Мини - перемещение

Чимин собирает первые попавшиеся вещи и выбегает с помещения. Слезы скатываются по линии челюсти, капая на кофту. Он сидел на лавочке, окрашенной всеми цветами радуги, и в который раз прокручивал в голове все то, что произошло. «Хах. краска осыпается так же, как и мой здравый смысл» Долго так сидеть Пак был не намерен, так как был более чем уверен, что Юнги уже ищет его, а значит квартира была пуста. Чимин встает чуть пошатнувшись и снова бежит. Бежит так, будто сдает кросс по физкультуре. Эхх, он был бы рад оказаться сейчас в школе. Но времени на раздумья нет, так как Юнги может найти его в любую секунду. Это ведь не многомиллионник — Тэгу или Сеул. А небольшой город, в котором одни компании, он не уверен есть ли в этом городе хотя бы дети и школы. Что там уж говорить о садиках. Зато всяких офисов и отелей — весь город. Да, здания не такие шикарные и дорогие как в Тэгу, но смысл тот же. Чимин забегает на кухню и тут же падает на пол в ступоре от удивления, и от того, что осколок впился ему в ногу.  — Блядь! Гребаный Мин Юнги… мало того, что чуть не изнасиловал, так еще и разгромил мою кухню! Сука, ненавижу. — орал Чимин то ли на Юнги, то ли на этот мир.  — Чимин~а? — Пак услышал знакомый дрожащий голос.  — Ю-юнги. — всхлипы от режущей боли не давали ему нормально говорить, что ты здесь…  — ты хоть знаешь как я волновался?! Я блять, все офисы объездил! Какого… хера… — вначале он говорил так уверенно, а в конце предложения он стал неуверенным, растерянным… и - грустным (?)  — … — Чимин продолжал сидеть на полу, всхлипывая от боли. Нет, он не тряпка, но все эмоции и эта боль вылились в недоистерику, остановить которую удавалось только одному человеку — Ким Тэхёну. Поэтому, несмотря на возмущения Юнги, который вообще должен извиняться вместо вынесения новых упреков, и несмотря на боль, он кое — как встает и звонит в ближайшую больницу.  — Чимин! Чимин, черт возьми! — Мин схватился за его кофту и трусит, чтобы обратить на себя внимание, — она не скоро приедет, давай я тебя сам отвезу.  — нет, — как отрезал Чимин и посмотрел на свою рану — достаточно крупный оскол еле виднелся из-под кожи, а из самой раны немного вытекала кровь. Но как правило, если убрать осколок посуды, то её будет много. черт. значит не мало так крови уже вытекло.  — Чимин! — Юнги уже охватывает его руками и поднимает. Потому что глаза Чимина были мутные и полузакрытые, а одна мысль, что его Чимин упадет в обморок так и щемило в сердце. Он открывает дверь и сажает рядом с собой Пака, а после и сам запрыгивает в нее и заводит, перед этим посмотрев адрес больницы. Чимин открывает глаза и понимает что лежит на операционном столе, а на него смотрят около четырех врачей.  — Пак Чимин? Вы уже проснулись? Не беспокойтесь, вы были без сознания и ваш парень привез вас сюда, — что? Без сознания? Чимин же всего то хотел притвориться что без сознания для того, чтобы не отвечать на вопросы Юнги и не видеть его таким, а в машине он умудрился уснуть. Эти врачи что? Не различают спящего человека от человека в отключке?! — сейчас мы проведем операцию. Ваш парень также дал согласие, — это «Ваш парень» так режет слух, что хочется заткнуть себе уши даже во время операции. Через время его глаза закрываются. Анестезия в действие. Приходит он в себя уже в лифте. Открывает один глаз и видит все тех же врачей и плачущего Юнги. «Почему так больно?»  — Юнги… — Пак все так же не в себе, и его язык и все тело как будто онемели, — мне больно… — а глаза Юнги заблестели, то ли от слез, то ли из-за того, что они уже в хорошо освещенном коридоре.  — тихо, просто отдыхай, — сквозь пелену слез Юнги все же натянул на свое лицо легкую улыбку, которая так расслабляла и успокаивала, что Чим снова закрыл глаза и уснул.

***

Тэхён кажется это уже говорил, но он хочет всегда просыпаться рядом с Чонгуком. Уткнуться ему носом в грудь и таять… вот и это утро такое же, только открыв глаза, он понимает, что это не грудь парня, а подушка. — Какого хрена. — высказывается вслух Тэхен и лениво плетется на кухню. Ноги совсем не хотят его слушаться, поэтому он три раза чуть не свалился, с громким «АЙЩ» и «Щибаль»  — Тэхён? Почему так рано? , — Чонгук стоял у плиты и жарил что-то вкусное. По крайней мере по запаху. При виде такого Гука, такого, которого хотелось заобнимать до смерти и таскать везде с собой, чтобы никто не украл. Поэтому Тэ не может удержаться и подходит чтобы обнять.  — ааай! Блиии…! — на четвертый раз он не удерживается и летит на Чона.  — ахпхп, — а тот заливается смехом, истерическим, потому что ещё чуть — чуть и его малыш упал бы, ударившись головой об угол, — такое чувство, что ты бухал во сне.  — о! Точно! , — воскликнул Ким, а Чонгук посмотрел на него взглядом «Ты дурак или да?», — я вспомнил! Надо же позвонить Чимину и сказать чтоб приехал на выходные!  — это не то, о чем тебе сейчас надо думать, — Чонгук как бы намекает что Тэ сейчас не в лучшем положении — а именно прижат к столу Чоном. Который шепчет ему на ухо всякие нежные и возбуждающие слова, а тот отвечает непонятными полусловами — полустонами. Гук прекращает его мучать и выпускает из своих рук. А тот лишь выпячивает свои губки.  — ну Гук~и, — скулит Тэхён, — ну… ну папочка!  — ох, зря ты это сказал, —кажется что у Чонгука появился новый фетиш — когда Тэхён называет его «папочкой». —малыш. — Чон влетает в страстные объятия любимого и прислоняется утренним стояком к парню. Он приближается еще ближе, хотя казалось куда еще ближе то? , и водит языком по шее, ожидая чего — то.  — папочка… — кажется этого он и ждал, потому что эти слова как принуждения к действиям. Поэтому Гук впивается зубами в шею и представляет себя вампиром, начинает оставлять засосы, аля следы от укусов. Он чувствует как Тэхён напрягается, поэтому отстраняется и смотрит в его карамельные глаза, от которых бросает в дрожь.  — Тэ~Тэ, расслабься, — Гук снова прислоняется к чужой шее и переходит вверх на губы. Он мог перейти ниже, но трахать своего мальчика с утра — он не хотел, поэтому удалял жажду с помощью поцелуев.  — Чон — Чонгук ~ а, панкейки, — задыхаясь от недостатка воздуха после поцелуя, еле говорит Тэхён.  — что… — Гук поворачивает голову и вспоминает о панкейках которые давно уже стоило перевернуть, — айщ. черт, — он сломя голову рвется в сторону горящего теста и выключает плиту, выбрасывая два сгоревших блина.  — ахпха, настала моя очередь смеяться, — неудерживается и смеётся с растерянного Чонгука Тэхён. —ладно, хозяюшка моя, готовь. А я пойду позвоню Чимину, — одна часть Гука полыхала от того, что его назвали «хозяюшка», а другая ликовала потому что «МОЯ хозяюшка» Тэхён сидит на диване в позе лотоса и набирает номер Чимина. — привет! Сладкий мой, — говорит Чимину Тэхён.  — мм. привет, а с чего вдруг сладкий? У тебя хорошее настроение? Что — то произошло? — конечно же Чимин уже в курсе что Тэ и Гук типо вместе и все дела. Ведь Чонгук после «первой ночи» сфотографировал себя вместе со спящим Тэхёном и отправил Юнги, а тот конечно же показал фото Чимину.  — ну вот когда приедешь на выходных, тогда и расскажу.  — хах, ну ладно, мне тоже есть что тебе рассказать, — съязвил Чимин и послышался чей — то голос.  — ты там не один? — удивился Тэхён  — нет, конечно один, — и послышался громкий удар и немного матов.  — Чимин?! Кто с тобой? Это явно не врач! С кем ты?