Чёрная нить: Дело не закрыто

Мари поднялась в квартиру, положив мокрый зонт на пол. Она сняла обувь и направилась на кухню, где увидела Тэхёна. Он стоял, держа в руках чашку и смотря в окно. Маленькие капельки дождя попадали на стекло, стекая вниз, а образовавшиеся дорожки были похожи на слёзы. — И как долго он сидит? — спросила Мари, встав сзади. Она сразу поняла, что Тэхён смотрит на Юнги. — Около двух часов, если не больше, — Ким сделал глоток кофе. Мари почувствовала этот запах кофе, когда зашла на кухню. Тэхён когда-то рассказывал, что редко пьёт растворимый, ведь любит варить его сам, — когда я приехал, Юнги уже тут сидел, — он развернулся к Мари, посмотрев на неё. — Что делать будешь? Очевидно, что он хочет тебе что-то сказать. — Знаю, — девушка свела брови к переносице, — наверное, я не хочу выслушивать его, потому что знаю правду. — Ты знаешь лишь то, что видела, — сказал Тэхён. Мари посмотрела на него. Ким всем взглядом говорил ей, чтобы она спустилась и поговорила с Юнги. И Мари понимала, что если она не пойдёт, то Мин будет сидеть всю ночь или даже несколько дней. — Думаешь, мне надо сходить? — спросила девушка вслух. — Да, — кивнул Тэхён, поставив чашку на стол. Мари выдохнула, ещё раз взглянув на Юнги. Она направилась в коридор, чтобы обуться, а потом, взяв зонт, побежала вниз. Мари торопилась, чтобы скорее спасти Юнги от дождя, пусть он уже и мокрый. Девушка вышла на улицу, раскрыв зонт, тяжело дыша. Мари остановилась, посмотрев на парня: он так же сидел, склонив голову. Капли дождя стекали с чёлки и кончика носа, падая на его кроссовки. Его руки были скрещены, и Мари смогла увидеть побелевшие костяшки. Она подошла, немного протянув зонт так, чтобы он накрывал их обоих. Юнги заметил тень, подняв голову. Он вскочил, смотря на Мари, не веря своим глазам. Она стоит прямо перед ним, держит в руках зонт и смотрит на него своими карими глазами. Хочется её обнять, прижать к себе покрепче и коснуться тёплых губ, но он понимает, что это невозможно. Пока невозможно. Юнги боится, что она его оттолкнёт и убежит, не выслушав его. — Мари, — прошептал он. Мари перевела свой взгляд чуть ниже, на его грудь, заметив, как она тяжело вздымается из-за холода, а губы дрожат. Юнги подумал, что девушка что-то ответит, но она лишь сглотнула, продолжая слушать. — Я… — казалось, что каждое слово давалось с трудом. Он выдохнул, вытерев своё лицо то ли от дождя, то ли от слёз. Да, он плакал. И Мари тоже хотела разрыдаться. — Говори, — сказала девушка, а её голос дрогнул. Мари отвела свой взгляд, боясь заплакать. — Я принёс тебе кое-что, — Юнги понял, что Мари не в настроении и рано говорить того, что он собирается сказать. Мари взглянула на парня. Мин расстегнул куртку и достал из-под толстовки записную книжку. Ту самую, которую выхватил из рук Чан. Всё это время он носил её с собой и ждал удобного момента. — Держи, — он протянул её дрожащими руками. Мари смотрела на тетрадь, понимая, что Юнги специально спрятал её под толстовку, чтобы не намочить. — Всё? — спросила Мари, взяв записную книжку. — Нет, — он закивал головой, чтобы Мари не уходила. Но она и не собиралась. — Я должен тебе это сказать, — он отводил свой взгляд, боясь смотреть на Мари. Юнги выдохнул, устремив взгляд на девушку. — Прости меня, но я переспал с Хоа, — в его глазах застыли слёзы. — Я был пьян, и она пришла… — Я знаю, — прошептала Мари, перебив парня. Она не отводила взгляд, а её лицо даже не изменилось. И не было никакого отвращения. — Знаешь? — Она прислала фото, — спокойно отвечала девушка. — Ты должна была это узнать от меня, прости… — Ты дурак, — Мари вздохнула, ухмыляясь. — И идиот, — он кивнул, смахивая слёзы, которые смешались с дождём. — Я знаю, что виноват и, вероятно, ты меня не простишь, но… — Холодно уже, — Мари перебила Юнги, боясь услышать: «Я люблю тебя», чтобы не поддаться чувствам. — Пойдём домой, ты промок до нитки, — проговорила она. Юнги, услышав эти слова, не поверил своим ушам. Он не успел ничего сказать, как Мари развернулась, уходя к подъезду. Юнги побежал за ней, обратив внимание на зонт, вспомнив, что это он купил его ей. Мари и Юнги зашли в квартиру. Девушка сняла обувь, положив зонт на пол, туда, куда положила изначально. Юнги тоже снял обувь, обхватив себя руками от холода. — Вы пришли, — Тэхён вышел из кухни, одарив ребят своей квадратной улыбкой, — я кофе сварил, горячий. На улице ужасно холодно, это поможет согреться. — Спасибо, — Мари улыбнулась в ответ, посмотрев на Юнги. Он стоял позади неё, боясь сдвинуться с места. — Юнги, ты можешь сходить в душ. — А я принесу тебе сухую одежду, — Тэхён поднял вверх указательный палец, собираясь направиться в свою комнату. — Тэхён, — сказал Юнги, сделав шаг вперёд. Ким остановился, внимательно слушая парня. — Прости, что я тебя тогда оттолкнул. — Всё хорошо, — Тэхён улыбнулся, — правда, не переживай на этот счёт. — Спасибо, — прошептал Юнги. Мари улыбнулась, но Мин этого не заметил. Он чувствовал себя виноватым во всём. Тэхён ушёл в свою комнату, чтобы найти что-то тёплое и чистое, а Мари направилась к себе. Юнги последовал за ней и обнаружил ванную комнату, куда сразу же зашёл. Мари положила записную книжку на стол, выдохнув. Она посмотрела в окно, заметив, что уже стемнело, а дождь всё ещё идёт. Тэхён принёс Юнги свою чёрную футболку и серые спортивные штаны с чёрной полоской по бокам. Мари услышала, как вода в ванной выключилась и поняла, что Юнги закончил принимать душ. Через несколько минут Мин зашёл в комнату, вытирая волосы белым полотенцем. Мари продолжала стоять возле стола, устремив свой взгляд на записную книжку. — Тут уютно, — сказал Юнги, присаживаясь на кровать. — Где ты был все эти дни? — спросила Мари, развернувшись к парню. Теперь они были в нескольких шагах друг от друга. — Я хотел обдумать всё, — Юнги смотрел на Мари снизу вверх, — я думал, как лучше тебе признаться в измене, чтобы не сделать опять больно… — он опустил глаза, вновь ощущая свою вину. Мари чувствовала, как её глаза наполняются слезами. — Ладно, я принесу кофе, — Мари перебила Юнги и ушла на кухню, а когда вернулась с двумя кружками кофе, то увидела спящего парня. Он устал за все эти дни спать в машине и питаться в дорожных кафе. Мари поставила кофе на стол, сев возле Юнги. Она слегка коснулась его щеки, аккуратно проведя вниз, чтобы не разбудить. Его умиротворённое лицо и равномерное дыхание. Его длинные чёрные ресницы и чуть влажные волосы. Казалось бы, такие простые составляющие каждого человека, но Мари скучала по этим чертам лица. Она любила его всем сердцем, что уже давно простила за всё, но понимала, что её в любой момент могут убить, поэтому не могла пойти на поводу чувств. Мари убрала руку, тяжело вздохнув. Она встала и, взяв аккуратно сложенное одеяло, накрыла парня. Юнги почувствовал это и потёрся щекой о мягкую подушку, наслаждаясь сном.

***

Намджун и Сокджин были уже на своих рабочих местах. Они разбирали папки и бумаги, которые оставил Чон Куанг. Джин опять испёк свои фирменные булочки в сахарной пудре, заварив свежий чай. — Так вкусно пахнет булочками и свежим чаем, — сказал Намджун, взяв булочку, и его желудок издал звук, ведь парень ещё не завтракал. — Этот запах обожает Мари, — Джин улыбнулся, представив девушку. Намджун кивнул в знак согласия. Без Мари стало всё пустым и тусклым. Парням не хватало девушки в участке, и они надеялись, что она вернётся, когда закроется дело. — Где Хоа? — спросил Намджун, взглянув на наручные часы. — Уже должна быть на месте, — Джин нахмурился, взяв телефон, чтобы позвонить девушке. — Не отвечает, — он положил телефон, взглянув на Намджуна. — Может, случилось что-то? — Ким начал волноваться. А если на неё напал маньяк? Ведь вчера вечером она сама уехала домой, не попросив её подвезти. Разные мысли лезли в головы парней, большинство из них неблагоприятные. — Я надеюсь, что она просто проспала, — сказал Сокджин, отложив булочку: есть совсем не хотелось.

***

Мари и Тэхён собирались поехать в участок. Они уже позавтракали, но Юнги будить не хотели, ведь он так крепко спал. Мари допивала кофе, когда Тэхён домывал тарелки. — Неважно выглядишь, — подметил Ким. — На диване неудобно спать, — поморщилась девушка, массируя свою шею, — шея сейчас просто отвалится, — она посмотрела в окно, вставая со стула. Погода была отвратительная: дождь не собирался заканчиваться, а ветер пытался подбирать намокшие листья. Деревья совсем опустели, качая ветками из стороны в сторону. Мари опустила жалюзи, и на кухне появился сонный Юнги. — Вы уже собираетесь? — спросил Мин, зевая. — Да, не хотели тебя будить, — Тэхён выключил воду, взяв полотенце, чтобы вытереть руки, — садись за стол, позавтракай. — Спасибо, — Юнги взглянул на Мари, сев за стол. Он закашлялся, прикрывая рот рукой. — Ты не заболел? — спросила Мари, собираясь уходить, она хотела потрогать его лоб, чтобы узнать, нет ли температуры, но вмиг остановилась. — Ну, конечно, заболел! — воскликнула она, ругая парня. — Вчера до нитки промок! — Мари расставила руки по бокам, отчитывая Юнги, словно маленького мальчика. Парень не смог сдержать улыбки, вызвав новую порцию недовольства у Мари. — Если Тэхён не против, то можешь остаться ещё на день, — сказала Ли, посмотрев на сзади стоящего Тэхёна. — Я не против, — незамедлительно ответил Ким. — Нет-нет, я не могу. Мне надо в гостиницу, — сказал Мин. Мари лишь выдохнула, направляясь в свою комнату, чтобы переодеться. Когда Юнги закончил завтракать, переодевшись в высохшую одежду, ребята направились по своим делам: Юнги в гостиницу, а Мари и Тэхён в участок, где их ждали Чонгук и Хосок. — Доброе утро, — Мари улыбнулась, ребятам, которые сидели в кабинете. — А где Чонгук, Чанёль и Кёнсу?  — Они поехали в дом, чтобы установить камеры, — сказал Бэкхён, изучая папки об убийствах. — Юнги так и не объявился? — спросил Хосок. — Вчера приходил, — ответила Мари, отведя взгляд в сторону. Хосок посмотрел на Тэхёна, который дал понять, что дальше лучше не спрашивать. Мари выдохнула, направляясь к своему месту, по дороге вытаскивая свой звенящий телефон. Она села на стул, поправляя высокий воротник тёплого свитера. — Да? Джин, что случилось? — Мари нахмурилась, когда Сокджин пытался сказать, что Хоа пропала. — Пропала Хоа, — сказал он, и девушка нахмурилась. Каким образом Хоа относится к ней? — Уже одиннадцать часов, а её до сих пор нет на рабочем месте! И Юнги пропал! — Ну, во-первых, Юнги уже объявился, — сказала Мари, — а во-вторых, почему меня должна волновать Хоа? — Может, она следующая жертва маньяка? — Я не удивлюсь, если она просто проспала, — усмехнулась Мари, — а если она окажется жертвой, то по делам ей. Нечего с чужими парнями спать, — после этих слов все парни, находившиеся в одном кабинете с Мари, посмотрели на неё. — Ну, а что? — одними губами произнесла она, разводя руками. — Ладно, Джин, если она к вечеру не объявится, то навестите её. — Хорошо, но, думаю, что с ней всё в порядке, — согласился Джин, — позвоню вечером. — До связи, — Мари отключила звонок, посмотрев на ребят, — Хоа пропала, — пояснила она. — Сначала Юнги, теперь Хоа, — задумчиво произнёс Хосок. — Юнги не вмешивай, он никак к ней не относится, — девушка закатила глаза. — Кстати, как твоя нога? — Уже могу передвигаться без трости, — Хосок улыбнулся, посмотрев на свою ушибленную ногу.

***

Чонгук, Чанёль и Кёнсу в обед приехали в участок, сообщив, что успешно установили камеры и ещё раз проверили подсобку. В Сеуле же дела обстояли хуже. Ближе к вечеру, когда все папки и бумаги, оставленные Чон Куангом, были разобраны, а Хоа до сих пор не появилась, то Джин и Намджун начали волноваться. Они решили сходить к ней домой, чтобы увидеться, но адреса не было, поэтому ребята решили пойти к Чон Куангу, ведь в резюме Хоа должно быть указано её место жительства. — Зачем вам её адрес? — поинтересовался прокурор. — Её до сих пор нет на рабочем месте, на звонки не отвечает, — пояснил Намджун. Чон Куанг выдохнул, включая компьютер, а после, найдя её резюме на электронной почте, написал адрес на листке. — Спасибо, — парни поблагодарили мужчину, собираясь поехать прямо сейчас. На дорогах было свободно и они не смазаны, нежели в Пусане, где дожди идут около недели. Жители в Сеуле ждали первого снега и украшения деревьев ярко-жёлтыми огоньками, чтобы в городе стало не так страшно возвращаться домой после работы. Намджун и Джин приехали по нужному адресу, припарковав автомобиль возле самого подъезда. Они плотнее укутались в свои шарфы, оглядываясь по сторонам: местечко не из лучших. Парни ещё раз осмотрели четырёхэтажное здание, решаясь зайти в подъезд. Третий этаж, квартира номер пять. Они поднялись, постучав в деревянную дверь. Звонка не было, поэтому Джин стучал с полной силой. — Ломай дверь, — Джин отчаялся спустя пять минут непрерывного стучания в дверь. Намджун несколько секунд подумал, не найдя другого выхода. Он сделал два шага назад, побежав к двери и ударившись плечом в дверь. Повторив это ещё пару раз, ребятам всё-таки удалось войти в квартиру. — Хоа! — крикнул Намджун, но ответа не последовало. Парни осмотрели однокомнатную квартиру, убедившись, что девушки нет. — Намджун, иди сюда! — выкрикнул Джин из спальни. — Что такое… — Намджун прибежал в комнату, увидев разбросанные вещи Хоа, а где-то валялись фотографии и осколки вазы. Но самое интересное было на письменном столе. — Это Мари? — Джин взял фотографию девушки. Лицо улыбающейся Мари было перечёркнуто чёрной ручкой несколько раз, и где-то даже виднелись дырки от сильного нажатия ручки. Парни увидели ещё несколько фотографий Мари, разбросанных по столу. Вот девушка сидит в кабинете и мило беседует с Юнги, они оба улыбаются, касаясь при этом рук друг друга. А вот Мари с парнем идут по ночному Сеулу, держась за руки. И все эти фотографии были перечёркнуты. Джин и Намджун в этом хаосе увидели небольшие стикеры с заметками. «Сделать больно Мари» «Лишить её тех, кого она любит» — Это… Чон Джихун? — Джин поднял фотографию в разбившейся рамке. На ней была запечатлена Хоа в подростковом возрасте и Джихун, обнимавший её за плечи. — Точно! — воскликнул Намджун. — Вот кого она мне напоминает! — Ким вспомнил, что с самого первого дня она ему кого-то напоминала. И это так, ведь Хоа и Джихун похожи: один разрез глаз, такой же нос и линия подбородка. — Если Хоа здесь нет, то она должна быть уже в Пусане, — Джин бросил фотографию куда-то на пол, и парни рванули с места, понимая, что Хоа опасна в первую очередь для Мари. Жаль, что они не начали искать Хоа ещё утром. — Звони Мари! — кричал Джин, заведя автомобиль. — Чёрт! — выругался Намджун, а его голову переполняли не самые лучшие мысли. Девушка не отвечала, тогда Ким начал звонить Юнги, но тот тоже не ответил.

***

Несколько часов назад Чонгук поехал в дом, чтобы проверить камеры, заверив ребят, что сам справится, а после поедет в гостиницу, где его ждёт Юнги. Хосок продолжал вводить ребят в курс дела, показывая им записи с камер наблюдения. Тэхён всё это время находился у Пак Чимина, который рассказывал предполагаемый план захвата убийцы. — Уже шесть часов вечера, — Мари взглянула на часы, потянувшись. Она сидела в интернете, проверяя новости о происшествиях в стране, а также пыталась найти убийцу по описанию, но ничем хорошим это не закончилось. — Чонгук, наверное, уже в гостинице, — Бэкхён улыбнулся, представляя Чона в домашней одежде, отдыхающего на мягком диване. — Может, и я пойду? — лениво спросила Мари, ведь её шея болит с самого утра из-за неудобного дивана, на котором ей пришлось спать из-за Юнги. — Хорошо, — засмеялся Чанёль, потирая глаза от усталости, — только возьми зонт, — он посмотрел на чёрный зонт, который висел на вешалке в углу кабинета. Именно этот зонт купил Юнги для Мари. — Хорошо, — девушка улыбнулась в ответ, прощаясь с парнями. Она надела тёплое пальто, повязав на шее шарф. Мари взяла зонт и, махнув ладошкой на прощание, ушла. Мари вышла на улицу, вдыхая прохладный воздух с запахом дождя. Она раскрыла зонт, услышав стук ударяющихся капель о натянутую ткань. Девушка вышла за ворота здания полиции, свернув за угол. На улицах было удивительно пусто, ведь ещё даже нет восьми часов. В какой-то момент Мари обрадовалась, что сможет насладиться приятной тишиной в компании дождя и лёгкого ветра, но в одну секунду всё наслаждение пропало, а в её голове возникли воспоминания о Чёрной нити: она так же шла вечером одна, а он напал со спины, угрожая. Мари пыталась отогнать такие мысли, успокаивая себя тем, что ещё осталось несколько проулков и она окажется на остановке, где должно быть полно людей. Мари всего несколько раз сама добиралась домой, поэтому дорогу знала. Ещё один поворот — и вот она видит остановку, до которой метров триста. Но людей что-то нет. Возле Мари проехало несколько машин, и девушка отошла подальше от проезжей части. — Это всего лишь машина, — успокаивала она себя, пытаясь усмирить сердцебиение. Но следующая машина не проехала мимо. Она остановилась возле девушки, а оттуда вышел мужчина в чёрном длинном плаще. Лицо было прикрыто чёрной шляпой с большими полями. — Ты… — Мари попятилась назад, понимая, что он тот, кого она ждала всё это время. Она хотела встретиться с ним один на один, чтобы узнать, что ему надо. Но почему сейчас так страшно? Почему, когда он перед ней, сердце начинает биться в бешеном ритме и просто хочется убежать? Мари много раз думала над тем, как встретит убийцу, выстрелив в него. Но пистолет она оставила в участке, и зачем только Хосок учил её стрелять? — Не подходи! — выкрикнула Мари, бросив зонт в сторону и прижав руки к груди. Её волосы вмиг намокли, как намок и зонт, который она могла использовать в других целях. Например, в целях защиты. Убийца усмехнулся, не поднимая лица. Он подошёл к девушке, схватив её за голову, и вколол снотворное в области шеи. — Нет! — кричала Мари, отталкивая сильного мужчину. Она совсем забыла про его правую ногу, на которую он хромает, и не смогла сделать ему больно, чтобы убежать. Но бежать было некуда: снотворное быстро подействовало, а потом — тьма. [Пять часов назад] Юнги решил съездить в кафе, чтобы взять еду с собой для Чонгука. Он должен объяснить ему, почему так долго не появлялся, забрав автомобиль. На дорогах в двенадцать часов дня было много пробок, ведь у большинства в это время обеденный перерыв. Но Юнги знал короткую дорогу, которую показал Хосок месяца три назад, когда они с Мари были первый раз в Пусане. Юнги проезжал по почти пустой дороге, заметив девушку, которая пыталась поймать машину. Он остановился рядом с ней, узнав Хоа. — О! Юнги! — на её лице появилась радостная улыбка. — Неожиданно встретились в Пусане, — она не верила, что встретила знакомого человека. — Что ты здесь делаешь? — удивился Юнги, нахмурившись. — Мы с ребятами в Сеуле кое-что обнаружили, — соврала она, — и Намджун сказал, что это не телефонный разговор, поэтому я согласилась поехать в Пусан и всё вам доложить, — Хоа продолжала разговаривать с Юнги, находясь на улице. — Подвезёшь в участок? — она вновь улыбнулась. — Садись, — Мин громко выдохнул, соглашаясь подвезти девушку. Чан так обрадовалась, что не верила своим ушам. — Чего на заднее сиденье? — поинтересовался парень, когда Хоа села сзади. — Я поняла, что меня укачивает спереди, — пояснила девушка, и Юнги ничего не ответил. Около десяти минут ребята ехали в глухой тишине. — Как Мари? — вдруг решила спросить Хоа. — Рассказал ей о нас? — на её лице вдруг появилась ухмылка. — Нет никаких «нас». Я рассказал о том, что переспал с тобой, когда был в нетрезвом состоянии, — Юнги нахмурился, посмотрев на Хоа в зеркало заднего вида. — И что она сказала? — усмехнулась Чан. — Она простила тебя? — девушка начинала злиться спокойствию парня, а её рука потянулась в сумочку. — Что ты делаешь?! — кричал Юнги, ощутив, как какое-то лекарство проникает в его организм. Хоа вколола ему сильнодействующее снотворное. Мин вцепился в руль, вывернув его, а потом резко нажал на тормоз, чтобы не разбиться. Он был в шоке, не контролируя свои движения. — Ты видел боль в её глазах? — продолжала спрашивать Хоа, глядя Юнги в глаза через зеркало. Парень продолжал тяжело дышать, не понимая, что происходит с его телом. Ноги и руки стали ватными, он не может ими управлять. Юнги думал, что умирает. — Что ты… — единственное, что смог сказать Юнги. — Она плакала?! Плакала целыми ночами, как я?! — в её глазах появилась злость. Хоа была зла на Мари, она хотела отомстить. Юнги собирался что-то сказать, но из его груди вырвался стон отчаяния, и он склонил голову, засыпая. Хоа усмехнулась, смотря на парня. Прошло несколько минут, и она опомнилась. Надо что-то делать. Девушка вышла из машины, а потом протолкала Юнги на сидение рядом с водительским.

***

Мари открыла глаза: вокруг было темно. Она чувствовала холодный каменный пол. По телу пробежался холодок, заставляя поёжиться. Девушка смотрела вниз, заметив, что с неё сняли пальто, поэтому так холодно. Голову пронзила ужасная боль, захотелось потереть виски, но руки завёрнуты за спину. Они были крепко привязаны к ржавой трубе. Мари начала дёргать руками, пытаясь освободиться. — Виновница торжества очнулась? — послышался голос из темноты. Мари подняла голову, а пряди её волос упали на лицо. Она пыталась рассмотреть мужчину, но было слишком темно, вокруг пахло сыростью. — Кто ты?! — выкрикнула Мари, привыкая к темноте. Она услышала женский смешок, а после включился свет. Девушка смогла рассмотреть ту самую подсобку, в которой она была с Юнги. Но только сейчас там оказался автомобиль, стоявший посередине. Вероятно, сюда можно заехать через какую-то дверь, но её не удалось найти ребятам. Мари повернула голову влево, увидев рядом сидящего Чонгука. Он был без сознания. — Чонгук! — крикнула Мари, подумав, что его давно убили. Она начала тяжело дышать, пытаясь достать до парня ногами. — Не переживай, — вновь женский голос, — жив твой Чонгук, — девушка вышла с бутылкой воды, обливая парня. — Хоа? — ужаснулась Мари, наблюдая за тем, как струя холодной воды полилась на Чона, намочив его волосы. Парень застонал, придя в себя. Он пытался поджать ноги к себе, ведь его тело замерзало, но они скользили по каменному полу. — Прекрати! Что ты делаешь?! — кричала Мари, пытаясь остановить Чан. Ей нужна была Мари, но зачем тогда она мучает Чонгука? — Как думаешь, она достаточно хорошо попросила? — Хоа кинула бутылку куда-то в сторону, развернувшись к мужчине. Она подошла к нему, посмотрев на Чонгука и Мари. — Думаю, нет, — произнёс мужчина. Он снял шляпу, положив её на капот машины, а Мари смогла рассмотреть силиконовую маску, которая в одну секунду отправилась на пол. — Шин Йонг, — Мари узнала мужчину. Он — друг Чон Джихуна. Он многие годы его покрывал, но однажды попался на глаза детективам. Именно в тот день он пытался убежать от Мари, которая выстрелила ему в правую ногу, сделав его инвалидом. — Верно, — он начал приближаться, — ты убила моего друга… — Моего отца, — Хоа тоже начала подходить к Мари. — Отца? — Мари округлила глаза. — Да, — она наклонилась, глядя в глаза девушки, — которого ты меня лишила. Не понимаю, как он мог влюбиться в такую, как ты, — её лицо выражало отвращение. — Да он псих! — выкрикнула Мари. — Больной псих! — слёзы лились ручьём. — Замолчи! — Хоа разозлилась, ударив Мари по лицу. Щека вмиг начала жечь, покраснев. — Не трогай её! — Чонгук пытался оттолкнуть Хоа ногами, задев её. Девушка тяжело выдохнула, вставая. — Охладись, — Чан взяла стеклянную бутылку воды, а потом бросила между Чонгуком и Мари. Бутылка разбилась на множество осколков. Ли закричала от страха, но это было ей на руку. Она сообразила, что сможет осколком разрезать верёвку, приметив большой и острый кусок стекла. — А теперь поспи, — Хоа достала из кармана шприц со снотворным, — может, встретишься с Юнги, — она замахнулась, вкалывая жидкость черноволосому. — Нет! — Мари было больно смотреть на мучения парня. — Что ты сделала с Юнги?! — кричала девушка, понимая, что он где-то рядом. — Больно терять любимых людей, не так ли? — усмехнулась Хоа, посмотрев на Мари сверху вниз. Терять? Что это значит? Она же не пытается намекнуть на то, что убила Юнги, бросив его где-то по дороге? — Я добивалась того, чтобы ты уехала в Пусан, — начала рассказывать Хоа, — тут тебя убить будет легче. Хорошо, что я нашла Йонга, которому ты тоже успела навредить, — Хоа засмеялась. — Надо же, все страдают из-за тебя, — она замолчала, посмотрев на Шина, который стоял возле машины.