Шесть тысяч лет

Шесть тысяч лет. Именно столько был знаком Азирафэль с Кроули. И спустя эти шесть тысяч лет он никак не мог понять чем же отличается от всех остальных демонов его близкий друг? Почему он никогда бы не стал общаться с Мефистофелем или Маминой? Лишь Кроули мог понять его любовь к людям, к жизни на земле да и просто принять, такого, отличающегося от других ,ангела. Азирафэль каждый день молился чтобы не стать как Майкл, Гавриил или любой доугой честный прислужник Метатрона из его родного дома. Он не принимал безразличия и холодности ангелов. И только Кроули понимал почему. Он слушал каждую историю Азирафэля о людях с тем же одушевлением, с каким рассказывал о своих . И пусть каждая такая история была цензурирована, облегчена для ангела, она все равно порой пугала его. И Кроули был готов сотни раз доказывать , что все что он сделал было неизбежным и очень , очень нужным. Он не хотел задевать так горячо любимого ему ангела. Такого мягкого и теплого будто знакомый плед на уютном диване. Жизнь Кроули была бесконечно завязана на чьих то страданиях, а Азирафэль мог скрасить его день. Демону не надо было притворяться плохим или хорошим, нежным или грубым. Он был собой, без очков, без предубеждений ,без смущения в тихом пустом книжном . Азирафель спасал его, ни демона, и уж точно ни ангела, от окончательного окостенения. Однажды, абсолютно случайно, Азирафэлю пришлось навестить Кроули. Накануне они пили прекраснейший Кьянти французского производства и он забыл у демона стопку книг, которые собирался отнести в магазин. Кроули не ожидал прихода доброго друга и мирно дремал в тени своих запуганных и вечно цветущих растений. Азирафель решил не будить любимого и бесшумно проскользнул в его кабинет. Войдя он увидел стопку книг на кресле и уже собирался поднять ее с кресла, но нелепо споткнулся и задел одно из растений Кроули . Оно было одним из самых любимых, самых нежных, самых спокойных и старых приятелей демона, после Азирафэля конечно же. Но к его счастью растение не упало, а лишь наклонилось и ангел услышал за спиной какой то шум. Обернувшись он обнаружил, что шкаф, так долго пылящий на себе книги великих авторов средних веков, внезапно легко отодвинулся в бок и открыл небольшую комнату и на Азирафэля уставились тысячи глаз . Присмотревшись поближе он понял, что это фотографии и портреты. Здесь были работы Моне, Кандинского, Пикассо, Да Винчи и многих фотографов современности, но все они изображали одного человека, лишь его одежда и место рисунка менялось. Ангел увидел сотни и даже тысячи портретов самого себя. Он успел удивиться и даже испугаться, как в комнату ворвался услышавший его Кроули . Его щеки краснели румянцем, глаза блестели то ли от слез стыда толи от счастья. Он что-то бубнил и пытался объяснить, жаль, тогда он не знал, что придя он в магазин к Азирафэлю он увидел бы то же самое . Ангел собирал все фото его любимого демона и уж тем более все портреты. Теперь он все понял . Им больше нечего скрывать, нечего бояться. Армагеддон прошел, Рай и Ад отстали от них. Азирафэль и Кроули теперь одни в этом прекрасном мире, полном жизни и суеты. Он медленно подошёл к демону ,взял его за тонкий красный галстук и нежно, как может только невинно влюбленный ангел, поцеловал Кроули в губы. Поцелуй был долгим, как летний вечер, как зимы и их дни друг без друга. Кроули сперва опешил, но потом сам осознал всю глупость, таких казалось бы, умудренных годами и опытом существ . Все те шесть тысяч лет он не был так счастлив как сейчас, все шесть тысяч лет с того разговора на стене Эдема. Он понял что относиться к этому ангелу по-другому. Шесть тысяч лет. Столько нужно Азирафэлю, чтобы понять что он просто влюбился. Столько нужно было Кроули, чтобы сознаться.