Маска Лиса

— Поверить не могу, что уже год прошел, — выдохнул рыжий, отпивая глоток вина. Его чуть влажные после душа волосы потемнели, отчего белая кожа почти светилась и на ней отчетливо виднелись веснушки и румянец. — Ага, вон бледный какой снова, — заметил Лем с ухмылкой. — Поди, Макс тебя из-за парты с учебниками вообще не выпускает? Или из постели? Все дружно заулыбались, пока Вуд почти не краснел от таких шуточек. Вечер шел плавно и неторопливо. Они говорили о том, что стряслось за это время, делились новостями и планами. И неожиданно Кей ощутил себя словно дома. Будто так и должно быть: они с Гленом в большом доме посреди живописных красот, а рядом хороший друг. Это чувство было прекрасным и юноша принял его, понимая, что отдых только начался и Глен ощущал то же самое, что и его любовник, но так же в слух ничего не говорил. Просто наслаждался и рассматривал Кея, пока Лем ему подмигивал и доливал вина. Они устали с дороги, отчего спать ушли намного раньше, а утро встретило их вкусным завтраком из экзотических фруктов и широкой улыбкой Лема. Но не прошло и получаса, как мерные разговоры прервались шумом вертолета, что пролетел совсем рядом от окон дома Рериха. Мужчина усмехнулся, проведя взглядом летающую машину, а после поспешил удалиться из-за стола, предоставляя пляж и заботу о «рыжике» Максу. Кей уплетал сладкие фрукты, облизывая пальцы от их сока, и наблюдал за старшими. И больше молчал, пока шум вертолета не заставил его дернуться. Такого грохота он тут совсем не ожидал, потому и испугался поначалу. Проводив глазами Лема, что быстро их покинул, он спросил словно в никуда: — Кто бы это мог быть?.. На пляже они провели немного времени, чтобы не сгореть под солнцем. Однако успели вдоволь накупаться и нацеловаться. Вуду безумно нравилось, что тут была свобода и он приставал к своему мужчине без опаски. Да, в таком отдыхе определенно одни только плюсы! Когда они вернулись с пляжа, обед уже стоял на столе. Правда, на пятерых персон. — О, вы уже освободились? — поинтересовался Рерих, пока нёс стаканы, увидев вернувшуюся парочку. — Давайте в душ и к нам. Прости, друг, но ко мне ещё люди приехали. Они отдохнут здесь. Благо, дом большой. Давай, приводите себя в порядок и к нам. Макс вздохнул, не особо расстроившись, и направился в ванную комнату первым, но вдруг позвал к себе любовника и зажал его в углу кабинки на десять минут, заставляя сдавленно стонать в свою руку, «чтобы гости Лема не слышали», пока он сам выполнял свои «грязные дела» с молоденькой попкой. Такая неожиданная страсть альфы Кею всегда нравилась, но пугали звуки, которые он мог издавать достаточно громко. Как потом к гостям выходить? Но удовольствие быстро застелило пеленой его разум. Особенно, когда он вспомнил похожий их секс в универе. Кончив, парень по-быстрому отмылся от следов их шалостей. Правда, лицо у него оставалось пунцовым, когда они наконец прошли в столовую. — О, а вот и остальные, — заявил Лем, улыбаясь и заканчивая разливать вино. — Садитесь. Будем знакомиться. За столом сидели молодые люди. Один был брюнетом, вальяжно державший бокал вина, едва ли немного старше Кея. У него были выраженные скулы и синяк на них. Разбитая губа и нос только придавали пикантности образу, ведь взгляд у незнакомца был тяжелым и пронзительным, что рассматривал новоприбывших. Типичный хулиган с округи, но в дорогих и брендовых вещах. Рядом с ним сидел мальчуган помладше. У него была такая же рыжая шевелюра, как и у Кея, только лет ему было от силы семнадцать. Он был худощавым и таким маленьким, хрупкий, что даже по сравнению с Вудом казался совсем слабым. — Макс, Кей, знакомьтесь, — усаживая гостей за общий стол и подавая им вино, Рерих явно получал удовольствие. — Этот ребенок, — беззастенчиво кивнув в сторону рыжего, — зовется Чарльз Грин. Школьник и, кажется, ещё совсем не понимает, с кем связался. А этот разукрашенный, — массивная рука схватила брюнета за подбородок, показывая Максу личико, — мой ученик, Рональд Харви. Та ещё заноза в заднице. И видать, я слишком плохо его учил! —послышался звук оплеухи, но Харви лишь зарычал, словно дикий зверек, кивнув в знак приветствия Максу и Кею. — Не гони, старик. Я же выиграл… — И приехал ко мне с разукрашенной мордой. Плохо я тебя гонял… плохо… Лем, словно и правда старый учитель, запричитал и заохал, садясь за стол, к готовым блюдам. — Это Макс Глен. Мой старый друг, теряет время в университете, хотя давно мог бы нагнуть половину ФБР. А это, Кей Вуд, его студент. И видимо, куда более способный ученик, чем ты, бестолочь. Рональд опять что-то проворчал, бросая убийственный взгляд на Лема, но тот лишь рассмеялся, словно услышал (или рассказал?) самый лучший анекдот века. — Комнат у меня хватает, так что поселить я всех смогу. Единственное что, Макс, присмотрите за ребенком, пока я буду занят балбесом. Хорошо? Макс кивнул и приступил к обеду, поглядывая на реакцию своего омеги. Кей удивленно моргнул, рассматривая неожиданных гостей. Перечить Рериху он не смел, хотя, по правде, сначала немного расстроился, что теперь они не были одни. Омега со стыдом подумал о том, что теперь постесняется так же бурно заниматься любовью с Максом, как планировал. Впрочем, укромных мест в доме и на острове хватало, чтобы не слишком придавать этой «проблеме» серьезности. А познакомиться с новенькими стоило. Чарльз выглядел совсем юным и таким мелким, что сошел бы за младшего брата Вуду, ну или за его более слабого близнеца. Кей приветственно и мягко улыбался мальчишке, отчего тот застеснялся. Однако тоже ответил улыбкой. А вот со вторым парнем было сложнее. Он был куда более мрачен, да и разукрашенная физиономия не придавала его виду обаяния. Вуду не к месту вспомнился его бывший, отчего он сжал руку Глена, неосознанно ища поддержки. Хотя, когда старший альфа схватил Рональда и стал поучать, юноша глянул на это все широко удивленными глазами. Видимо, среди этих двоих физическое воздействие было в рамках нормы. Ему такого не понять. Хмыкнув, он отпустил Макса, и принялся за обед. Плаванье разжигает ужасный аппетит, который он стремился утолить как можно скорее. — Чарльз, а ты откуда? — съев немного салата, Кей решил завести беседу. Раз уж им придется приглядывать за мелким, то лучше бы им подружиться. — О, мм, я из Англии, — тихо ответил мальчик, не ожидая, что на него обратят внимание. Вообще, тут все были спокойны и дружелюбны, но незнакомая атмосфера все равно его нервировала. Он вел себя тихо, словно мышь и не отлипал от Харви. А сейчас вот, кажется, к нему проявляют дружелюбие. И это… было приятно. — Еще один бледный рыжий, — покачал головой Лем, после чего кивнул поочередно на Глена и Харви: — Повезло же вам обоим. Так, поначалу неуверенно и неловко, начался совместный обед. Старшие мужчины неплохо помогали остальным контактировать и знакомиться, потому дальше общение пошло проще. Отчего и настроение поднялось. Кей тоже расслабился и прислонился плечом к Максу, ощущая ленивую сытость. На миг ему почудилось, будто он увидел в глазах школьника зависть. Но, решив, что ему показалось, не придал этому значения. Хотя и оказался прав. Грин пораженно наблюдал за отношениями этих двоих. Взаимная любовь была очевидна и это одновременно и ранило его, и дарило надежду. Ведь в чем же они с другим омегой были похожи. Может, и у Чарли есть шанс на счастье?.. Макс и Лем были расслаблены и помогали «рыжикам» знакомиться, а вот на Рональда временно не обращали внимание. Глен, по роду своей деятельности, что в прошлом, что сейчас, прекрасно распознавал характер людей только по одному их поведению и манере себя вести. Брюнет сразу показался ему трудным подростком, который вот так трепать языком не будет, даже чтобы познакомиться. У него на лбу было написано, куда всем присутствующим пойти и в каком темпе. Да и понимание того, что Лем назвал этого пацана своим «учеником» многое меняло. И удивляло одновременно. Максу было ясно, чему именно Рерих обучает пацана, но он пока не понимал «зачем?». После обеда, который, подойдя к концу, стал более непринуждённый, Макс повел «молодняк» отдыхать на веранду, где омежки продолжили общение, а Рон был вынужден убрать на столе и приступить к тренировкам с Лемом. Тренировочным полем оказался пляж. Он достаточно большой и вместительный. Харви гонял до полдника по горячему песку, Лем то и дело сбивал его кепку с головы или и вовсе «окуная» студента в воду через перевертывания. Но тот не жаловался и продолжил отвечать на выпады учителя молча, лишь снова и снова выплевывая песок. За всем происходящим наблюдал Макс на веранде, где, ещё помнится, в прошлом году, они мило отдыхали здесь во время дождя. — Значит, — включившись в разговор, когда Кей принес прохладного сока всем, — ты учишься в Априлл? Слыхал. Место, куда даже не все дети богатых родителей могут попасть. И как тебе там? Грин немного привык к обстановке и к парочке, что довольно активно с ним знакомилась. Он уже осматривал дом вокруг, а когда они устроились на веранде, даже ощутил себя спокойно. Ведь тут его никто не собирался бить или насиловать. Он правда мог отдохнуть, забыв о школе. Да и Харви после тренировки все равно ведь скоро к нему вернется. — Да… учусь, — школьник дернулся как от удара, когда упомянули это проклятое место. Кей это заметил, но комментировать пока не стал. — Ну... там, условия сложнее, чем в обычных школах… Больше требований… Чарли стало стыдно сознаваться, почему именно было так сложно и что же там за условия такие. Он быстро стал пить свой сок, пряча взгляд от собеседников. Пока второй рыжий бросил обеспокоенный взгляд на Глена, мол, что-то там не то. — А вы сами откуда, у вас акцент американский вроде… — вдруг Чарльз сам решил сменить тему, уводя ее от себя. — Да, ты верно определил, — Вуд улыбнулся. — И он, — мальчик кивнул на Макса, — правда твой препод? — Правда. — Как же вы тогда… вместе? Разве это не запрещено? Кей слегка покраснел, не ожидая такого прямого вопроса о самой болезненной точке их отношений. — Мы истинные, поэтому никакие запреты меня не волнуют, — юноша взглянул на своего любимого, адресуя уже ему нежную улыбку, но говорил твердо. Поэтому Грин очередной раз только поразился крепкости их чувств. До полдника время пролетело незаметно. Пока Кей и Чарльз общались, раскрываясь друг другу всё больше, Макс не отводил взгляд от Лема, внимательно наблюдая и за тренировкой парнишки. Солнце уже было в зените и вовсю припекало. Пару раз Рональда насильно окунали в воду, пару раз он и сам прыгал в неё, чтобы увернуться от удара учителя. Но справлялся не плохо. — Он твой друг? — поинтересовался Глем, когда между рыжиками возникла долгая пауза. Они ещё не были так близки, чтобы всё обсуждать, но разговор им обоим явно приносил удовольствие. — Друг… — Грину хотелось смеяться и плакать от того, как далеко это слово было от того, что именно между ними происходило. Впрочем, порой он и сам сомневался, был ли для Харви другом. Ведь иногда парень проявлял к нему совершенно неожиданную заботу, даже щадил его, а иногда… Но учитывая, как относились другие старшаки со своими любовниками, эти отношения были «мягкими». — У него хорошая подготовка. Кей, не хочешь и ты взять у Лема пару уроков? — альфа, вроде бы, говорил серьезно, но в тоже время ехидно улыбался, словно на что-то совершенно иное намекал. Затем последовал тихий смех мужчины и мягкая улыбка. — Ладно, пойду перекушу. Кто со мной? Чарльз? Ты ведь ещё сегодня не купался в море? Собирайся, пойдем, — с этими словами альфа, оставляя после себя шлейф черного кофе и свежего апельсина, двинулся в дом, где быстро нарезал бутербродов и фруктов. Перекусив, они выдвинулись на пляж. Лем продолжал издеваться над своим учеником, крутя-вертя им, бросая в разные стороны, словно тряпичной куклой. При этом мужчина, несмотря на свои годы, явно уступающие брюнету, даже не устал. Он прыгал по песку, словно и не ощущал жара или усталости. Смеялся и раззадоривал парнишку. И пока остальные не подошли к воде, не успокаивался. — Отдохни, — послышался командирский тон и Рональд тут же упал в воду плашмя, оставаясь там непозволительно долго, окунувшись с головой. Чарльз сразу же поспешил к Рону. Зайдя в воду, он наклонился и осторожно погладил любимого по плечу. Кажется, тому крепко досталось и теперь студент отдыхал… Вуд же обнял своего альфу сбоку, прижимаясь голым торсом. — Только не говори, что эта молодая версия меня тебе понравилась, — юноша тихо смеялся, но, по правде, действительно заметил сходство между ними с Грином. Хотя сейчас он мог сказать, что был куда сильнее морально и уже не таким замкнутым, как прежде. И все благодаря Глену. Макс обнимал своего омегу и касался, время от времени, его макушки губами. Лем же, к тому времени, разделся до плавок и поспешил искупаться. По пути он хотел было снова «врезать» Рональду, что был похож на выжатый лимон, но не стал этого делать, видя, как мальчишка склонился возле обмякшего тела. И Глен и Рерих быстро подметили ту теплоту, с которой рыжеволосый ребенок смотрел и относился к Рональду. И мужчина, едва ли не одновременно, без сговора, захотел проверить, каковы чувства у самого Харви. — С чего ты взял, что он — молодая версия тебя? — поинтересовался Макс, снимая лишнюю одежду и готовясь зайти в воду. — Вы абсолютно разные. Даже цвет волос не одинаков. Не выдумывай, Кей. На слова альфы юноша промолчал, не найдясь, что ответить. Вздохнув, он тоже разделся, хотя все еще был удивлен, что Макс их не считает схожими. Впрочем, это было не так и важно… Тряхнув головой, рыжий выбросил эти мысли из головы, и вошел в воду, чтобы искупаться. Ласковые волны мягко качались и Кей быстро позабыл обо всем и отдался отдыху. Рональд же хотел пить. Он взглянул на Чарльза и спросил: «где вода?». — В доме? Тогда почему ты ещё здесь? Я что, должен морскую воду лакать? Бегом, мелкий. Парень не повышал голос, но был явно не в настроении и рычал, почти шипел, на «друга». Лем, как и Макс, это подметили сразу, но пока промолчали, наслаждаясь теплой водичкой, что была куда прохладнее горячего песка и воздуха вокруг. Грин беспомощно оглянулся, испытывая стыд. Конечно, слушаться Рона это его обязанность, но сейчас, когда вокруг чужие люди, незнакомые с порядками в Априлл; люди, которые так хорошо к нему отнеслись, мальчику не хотелось подчиняться. Однако, страх, выращенный еще в школе, пока что был сильнее. Поэтому Чарли позволил себе только бросить: — Ладно, принесу тебе воды, — и, выйдя из воды, направился обратно к дому. Вуд на такое только удивленно глянул, после чего подплыл к Максу и Лему, тихо спрашивая у них, что это такое было. Рерих не особо желал сейчас говорить об этом, потому схватил омегу в свои руки, шуточно борясь с ним и окуная в воду. Юноша не мог толком сопротивляться. Он лишь хохотал, якобы пытаясь отбиться, но на самом деле не был против. Так отдых и продолжился. Грин сбегал в дом так быстро как мог и вскоре, запыхавшись, протягивал бутылку с питьевой водой. — В-вот… держи… Однако воды Харви так и не досталось. Сначала бутылку выхватил Лем из юных ручек, вовремя выходя из воды, выпивая половину едва ли не одним глотком, после и Макс сделал тоже самое, осушая пластиковую бутылку изнутри. Всё это время Рональд сидел в воде, отдыхая, и его рука так и застыла в воздухе, пока он внимательно смотрел на старших. Грин так и замер на месте, наблюдая за взрослыми альфами, и боясь того, что Харви может отыграться на нем за такое. — Какого хрена…? — только и успел проговорить удивленный брюнет, когда Макс закрыл бутылку и вручил её Роналду. Лем ласково улыбнулся и приобнял рыжика за плечи. — Спасибо, малыш. Ты нас просто спас. А ты, иди и принеси пять баков воды сюда. Бегом. Баклажки с водой были на другом конце острова и полные. Здесь они явно никому не нужны были, но Харви всё понял и без «слов». Наказание получено, пора отбывать. Грина же раздели и затащили в воду, где его, всего красного, пунцового и смущенного, вручили во влажные руки Кея, позволяя им и дальше плескаться. Такого поворота Чарли совершенно не ждал. Кей отвлек нового приятеля на себя, увлекая плаваньем. И это, к счастью, помогло. Школьник вновь расслабился и перестал так переживать. Они вдоволь накупались, продолжая общаться. Грин шел на контакт все охотнее, чувствуя, что со вторым омегой ему говорить проще. К тому моменту, как вернулся Харви, весь красный от напряжения и жары, альфы уже загорали на песке, довольствуясь остатками солнца, что медленно скрывалось за горизонтом. Кея и Грина отправили заняться ужином. Стоило студенту явиться к воде, как Лем его подозвал к себе, начиная обо всём расспрашивать. О состоянии дел в Априлл он знал прекрасно. Университет был известен лишь в узких кругах. Там царило беззаконие для молодежи, от которых избавлялись богатые родители, что так и не ощутили в себе способность вырастить ребенка. Закрытое пространство с сотней детишек пубертатного периода при школе университета и столько же озабоченных студентов. Они построили там собственный мир с насилием и авторитетом, который можно построить только кулаками. Слабые были слугами, сильные пользовались этим. И теперь Лему было интересно, почему брюнет притащил сюда ребенка, который явно «под его защитой», но Рон продолжает наседать на него, словно они и дальше в стенах этого «убогого заведения». Рональд так же долго не тянул кота за хвост, едва ли не сразу рассказывая как есть. И дело было не в том, что перед ним сидело двое мужчин, что явно сильнее и если надо, а раз спрашивают — значит надо, выбьют правду силой. Дело было в том, что Лему Харви поклялся говорить всегда правду, какой бы она не была. — Не лезь, старик, — брюнет ещё попытался как-то уйти от темы, за что был грубо послан в недра вселенной и предупрежден, не менее сурово. — Ещё раз сорвешься на нем, грызть песок будешь до самого утра. Усек? Эти ваши замашки чтобы оставил, придурок мелкий. Раз с собой привез, значит и веди себя с ним нормально. Видно же, что втрескался по уши. На этом предложении мужчина рассмеялся, Макс поддержал его понимающей улыбкой, а Харви принялся отнекиваться, но тщетно. Альфы перед ним были не глупыми молодыми студентиками, которым можно было наплести что-то про «необходимость слуги» летом. С этими можно было ещё и пару ударов под дых заработать за вранье. Они ещё какое-то время обсуждали ситуацию в Априлл. Лем давал некоторые советы, даже Глен не удержался, выискивая из своего опыта фебеэровца несколько полезных вещей.

***

Вуд привел Чарльза домой, прикидывая, как много им придется делать блюд на пятерых. Рыжий уже привык готовить на себя и Макса, когда как второй мальчик не готовил вовсе. Зачем? Дома была прислуга, в школе тоже, да и с Харви они чаще заказывали еду из ресторанов. Но большой проблемой это не стало. Кей поручил ему простые дела, вроде мытья овощей и их нарезки, а сам занимался основной готовкой. Так дело и пошло. — А твои родители знают, что ты уехал? Не переживают? — Нет, они… — Чарли чуть замялся, — они не волнуются. Все в порядке. — Хорошо, — отозвался другой юноша, а после небольшой паузы все же решился спросить: — Этот Рон... Он кажется довольно грубым. Почему он тебя так гоняет? — Ну, — школьник сначала немного сомневался, говорить ли. Однако, обида за поступок Рональда при всех снова взыграла. А за ней и боль вообще за все, что было в школе. И он поведал все как есть новому знакомому. Теперь суть происходящего Вуду была ясна. Но, что удивило Грина, его не стали осуждать. Лишь искренне посочувствовали и предложили посильную помощь. От нее он отказался, хотя был приятно тронут. К тому же, ему показалось, что на рассказе о хулиганах, что пытались изнасиловать его ночью, Кей как-то особенно помрачнел. Но ведь именно Рональд его спас, хоть и сделал слугой. — Лучше бы Лем тебя драться учил, показал бы там всем в этой школе, — омега пытался пошутить, чтобы подбодрить их обоих. Это сработало. Да и вообще, выговориться, оказалось, полезным. Чарли ощутил легкость и даже покой. Ужин тоже был готов и оставалось только дождаться альф с пляжа. Вернувшись в дом к закату, мужчины привели себя в порядок, быстро помылись, переоделись и спустились к столу. — О, ребята, а вы не плохо готовите, — Лем, довольный едой, уминал уже вторую тарелку. Рональд от него не отставал. Всё же, физические нагрузки сказывались. Да, прокормить двух взрослых мужчин, что и без того едят за двоих — сложно, как быть с тем, что молодой студент, в виде Рона, теперь так же много уплетает? — Да, Рон? — Лем внимательно посмотрел на ученика и тот лишь фыркнул, но под стальным взглядом бывшего военного быстро сдался. — Да. Очень вкусно. Чарли немного волновался перед приходом Рона, но, на удивление, тот вел себя нормально. Даже похвалил их еду. Это было неожиданно и школьник против воли заулыбался, утыкаясь взглядом в свою тарелку. Кей, напротив, был более спокоен, хотя желал обсудить с Максом тему той странной школы, из которой приехали гости Рериха. Но он решил отложить эту тему на потом, пока что наслаждаясь пищей и компанией. Ужин прошел спокойно и легко. Уборку посуды спихнули на Харви. Лем продолжал его подтрунивать, а заодно нагружать чем-то, чтоб покладистее был. Проводив всех на веранду, хозяин дома разлил еще вина и выставил на низкий столик фрукты. Вечерняя прохлада приятно ласкала кожу. Вуд прижался к Глену и мечтательно думал о прошлом лете. О том, какие ночи они тут проводили вдвоем и вместе с Лемом… Пока сам мужчина говорил с Чарли обо всем и ни о чем одновременно. Грин казался ему милым и хрупким, потому и возникало желание хорошенько дать по шее своему «ученику», чтоб не обижал его. — Пойдем в спальню?.. — вопросительно прошептал омега на ухо Максу спустя где-то час их отдыха на веранде. Если не спать, то хотя бы обниматься. Но для этого нужно было оказаться с возлюбленным один на один. Оказавшись в комнате, омега не спешил готовится ко сну. Он притянул мужчину к себе, жадно его целуя. Пусть хоть так, в поцелуях и объятиях, но ему хотелось получить ту долю внимания, которую он жаждал весь этот день. — Мне кажется, я зависим от тебя, — тихо сказал Кей, отлипая ненадолго от альфы. — Мне всегда тебя мало и я… я так тебя люблю. Только благодаря тому, что Макс поддался, рыжий смог толкнуть его на кровать. Устроившись сверху, он обнял брюнета как можно крепче, и захотелось остаться так.

***

Грин же, и правда ощущал тепло и радость от приятных слов и заботы старшего альфы. Он скромно, но искренне улыбался Рериху в ответ. Правда, скоро получил за это нагоняй от Харви. Чувствуя, что тут его могут защитить, мальчик встрепенулся и обиженно нахмурился. — Он хотя бы ведет себя уважительно и не относится, как к пустому месту, — слова вырвались против его воли, прозвучав как претензия. Ведь, действительно, Рональд не часто был с ним ласков. Если вообще был. А тут, вдали от Априлл, у него не было столько власти. Хмыкнув, Чарли поднялся на ноги и тоже покинул веранду, оставляя студента самого. Рональд удивленно смотрел на спину уходящего школьника, не в силах поверить, что тот и вправду так поступил. Защита Лема, видать, на него действовала опьяняюще. Или мальчику дали вина, пока Харви вымывал за всеми посуду? В любом случае, он оставлять всё так не желал и уже через десять минут вошел в их комнату, стягивая расстегнутую рубаху, бросая её небрежно на пол. — Видимо, ты совсем забылся, да, мелкий засранец? — сильная рука ловко скользнула по хрупкому телу, останавливаясь на тонкой шее и сжимая её. С силой, не шутя. — Забыл, кто выдернул твою жопу из лап этих малолеток? Забыл, как рыдал на своей постели, боясь их возвращения? Или может тебе напомнить, как ты лаял на моём ковре, лишь бы только прикрыться моим именем для защиты? Ты весь год тихо и спокойно прожил только благодаря мне. Только благодаря тому, что я въебываю каждое лето здесь как проклятый. А теперь морду от меня воротишь, словно я крайний? Ничего не попутал? Рука Харви разжалась ровно в тот момент, когда юноше почти не хватило кислорода, чтобы слышать и соображать. Он знал, что делает больно, потому что знал, как это делать. Признаться, Грин даже толком не думал о последствиях. Возможно, наивно полагал, что в чужом доме, доме своего учителя, Харви не тронет его. И он ошибался. Мальчик сдавленно вскрикнул от ужаса и оцепенел. Рон говорил правду. Только из-за его защиты Чарли и выжил, а теперь вдруг вздумал ослушаться. Рыжеволосый инстинктивно схватился за душащую его руку, но силы были не равны. Он почти начал терять сознание, отдаленно осознавая, что на светлой коже наверняка останутся следы… — Кха, — горло сдавило, но он продолжал в панике глотать воздух, боясь, что и правда вырубится. Когда тьма перед глазами рассеялась, школьник тихо заплакал и отполз от Харви как можно дальше, в угол комнаты. И почему все всегда было так?.. Только он чувствовал свободу и радость, как обязательно что-то шло не так и Рональд напоминал ему о его месте. — Почему? — Грин тер глаза ладонями, но слезы продолжали течь. Нервы ведь не железные. — Почему ты так со мной? Я все делал, бегал, приносил, даже… спал с тобой. Почему даже сейчас ты так жесток?! Голос юноши дрогнул, но тут же снова прервался на всхлип. Несправедливо. Он любил, сильно и честно, а им только игрались. — Разве это не было уговором? Плата за мою защиту, — парень бросил в школьника подушку, попадая ему прямо в лицо, а следом полетело покрывало. Лем выделил им несколько одеял, ведь иногда ночи здесь бывают прохладнее, чем стоит ожидать, а ещё и несколько покрывал. И одно из них полетело вслед за подушкой. — Вываливайся, — велел холодно молодой альфа, начиная снимать шорты, и лег в постель, в которой они должны были спать вместе. Харви был слишком горд и одинок, с полным отсутствием функции «доверия окружающим», чтобы позволять себе вольности. Это всё было глупо. Он ведь не просто так защищал этого школьника, не просто так его с собой привез, но обуять свой гнев Рональд не мог, просто не понимал как. Лучшее, что он мог сделать — выгнать этого мальчишку, пока не начал его бить. Грин заплакал сильнее, глубоко раненый таким поведением и словами. Каждый бросок в него подушкой или чем-нибудь еще больше бил в моральном плане. И школьник уже и сам был рад убраться подальше от Харви, лишь бы ощутить себя в безопасности. Странно, ведь именно он и должен был защищать омегу. Взяв с собой все, что «выделил» ему альфа, рыжий скрылся за дверью. Он не знал, куда ему подеваться. Неосознанно он побрел к спальне Лема, тихо стучась и надеясь, что мужчина еще не спит. И когда тот открыл мальчик, запинаясь и шмыгая носом, спросил: — И-извините… есть у Вас еще один гостевой диван?.. Лем был крайне удивлен увидеть посреди ночи заплаканного и бледного парнишку, которого едва было видно за постельным бельем. — Так, оставь-ка это, — мужчина отобрал у Чарли вещи, бросив их у себя, а его самого повел на кухню. На скорую руку приготовив ему травяной чай и, вручив кусочек шоколада, альфа велел ему успокаиваться. А сам собрался пойти разобраться с виновником всего этого безобразия. Ему даже спрашивать Грина не нужно было, чтобы понять, кто его обидел. К тому же, следы на шее злили Рериха еще больше. Он ушел в спальню, где Рональд явно ещё не спал. Грин ещё не успел допить свой чай, как альфа вернулся, нежно и заботливо обнимая школьника за плечи. — Перекусил? Хорошо. А теперь иди спать. Этот идиот ночью будет слегка занят, — всё так же обнимая омежку, мужчина провел его до спальни, где Харви уже перенес обратно подушку и покрывало, что совсем недавно выбросил, и вышел из комнаты. Забота и защита Лема трогали Грина. Он и подумать не мог, что чужому человеку может быть не все равно до него. А тут будто отеческие объятия и ласковые слова альфы не позволяли ему совсем разувериться в людях. Он послушно последовал в свою комнату, уже не такой расстроенный. — Ложись спать, маленький. И не переживай. Мужчина был похож сейчас на заботливого отца, у которого обидели единственного сына. Дверь аккуратно и мягко закрылась, оставляя школьника наедине с большой кроватью и жаркой ночью. Впереди был отдых, ведь день и без того был насыщен, а вот Рона ждал серьезный разговор. В отличии от своего молодого друга, Харви наслушался за ночь множество нецензурных выражений в свой адрес, где его не просто поучали, но и выслушивали. Лему легче было судить со своей «высокой колокольни прожитых лет». И он очень сильно хотел помочь этому запутавшемуся мальчишке, что отталкивал явно единственного человека, что готов был его терпеть. — Это не правильно, мелкий, — они сидели на кухне до самого утра. К середине ночи Лем достал для них пиво. Не самый элитный напиток, но куда лучше для ночных разговоров, чем бурбон или виски. — Постарайся прислушиваться ко мне. А сейчас иди ложись на диване. Да. И не спорь. Сегодня спишь там. И моли Богов этого мира, чтобы на шее мальца не осталось и следа от твоих крючков. Солнце уже осветило горизонт, когда Рерих отправил студента спать. И конечно же, утренние тренировки никто не отменял. Словно ни в чем не бывало, мужчина разбудил Рональда перед завтраком, заставляя того идти и готовить. Для Харви хуже наказания сложно было придумать.

***

Чарли спал до самого утра, к счастью, даже без снов. Поднявшись, он осмотрел комнату, еще раз понимая, что он один. Следом, со вздохом, он покинул постель и отправился в душ. Только приведя себя в порядок, мальчик смог заметить бледные следы на своей шее. Потому он решил выбрать футболку с высоким воротом, чтобы прикрыть это от посторонних. И уже потом спустился на кухню. Увидеть Рона, готовящим завтрак, рыжий не ожидал. Он даже поморгал несколько раз, чтобы убедиться, что не спит. Зрелище было занятное, но говорить с парнем особо не хотелось. Все же прощать так просто подобное отношение желания не возникало. Так что, поздоровался он только с Лемом. Позже всех спустился Кей. Его ночь была куда приятнее. И поутру юноше совершенно не хотелось покидать объятия любимого мужчины. Они еще долго целовались и вместе приняли душ, прежде чем присоединиться к остальным внизу. — Доброе утро, — пожелал всем омега, садясь за стол. Его настроение было хорошим, но пока Вуд его придержал, замечая, что обстановка была слегка напряжена. Сегодняшний завтрак был не такой вкусный, как обычно, у Лема к примеру, но есть можно было. Оказывается, Харви тоже мог стоять у плиты. В прочем, не удивительно, он ведь сам сказал, что приезжает сюда каждое лето, а Рерих явно не будет с ним нянчиться. Когда все сели за стол, Лем подошел к Чарли, останавливаясь сбоку от него, и попросил подать тарелку с фруктами, что стояла вдалеке. Пока мальчишка тянулся, Лем внимательно рассматривал свысока открывшуюся шейку, сразу подмечая следы-синяки. Взяв тарелку, он с улыбкой поблагодарил школьника и сел возле Рона, тут же отпустив тому подзатыльника. Харви было дернулся, чтобы высказать всё, но Лем что-то ему тихо шепнул, почти прорычал, и Рон уткнулся обратно в тарелку, молча прожевывая еду. Но едва успел он пятую ложку поднести ко рту, как Лем, улыбаясь, посмотрел на ученика. — Всё, поел? — вопрос больше звучал как утверждение, и сказано всё было тоном, где возражения были не позволительны. — Вперед на бег. Тридцать кругов вокруг острова и до обеда сможешь отдохнуть. Едва ли не поперхнувшись, Харви уставился злобно на Рериха, что продолжал мило улыбаться, бросая ложку в тарелку. — Да ты издеваешься, старик! — не выдержал было студент, но в одно мгновение получил очередную оплеуху, мгновенно заткнувшись. Встав из-за стола, парень убрал за собой и, ворча «чертов старик», направился на улицу. Остров только казался маленьким. Да и бегать приходилось не по ровным тропинкам, а едва ли не по настоящим природным полосам препятствий. Один круг-то с трудом давался, чего уж говорить о тридцати? Тут хотя бы до вечера закончить. Чарли вел себя тихо и молчаливо. Лишь однажды смущенно улыбнувшись Лему, когда выполнил его просьбу. По сути, все, кроме Харви, были к нему добродушны. Но больше всего, мальчик был благодарен именно хозяину дома. Хотя порой, видя, как тот суров с его любимым, Грину становилось его жалко. Иррационально. Но такой уж была его любовь. Он не желал другим такой же боли и издевательств, что перенес сам. Второй омега был так же поражен тем, как Рерих вел себя с учеником. Таким жестким и ехидным он его, пожалуй, еще не видел. Нет, конечно, он понимал, что тренировки у них серьезные. Но в чем парень так провинился?.. Или его гоняли за то, о чем рассказал ему школьник накануне? Да уж, все было сложно. Кею вообще порой казалось, что, если б эти двое наконец признали свои взаимные чувства, все стало бы проще. Но вмешиваться в чужие отношения юноша не спешил. Закончив с завтраком, он вместе с другим омегой собрали немного фруктов и воды для похода на пляж, и спустились к нему вместе со взрослыми. Погода была все такой же солнечной и жаркой. И только океан спасал своей прохладой. В нем-то юноши и провели большую часть времени. Конечно, странные синяки все заметили, но тактично молчали о них, не желая ставить парнишку в неловкое положение. Впрочем, после увиденного, Кею стало чуть более понятно, за что так огребал Рональд… Лем улыбался омегам, отправляя их плавать, а Макса задержал немного на берегу, перекидываясь парой фраз. И лишь спустя минут десять, когда из теплой воды начали доноситься звонкие голоса веселящихся юных омежек, альфы поспешили к ним. Иногда это было похоже на отдых отцов с детьми: мужчины подкидывали парней, позволяя им прыгать в воду со своих плеч, а то и вовсе падая с чужих рук. И пока все четверо явно веселились, Рональд наматывал круги по заданному маршруту, но не думал даже «скоротать» или уменьшить себе путь, зная прекрасно, что первое невозможно, а второе — старик всегда умудрялся считать правильно. Обмануть Рериха было почти невозможно, а порой и опасно для здоровья. — Или ты меня слушаешься беспрекословно, или уходи. Мы ничего друг другу не обязаны и я ничего не потеряю, лишившись ученика. Это были слова альфы в далеком прошлом, но Рональд запомнил их надолго. Возможно, на всю жизнь. Он видел, как становился сильнее благодаря тренировкам с Лемом, видел, как крепнет его тело. Нельзя было отрицать тот факт, что Харви стал сильнее. Что даже глупости, в виде «иди готовь», делали его только лучше и увереннее в себе. Поэтому он и выполнял все. Поэтому и ценил знания, что ему давали. Поэтому, позволил бы этому мужчине многое, ибо был уверен (видя и утверждаясь в этом не раз), что Лем способен проявить и не маленькую заботу. Лем был как отец и Рональд его признавал в этой роли. Бегать он закончил ближе к часам двум, но в дом не вернулся. Сил хватило лишь на то, чтобы ополоснутся в прохладной воде и лечь под тенью деревьев, где мгновенно провалился в царство Морфея. После обеда, который готовил Лем, мужчина подозвал Чарли и посоветовал найти «этого упрямого барана» и накормить. — Наверняка спит недалеко от нашего пляжного места. Там есть укромное местечко из листвы и деревьев. Посмотри там, — Грин послушно кивнул и отправился за ним. С собой он взял еды и как можно больше воды для любимого. Конечно, ждать извинений от того не стоило. Да и о чем школьник вообще думал? Скоро они вернуться в Априлл, а там уже Рон сможет делать с ним, что захочет… Это было грустно, но нужно было смириться. А иначе будет еще больнее. Отыскав брюнета, омега осторожно разбудил его, тормоша за плечо. — Привет, я тебе поесть принес… — юноша робко протянул альфе то, что прихватил с собой, боясь лишний раз взглянуть на него. Рональд не хотел общаться с парнем, планируя его игнорировать. Он даже когда окончательно проснулся и понял, что перед ним Грин, отвернулся, не желая разговаривать, но краем глаза увидал еду и воду. Вода. В горле пересохло и, казалось, образовалась пустыня. Гордость долго лежать не позволила. Он хотел есть и пить. Повернувшись к мальчишке и осмотрев его с ног до головы, студент едва не вспыхнул гневом вновь, но тут же взял себя в руки, молча забирая воду и выпивая первую литровую бутылку едва ли не без остановки. Затем наступила очередь еды. Рон быстро расправился и с ней, ощущая вновь жажду. Благо мальчишка додумался взять с собой много воды. Еда, прохладная жидкость и усталость сделали своё дело. Через пол часа после прихода рыжеволосого, Рональд уже лежал вновь на траве, но рычать на юношу не хотел. Ровно как, и просить прощенья за своё поведение. Хотя надо было. Он это понимал. Не зря старик отправился его сюда. Наверняка потом спросит. А ложь увидит в мгновение ока. Он её словно ищейка полицейская чует. — Отдыхаешь здесь? Это не было похоже на обиду или упрек, но брюнету пришлось закрыть глаза, чтобы не видеть обиженную моську того. — Да, — со вздохом сказал рыжий, — пытаюсь, пока не вернусь в школу… Глупо было отрицать. Студент точно отыграется на нем за все, что тут ему устроил Лем. И эти мысли не сулили ничего хорошего. Чарльз даже не знал, зачем остался тут сидеть… Чего он ждал? Несчастный влюбленный дурак. Парень явно не собирался просить прощенья, но главное, и не прогонял рыжего. Так они и провели время вместе, молча. Рональд лежал, а спустя несколько минут и вовсе задремал, а Чарли сидел рядом. Его не гнали и не обижали. А место здесь было действительно тихое и спокойное. Но вскоре появился Лем и подмигнув парнишке, громко рявкнул на студента. — Солдат спит, служба идет! Подъем. Ты решил все тренировки пропустить? — Рональд нехотя открыл глаза, но знал прекрасно, что с «учителем» спорить бесполезно. — Сказал спасибо и пошел на пляж. А ты иди остальных найди. Они там фрукты принялись нарезать. Видимо, хотят что-то приготовить. Снова улыбнувшись рыжику, мужчина по-отцовски погладил того по волосам, когда Чарли проходил мимо. — И через пару часиков принесешь нам воды? Спасибо, — очередная ласковая улыбка адресованная Грину. — О, ты пришел, — Макс вручил Чарльзу большую миску с экзотическими фруктами, что должен был чистить сам, и быстро ушел «сполоснуться» на пляж». Правда возвращаться Макс не спешил, по началу просто плескаясь в теплых водах океана, а после присоединяясь к тренировке Рональда. Не зря ведь говорят, что альфы всегда остаются детьми. Как оказалось, у Макса так же есть какие-никакие навыки. Конечно, до самого Лема ему было далеко, но Рональда на лопатки мужчина укладывал без лишних усилий. С террасы их было прекрасно видно, что было не плохим зрелищем взамен телевизора. Омега охотно принялся помогать, радуясь еще одной возможности пообщаться с Кеем и, может, подружиться с ним по-настоящему. Вуд тоже это чувствовал и тоже начинал понимать прелесть нахождения здесь еще одного омеги. Но странный завтрак его все еще немного беспокоил. — У тебя все хорошо?.. — осторожно поинтересовался он у школьника. — Да. Просто… просто у нас с Роном все сложно. Уже по этим словам можно было понять, что «сложно» не то слово. Кей хотел спросить что-то еще, но парень опередил его, задав вопрос: — А как ты понял, что Макс твой… ну, истинный? Это что-то особенное, да? — рыжий смотрел на старшего юношу с такой надеждой в глазах, что Вуду даже стало неловко. Вот как ему рассказывать, как именно он осознал окончательно, что Глен был тем единственным? Сам он уже давно шел к прощению поступка мужчины, но вспоминать об этом все еще было болезненно. Впрочем, почему-то ему хотелось быть честным. — Ну, не знаю, как у других это происходит, но у нас с Максом все было довольно… странно. Если не сказать иначе. Он глубоко вздохнул, понимая, что Грин внимательно его слушает. И он все ему рассказал. Без особых подробностей, почти что сухо и только факты, но и этого было достаточно, чтобы произвести впечатление. — То есть, метка все и расставила по местам? — удивленно переспросил Чарльз. Да уж, оказывается, даже у самых счастливых и влюбленных пар бывали трудности. И еще какие. Они уже почти все приготовили и за разговорами мальчик почти забыл о том, что ему надо принести воды альфам. Он поблагодарил Кея за откровенность и убежал искать Рона и его учителя. Тренировка была в самом разгаре, когда на пляже появился Грин с бутылкой прохладной жидкости. Макс сообразил первым, ловко забирая пластик из рук омеги и делая несколько глотков первым. Следом бодро прибежал и Лем, делая несколько глотков, но уж куда больше. К тому моменту, как очередь дошла до Рона, воды оставалось всего на пару глотков. — Издеваетесь? Да здесь даже омега не напьется?! — рявкнул брюнет, поднося бутылку на уровень глаз, но взрослые альфы лишь состроили невинные мины на лице, улыбаясь, словно «а мы что? Мы чуть-чуть». — Тебе вообще нельзя много пить. Но можешь сходить за еще одной бутылкой. Я не напился. А ты — иди сюда. Лем скинул влажную, почти полностью пропитанную потом, футболку на песок и посмотрел на омежку. — Будем сейчас тренироваться. Умеешь принимать боевую стойку? — Я?.. — тихо и удивленно переспросил омега, глядя то на Харви, то на его учителя. С чего вдруг ему тренировать школьника? Впрочем, юноша все же подошел ближе, а после и вовсе увлекся занятием с Рерихом. Тот был с ним куда более мягок, да и объяснял все понятно и доходчиво. Так что, в итоге Чарли даже был рад обучиться хоть каким-то основам, решив, что в Априлл это вполне может пригодиться. Правда, то как мужчина ласково и по-доброму с ним обходился, все так же смущало. Рыжеволосый очаровательно краснел и улыбался, мечтая, чтобы когда-нибудь Рональд тоже был с ним более нежен. — Старик, ты ничего не перепутал? — Рональд уже было ушел, как вдруг остановился и внимательно посмотрел на мужчину. — А что? Ты же его для этого привез. Иди, иди, мальчик, не мешай нам, — Лем принялся серьезно, не забывая мягко улыбаться, учить Грина премудростям ближнего боя, а Макс рассмеялся и ополоснувшись, ушел в дом, зажимая своего омежку в одной из комнат, прямо на проходной части, игнорируя протесты. Кровь играла, и мужчина был возбужден, стоило только увидеть счастливую улыбку парня, что ставил на стол салат из экзотических фруктов. Это был маленький всплеск нежности и страсти, что быстро закончился, но сам факт того, что альфа даже не позволил им укрыться в глубине дома, делая это едва ли не на проходе, добавляло изюминки. Возмущения быстро превратились в одни лишь стоны, которые студент тщетно пытался сдержать. Мысль о том, что где-то в доме недавно шастал молодой альфа улетучилась, и он наконец сдался внезапному удовольствию. И после только тихо шептал: «я люблю тебя», целуя своего истинного в щеку, скулы, губы… Чёрт, это место определенно шло им на пользу.

***

К тому моменту, как Грин научился правильно стоять и узнал несколько интересных приемов самозащиты, Рональд уже успел набрать вновь воды, но тревожить учителя он не спешил, лишь наблюдал за тем, как его собачку тренируют, обучают новым командам. И всё было бы хорошо, ведь Рон надеялся на подобный исход. Он и впрямь привез за собой хвостик, чтобы научить мелкого защищать себя. У Харви оставался всего год и он покинет стены Априлл. А значит, защищать Грина больше некому будет. Омега очень увлекся нежданным занятием, хотя был куда более слабым и хрупким, чем его покровитель. Однако, Лем не издевался, а мягко учил и направлял, что юношу буквально покоряло. Он охотно выполнял указания и учился, не замечая ход времени. В себя его привел только едкий голос Рональда, что так и сочился ядом. — Старик, долго ты его ещё лапать будешь? — переведя дух, молодой альфа вышел из-за тени деревьев, наблюдая за счастливой улыбкой Грина. — А ты чего лыбишься? Нравится, когда старикашки жмутся? — За языком следи, — Лем, минуту назад улыбающийся, стал серьезным, обнимая парня за плечи. — Ты хоть и хороший боец, но в отношениях тот ещё дебил. Если уж приревновал, так прояви себя достойно. Вздохнув, омега прервался, не понимая, почему его любимому обязательно нужно всегда быть таким озлобленным. Его слова больно ранили, но на этот раз рыжий хмурился и молчал. Хоть слез не было, уже хорошо, радовался он про себя. Благо, Рерих снова вступился за него и увел от конфликта, потому Чарльз смог выдохнуть. Правда, его все еще волновало упоминание ревности. — Пошли, малыш, пусть теперь до ужина отжимается, — сильная рука сжала хрупкое плечо и альфа увел парня в дом, где в приказном тоне отправил его в душ. Рональду же ничего не осталось, как взрываться от тихой ярости и отжиматься, пока солнце не спряталось за горизонт, а сил не осталось, чтобы встать. Ужин прошел в спокойной и дружеской обстановке, пока не явился вновь Харви. Но он сразу ушел в ванную комнату, а после завалился спать. — Иди к нему, — шепнул Рерих уставшему омежке, которого весь вечер не выпускал ни из поля зрения, ни из объятий, когда они оказались на веранде после сытной трапезы. — Хорошо, — мальчик послушно кивнул на слова хозяина дома и последовал в спальню к Харви. Волнение и дрожь заставляли его трястись. Кто знал, как альфа среагирует на него в этот раз? Но отступать было бы глупо, потому он вошел в комнату, тихо постучавшись. Глубоко вздохнув, омега прошел к постели и осторожно опустился рядом с парнем, устраиваясь очень близко к нему, пытаясь понять: станут ли его прогонять. Но Рональд не стал прогонять парня, даже наоборот, повернувшись, крепко прижал к себе омегу, уткнувшись в его шею носом, продолжая проваливаться неспешно в царство Морфея. — Хватит с ним обжиматься. Ты мой. И хоть слова были больше похожи на рык, парень обнимал парнишку крепко, но не грубо, как было в прошлый раз в их постели. По-видимому, практика Лема возымела свои результаты. Он-то явно лучше знал, что необходимо его ученику. Уснул Харви быстро, вымотанный тренировками и тяжелым подходом, но эти дни ему явно шли на пользу, ведь весь гнев начинал понемногу выветриваться из башки, оставляя место для нежности. Рерих явно, очень сознательно, понимал, что делает. Грину казалось, что в тот момент он просто задохнется от счастья. Рон признал его своим, и он правда ревновал! Омега часто задышал, пытаясь унять ликование в груди и не потревожить сон парня, но это было нелегко. И даже не хотелось думать, что студент относится к нему как к вещи, которая вдруг стала интересна другому, или как к игрушке, что он не отдаст кому-то поиграть. Нет, в этот раз Чарли готов был поклясться, что Харви отнесся к нему именно как к человеку, к своему человеку. Потому и обуздать бушевавшие чувства было непросто. Но, зато уснул в ту ночь он донельзя радостным. На утро Рональд снова готовил завтрак, снова его ждали тренировки. Правда, на сей раз, ел он вместе со всеми, и купался после полудня тоже со всеми. На несколько часов всего он был таким, как «прежде», или, правильнее будет сказать, таким, каким бы его хотел видеть Грин. Конечно, Харви не стал услужливым или нежным без причины, как Макс, к примеру, выискивая каждую минуту, чтобы зажать своего омегу в углу, погладить по волосам, поцеловать во время смеха, или «изнасиловать» в душе. Казалось, преподаватель заново влюблялся в своего ученика, видя, как тот смеётся в присутствии друзей, как светится от счастья, как улыбаются даже его глаза. Не меньше удовольствия получал и Лем. Омеги для него были как дети, да и к Рональду он явно относился как к собственному сыну. Весь отдых был наполнен смехом и радостью, что явно приносило удовольствие альфам, делая и самого Харви менее раздраженным. Всего через пару недель их отдых уже кардинально отличался от начального. Лем тренировал парней по очереди. Рона серьезно, по жесткому, не сбавляя обороты, а Чарли мягко, но по делу, самому основному. Тренировки происходили утром, перед завтраком, который немного сдвинулся. В это время готовили Макс и Кей, что вставали по известным причинам намного позже остальных. У Глена словно открылось второе дыхание на острове, о чем давало знать бурная деятельность в постели. Иногда он умудрялся приводить Рериха, что неизменно являлся с вином в руках и несколькими бокалами. И пока Рональд спал в нежных руках своего любовника, которому иногда перепадало немного счастья перед сном, Лем играл с юным телом молодого любовника. Они с Максом то по очереди ели с плоского животика Кея нарезанные заранее фрукты, то обмазывали его сливками, «случайно» пачкая возбужденный член омежки и после старательно всё слизывали, не позволяя юноше даже слова произнести, никакого стона и даже никаких движений. После таких «поэтичных вечеров», как их прозвали альфы, когда стоны Кея разносились по всему дому, его можно было не увидеть до обеда. Зато Макс с Лемом ходили довольные, как слоны, гоняя Чарли и Харви в особенном темпе. Рональд приехал сюда на все каникулы, предупреждая об этом Грина, что был явно не против ещё с первого дня. Макс же смог договориться с работой, видя как Кею нравится на острове. Лем без конца поднимал тему о жизни здесь, но Глен каждый раз останавливал мечтания друга указывая на Кея, что обязан был получить образование. Для Вуда этот отдых складывался еще лучше, чем в прошлом году. Он был безумно рад, когда они смогли остаться тут подольше и, конечно же, из-за разговоров Лема тоже думал о жизни здесь. Рыжий даже… хотел этого, но Макс был прав — сначала хотя бы выучиться, а там уж и видно будет. Но в планах у студента было уговорить учителя перебраться сюда хоть когда-нибудь. Так они и отдыхали, спорили, шутили, смеялись, тренировались и постоянно купались. А ещё чаще — занимались сексом. Да так, что слышал весь дом. Особенно смешно выходило, когда Рон раздевал Грина под аккомпанемент очередных стонов из спальни в другом конце коридора. — Не хочешь так же кричать? А я думал это Априлл рассадник и бордель… Давай, снимай белье, я тоже хочу… Чарльз уже не так завидовал своему другу-омеге, ведь Харви с ним вел себя гораздо лучше. Мальчик не знал, будет ли так и в Априлл, но пока хотел лишь наслаждаться тем, что имел. Громкие стоны из соседней спальни всегда его ужасно смущали. До того, правда, момента, пока его любимый не стал к нему лезть. Тогда-то до посторонних мыслей не было дела, хотя сам парнишка так бурно демонстрировать свое наслаждение не спешил. Мальчик привязался к нему еще сильнее, вкусив ласки, потому всегда был рядом. Рональд оттаивал медленно, позволяя со временем себе немного больше проявлений эмоций, глядя на счастливого Макса и Кея. Возможно, это была идея Лема, чтобы старший альфа вел себя более развязно на людях, но глядя на эту парочку, Рон так же стал себе позволять обнимать несовершеннолетнего рыжика во время посиделок на веранде или отдыха на пляже. Случился этот прогресс так же с подачи Рериха, что в очередной раз после ужина, когда все устраивались на веранде, чтобы поиграть в допотопное лото, которым играл Лем ещё ребенком, потянул руки к Чарльзу для объятий. Рональд среагировал быстро и весьма ревниво, легким движением рук обнимая своего любовника и, словно, тряпичную куколку, перекидывая через себя и столик, усаживая рядом, но по другую сторону. Где Лему его не достать. На следующий вечер Лем повторил попытку, но Рон отреагировал так же, не выпуская второй раз подряд парнишку из своих рук всю игру. В третий раз это стало закономерностью. И после этого Грина обнимали каждый вечер.

***

Но время шло. Месяцы стремительно пролетали мимо острова Лема, неизменно приближая конец лета и начало осени. И когда оставалась всего неделя до разъезда «таких милых гостей» по домам, Лем предложил занятную идею. — А почему бы нам не выбраться в мир и не развеяться? Пусть каждый предложит место в мире, куда бы хотел съездить на следующей неделе, ну, а пока… У одного моего знакомого недавно вышел занятный сериал, по которому с ума сходит весь интернет. Я проверял, — мужчина подмигнул омежкам и поднял бокал красного вина, притащив перед ужином на веранду телевизор. — Говорят, даже «Игра Престолов не так интересна». Что за игра, я не знаю, но предлагаю посмотреть. Кто за? Единогласно! Все только и успели, что переглянуться, пока говорил Лем, но руки так никто и не успел поднять. Вердикт был вынесен самим хозяином дома. И уже после трапезы, запасаясь фруктами вместо поп-корна, они сели на веранде смотреть сериал. На экране появилась заставка HBO, что же свидетельствовало о чем-то хорошем, а после появилось и основное название «Король Севера». — Интересно, о чем он, наверное, что-то историческое… или типа фэнтези, — задумчиво протянул Кей, немного жалея, что пропустил столько новинок среди кино. Но совместный просмотр чего-то парами — это было гораздо увлекательнее. «Король Севера» и правда не подвел. История милого эльфа была во многом трагичной, но неимоверно захватывающей. Их роман со вторым главным героем невозможно было наблюдать без эмоций. Омеги вздыхали и умилялись, а где-то Грин даже тихо плакал, жалея героев… Вечер выдался удачным и приятным. Юноши еще долго обсуждали увиденное между собой, бурно жестикулируя и делясь впечатлениями. Даже спать с трудом пошли. — Знаешь, а ты чем-то похож на Арна, — хмыкнул Вуд, забираясь в постель к своему альфе, — такой же статный, сильный и… властный. На парах смотреть на тебя одно удовольствие. Омега широко улыбнулся, затем нежно и глубоко целуя препода, что когда-то подарил ему новую, лучшую жизнь, так же, как это сделал Бьерн для своего Лейва. И в душе у юноши разлилось тепло. — Да что ты? — Макс прижал к себе омегу, что светился после просмотра сериала так, словно после первой течки. — Меня уже сравнивают с Королем? Мило. Давай спать, мой маленький эльфенок. Не то отдам тебя на растерзание Вильяму… Им ведь будет Лем, да? Смеясь, мужчина погружался в сон, отмечая коварство своего друга. Они, альфы, с меньшим удовольствием смотрели сериал, но больше их всех привлек вид юных омежек, что, едва ли не как дети, уставились на экран досматривая из последних сил. Оставалось ещё пару серий и все пары продолжили просмотр следующим утром, сразу после завтрака. Лем хотел было возразить, что надеялся дотянуть до вечера, но молящий взгляд омежек растопил его сердце. В итоге, на пляж все вышли лишь после обеда.

***

У Чарльза возникло много вариантов для поездки, благо, его финансовое положение ранее позволяло ему путешествовать. А вот для Кея это было сложнее. Тут он ощущал себя немного неуютно и неудобно, ведь денег у него почти не было (студент содрогнулся, вспомнив, как именно пытался заработать). Более того, обеспечивал его именно Макс. Поэтому, как бы не хотелось исполнить мечту о дальних странах, юноша не хотел просить с любимого больше, чем тот уже давал. Так что, тянул с ответом до последнего. В тот раз тренировки не стали проводить, а вместо этого, хорошенько поплавав и порезвившись в воде, Лем принялся расспрашивать всех и каждого, кто и куда хотел бы съездить. Он лежал на песке животом, прогревая косточки и рассматривал окружающих через очки. Первым высказался Рональд. — Я бы в Антарктиду съездил. Что? Зато туристов нет. А веселья не меньше, — Лем лишь рассмеялся, и кивнул на Макса. Тот пожал плечами, задумавшись. — Наверное тоже туда, где снега. В Норвегию или Швейцарию. Говорят, там не плохо. — Ага, только в Априлл не суйся, — Рональд улегся на песок, возле своего омеги, придавливая на мгновение его собой. — Омежки? Вы бы куда? — Я хотел бы во Францию, там сейчас так красиво, — задумчиво заметил Грин. Он был в этой стране не раз, часто отдыхая летом на каникулах, и очень полюбил те места. Даже сейчас, не смотря на сложную ситуацию в семье, его почти не ограничивали в деньгах. Отчиму так было даже проще, чем больше ненавистный пасынок имел — тем больше вероятность, что тот мог подолгу находиться где-нибудь вдалеке от дома. — А ты, Кей, что думаешь? — спросил рыжий у своего друга. И этого вопроса студент побаивался из-за стеснения. Но понимая, что врать бесполезно, негромко произнес: — Вообще… я мечтал когда-нибудь побывать в Эдинбурге. Лем внимательно посмотрел на Макса, словно с упреком, а после перевел взгляд на Кея. — Значится, Шотландия? Мило. Тогда вечером вылетаем туда. Сутки там. 24 часа тебе хватит? — этот вопрос бегло был задан Кею, но ответа явно не ждали, ибо Рерих продолжил быстро говорить дальше. — Если не хватит, заставишь Макса тебя ещё отвезти. У вас ещё все зимние каникулы будут впереди. Так... Потом можно в Париж. Ну, а вы парни, отдыхайте, — последняя фраза была адресована Максу и Рональду, что означало: забудьте о своих снегах. — Ну, кто ещё раз со мной? — поднявшись одним рывком, мужчина убежал к воде, плескаясь там ещё с полчаса. А вечером они и правда уже улетали в другую страну на личном самолете Рериха, правда об этой маленькой детали стало ясно лишь к середине пути, когда Рональд допытался до правды. — Нет, если это не мой самолет и не Грина, Не Макса и не Кея, значит, остаешься только ты. Я прав? Прав? О, прав, да? Я и не думал, что после покупки острова у тебя ещё хоть что-то осталось. Когда ты обанкротишься, старик? Я тогда бы мог купить тебя в личное пользование. Стал бы моим телохранителем. А? Он же два часа пытал Макса о его финансовом состоянии, проходя мимо Грина и Кея. Про первого ему и так было ясно. Чарльз не скрывал ничего, а у Кея по глазам было видно, что самолет он видит впервые. Оставался Макс, но он быстро отмахнулся от надоедливого студента. Сразу видно — выдержка и опыт. Прибыли они поздно ночью, почти в три утра. Сначала заселились в отель, самый ближайший, а после и спать. Впереди были сутки в Эдинбурге. И маршрут предстояло составлять Кею.