоё личное пространство нарушили синяки под глазами и недосып.       — Кажется я начинаю понимать, почему у тебя не было отношений.       Трафальгар только скалится и чмокает меня в лоб.       — Какой уж есть. У тебя как я помню тоже не было отношений.       — Этому есть простое объяснение, в лице моего брата. Кстати, о нем… — Вытаскиваю вибрирующий телефон и отвечаю на звонок Кида, брат явно не доволен и просит передать трубку Ло. — Эм, тебя, Ватер.       Ло приобнимает меня за плечи, прижимая к теплому боку и уводит от подъезда язвительно перекидываясь с братом фразами. Пиком их беседы был смешок брюнета и злобный крик брата из окна куда и как пойти Трафальгару, а судя по движению руки у меня на плечах, он еще и показал брату средний палец, а следом просто сильнее прижал меня и поцеловал в висок. Ощущаю себя мягкой игрушкой, которую не поделили два взрослых мальчика и теперь каждый старается урвать кусочек этой игрушки. Ло отдает телефон и тихо смеясь идёт со мной по асфальтированной дорожке.       Пиксель сразу спущенная с поводка унеслась валяться в желтых листьях октября. В парке, куда мы дошли за десять минут было не так уж много народу, наверное, поэтому Трафальгар всё также шел приобнимая амёбную меня.       — Ты хотя бы спала?       — Да, часа три за двое суток. — Пожимаю плечами, зевая и делая глоток вкусного кофе. — Еще минут десять, когда пришла домой.       — Дура, и куда только смотрит твой брат и парень.       — Брат смотрит, когда я дома, а парень вот сейчас смотрит. — Поддерживаю не смешную шутку Трафальгара и фыркаю, когда Ло сжимает пальцы на плече. — Как в универе дела?       — Всё также, ничего интересного и нового, Олиандра передавала тебе привет.       — Ммм, как интересно. — С громким лаем подбегает Пиксель, требуя к себе внимания и обтирая влажную шерсть о наши с Ло джинсы.        Раздается очередной звонок на мой телефон, только вместо ожидаемого капитана Козерожки там высвечивается имя Чоппера.       — Э? — удивленно смотрю на экран, но отвечаю на телефон. — Да мой маленький сладкоежка, я тебя слушаю.        Чоппер верещит, плачет в трубку и говорит непонятные вещи, из которых я могу понять только одно — маленького олененка и кого-то из его группы заграбастали в ментовку и теперь это чудо хочет, чтобы я помогла. Умно, да.       — Успокойся, Чоппер — я, в каком ты отделении? — Забирает у меня телефон Ло и узнает куда конкретно увезли его с дружком. Кивает, а потом отдает мне мобильник и выпускает из теплых объятий, так что теперь я ощущаю всю холодную прелесть осенних вечеров. Брюнет достает свой смартфон и набирает чей-то номер, жестами прося меня пока словить Пиксель, которая громко лаяла и бегала кругами.

***

      Через двадцать минут мы стояли у отделения полиции и выкинув окурок в урну, мы двинулись внутрь. Пиксель пришлось оставить на пропускном пункте, привязав собаку к забору. Светлый холл встретил нас недовольными глазами дежурного, обезьянником, где сидели задержанные и бегающими сотрудниками по коридору.       Трафальгар как будто был тут не раз, махнул дежурному, написал что-то в тетрадке и взяв меня за руку пошел по коридору.       — Я, конечно, знаю, что ты весь такой классный, но куда мы идем, Ватер?       — Мы идем к Коразону. — Ло пожимает плечами, как будто это было так очевидно, а я пыталась вспомнить кто же это всё-таки, но память мило показывала палец, который до этого любезно показывал Ло Киду.        Мы остановились перед дверью с табличкой Донкихот Россинант. Ло открыл без стука дверь, и мы вошли под грохот и недовольное кряхтение мужчины.       Передо мной предстала картина в виде высокого неуклюжего, но уже знакомого блондина. Мы встречались на той вечеринке в сентябре.       — Але-е-екс. — На меня кидается Чоппер и ревёт. — Мне было так страшно, я не знал что происходит, но это так страшно!        Закатываю глаза, но ерошу мягкие светлые волосы приятеля.       — Что произошло?        — Уличная драка, а эти двое участники. — Ставит в известность Россинант и пожимает руку Ло, который уже вальяжно развалился на стуле и лениво осматривал кабинет.       — Какая прелесть. Я в восторге, а где второй придурок?

***

      Знакомая пирсингованная морда первокурсника смотрела на меня через прутья решетки.       — Добрый вечер Пайк, как дела, бестолочь, ты малолетняя? — Убрав руки в карманы куртки, я устало рассматриваю парня, который не так давно приносил мне кофе. На смазливом личике красовался кровоподтек на скуле и засохшая кровь на губе. — Что я говорила по поводу того, чтобы вы не вмешивали меня в свои проблемы? Я что нянька?       — Да, я понял, я покупаю тебе кофе целый месяц. — Парень также устало смотрит на меня.       — Два.       — Хорошо, два. Только вытащи уже отсюда, домой охота.       За свою жизнь я видела много наглости, но этот уже бьёт рекорды и смещает одного пятнистого товарища на второе место.       — Первый и последний раз, усёк?       — Да-а.       Покинув комнату задержания, я вернулась к Ло и компании, Россинант ушел выпускать Пайка, а мы втроем отправились на выход, где нас и будут ждать и где мне просто надо расписаться, что я получила на руки этих двух оболтусов.       — Спасибо Россинант, очень выручил. — Улыбаюсь мужчине, который забирает у меня протокол и ставит там свою подпись.       — Не попадайтесь больше. — Блондин пожал руку Ло и махнул мне на прощанье. — Бывайте.       — Алекс, а дашь свой номер чтобы если что я мог тебе звонить в таких ситуациях?       — А ты я смотрю хочешь обратно в камеру? — Рука Ло по-хозяйски легла мне на талию, прижимая к теплому боку, который казался уже таким мягким и удобным.       Пайк фыркает и поднимает руки в примирении показывая, что он все понял и принял. Если честно, я даже не хочу знать подробности, как и почему мой милый маленький Чоппер оказался в компании отмороженного мальчишки. А это было бы интересно, но не сейчас и не в ближайшие дни.        На улице радостным лаем нас встречает Пиксель, что лежала на земле и теперь рвалась получить свою дозу любви, тепла и ласки. Пайк, завидев белую лайку побледнел и вцепился в Чоппера.       — То есть идти и бить морды на улицах, втягивая в это Чоппера, ты не боишься, а собак, да? Серьезно? — Замечая страх в глазах блондина, издевательски ослабляю поводок Пикс, который уже держала в руках и собака, ощущая свободу рвется к Олененку. — Упс.       — Ты зубы их видела?       — Я работаю в ветклинике, конечно, видела, я их еще и чищу.        На этой ноте мы прощаемся и ребята уходят в сторону дома Чоппера, а мы, оставшись в изначальной компании идем тоже домой. Бешенный день окончательно меня добил и поэтому до дома меня тащит Трафальгар, пока я прижимаюсь к необычайно уютному боку и плечу. Ло оставляет меня на пару минут у кофейни, где я обычно беру кофе. Сигарета сама оказывается в пальцах, и я отчаянно борюсь со сном, но Пиксель, что удобно устроилась под боком на парапете напоминала подушку.       — Не засыпай, вот. — Ватер впихивает мне очередной стакан кофе, из которого, пожалуй, состоит мой организм последние сутки.       — Ага, спасибо. — Двигаться абсолютно не хочется, но я делаю глоток горячей жидкости, которая должна бодрить, по идее. Сигарета только усугубляет сонливость, а примостившийся справа Ло любезно подставляет плечо, которое кажется таким удобным.

***

      Проснулась я только вечером следующего дня, судя по недовольной роже брата, который кричал что-то мне в лицо спросонья. Из Юстасса классный будильник. Я серьезно, могу одолжить.       — Что, ты, орешь?       — Действительно, хули, я ору. — Кид набирает побольше воздуха в грудь. — Сначала ты проебываешься двое суток…       — Я работала…              — Да мне ПОХУЙ. Ты. Проебывалась. Два.Сука.Твою.Мать. Дня.       — Нашу.       — Прости что? — Золотые глаза брата опасно сощурились.       — Не мою мать, а нашу. Мы с тобой единоутробные.       — Да иди ты нахуй со своими правками. — В меня кинули ошейник Пиксель. — Ты съебала со своим утырком дрищавым, он притащил тебя в ауте домой, а ты до этого приволокла еще одну неведомую белую хуйню домой, которая, кстати, устроила погром и нассала мне в берцы!       — Мяу. — Голодное мяу раздалось у порога следом за ним рычание Пиксель.       — Ой…       — Ты правда хочешь услышать ответ почему я ору? — Кид устало загребает красные волосы и садится на край дивана. — Я уеду завтра на работу, поэтому постарайся не подохнуть. Может на Рождество приеду, не знаю еще, как получится.        А это вот уже грустно. Мне чертовски не хватало брата, всю мою жизнь, а скоро еще и ноябрь, через месяц правда, но скоро.

***

      Юстасс уехал днем пятого октября, и квартира показалась чертовски пустой и огромной. Даже Пиксель не скрашивала все это как раньше, а второй комок шерсти, был просто невыносим и громил квартиру, стоило спустить его с рук. Вроде и жалко брошенную хозяевами животинку, но, с другой стороны, если оно так вело себя дома, то не удивительно, что его бросили. Тяжко вздохнув, я надела джинсы и водолазку. Пора было выгуливать Пиксель, да и не мешало бы развеяться. Написав Нами с предложением прогуляться, я защелкнула поводок на ошейнике и застегнув косуху, оставила кота одного в квартире. Надеюсь, это исчадие сатаны не разнесёт квартиру, которую вчера отмыл брат.       У входа в парк меня уже ждала любительница мандаринов. Вьющиеся рыжие волосы были убраны в два хвостика, а на голове была чёрная повязка. Коричневая куртка подчеркивала пышные формы Нами, плотно облепляя её точенную фигурку.       — Что, наконец-то количество рыжих на площадь нашего района вернулось в баланс? — Карие глаза подруги искрились, и она на радостях бросилась с объятиями.       — Можно сказать, что так и есть. — Я уже не помню причину, почему они поругались с Кидом, но их вражде уже не один год и вместе они пересекаются крайне редко, уважительно стараясь обходить друг друга стороной. — Приветики. — Нами подхватила меня под руку и повела в парк.       — Ну, давай, рассказывай, что нового, как там Ло?        Я даже не удивлена, что она в курсе, ведь Нами славится тем, что знает всё и обо всех. Не удивлюсь если она ещё в тот день была в курсе, что Чоппер угодил в полицию со своим новым дружком. Пришлось выложить всё как на духу, но казалось, она и так всё уже знала, и просто кивала, подтверждая собственную информацию.       Пиксель была спущена с поводка, а мы уселись на лавочки со стаканами кофе.       — Как думаешь, я дура?       — Нет, ты просто впервые за долгое время влюбилась. — Нами хихикнула, сделав глоток кофе и оставляя на стаканчике отпечаток красной помады.       — Да, конечно. — Саркастично отвечаю я и закидываю голову назад, утыкаясь в свинцовое небо, через которое пробивается золото солнечных лучей.       — Закрой глаза и расслабься. — Рыжая уселась поудобней напротив.       — Это глупо. — Я прекрасно понимаю, что задумала эта девчонка.       — Просто сделай.       — Ох ладно. Не отцепишься же. — Исполняю просьбу подруги, последний раз взглянув на осеннее небо и слыша, как радостно лает неподалеку самоед.       — Опиши первые глаза, которые ты вспомнишь.       — Амм… — Я задумываюсь на секунду, прежде чем моё сознание рисует золотые глаза брата, которые медленно превращаются в серые. — Серые. Непонятно серые. Они серые как стекло? Не знаю. Сложно описать. Они блестят как серебро, когда он улыбается, а в лучах солнца или фонаря, они отливают золотом. — Сознание услужливо рисует описываемую мной картину, представляя гораздо больше, чем просто глаза. — Господи, Нами, это глупо. Мы можем прекратить?       Девушка молчит, я только ощущаю как она учащенно дышит, пыхтя и кряхтя от…возмущения?       — Нами?       — Алекс… — Нами теряется, не зная, что и сказать, а я ощущаю истерично- радостный темп движения пушистого хвоста Пиксель.       — Он за спиной?       — Да, Алекс-я, он за спиной. — Низкий, немного хриплый голос раздается над головой, а тяжелые руки опускаются на плечи. — Если быть точнее, над тобой.       Приоткрываю глаза и понимаю, что именно его глаза рисовало моё сознание. Золотое серебро. Вот оно.       — И как много ты слышал? — Не то, чтобы мне было стыдно, но Нами я бы врезала за провокации.       — Ну, достаточно, малышка. — Тонкие губы Ло растянулись в хищной улыбке, а татуированные пальцы прошлись по плечам, скользнув на шею, обжигая ее своим теплом.       — Иди ты. — фыркаю, скидывая горячие руки и поправляя волосы, недовольно смотрю на подругу, которая делает вид, что вообще не причем.       — Ну, я, пожалуй, пойду, а то меня еще Санджи ждёт. — Видно, как Нами стушевалась под пристальным взглядом Трафальгара, который сейчас почему-то казался каким-то агрессивным, нежели во все предыдущие встречи.       Рыжая спешно прощается и махнув мне рукой на прощание, скрывается в пестром темнеющем парке, бросая меня на произвол Ло судьбы. Брюнет устало перепрыгивает через спинку лавочки и раскинув руки по той же спинке, прикрыл глаза.              — Что-то случилось?       — Устал. — Ёмко, коротко и понятно. Это многое объясняет, я была такой же пару дней назад, уставшая, злая и не спавшая. Под глазами залегли тёмные тени, а белки глаз были красноватыми.       — На. — Протягиваю недопитый кофе Ватеру, который лениво приоткрыл один глаз. — Возвращаю долг за предыдущее. — Улыбаюсь как-то нервно. Я абсолютно не знаю, что я вообще должна делать в такие моменты. Всё это было слишком давно.

***

      Абсолютно не хотелось попадаться после вчерашнего на глаза Ло. Ничего не произошло, но именно это было провалом. Природу своего стыда я так и не поняла до вечера, пока белое чудовище, гордо именуемое Сатаной, не опрокинув очередную чашку со стола, не уселось передо мной и не начало орать.       — Тебя еще мне не хватало, для полного счастья. — Отмахиваюсь от кота, устало опрокидывая голову на стол. Боже, просто хочу уже чтобы это все закончилось. Сатана всё ещё орал и раздражал ещё больше. Не могу так. Надоел. Его просто невозможно содержать с кем-то, с таким-то характером. — Знаю я одного такого же посланника Сатаны и любителя белых животных. Всё. Ты переезжаешь, немедленно.        Вещей у Сатаны было немного. Две новые миски, лоток и переноска. Как я всё это переносила на этаж ниже не важно, но самым сложным оказалось изловить понимающего, что происходит кота и спустить его к квартире, где он теперь будет жить. Три раза нажав на звонок я в нетерпении постукивала ногой по плитке у двери.       — Я подумала, что тебе он подойдет. — С порога начинаю я и протягиваю белую тушку Ватеру.       — Э? — Трафальгар удивленно смотрел на меня протягивающую кота.       — С днем Рождения, не знаю когда он там у тебя, но вот на всякий подарок. — Ещё тупее я себя уже не почувствую.       — Ло, кто там? — В коридоре показался высокий парень в бежевом костюме и шапке с пингвином.       — Да, кто там? Я слышал женский голос, Ло, твоя девушка что ли? — Ещё один парень показался в поле зрения, рыжий и в шапке с косаткой? Боже, что за пати тут собралось, именно эти мысли я и озвучиваю.       — У вас что, клуб любителей дурацких шапок?       — Эй! Это оскорбительно! — Возмутился Пенгвин, на что, если честно, я даже не обратила внимания, потому что руки у меня начали затекать.       — Заткнитесь и скройтесь. — Шикнул недовольно Ло и взъерошил и без того непослушные темны волосы.       — В общем, вот, держи, надеюсь ты станешь для него хорошей семьей. Ещё раз с праздником, бывай. — Впихнув Сатану и вещи в руки Ло, воспользовавшись моментом, чмокнула опешившего доктора в губы. — Удачи.       Минус один от кучки проблем. Ну, мне так казалось.