Маска Лиса

Бухта была скрыта с двух сторон скалами, был и домик, что одиноко стоял недалеко. Встретил любовников альфа лет сорока пяти. Он держал в руках керосиновую лампу современного дизайна в стиле модерн. — Здравствуй, — мужчины пожали друг другу руки, и Глен, спустив на берег все их вещи, обнял парнишку за плечи, представляя их друг другу. — Это Кей Вуд, мой истинный. А это, Лем Рерих, мой давний друг. Альфа был высок и накачен, что было хорошо видно даже через просторную хлопковую рубашку и брюки на несколько размеров больше. Жёсткие, но ровные черты лица, тяжелый взгляд. Волос коснулась первая седина. — Здравствуй, — сдержанно кивнув в знак приветствия, альфа осмотрел юное личико, подсвеченное лампой и взяв сумки, направился в дом. Макс последовал следом, но между ними вставил Кея, чтобы не потерялся. На острове был освещен только дом. Вся остальная местность была полностью не тронута электричеством и цивилизацией. Вуду приходилось видеть подобные места только на картинках, так что, ему стало даже немного жаль, что они прибыли в пункт назначения уже поздней ночью, и он толком ничего не успел разглядеть. Впрочем, впереди их ждал отдых и он вполне еще насмотрится на здешние красоты. Встретивший их мужчина немного испугал омегу своим суровым видом. Кей только тихо поздоровался и больше ничего не говорил, радуясь, что учитель сам его представил. Взгляд Лема был таким пронизывающим, что рыжеволосый невольно старался держаться к любимому как можно ближе и нигде не потеряться. Тем временем хозяин провел их в дом, помогая занести вещи в комнату, где гостям предстояло жить все это время. Спальня любовникам досталась на втором этаже, с прямым выходом на небольшой балкон, откуда отлично было видно море, уходящее вдаль. В темное время суток оценить всю красоту открывающихся видов было сложно, но даже сейчас были видны вдалеке сотни огоньков с острова, с которого они недавно приплыли. Комнатка была также небольшой, но имела всё самое необходимое, чтобы спать и сложить вещи. Дав время переодеться и сходить в душ, мужчина ждал парочку в столовой за поздним ужином. Все же, как бы они не устали с дороги, ложится спать с пустым желудком не очень комфортно. Да и видно было, что старым друзьям не терпелось поговорить и вспомнить что-нибудь из общего прошлого. Омега тоже присоединился к ним, но чаще всего тихонько сидел и слушал, не мешая «взрослому» разговору. Но не сказать, что он скучал. Ведь это тоже было некой частью жизни Глена, а такое юноша всегда познавал с огромным интересом. — А как вы познакомились? — он наконец решился задать интересующий вопрос, бросая взгляды то на одного, то на другого альфу. Вот так, в домашней атмосфере, он уже почти привык к жесткому Рериху, видя, что тот не так и страшен, как показалось на первый взгляд. Хотя не то, чтобы какой-то внутренний трепет и легкий испуг прошли у него полностью. Макс и Лем переглянулись, замолкая и переставая улыбаться. Мужчина ждал этого вопроса, но не думал, что парнишка задаст его так быстро. — Ну… — старший альфа взял бокал с вином, делая непринужденный жест рукой, якобы «твой омега — ты и рассказывай», и принялся неспешно опустошать свой бокал. Глену оставалось лишь вздохнуть. — Это долгая и запутанная история, малыш. Давай в следующий раз? — мужчина поцеловал парня в макушку, возвращаясь к своему ужину, обещая, что вернутся они к этому вопросу сразу же, как отдохнут. Рерих лишь лукаво усмехнулся, выпивая вино одним глотком, ведь он готовился к «представлению» интереснейшей истории, но ничего не произошло. Кей с интересом и легким подозрением переводил взгляд то на Макса, то на его старшего друга. Их заминка и нежелание сразу рассказать, что же их связывало в прошлом, заставляло слегка напрячься. Ведь если нечего скрывать, то к чему эта таинственность? Но, конечно, перечить или чего-то требовать он не стал, и согласился послушать эту историю потом. Пусть и мучался вопросом, что же там такого случилось… В остальном же ужин прошел спокойно и хорошо. Они познакомились, немного привыкли друг к другу, а там и подоспело время отдыхать. Все же, им с Гленом с дороги стоило бы уже поспать хорошенько. Чем омега и занялся, стоило им только войти в их комнату. Он сразу же плюхнулся на неимоверно мягкую кровать и мгновенно заснул. Благодарное за отдых тело было только радо этому, так что, он сладко проспал до самого утра. А вот утро оказалось волшебным. Едва открыв глаза, парень ощутил себя словно в рекламе баунти или где-то около того. Светило яркое солнце, отражаясь сотнями бликов на водной глади, дул приятный бриз. От всего этого великолепия становилось непривычно и ужасно хорошо. — Может, мы умерли и попали в Рай? — спросил он, поднимаясь наконец с постели, и глядя на альфу, который проснулся первым. Под его усмешку, Вуд подошел ближе, оставляя возлюбленному нежный поцелуй. — Я в душ, если хочешь — присоединяйся. Омега забрался под прохладные струи воды, окончательно пробуждаясь ото сна, и чувствуя себя очень хорошо. Даже мысль, которая пугала его из-за приближения августа, отошла на второй план, и затерялась где-то в потоке приятных, ленивых размышлений. Хотелось всего и сразу: и погулять по пляжу, и покупаться, и просто исследовать остров… Парень надеялся, что хотя бы что-то из этого им удастся сделать. Ведь за тем они сюда и приехали — отдыхать и получать позитивные эмоции. Так что, обо всем остальном можно и забыть на время. Вскоре к парню присоединился и Глен, но хотел он явно не помыться. Пока Кей был занят мылом и прохладными каплями душа, мужчина поглаживал его тело, словно только знакомясь. — Сделай теплее воду, — потребовал мягко альфа, не особо жалуя такую температуру. Он вообще любил тепло, а исключением были только те моменты, когда тело горело от тяжелой нагрузки или горячих, палящих лучей. — Макс! Завтрак готов! — послышался грозный голос хозяина дома, и мужчина крикнул согласием, не покидая своего возлюбленного. — У нас не так много времени… — прошептал он над самым ушком мальчишки, прижимая его одной рукой к себе, а другою опускаясь ниже поясницы. Руки омежки были заняты мылом и пеной, что получилась от него. Его тело скользило в тех местах, где уже намылил Кей, так и норовя покинуть объятья мужчины. Но всё это было лишь на руку Максу, что не теряя времени ввел в горячее нутро студента свой возбужденный орган, растягивая колечко мышц пальцами второй руки, раз уж решил делать всё «на сухую». Правда, «сухим» его партнер был недолго, особенно после погружения члена Макса внутрь. Послышался протяжный стон альфы, которого так крепко сжимал Кей, а с ним выделилась первая порция смазки омежки. Макс был доволен, начиная движение. И прелюдии особо-то и не было, ведь… — …Мы же не хотим опоздать на завтрак?.. — тяжело дыша, прошептал мужчина на ушко любовнику, начиная вдалбливаться в его молоденькое тельце. — Мнгх, — омега низко простонал сквозь стиснутые зубы, не хотелось еще и в этом доме наделать шороху. Все-таки Лем старался, готовил для них… вон еще и пригласил в такое райское местечко. Мысли, может, и верные, но и те быстро выветривается, стоило Максу начать двигаться. От его шепота даже под горячей водой по телу пробежали мурашки. И Вуд всегда приходит в восторг от этих ощущений. Несколько минут жаркой близости и оба получают разрядку и хорошее настроение на весь день. Уже после этого парню удается-таки вымыться и, переодевшись, выйти к завтраку. Хозяин их уже ждал, попивая горький кофе. Завтрак же выглядел сочно и аппетитно. Кей даже от небольшого количества еды почувствовал себя сытым на полдня вперед. Его снова посетили вопросы о том, откуда эти оба знают друг друга, но спросить он решил уже когда они с Гленом окажутся наедине. Может, именно из-за друга тот и не желал начинать рассказ. Кто знает, как там и что вообще было. — Ну что, голубки, какие планы на день? — старший альфа усмехнулся, оглядывая своих гостей, и задерживая странный (по мнению Кея) взгляд на юноше. — У меня еще есть дела, но вы вполне можете спуститься к пляжу… Но долго на солнце не торчите, возвращайтесь к полудню. Дальше тут настоящее пекло. Допив свой напиток, Рерих попрощался и оставил их двоих заканчивать трапезу и обсуждать планы на ближайший отдых. Последним омега был очень воодушевлен.Проводив хозяина дома взглядом, они закончили с завтраком. Секс с утра и правда приносил немало удовольствия, заряд энергии и хорошее настроение. Одни плюсы. — Собери немного еды и воды. Сходим к пляжу. На этом острове мы одни, так что, плавки можешь не надевать… — последнее было сказано совсем тихо, обжигая ушко омежки горячим дыханием. Макс явно наслаждался этим отдыхом. Он убрал со стола, пока юноша доедал. После ушел наверх, чтобы переодеться и захватить вещи: плед и полотенце. Уже через полчаса парочка «голубков», как выразился Лем, была на пляже. Девственно чистый песок, словно никогда не знавший ног человека или техники, окруженный с двух сторон скалами, а с третьей стороны — лесом. Дом был совсем рядом, и его было хорошо видно отсюда. Но главное — здесь были только они вдвоем и Рерих, что пока покинул их. — Как же тут красиво! — Кей ступал следом за Гленом, но все равно вертел головой во все стороны, чтобы рассмотреть все, что ночью было скрыто тьмой. И то, что он видел, приводило его в настоящий восторг. Вуд даже сделал пару кадров на телефон, желая сохранить эту красоту себе на память. Сфотографировал он так же и Макса, который, едва они вышли к морю, уже разделся. Мощное и подкачанное тело мужчины смотрелось великолепно посреди подобного пейзажа. — Ну что, Лисенок? Первый раз в средиземное море. Разденешься полностью? Для меня? Альфа также разделся полностью, даже снимая плавки, в которых должен был погрузиться в воду. — Не переживай, рыбки тебя не съедят…. Лукавый взгляд преподавателя не сулил ничего хорошего. Но сейчас это можно было простить. Как там в песне? Лето, море, солнце, пляж? Почему бы и не «поиграть» со своим омежкой, раз они теперь отдыхают? — Только ради тебя, — он рассмеялся, откладывая телефон. А после принялся раздеваться. Оставаться полностью голым даже посреди безлюдного пляжа было немного смущающим. Но парень пересилил себя, напоминая себе, что никто, кроме возлюбленного, его не увидит. Да и не место здесь для плохих эмоций и переживаний. — Пойдем скорее, — омега схватил мужчину за руку, таща его в сторону воды. Мягкие, теплые волны приятно омывали тело, а солнце пока только грело, освещая рыжие волосы парня и делая их еще ярче. — Такой романтики у меня еще точно не было, — Кей заулыбался, все еще не отпуская любимого, и притянул его для нежного поцелуя. Он еще не был таким счастливым и легким, как сейчас. И ему ужасно нравилось это чувство. Альфа наслаждался отдыхом. Наслаждался красотой и изяществом своего любовника. Наслаждался видом его светлой кожи в лазурных водах моря. Наслаждался теплыми лучами солнца, что, казалось, играли задорно в локонах мальчишки. — Ты самый красивый омега, которого я встречал, — признался спустя время мужчина, обнимая и крепко прижимая парня к себе. Он начал покрывать его личико серией мелких поцелуев, слыша счастливый смех. Кей был счастлив, оказавшись здесь, и для Глена это было лучшей новостью. Значит, он всё проделал это не зря. Вода была теплой, прозрачной и ласково укачивала любовников на небольших волнах. — Надеюсь, эти каникулы тебе запомнятся на дольше, чем зимние… — альфа сжал объятья сильнее, приглушая голос, — прости меня, мой маленький. Чем чаще вспоминаю, тем ужаснее себя чувствую… Дурак бестолковый… Кей, теперь, когда ты стал моим истинным, можешь не переживать, не беспокоиться… Я сделаю всё, чтобы мой мальчик был счастлив… — Ох, Макс, — омега сильнее прижался к мужчине, тихо, но отчетливо говоря: — Давай просто отпустим это… Вот в море, например, оно заберет все тревоги и проблемы. Рыжий улыбался, зная, что его любимый не лукавил — и правда сделал для него все и даже больше. Это грело его душу и откликалось с его собственным желанием осчастливить мужчину. Подумать только насколько романтичным и милым порой мог быть суровый преподаватель. Юношу это веселило и заставляло чувствовать себя чуть ли не уникальным, ведь Глен был таким только с ним. И это было непередаваемо. Снова улыбнувшись, мужчина отпустил омегу, подарив ему ещё несколько нежных поцелуев. — Умеешь плавать? — Немного умею, — ответил он, уже понимая, что его любовник задумал небольшой заплыв. Ну что ж, ему и самому хотелось поплавать или понырять, чтобы ощутить власть стихии, как она несет его тело, купая в своих теплых водах. Дня лучше и придумать было трудно. Они вдоволь наплавались, а потом выбрались на горячий песок, чтобы немного отдохнуть. Легкое покрывало приятно холодило кожу, а перекус пришелся как раз кстати. Пока они отдыхали и набирались сил для нового захода к ним на пляже присоединился Лем. Мужчина закончил с делами и не прочь был тоже присоединиться к развлечениям парочки. Альфа поприветствовал друга и его омегу, раздеваясь догола безо всякого стеснения. — Как вода сегодня? — спросил он с ухмылкой, бросая вещи на песок и хитро поглядывая на своих гостей. Под этим взглядом Кей снова ощутил стыд за свою наготу и поспешил прикрыться рубашкой своего парня. Юноша покраснел до ушей, понимая, что совершенно посторонний человек увидел его обнаженным, да и Вуду довелось увидеть альфу таким же. Уткнувшись лицом в плечо Макса, он смущенно пыхтел, пытаясь справиться с этими эмоциями. В то время, как двух старших мужчин, кажется, все вполне устраивало. И кажется, их не только это устраивало. Они наслаждались реакцией мальчишки. Макс улыбнулся Лему и кивнул, после чего альфа ушел в воду, скрываясь под толщей воды на несколько долгих минут. — Ты чего покраснел, как помидор? — почти смеясь, но ещё сдерживая себя, спросил Макс, обнимая свою пару за плечи. Это было забавно. Двое взрослых мужчин одинаково жадно смотрели на юное тело Кея, но лишь одному из них в этом плане повезло. Не зря Лем нахваливал за завтраком мальчишку, восхищаясь его красотой каждый раз, если не словом, так мысленно. Глену эти взгляды его друга были хорошо ясны. Но что он чувствовал при этом? Сложно было сказать. Но точно не ревность, как это было с Дэном. Здесь скорее была гордость за то, что у него «Такой» мальчик в руках. — Ничего, — буркнул тот, тряхнув головой, и прогоняя с мысленного взора картинки с голым Лемом. Он не должен думать о другом мужчине. Тем более, в присутствии своего истинного. Хотя то, как смотрел на него хозяин дома в ответ ужасно нервировало. Лем отплыл достаточно далеко, почти сливаясь с горизонтом, а когда вернулся обратно, то прошло довольно большое количество времени. Пара как раз устроила себе второй перекус, выделяя порцию и для мужчины. — Ну как вам здесь? — совершенно нагой, хозяин дома подошел к гостям, даже не вытирая тело, которое, к слову, в его годы было весьма подкаченным, натренированным. Мужчина не терял форму, но и не перекачивался, как обычно это делали «показушники» или ярые последователи ЗОЖа. Были на его мускулах видны и следы шрамов, давних и глубоких по всему телу. Были и татуировки, странные и непонятные. — Прекрасно, — Макс взглянул на парнишку мимолетом, возвращаясь к сладким фруктам в руках, — погода замечательная, вода, сам видел, да и пляж хороший. Тебе нравится, Кей? Рерих хитро взглянул на парнишку, садясь прямо на песок, в позу лотоса, позволяя «рассмотреть» весь волосяной покров вокруг мошонки и не малых размеров члена. Юноша же отчаянно смотрел куда угодно, только не на мужчину или его пах. — Да-да, нравится, — омега чудом уловил обращение к себе, отвечая что-то почти невпопад. И сосредоточился на том, чтобы доесть нехитрый ланч. В то время, как его суетливое поведение и красные щеки порядком веселили Лема. Он так и пожирал мальчика глазами, порой возвращая взгляд своему другу, признавая, что тот отхватил настоящее сокровище. А вот рыжеволосый не знал куда себя деть и чем еще прикрыться, чтобы альфа не разглядывал его обнаженное тело. Продолжая веселиться, мужчины переглядывались, задавали мальчишке разные вопросы. А когда «краснеть» больше некуда было, Макс задал вопрос напрямую. — Ты так смущаешься большого члена моего друга или того, что он уже трахнул тебя взглядом? Реакция не заставила себя долго ждать и уже вскоре альфы смеялись во весь голос, на весь пляж, не скрывая эмоций. Макс обнимал своего любовника за плечи, что так и кутался в его рубашку. — Макс, перестань! — чуть не плача от стыда попросил юноша. Альфа и его старший друг издевались над ним уже несколько минут, и теперь Глен задал самый провокационный вопрос. Хотя его любовник и без того смущался так, что у него горели не только щеки и уши, но, кажется, даже шея начала краснеть. Вуда и правда смущал голый вид чужого мужчины. И, более того, этот самый мужчина совершенно не скрывал, что откровенно разглядывает омегу, словно и правда мысленно им овладев. В конце концов, смех и убеждения, что это всего лишь шутки, немного успокоили его. Лем же не собирался и правда к нему приставать? Значит, и волноваться нечего… — Ну ладно тебе… — целуя его в шею, Макс показал, что не на что не сердиться. Да и смеялись они оба от души, искренне. Лем покинул их так же внезапно, как и нагрянул. Стоило ему обсохнуть, как он оделся и ушел в дом. Вскоре собираться начали и Макс с парнем. Солнце взошло в зенит и находится на открытом пляже было равносильно самоубийству. «Жара» здесь была едва ли похожей на тот же Майами. Точнее, последний и рядом не стоял с островом. Они пообедали в доме, где было значительно прохладней, а к вечеру вновь ушли купаться, вот только на сей раз были сами. Вечером был ужин. Простой, неказистый. Сразу было видно, что готовил альфа, хоть и вкусно. Макс, конечно, пустил колкость по поводу костей курицы в своих макаронах, на что Лем лишь рассмеялся. — Тогда завтра завтрак с тебя. Как обед и ужин. Посмотрим, чему ты научился за годы преподавательской деятельности. После открылась бутылочка вина, все вышли на веранду, чтобы посмотреть на звезды. Лем выключил свет, что мешался, и перед гостями предстало настоящее звездное небо, которое не увидишь ни в одном городе. — Свет от городов заглушает свет звезд, поэтому они не такие яркие, как на самом деле. Макс расположился на просторном диванчике. В одной руке у него был бокал вина, в другой он прижимал омежку за талию, которому тоже налили. Рядом стояла тарелочка с мясной нарезкой и фрукты. Лем же предпочел лечь на шезлонг, что по мягкости не уступал дивану. Они разговаривали о ФБР, о делах полиции и политике в мире. Иногда подшучивали друг над другом, но больше не издевались над парнишкой. Когда бутылка вина, на троих-то, закончилась, все разошлись спать. А на утро готовил завтрак и правда Макс. И снова день повторился, почти в точности. В доме даже дышалось легче. И как-то так и завертелся их отдых: еда, сон, пляж и, конечно же, занятия любовью. Последующие несколько дней, прошедшие в таком режиме, были прекрасными. Кей чувствовал себя хорошо и свободно, забывая обо всех тревогах, что оставил на материке. В один из вечеров, когда они втроем отдыхали на веранде, попивая вино, и разговаривая, парень все еще надеялся, что ему наконец расскажут о знакомстве этих двоих. Однако, мужчины говорили только о чем-то, хоть и общем, но не особо конкретном. И вот это его это уже начинало напрягать. Он прождал еще какое-то время. Вместе с Максом у них выработалось некое расписание, по которому они обычно и проводили свой отдых. И в очередной раз отдыхая в спальне после дневного похода на пляж, омега все же решился спросить обо всем сам. — Слушай, — омега как раз вышел из душа, потому стоял обнаженный, вытирая волосы большим белым полотенцем, — ты мне так и не рассказал о Вашем знакомстве с Лемом… Вы что, работали вместе? Рыжий смотрел на возлюбленного с надеждой, желая узнать и эту частичку его прошлого. Раньше ведь тот ничего не скрывал. Так почему в этот раз медлит? Да и раз уж Рерих пригласил их в свой дом на такой длительный срок, скорее всего, дружба между ними была крепкая и давняя. — Пойми… это касается тебя и мне хочется знать. Кей опустил руки, подходя к мужчине ближе, и заглядывая в его лицо. Он не требовал, не предъявлял претензии Просто просил. Глен напрягся, услышав вопрос парня, но его следовало ожидать. Кей был любознателен, да и самому Максу, на месте омеге было бы интересно. Сам-то он в первые дни их отношений всё расспросил о друзьях, и жизни Вуда в целом. Вот только вспоминать был не особо приятно. Но и держать это в секрете не было смысла. По крайней мере от мальчишки. Напористый взгляд, требующий правду. И хоть мальчишка говорил мягко, альфа прекрасно понимал, что за этим скрывается. — Скажем так, мы служили вместе… — издали начал мужчина, прижимая к себе чистое и юное тельце, от запаха которого кружило голову. Но, к сожалению, такое объяснение лишь вызывало вопросы, ведь Кей знал прекрасно, что Макс не был в армии, уделяя время университету. — В общем… после свадьбы Себа находиться в полиции стало сложно. Постепенно начали появляться мысли, что я ужасен… как мужчина. Ну, знаешь… когда от альфы убегает омега, а после светится от счастья с другим — это мало поднимает самооценку. Скорее даже наоборот. Вот и мне становилось всё хуже и хуже, вплоть до самых глупостей… А сомневаться в себе я не люблю. Нужно было поднимать самооценку, мужское эго, вот только ни встречные омеги, ни увольнение и переезд не дали мне желаемого результата. Тогда я пошел в ФБР, но не в отдел бихевиористики, как знают все мои знакомые. Сначала я год отслужил по спецзаданию в Афганистане. Поехал в 2012-м. Там и познакомились с Лемом. Он уже шестой год служил, был одним из командиров. Нас, еще зеленых юнцов, многим вещам обучил. Я ведь только пару видов оружия в руках держал, а тут — война. И на поле боя нет времени на объяснения. Альфа замолчал. Воспоминания сменялись один за одним, но Макс отметил, что ему легче дается погружение в прошлую свою жизнь, пока мальчишка рядом. — Не помню тот день… на нас напали, база горела. Всё было в огне, едком черном дыме и запахе пороха. Новички, такие же как и я, убежали, ну, а я не смог… испугался просто… Это спасло мне жизнь, как выяснилось после. Впереди была засада. Выжило всего несколько. Это же и спасло жизнь Лему. Его придавило металлической пластиной, что уже прилично нагрелась из-за огня вокруг. Не видел у него шрам от ожога чуть выше бедра? Да… его уже и не видно… если не присматриваться… Жуткие картины, которые описывал Глен, заставляли Кея ощутить легкую дрожь и сожаление. Кто бы мог подумать, что ему довелось пережить нечто подобное? Вуда снова посетила мысль о том, что, конечно, его любовник был взрослым, но он и не ожидал, что Макс познал так много на своем веку. Теперь ему стало понятно, почему тот так неохотно согласился на подобный разговор. Почувствовав себя так, словно потревожил старую рану, омега поспешил извиниться перед своим любимым. — Прости, — тихо сказал он, прижимаясь губами к плечу мужчины. — Я и не знал, что это прошлое… ваше прошлое. Что оно такое страшное. Надеюсь, тебе не очень плохо после таких воспоминаний?.. Парень правда беспокоился, не желая вольно или невольно причинить возлюбленному какую-либо боль. Дождавшись от него ответа, юноша обрушил на учителя всю свою любовь, которую испытывал. Зацеловывая его чуть ли не с ног до головы. В этот раз их секс был медленным и очень-очень нежным. Почти таким же, как тогда, в клубе. После чего пара счастливо отдыхала в объятиях друг друга до самого вечера. В этот раз ужин снова готовил Лем. Он дожидался гостей на кухне, улыбаясь, когда они присоединились к нему. У всех троих настроение было отличным. Кей больше ни в чем не сомневался и не страшился, потому легко вел беседу со старшими, улыбался и шутил вместе с ними. И смотрел на Глена, кажется, с еще большим обожанием, чем раньше. Ему была приятна его откровенность и честность, так что, и весь отпуск становился лучше и ярче. — Наконец-то твой паренек хоть загорел, — сказал вдруг Рерих, улыбаясь и потягивая вино. — А то приехал бледным, как мел. Тебя Макс, что ли, вообще из спальни не выпускает? Хотя… я его отлично понимаю. Рыжеволосый уже и не знал, как реагировать на такие шуточки. Потому только краснел и неловко опускал взгляд, покусывая губы. Альфы смеялись с красного личика парня, но каждый раз после такой шутки-комплимента Макс нежно обнимал своего возлюбленного и целовал в макушку, словно успокаивая и говоря таким вот образом «всё хорошо, это просто шутка, ты прекрасен». Но в этот раз Макс не остался в молчаливом безучастии, решив ответить. — И что бы ты сделал, окажись в твоих руках такое сокровище? Только говори прилично, видишь, он уже и без того красный… Макс ехидно улыбнулся и прижал к себе парня, ожидая ответа от Лема. Он знал, что его друг точно не постесняется сказать, и даже во всех красках описать, что бы он сделал с таким молодым и красивым, притягательным юношей. И Лем приступил к рассказу. Благо уже был вечер, и всю красноту со своего лица можно было спрятать в объятьях Макса, что внимательно слушал подробный рассказ своего друга. Они пили вино лишь вечерами, когда солнце садилось за небосвод, позволяя земле отдохнуть от палящих лучей. Отдыхая на веранде после ужина, мужчины с удовольствием распивали вино, закусывая его куда реже, чем омежка. Лем, сидя рядом в темноте, слегка освещаемый луной, говорил негромко, проникновенно, описывая едва ли не каждый свой шаг, как он будет ласкать парня, слушать вдох-выдох омежьего тела под собой, внимать каждому стону, словно в нём будет заключена вся суть мирозданья. Несмотря на то, что мужчина был военным, наемником, человеком, посвятившим свою жизнь войне, он был весьма начитанным. При чем предпочитал классику, от чего и словарный запас у альфы был обширным. Кей слушал хозяина дома, затаив дыхание. То, что говорил старший мужчина, было словно каким-то эротическим рассказом, но с омегой в главной роли. Это вызывало у него странное чувство, путало мысли, и заставляло дрожать. Вуд уткнулся глазами в свой бокал вина, изредка делая большие глотки, и вдруг начал понимать, что эти слова даже немного… заводят его? Нет, это же было так неправильно. Рыжеволосый тряхнул головой, будто пытался отогнать эти мысли. Но в теле все равно еще ощущался жар и дрожь. Хотелось взять Макса за руку и немедленно увести его в спальню, чтобы избавиться от наваждения. Однако, решиться на это никак не мог и так и сидел на месте. — Думаю, этого достаточно, — негромко рассмеялся мужчина. — Иначе твоего омежку удар хватит… Гляди, как дрожит. Лем ехидно улыбался, подмигнув своему другу. И осушил свой бокал. Он был весьма доволен и своим рассказом и реакцией юноши. Наблюдать за его эмоциями было чистейшим удовольствием. И, чего греха таить, альфе было любопытно, такой же ли очаровательный он в постели. Дрожь в теле омежки заметил и Макс, потому прижал его к себе, целуя нежно в шею, ласково за ушком, обжигая дыханием бархатистую кожу. Та легкость и свобода в общении, что парень успел испытать чуть ранее снова улетучилась, словно ее и не было. Оставались только сильное смущение и неловкость. Особенно, когда Макс начал едва ли не приставать к нему на глазах у второго альфы, целуя и откровенно прижимая к себе. — Да, ты прав, — томно проговорил Макс, опуская руку с плеч парня на его талию, прижимая к себе, — твои слова не хуже афродизиака, да, Кей? Ну что ты так покраснел? Понравилось услышанное? Воображение четко всё нарисовало? Мужчина говорил мягко, словно с ребенком, которого сейчас ждет болезненный укол. Его гладили, обнимали. Успокаивали и всячески отвлекали от главного — возбуждения. Сладковатый омежий аромат лаванды пролетел вдоль мужчин, давая им знать настоящую «картину». Лем улыбался, вдыхая его запах и продолжая фантазировать. Улыбался и Макс, помня каким развратным мог быть его малыш. Несколько идей родились сами собой, но нужно было согласие Кея. — Ты бы хотел побыть в руках двух альф? — шепнул на ушко Кею Макс, касаясь его шеи губами. Кея путали его собственные же реакции. И на слова Лема и на его жадные взгляды… Он удивлялся, почему вообще чувствует хоть что-то от этого. Потому стыд и вина за это заставили его слишком резко ответить на намеки Глена по поводу двух мужчин сразу. Омега подскочил на месте, бросив что-то вроде «не говори глупостей», и скрылся в темноте дома. — Ну вот, напугали паренька, — хмыкнул Рерих, с весельем в глазах поглядывая на своего друга. Оставшуюся часть ночи и дня Вуд дулся на своего возлюбленного за подобные предложения. Но, конечно, по большей части это было связано с тем, что он сам не мог разобраться в себе. Потому, что в какой-то момент он… был готов согласиться? Эти мысли пугали и смущали. Разве можно хотеть еще кого-то, когда у тебя есть истинный? Он не знал. Однако, пара последующих дней прошли в постоянных размышлениях об этом. С Максом они в конце концов быстро помирились. И продолжили бы свой отдых, как ни в чем не бывало, если бы желание не возрастало в юноше с каждым днем все сильнее. Он поглядывал на Лема, думая о том, что тот и правда был симпатичен. Да и Глен, если сам предлагал такое, может, тоже был не против? Хотя… они ведь всегда сводили пошлые фразочки и намеки хозяина дома к шуткам. Может, и тогда они просто издевались над наивным омегой, лишь бы заставить покраснеть? Узнать наверняка можно было только спросив. Сил для этого пришлось набираться долго. Но наконец он решился, спросив об этом в очередной их поход на пляж. Они с учителем уже искупались, и теперь отдыхали на песке, наблюдая неимоверно красивый закат. Старший же альфа отправился в дальний заплыв, потому их разговор никто не мог подслушать. — Макс, скажи… — рыжеволосый лежал на спине, чуть приподнявшись на локтях, но смотрел в сторону от собеседника. — А вот те твои слова про… ну, про двух альф… это же была шутка, да? Вопрос звучал так, словно парень все это время переживал и боялся, как бы это не оказалось чем-то большим, чем просто шутка. Только, по правде говоря, он уже надеялся, что это было реальным предложением. — Возможно, — ответил мужчина, продолжая лежать рядом с парнем с закрытыми глазами и наслаждаться теплым песком, что нагрелся за день. Но что-то вынудило его всё же открыть глаза и взглянуть на омежку, что был пунцовый уже не первый раз при подобных разговорах. — Ты хотел бы попробовать? — серьезно, и без тени улыбки, поинтересовался преподаватель ожидая ответа, что, видимо, Кея смутил ещё больше. Парень о чем-то напряженно думал, избегая прямого зрительного контакта, что наталкивало Глена на разные мысли. На правильные разные мысли. Усмехнувшись, мужчина прижал к себе юношу, заставляя положить голову к себе на грудь. — Ну… я не знаю, хотел бы попробовать или нет, — юноше ужасно волнительно от такого непростого разговора. Зачем он вообще все это затеял? Вдруг любимый поймет его совсем неправильно?.. К тому же, он понимал, что и правда не против рискнуть и попробовать. Хотя его немного пугала мысль о том, чтобы оказаться между двух сильных и властных альф. Это было бы так… Кей краснеет сильнее и концентрируется на разговоре, чтобы, не дай бог, не нафантазировать себе лишнего. — Не переживай, если хочешь попробовать. В этом нет ничего зазорного. Я доверяю тебе, ведь ты мой истинный. Доверяю Лему. Он не уведет омежку у того, кто вытащил его жопу из-под обломков. К тому же, я всё ещё хочу показать тебе этот мир во всех его красках… да и сам попробовать… Если тебе понравится с двумя альфами, может когда-нибудь мы повторим это с двумя омегами? Макс усмехнулся, поглаживая Кея и слушая его равномерное дыхание. Он и сам не так много видел и пробовал в этой жизни. А время идет, не стоит на месте. — Лем рассказал мне… о своём опыте… поэтому я тоже хочу… — честно признался Макс, которого всё это время мучило то же самое. Да и даже дольше и больше. Ведь подшучивать на эту тему они начали едва ли не с первого дня. Значит и Рерих поделился знаниями (или похвастался?) в первые дни. — К тому же, ты ему очень сильно понравился. Он поедает тебя глазами с первых минут встречи… Но если не хочешь или сомневаешься, то скажи, я не буду настаивать. И Лем тоже. — Я… я хочу попробовать, — негромко заявил юноша после недолгой паузы и всех слов, сказанных его альфой. Взвесив все «за» и «против», Вуд и правда осознал, что его влекла такая возможность. Глен, едва появившись в его жизни, открыл ему мир чувственных удовольствий, чему он поддался слишком легко. Но парню действительно нравилось заниматься сексом. А с Максом это всегда было по-новому, ярко и хорошо… Так почему бы не попробовать что-то еще? — К тому же, это будет честно, — рыжеволосый тихо рассмеялся и пояснил: — Мое же желание со связыванием ты выполнил… Пока пара тихо переговаривалась, на пляж вернулся Лем. Он уже привычно искупался обнаженным и не вытираясь полотенцем, позволил капелькам стекать по своему мощному телу. Кей от того снова взволнованно вздохнул. И оставил учителю задачу сообщить Рериху об их решении. — Чего так притихли, будто нашкодили? — усмехнулся старший мужчина, присаживаясь напротив своих гостей. — Выкладывайте. Решили оставить старика и уехать? — Скорее наоборот, — смущенно выдал омега, чуть краснея под новым заинтересованным взглядом хозяина дома. А после глянул на Глена с мольбой, мол, пожалуйста, скажи это самостоятельно. — Твои гости решили принять недавнее предложение… — немного уклончиво ответил Макс, но альфы сразу поняли, что к чему. Да и от Кея не скрылся смысл. Рерих довольно улыбнулся во все тридцать два зуба, продолжая греться под лучами уходящего солнца. — Ну так это же хорошо. Рад. Тогда, думаю, откроем по этому поводу несколько бутылочек вина к ужину, да? — мужчина взглянул на Вуда, словно спрашивая у него: «выпьешь для храбрости?». Но Макс ответил чуть раньше Кея, отмечая, что и ужин не плохо было бы приготовить более праздничный, но лёгкий. Ещё несколько минут они спорили, что «лучше» на ужин, и сойдясь единогласно на морских продуктах, Лем удалился с берега слегка подсохнув. Дойти домой он мог голышом, ведь на острове ни разу так и не появился никто посторонний. Если сначала Кей очень волновался, то, после того, как они обо всем договорились, его словно попустило. Нервозность ушла и он мог дышать полной грудью, ничего не боясь. В конце концов, они задумывали нечто довольно приятное. Так что, и страх ни к чему. Наоборот, стоило пребывать в предвкушении, которому юноша медленно, но верно поддавался. Вскоре солнце окончательно скрылось за горизонтом и Макс поторопил мальчишку обратно в дом. Там они приняли совместный душ и переодевшись, вышли как раз к накрытому столу. Правда, перед тем как выйти, альфа попросил мальчишку оставить нижнее бельё в комнате. Это была просьба, и Кею самому решать, исполнить её или нет, но мужчина надеялся так разбудить аппетит своего мальчика раньше времени. Тот знатно удивился просьбе. Это показалось ему немного странным, но не чем-то ужасным. Потому парнишка выполнил это, но Максу не сообщал. Пусть и тот помучается догадками. Выйдя к ужину, парень одарил Лема мягкой улыбкой, глядя на него уже совсем по-другому. Не просто как на друга своего альфы, но и как на мужчину. Он уже давно заметил, что Рерих был привлекателен даже несмотря на возраст. Но только сейчас рыжеволосый мог позволить себе думать о подобном без мук совести. Отчего и ужин шел легче и веселее. Все волнение уходило, заменяясь сытостью и легким опьянением. Все же, выпить вина перед всем было хорошей идеей. Это растворяло последние сомнения, заставляя омегу чуть ерзать в ожидании того, как именно все начнется. Но сам он бы не решился делать первый шаг. Кей только поглядывал то на одного, то на другого потенциального любовника, сжимая в пальцах бокал с почти допитым алкоголем. Ему налили немного, но достаточно, чтобы расслабить и настроить на нужный лад, чему он был безмерно благодарен. Лем так же смотрел на парня. Его взгляд порой был длиннее, словно мужчина и правда уже трахал мальчишку взглядом. — Макс, думаю пора. Наш мальчик уже скучает, — Рерих дружески улыбнулся омеге и встав из-за стола, принялся всё убирать. — Ты прав… — Макс так же встал из-за стола, поцеловав юношу в макушку. — Пойдешь с ним без меня? Не бойся, — альфа приобнял парня за плечи и подвел к Рериху, что быстро помыл несколько тарелок. Словно самое драгоценное, мужчина передал омежку другу, а сам начал убирать со стола. Лем так же не растерялся и повел Кея наверх, в свою комнату, мягко подталкивая ладонью в спину. Спальня хозяина дома была больше, чем у гостей. Больше была и кровать, что, словно, только и ждала, когда на неё возлягут трое. Или четверо? Кто знает, как тут встречал старость Лем. Скинув рубашку на стул, альфа мягко улыбнулся, рассматривая слегка покрасневшее личико омежки. — Как ты? Волнуешься? Ничего… это хорошо… — подойдя к юноше вплотную, мужчина приобнял его за плечи, вдыхая сладкий, манящий аромат. — Каково это, стоять здесь, с другим мужчиной, когда твой убирает со стола внизу? — нет, мужчина не шутил и не злорадствовал. Ему было интересно, что именно сейчас ощущает мальчишка в его руках. По телу прошлась жаркая волна легкого возбуждения. Пока не явного, лишь настраивающего на то, что тут будет происходить. Но это уже было хорошим знаком. — Я не знаю, — смущенно пробормотал омега в ответ на вопрос. Так близко к старшему альфе он еще не был, пусть уже и видел его голым. Сейчас все было иначе. И даже его аромат слегка кружил голову, чему Вуд даже был удивлен. До этого он ощущал других альф приглушенно, а то и вовсе не слышал их запахов. Но с этим все было иначе, что, возможно, и к лучшему. — Все так странно и непривычно… — продолжал он, — но просто так я бы не изменил Максу. Это… это лишь потому, что мы оба этого хотим. Оправдания, пожалуй, звучали смешно и нелепо. И юноша опустил голову, отчего его рыжие кудри закрывали глаза. Он любил Глена, сильно, всей душой. Потому даже мысль о намеренной измене приводила его в ужас. Даже в этом случае он до последнего ощущал волнение и вину за такие желания. К счастью, его возлюбленный хорошо все понимал и не сердился. Лем лишь улыбался на оправдания парнишки, решив не комментировать. Да и к чему? Они не в зале суда, а в спальне, где мужчина собирался насладиться телом красивого омеги Макса. Стеснительный, смущенный, хрупкий. Он вызывал в альфах разные желания, но главным было лишь одно — овладеть этим изящным парнем, видя, как с влажных губ будут слетать стоны наслаждения. Руки неспешно сползли вниз, очерчивая осиную талию. Лем вдыхал аромат омежки полной грудью, растворяясь в его сладковатом аромате. Сам он уже давно заполнил комнату своим запахом муската, начиная медленно покрывать шейку Кея поцелуями. Тот делает глубокий вдох, стоит мужчине прикоснуться к нему. Чужие горячие ладони ощущаются так отчетливо, что уже это кажется чем-то иным, отличным от того, к чему омега успел привыкнуть со своим истинным… — Нет ничего страшного в том, чтобы получить удовольствие с другим. Особенно, если твой истинный не против… Руки сняли верхнюю одежду, отбрасывая плавно все в сторону. — Красив… — прошептал альфа и продолжил покрывать нежную бархатистую кожу влажными поцелуями. Кожа мгновенно покрывается мурашками, и Кей прикусывает губу. Что ж, вопреки ожиданиям, подобные жесты со стороны Лема не кажутся противными или совсем уж неправильными. Кей предполагал, что сдрейфит или просто испытывает отвращение. Однако же, нет. Неспешный темп, в котором все идет, как раз подходит ему, чтобы вернулось то предвозбуждённое состояние. Взяв омежку за руки, мужчина подвел его к постели, садясь на её край и начиная снимать штаны, очень удивившись отсутствию белья. — Ооо, да ты подготовился, малыш… Макс надоумил? Усмехнувшись, мужчина стянул и с себя одежду, приглашая Кея в кровать. — Расскажи мне, каков он в постели? Что тебя возбуждает в нём больше всего? — Ну… — омега не ожидал такого вопроса, поэтому ему понадобилось пара минут, чтобы собраться с мыслями. — Мне нравится, что он опытнее. А еще очень нравится, как он чередует нежные ласки и… властность. Говорить на подобные темы все еще немного смущающе. Кей словно возвращается в прошлое, когда на такие разговорчики его разводил именно учитель. А теперь он говорит уже о нем, как об умелом и ласковом любовнике. Юноше не с чем было сравнивать, но даже так понимал, что Макс умеет многое. — А ты… ну, — и снова смущенная заминка. — Тебе самому что нравится? Вуд задает вопрос и тянется, чтобы осторожно поцеловать мужчину в щеку. Легкое, почти невесомое касание, но уже большой шаг для него самого. И все для того, чтобы втянуться в ту игру, что они затеяли. Чтобы показать, что готов. Лем был удивлен. К тому же, этот поцелуй был таким нежным и скромным, что омежку невольно захотелось сжать в своих объятьях. В который раз мужчина мысленно позавидовал и порадовался за Макса. Найти такое сокровище действительно трудно. А уж он-то, Лем Рерих, знает точно. Столько омег видал он, что уже невозможно и пересчитать. Руки легли на талию парня, прижимая его к себе. Пока они только лежали, расслабленно. Мужчина оглаживал упругие ягодицы, считал неспешно позвонки и снова поглаживал спину. Иногда альфа целовал рыжеволосого. Иногда мягко кусал его, совмещая приятное с полезным, тогда его пальцы надавливали на колечко ануса, дразня, но не проникая вовнутрь. — Что нравится мне? Даже и не знаю… Мне нравится секс в любом его проявлении. Нравятся стоны омежки подо мной. Не люблю, если симулируют. Лучше скажи правду, что ты «ничего не чувствуешь», чем плохо играй в постели, — улыбнувшись, мужчина не стал рассказывать, как именно он поступает с теми, кто обманывает его. Не за чем пугать столь милого ребенка. Заставив омежку переместиться на него полностью и широко развести ножки, альфа поймал припухшие губки, вовлекая парня в долгий поцелуй, пока его руки, сначала ходившие меланхолично по телу, не устремились к ягодицам, начиная поочередно проникать каждым пальцем в смазанную дырочку. Омежка возбуждался и проникать в него становилось всё легче и легче. Лем растягивал и подготавливал юного любовника, держа его в такой позе, чтобы Максу было лучше видно, когда он вернется. Конечно, не так уж легко было привыкнуть к тому, что тебя трогает чужой мужчина. И омега мысленно радовался тому, что Лем поначалу только ласкал, подготавливая, но не предпринимая каких-либо более активных действий. — Ооо, у вас тут всё в самом разгаре? — мужчина вошел бесшумно, наблюдая за тем, как его омежка стонет на другом альфе. Странные ощущения. Но Макс не мог не признать, что вместе с ревностью, ощутил и прилив возбуждения. Поставив бутылку вина и бокалы на тумбу, альфа принялся раздеваться, а вместе с тем по комнате разнесся знакомый запах кофе со свежими апельсинами. — Присоединяйся, — Лем довольно улыбнулся, растягивая колечко мышц парня, словно давая приглашение альфе. И тот поспешил им воспользоваться, стягивая быстро одежду и оказываясь сзади Кея. — Как мой мальчик? — обратился Макс негромко к Вуду, положив прохладную руку на горячую спинку парня. Стоило истинному появится в спальне, омега хныкающе застонал, словно хотел поскорее ощутить рядом и своего возлюбленного тоже. Он выгнулся в спине, сильнее хватаясь за плечи Рериха, и снова застонал, когда ноздрей достиг родной аромат цитрусов. Подобное, вкупе с уже достигнутым возбуждением, завело парня еще больше. — Н-нормально, — он тихо шикнул от контраста его горячей кожи с холодной ладонью мужчины, видимо, после мытья посуды. Но, главное, он был здесь, рядом. Значит, можно было ничего не бояться. Чуть поерзав сверху на старшем альфе, Кей приподнялся, желая поцеловать теперь Макса. Немного неловко сменив позу, он выполнил задуманное, жадно впиваясь в его губы в страстном поцелуе. На пару мгновений вообще забывая, что кроме них в комнате был еще кто-то. Лем был доволен сложившейся ситуацией. Он продолжал крепко держать в своих руках молодое тело Кея, что так жадно целовал своего альфу. Даже просмотр столь страстного поцелуя был возбуждающим, чего уж говорить, когда сверху сидит хрупкий омежка, выделяющий призывно смазку? Воспользовавшись моментом, альфа приподнял бедра Вуда и посадил осторожно его обратно, но уже на свой возбужденный орган, неспешно проникая в горячее нутро, покрытое смазкой. Медленно проталкивая головку внутрь, словно издеваясь над ним и собой, но на деле, чтоб не сделать мальчишке больно, альфа остановился лишь тогда, когда Кей был полностью усажен и теперь ерзал по мошонке мужчины, продолжая постанывать в ротик своего истинного. А Макс и не отпускал парнишку всё это время, вовлекая его в долгий поцелуй, словно ловя немало наслаждения о того, что его мальчик постанывает. Так скромно, так возбуждающе. Оказавшись полностью насаженным на горячую плоть, Кей судорожно вдохнул побольше воздуха. Осознавая, что именно происходит… Это будоражило чувства и подогревало эмоции, делая его тело еще более восприимчивым. Всего было так много и сразу, что он мог только беспомощно постанывать и принимать удовольствие, что копилось в нем. Звуки становились громче и парень почти что кончил, но хозяин дома решил сделать небольшой перерыв. Может, и к лучшему, ведь тогда удовольствия будет гораздо больше. — Да, Макс… Такое ощущение, что он и вовсе девственник… Такой узкий…молодость... вот она… Глен лишь усмехнулся, поцеловав парня ещё с десяток раз и лег рядом, обнимая своего мальчишку, когда Лем так же сменил позу. Точнее, он вовсе покинул Кея, уделяя теперь внимание бокалам и вину. Макс же уложил Вуда возле себя, оглаживая личико подушечками пальцев. — Нравится? Рерих подал всем бокалы, желая сделать маленький перерыв. — Да, — омега чуть смущенно улыбнулся, и коротко поцеловал любимого в губы. — А тебе?.. — Мне всё нравится, малыш, — ответил довольный Макс, делая глоток вина и, возвращая бокал другу, залез на своего омежку, медленно проникая в него, пока тот не отошёл от своего возбуждения. Лем забрал бокалы и присел рядом, и пока просто наблюдая за происходящим. Запах омежки уже не просто манил. Он требовал взять его, требовал всё внимание к себе. Рерих не пожалел, что предложил Максу эту маленькую авантюру. Она успешно проходила, даря наслаждение всем присутствующим. Кей вновь застонал, но Макс не спешил со своими действиями. Он двигался в юноше медленно, нарочито держась выше, на вытянутых руках, чтобы хорошо рассмотреть своего мальчика. Его лицо в этот момент было прекрасно. Смесь смущения и удовольствия. Лем ещё какое-то время стоял в стороне, а после принимаясь целовать мальчишку в губы, заставляя его стоны раствориться в чужой глотке. Макс то ускорялся, то почти замирал внутри, ощущая, как Кей сжимает его и отдается во власть губ Лема. Странная картина, возбуждающая в альфе зверя, желающего «ещё, больше». Но Кею вновь не дали кончить. Макс вышел перед самым его оргазмом, ловя недовольный, почти злобный стон в свою сторону. Альфы лишь переглянулись и усмехнулись, словно это был их совместный коварный план. Им хотелось всего и много. Горячие тела мужчин источали сильный запах, затуманивая мальчишке разум, делая его развратным, доводя до крайней точки безумия и не давая излиться. — Как же ты прекрасен, малыш, — прошептал Макс на ушко Кею, ставя несколько отметин от поцелуев на шее. Лем сделал тоже самое с другой стороны, опускаясь все ниже, убирая в рот стоявший колом член. Ненадолго, словно только пробуя на вкус, а после вновь погружаясь в горячее и влажное нутро омежки, начиная двигаться куда грубее, но стараясь не делать больно. Макс же поднялся выше, касаясь своим возбужденным органом губ Вуда, но не успел насладиться этим, как Кея развернули, с лёгкостью тряпичной куклы, на живот, уводя желанные губки в сторону. Это был своеобразный «подкол» для Макса. Но стоило омежке встать полностью на четвереньки, как альфа взял своё. Кажется, эти двое решили сегодня свести его с ума своими действиями. Дальше снова были ласки, стоны и вскрики, смены поз. Прежде парню хватало и своего истинного. Но подобный, новый опыт разжигал кровь и заставлял его хотеть еще больше. Отринув все прошлые сомнения. — Мнн, — он честно старался ласкать ртом своего возлюбленного, но ощущения сзади и собственные стоны отвлекали, заставляя издаваемые им звуки, вибрировать вокруг горячего члена. К счастью, мужчине, кажется, хватало и этого. Его тело получало даже сверх того, к чему он привык, и это было восхитительно. Омега охотно, уже совсем не боясь, поддавался альфам, даря им всю свою энергию и страсть. Кончить хотелось ужасно, у него даже кружилась голова. Однако, было что-то очень сексуальное в этой «пытке» наслаждением, потому Вуд почти не возражал. Он вообще почти не мог говорить ничего связного, испытывая состояние, схожее с течкой, что усиливало все чувства в разы. Наконец Рерих вновь сменил позу, в этот раз ложась на спину и усаживая мальчишку на себя сверху. Кей, не долго думая, начал двигать бедрами, надеясь хотя бы в этот раз довести себя до оргазма. Но все зависело от его партнеров, позволят ли они? Или приготовили для парня что-то еще? Партнеры парнишки и сами уже были на пределе, сдерживая сами себя. Это было куда труднее, ведь от его манящего запаха и соблазнительного вида, его громких стонов и горячего нутра, альфы готовы были кончить в любой момент. Лем был первым. Он схватил Кея за талию и принялся быстро насаживать на свой возбужденный орган, пока горячая струя его семени не ударилась об простату омежки, заполняя его полностью. Макс в это время лишь спокойно поглаживал себя, чтобы не терять волну возбуждения и быть готовым вновь войти в своего возлюбленного в любую минуту. Кей стонал громко и протяжно, полностью отпуская себя. Удовольствие проходило сквозь все его тело теплыми волнами, заставляя дрожать и почти что всхлипывать от остроты ощущений. Лем кончил, отпуская омежку из своих крепких рук и передавая его, ещё возбужденного, горячего, желающего кончить, как можно скорее, тяжело дышащего, в руки Макса. Тот, не выжидая времени, сразу вошел в парня, снова ставя его на коленки, выдавливая своим органом приличную массу семени из разработанного колечка мышц, с характерным звонким звуком. Но альфам это понравилось. Рерих, лежа на подушках и допивая вино из бокала, усмехнулся, наблюдая пристально за совокупляющейся парой. Макс ускорился, выдавливая все больше и больше спермы из своего истинного мощными толчками, проникая в его ротик несколькими пальцами и заставляя омежку вновь работать язычком и захлебываться в собственных стонах. Звуки, хлопки, запах и жар тел — все смешалось в одно, погружая омегу в странное состояние, которое ему пришлось по вкусу. Полное наслаждение, никаких страхов и стыда. Просто занятие сексом, безо всяких преград. Макс входил в него так сильно, что юноша едва стоял на месте, скользя по промокшей простыне, хватаясь за нее пальцами. Некий дискомфорт и легкая боль только сильнее доводили его. Он зажмурился, старательно облизывая пальцы альфы, иногда даже прикусывая их от переизбытка чувств. А все его стоны и крики превращались в мычание. Сперма текла по красивым ножкам, оставляя влажные дорожки за собой по внутренней части бедер, а вскоре к ней присоединилось семя и Макса. Он не покидал хрупкое тельце рыжеволосого пока его орган не уменьшился, устало выпадая из влажной дырочки. Парень содрогнулся следом, а после абсолютно без сил свалился на кровать. Он не знал, сколько так пролежал. Нужно было сходить в душ и, скорее всего, перебраться в свою спальню, чтобы не мешать Рериху отдыхать. Но он так ослабел, что едва мог заставить себя открыть глаза. И, кажется, альфы это понимали, поэтому дали ему прийти в себя. Через какое-то время рыжеволосый задвигался, хрипло попросив попить. Не видя, кто именно подал бокал, омега все равно поблагодарил, и сделал несколько жадных глотков. Тело и разум отходили от столь сильного возбуждения, укладывая в голове все случившееся. Это было безумно, горячо и очень хорошо. Вуд понял, что не жалеет. И, взглянув на возлюбленного через пару минут, осознал, что и тот тоже. — Ну… и как вам? — омега приподнялся, глядя на двух мужчин, отдыхающих на подушках, и осторожно подполз к ним ближе. У него почему-то возникло острое желание оказаться в их крепких объятиях, но озвучивать такое он пока не решался. — Нормально хоть прошло? Лем довольно улыбался, попивая вино из своего бокала. Макс уже закончил пить и теперь просто лежал на подушках, рассматривая с легкой улыбкой своего возлюбленного. Стоило ему подползти ближе, и мужчина обнял его, укладывая между ними. — Ты был молодцом, малыш… Мужчины ещё какое-то время были в постели, продолжая негромкий разговор о чем-то отвлеченном, переводя дыхание, так сказать. Парня отпустили приводить себя в порядок первого, а после «греть постельку любимому». Последнее, конечно же, сказал сам Лем, но судя по довольной улыбке Макса, он был совсем не против. После по очереди искупались и альфы, разбредаясь по своим комнатам и проваливаясь в объятья крепких снов. На утро, которое для Макса началось почти в одиннадцать часов, мужчина проснулся в хорошем расположении духа, тиская в своих объятьях омежку ещё долгое время. А вот Лем, что встал намного раньше и успел совершить утреннюю зарядку и несколько кругов бега по острову, что было частью его ежедневных привычек несмотря ни на что, уже приготовил «молодым» завтрак и теперь звал к столу, где вел себя вполне спокойно. Создавалось впечатление, что Кею это просто приснилось. Эта ночь, эти объятья, ведь на утро, за обеденным столом, ничего не поменялось. Распорядок был всё тот же: поели и вперед загорать на пляж, где вскоре присоединился и второй альфа.

***

Время шло. На острове, что был отдален от цивилизации и кучки людей, от шумных автотрасс, от ночных клубов и стаек молодых людей, стремящихся к развлечениям, время шло иначе, быстрее. Месяц отпуска, который мог позволить себя преподаватель университета, подходил к концу. И если у Кея оставалось ещё время, то Макс уже должен был готовиться к выходу на работу. — Совсем не понимаю, что ты там будешь делать ещё месяц без детей, — рассуждал Лем, когда была дождливая погода, и на пляж не было смысла идти. На улице шел настоящий ливень, но холодно не было, лишь приятная прохлада. Они устроились на веранде после сытного обеда, который вновь им устроил Лем. На сей раз мужчина побаловал гостей сырным супом и свежим хлебом, который сам и приготовил. Альфа вообще очень многое здесь делал сам, даже овощи выращивал, но где — не показывал. Да Макс с Кеем особо и не интересовались. «Это у тебя старческое — любовь к огороду» — подшучивал над мужчиной Макс, но беззлобно, и сам отмечая, что у Рериха неплохо получается. Его еда была вкусная, шутки смешные, а в постели он не уступал своему более молодому другу. К слову о постели. Ещё не единожды Лем приглашал «молодых» к себе в спальню, а один раз даже возбудил омежку прямо на пляже, пока Макс плавал. Но тот особо не был против, ведь вернувшись, обнаружил своего возлюбленного вновь в соблазнительной позе, как тогда, первой ночью. Макс вообще не был против, что Лем мог обнять его омегу днем, или утром, перед сном, поцеловать в щеку проходя мимо или принести цветы к ужину. Рерих вел себя порой так, словно Кей был его омегой, но без наглости, а скорее, с учтивостью и вожделением. Вот и сейчас, сидя на диванчике, омегу замотали в плед, чтобы тот не простудился. С одной стороны его обнимал за плечи Лем, а с другой был Макс, что часто вставал за едой (добавкой фруктов) или вином, а когда возвращался, то тоже обнимал парня, или просто укладывал его ножки к себе на колени, пряча под пледом руки. — Вот и я не понимаю. Но работа есть работа. — Да зачем оно тебе? Переезжайте сюда, смотри как ему тут нравится. А главное — тут тихо и спокойно. Никакой метушни, хаоса и людей. Макс на это лишь усмехался, напоминая, что чья-то рыжая головка только первый курс университета закончила, не более. Пригревшись, рыжеволосый лениво прислонился к одному из альф, слушая их разговор. Ему и самому было жаль покидать это место. Ведь означало не только начало работы и учебы, но и то, что они с возлюбленным будут меньше видеться. Это удручало. Но и жить на острове… красивая мечта, да только вряд ли осуществимая. — А можно мы хотя бы будем приезжать к тебе в гости иногда? — он все же подал голос, чем умилил мужчин. — Конечно, малыш, хоть каждый сезон, — Лем усмехнулся, погладив парня по макушке, и весело глянул на своего товарища, адресуя следующие слова уже ему. — Вы же будете навещать старика? Кей что-то тихо проворчал про то, что Рерих не такой уж и старый, но после все равно притих, отдыхая. Это был неплохой вечер, но, увы, один из последних тут. Хотя, может, хозяин дома приготовит для гостей что-то особенное на прощание? Чтобы хотелось поскорее вернуться. — Посмотрим на твоё поведение, старик, — усмехнувшись, беззлобно отвечал Макс. Ему и самому здесь было хорошо, но он ещё не на пенсии, чтобы вот так отдыхать постоянно. Впереди был труд, работа и новая цель — поставить омежку на ноги. Сделать из него настоящего бойца, чтобы в случае чего, если Глен покинет этот мир раньше, этот рыжеволосый мальчишка не пойдет вновь снимать видео на порно-сайты. Конечно, был и последний вкуснейший ужин от «старика». Была и жаркая ночь, которую тяжело будет забыть, ведь Лем словно сговорился с Максом и не отпускал юношу ни на минуту от себя, заставляя его стонать и извиваться от удовольствия, словно ужа на сковороде. На следующий день альфы собирали вещи, а юноше дали отдохнуть. Да и он без того проспал большую часть времени. А ближе к пяти часам вечера они уехали домой. Обратный путь был таким же долгим и изнурительным. А оказаться дома вновь было странно. Словно они вернулись не спустя месяц, а едва ли не десятилетие. Сил хватало на то, чтобы перекусить лечь спать. Отпуск удался, Кей был счастлив, а Макс доволен.