Синтез: мститель и шпионка

Мне понадобилось много лет и разбитых масок, прежде, чем я начала понимать, что мною пользуются без угрызений совести. Мой покровитель давным-давно потерял свой авторитет, и теперь я метаюсь из одной организации к другой. Словно это какая-то игра, эстафета из рук в руки. Я даже не помню, когда все это началось. Сначала я работала исключительно на Коноху, но потом до меня дошло, что это совершенно небезопасно. Теперь же, я работаю на Коноху, Орочимару и Акацки, но так считают лишь они. Я работаю на себя.

— О чем задумалась? — тихо спросил Неджи, перепрыгивая с одной ветки на другую. — Да так, о своём, — протяжно ответила я. После выполнения задания ранга «B», я чувствовала себя довольно подавленной. Не успела я вчера выполнить поручение Орочимару, как на меня повесили другое задание из Конохи. — Что будешь делать, когда мы вернёмся? — Неджи всегда задавал вопросы «издалека». Это немного раздражало, как и его проницательность. — Не знаю, — соврала я. — Снова исчезнешь? — пускай юноша и не использовал бьякуган, ощущения у меня были обратные. Неджи всегда смотрел мне в душу. — Возможно, — я часто давала неоднозначные ответы и ещё чаще отмалчивалась. — Хм.       Мы прибавили скорость и догнали Тен-Тен с Рок Ли. Данная команда нравилась мне больше других. Здесь не было подозрительного Какаши-сенсея, чрезмерно шумного Наруто, или же действующего на нервы, Шикамару. Я часто работала с ними, как дополнительный член команды, а потому, уже успела пропитаться к ним особенными чувствами. — Как будет хорошо сходить на источники, — мечтательно выдала Тен-Тен. Пожалуй, она единственная девушка из нашего поколения, с кем бы я хотела дружить при других обстоятельствах. — И то верно, — я кивнула. — Тен-Тен, тебе следует больше тренироваться! — Рок Ли снова завёлся. Даже меня поражает его выносливость и энергичность. — Давайте все вместе будем тренироваться до утра! — Ну уж нет, — хором ответили Неджи и брюнетка. — Я пойду с тобой! — влился в диалог Гай. — Сенсей… После драматично разыгранной сцены, мы все дружно прибавили скорости и уже к вечеру вернулись в Коноху. Первым делом я с командой заглянула с рапортом к Хокаге, а затем я пошла к Данзо. К счастью, я успела выполнить его поручение вовремя и без лишних глаз. Делать что-то втайне от Гая было сложно, но, пожалуй, возможно. — Спасибо за проделанную работу, — ехидно выдал Данзо, развертывая добытый мною свиток. — Как там поживает Орочимару? — Ничего нового. Все по-прежнему тихо, — на выдохе ответила я. Улыбка не сползала с морщинистого лица мужчины, который явно был в восторге, что вырастил такого талантливого шпиона. Знал бы он, что перед Орочимару и Акацуки я отчитываюсь точно так же… — Я могу идти? — Подожди, не торопись, — загадочно протянул мой покровитель и по совместительству опекун. — Не хочешь мне кое-что рассказать?       Данзо вчитывался в свиток, но не забывал обжигать меня своим хищным взглядом. « — Он что-то знает? — подумала я,  — Если да, то мне придётся убить его». Предполагать, что я смогу убить этого несносного мужчину, было очень наивно с моей стороны. Однако, зная Данзо столько лет, мне открыты все его козыри. Он тот ещё прохиндей, но до господина Орочимару ему далеко. Очень далеко. — Нет, — машинально выдала я, и стала сверлить глазами лицо Данзо, на которое падало лунное свечение, сочившееся из окна. — Предполагаю, что вы хотите что-то услышать? — Верно, — расторопная речь брюнета часто выводила меня из себя. Я всегда придерживалась определённой амплитуды, и действовала четко, без всякой размазни. — Ты изучила новую технику. Просвети, где тебя обучили. — Вы отправили людей следить за мной? — я сделала вид, что удивилась. Шпионаж АНБУ был бесспорно похвальным, но было бы глупо попадаться на свои же уловки. — У господина Орочимару множество свитков. Да и времени у меня было предостаточно на их изучение. — Превосходно, — мужчина усмехнулся. — Ты растешь на глазах, Юи. «Опять это имя, — подумала я, негодуя всем своим существованием «. — Спасибо. — Можешь идти, — монотонно выдал Данзо. — Отдохни хорошенько. — Хай.       Последняя фраза мужчины была моей сокровенной мечтой на протяжении четырёх месяцев. В последнее время, у меня не было ни одного выходного. Я даже привалам на заданиях была рада до безумия, не то чтобы поспать в своей кроватке. Пускай и рядом с шумным соседом — Наруто Узумаки. Идя по ночной Конохе, я стала раздумывать над причинами, из-за которых я недолюбливала и одновременно любила Наруто. Во-первых, он чересчур импульсивен. Во-вторых, его взгляды на жизнь довольно… сказочные? В-третьих, он копается во мне, как и Неджи. Не осознавая того, но Узумаки чувствует во мне что-то опасное. Так или иначе, я ума не приложу, как Наруто сохранил в себе самые светлые качества, ведь ему тоже пришлось пережить смерть родителей, тоску и гнёт одиночества. К счастью, в Конохе много добрых людей. Он, по крайней мере, не остался без людского внимания. — Я дома, — не знаю, кого я оповещаю о своём прибытии, но я заметила, что Наруто делает точно так же. Странное желание одиноких людей: придти домой, когда тебя ждут.       Я прошла по пыльной поверхности ветхого пола, и глубоко вздохнув, включила в прихожей тусклый свет. Несмотря на то, что моя квартира полностью погрязла в пыли, я сняла сандалии и босиком зашагала в спальню. И все же ни у Орочимару, ни у Акацуки нет такого уюта как здесь, в Конохе. Эту деревню украшает не власть и сила, а сами люди и их доброта. «Доброта ли? — снова задумалась я и отворила деревянные ставни. — Решено, сегодня я переночую здесь». Холодный, летний ветерок наполнил мою каморку, и я неспешно прошла к тумбочке с невероятно пыльной рамкой. Взяв ту в руки, я смахнула тыльной стороной ладони пыль и стала вглядываться в фотографию. На ней были все ребята из моей возрастной категории. Этот снимок мы сделали в последний учебный день в академии. Признаюсь честно, я счастлива, когда вижу эти улыбающиеся лица. Мы были детьми и нам все было нипочём. — Хосой, ты вернулась! — Наруто появился черти откуда. От испуга я выронила рамку из рук. — Как поживаешь? — До этого момента спокойно, — я усмехнулась. Меня не было пару недель в Конохе, и этого никто не заметил, кроме блондина. — Скинемся в картишки? — Угу! — всё-таки его любовь к играм неизменна. Мы часто так делали. Врывались в квартиры друг-друга и куковали. Как хорошо, что хотя бы это не меняется. — Рамка не разбилась? — неожиданно спросил юноша и поднял с пола вылетевшую фотографию. Тем временем, я отправилась искать карты в тумбах. — Это последний день перед выпуском? — Да, — я слегка кивнула. — Если хочешь, можешь забрать ее себе. Даже не глядя на Наруто, я была уверена на сто процентов, что на этом снимке он смотрит лишь на своего потерянного друга — Саске. К несчастью для голубоглазого, Саске о нем даже не вспоминает. Вслух, по крайней мере. — Все в порядке? — на всякий случай спросила я, усевшись на полу с колодой карт. — Да. По традиции, которая у нас зародилась ещё в детстве, Наруто выиграл у меня все партии. В эти моменты, он такой радостный, что у меня пропадает всякое желание сделать ему замечание на счёт без талантливого жульничества. Если изменится и это, то от прежней жизни у меня ничего не останется.

***

Утро для меня выдалось тяжелым. Мне всегда было жаль покидать Коноху. Меня здесь ничего не держало, однако здесь были Наруто, Сакура, Неджи, Ли, и другие ребята, к которым я нехотя прикипела. Не будь я такой расхлебай, я бы давным-давно порвала с Данзо. Его методы, как и методы Орочимару, мне противны. Хотя бы змей не носит маску «пай мальчика», в отличии от этой ехидны. А так как я хочу видеть ребят, то у меня попросту нет выбора. Я не могу разорвать узы, благодаря которым я все ещё считаю себя человеком. Имея два имени: Хосой и Юи, я поняла, что мое настоящее имя теперь не несёт в себе ничего. О нем знают только Данзо, Конан и Орочимару, а это далеко не те люди, которые запомнят меня настоящей. Таким образом, я считаю себя Хосой. — Саске, — мне стоило лишь назвать имя Учихи, как он тут же понял, в чем дело. Возвращаясь с задания, мы не сразу заметили, что за нами увязалась группировка шиноби из страны Ключей. — Двоих я возьму на себя, остальные на тебе. Саске слегка кивнул, и помчался в разы быстрее, чтобы шестеро преследователей увязались за ним. Так и получилось. Согласно моему плану, из тени вынырнуло всего двое шиноби. Один был невысокого роста с пышной чёрной шевелюрой, а второй отличался от первого только разницей телосложения. Скорее всего, они близнецы. — Вот ты и попалась, — желтые глаза одного из юношей простирали во мне дыру, второй же спустился с ветки, и приземлился в метре от меня. — Хиширо, нам нужно доставить преступников живыми. — Понял, — ответил второй и принялся атаковать меня кунаем. «— В ближнем бою он наверняка превосходит меня, — тут же поняла я и отскочила от юноши на приличное расстояние. — Да и новую технику хотелось бы попробовать». Я достала четыре куная, связанных между собой тоненькой нитью и метнула по паре в каждого из парней. Они, конечно, без лишних хлопот отбились от атаки, но суть была не в этом. — Даже не думай, что сможешь таким образом победить нас, — усмехнулся юноша и тоже спрыгнул с ветки. — Что за? — Хоширо, что ты делаешь? — уже через мгновение Хоширо кинулся на своего брата с кунаями. — Так эта девчонка… — Нет, — я отмахнулась головой и поспешила развеять ошибочное представление о своей персоне. — Я не кукловод. Я натянула нити левой руки, и отбивающийся Хиширо тоже стал подчиняться моей прихоти. Послышался противный лязг кунаев, и затянулась драка между плененными моей техникой братьями. Управляя обеими тушками, я не спешила заканчивать бой. Мне было интересно, как долго я смогу управлять двумя людьми сразу и сможет ли сопротивление со стороны жертвы прервать технику. Пока ни усталости, ни сбоев не наблюдалось. — Это запрещённая техника кукловода, — верно заметил Хиширо. — Да, — я лишь подтвердила слова юноши. — Тогда на каких основаниях ты отрицаешь свой «класс» ниндзя.— завопил второй. — Я же сказала, что я не кукловод.— единомыслие этих братьев было довольно скучным, а бой натянутым. Что сказать, эффектным сражениям не быть, пока я не выучу все приемы данной техники. У данной техники было довольно много плюсов, но также и много минусов. Главный минус — отсутствие защиты самого ниндзя. В случае нападения третьего лишнего, кукловоду не сдобровать. Второй минус — это огромный расход чакры и ее максимальная концентрация. Третий — так это то, что эффективность техники полностью зависит от умений использующего ее человека. То есть она эффективна лишь в умелых, натренированных руках. — А? — я сделала полшага в сторону и уклонилась корпусом влево. Из-за резкой потери концентрации я упустила нити. — А вот и третий лишний. Я скептически вздохнула и вскочила на ветку дерева. Появившийся из-под земли рыжеволосый мужчина всё испортил. Так сказать, я была опечалена. Очень опечалена. — Мато-сенсей! — хором прокричали ребята. Глаза близнецов заискрились, и данная сцена напомнила мне драмы между Гай-сенсеем и Роком Ли. «Надо же, — я даже мысленно улыбнулась. — Раз мой напарник Саске, то я могу не убивать их». — В бой, мои ученики! — Есть! В ход пошли печати рыжеволосого. Земля под деревом стала разбухать и подыматься, и в конечном итоге, мне пришлось спрыгнуть с ветки. Если они хотят меня приземлить, значит, нет смысла перепрыгивать, как белка с ветки на ветку. Я создала пять пар теневых клонов и в это короткое время подготовила пряжу, что лежала у меня в рюкзаке за спиной. Уже через минуту с моими клонами было покончено и мне пришлось отбиваться от шести пар рук, пока пряжа пропитывалась моей чакрой. « — И почему я этого не сделала до задания? — задалась вопросом я и пропустила мощный удар в скулу. — Силёнок ему не занимать». Я снова отскочила от троих представителей противоположного пола и потёрла место удара, на котором в сию же секунду возросла шишка. Я точно знала, что в рукопашную я не смогу победить троих сразу, а потому кинулась в бега. «Я слишком много чакры потратила на новую технику, — сделала вывод я. — Тем не менее, пряжа готова». — Мы не дадим тебе сбежать! — благородным тоном известил Мато. — Сдавайся! Я резко обернулась к преследователям лицом, развела руки в стороны и со всей силы отскочила от ветки в их направлении. Было легко обвить нити вокруг их щиколоток, пока парни были в неком забвении. Юноши даже не успели понять, что произошло, как я подвесила их за ноги. Оставалось надеяться, что ветка их выдержит. — Как эта ниточка…? — тут же задался вопросом один из близнецов и стал бултыхаться. Было видно, что втроём им было не очень комфортно, но привязывать каждого к отдельной ветке было бы довольно хлопотно. — Она пропитана ее чакрой, — объяснил сенсей. — Ты из забытого клана Мюррей, верно? — Верно. Так как времени у меня было не так много, я рванула вслед за Учихой. Я была готова поспорить, что он уже пересёк границу, и позабыв о моем существовании, несётся к логову без задних мыслей. Несмотря на то, что здесь вражеская территория, мне, на удивление, было комфортно. Птички о чем-то щебетали, листья шуршали по велению ветра, а животные жили каждый своей жизнью. Не это ли счастье? Жить, вздохнув полной грудью. Через час я нагнала Саске. Облегчения я так такового не почувствовала, однако, так я хотя бы не волновалась о его сохранности. Зная, как Наруто дорожит Учихой, я стараюсь за ним приглядывать. — Тебя перевели в наше логово? — я разбила тишину, в надежде, что так он хоть немного разговорится. — Да, — совершенно безразлично ответит тот. Моя надежда поговорить со старым другом провалилась. Когда Саске был в деревне, мы часто встречались с ним, ибо я всегда таскалась рядом с Наруто. Не сказать, что мы ладили, но всё же… Мы втроём были ближе, чем остальные. Нас связывали чувства, которые могли понять далеко не все. Я всей душой хотела попасть в одну команду с ними. Однако, признав мою персону, как шиноби дополнительной поддержки, меня не стали включать ни в одну из команд. Таким образом, я все время металась из одной группы в другую, и я по сей день завидую Сакуре белой завистью. Она, пускай и недолго, была в команде с самыми надежными людьми на свете. Только вот, никому не удалось остановить Учиху. Уже тогда я работала на Орочимару, но я и подумать не могла, что тот все же достанет Саске. Я, конечно, не осуждаю Учиху за его выбор, но это как-то неправильно. Неправильно разрывать узы, поддавшись эгоизму. Он боится боли, но именно она делает нас такими, какие мы есть.