Наказание за предательство

Осаму Дазай покинул Портовую Мафию, оставив о себе лишь воспоминания о своих грехах. Он ушел навсегда, сделав так, что долгое время его пути с другими мафиози больше не пересекались. Особенно с бывшим напарником Накахарой Чуей. Нет, ему не стыдно было смотреть в его глаза, он не боялся ударов и криков того. Он просто не хотел его видеть, именно его не хотел видеть больше всего. Но Чуе не нужны были жалкие оправдания Осаму, он знал, что тот предал не только мафию, но и его, а этого он простить не мог. Каждую ночь сдерживал скулеж из-за придурка с суицидальными наклонностями. Бесит. Как же бесит эта боль, причина которой непонятна Накахаре. *** Дазай шел по переулку на окраине Йокогамы, шёл неспеша, в одиночестве полностью погрузившись в свои мысли. Небо горело от лучей заходящего солнца, отливая алым с примесью киновари. Остановившись, он поднял взгляд на небо, наблюдая закат во всей красе и вдыхая прохладный воздух полной грудью. Гармонию прервал удар по голове, от которого сознание уплыло вдаль. *** Придя в сознание, первое, на что пришлось обратить внимание, так это на скованные над головой руки. Осаму дернулся несколько раз, чувствуя боль в запястьях. Оглядев помещение, можно было сделать вывод, что это подвал. Бетонные стены, влажность и полумрак нагоняли тревогу и негодование. Тишину нарушал стук капель о бетон и..шаги? Дазай не ошибся, это действительно были шаги, кто-то направлялся к нему. Вглядевшись в темноту он смог разглядеть силуэт мужчины в маске с черной сумкой через плечо, которая вскоре опустилась на придвинутый из угла железный стол. Человек молча доставал из сумки самые разные орудия пыток, от которых даже у Дазая побежали мурашки по коже. Приготовления были завершены. Взяв веревку, некто перетянул ей шею жертвы, затрудняя дыхание, но не давая потерять сознание. Разорвав одежду на груди шатена, тут же нанёс множество мелких порезов, быстро начавших кровоточить и вызывать дискомфорт. Удары тонкими ветвями, похожими на розги, но украшеными шипами делали свое дело, заставляя хрипло кричать и скулить от боли. Шипы были слегка изогнутые вручную, впиваясь в плоть они буквально разрывали ее, отчего из каждой ранки вытекала кровь, а при ударах брызги попадали и на мучителя. С этой болью можно было бы совладать, если б не веревка сжимающая шею, отчего удушье мешало думать. Через несколько минут последовал удар в живот, от которого вместе с хриплым вскриком изо рта брызнула кровь. Чувствовалось, как от этого удара пострадали внутренние органы, а от последующего стало сложнее дышать, словно веревку на шее затянули в два раза туже. Ослабив цепи, незнакомец, вероятно одаренный, применил слегка заострённые щипцы, ломая фаланги пальцев, выворачивая суставы. Этого не выдержал даже экс-мафиози. Боль была адская, оставалось лишь хрипло кричать и прикусывать губы до крови. Дернув руками, шатен лишь сделал больнее себе, но продолжал в надежде вырваться, хоть и тщетно. От боли рассудок помутнел, от криков несчастный охрип. *** После долгих часов пыток, Осаму висел прикованный, со сломаными пальцами, руками и отбитыми органами, едва живой, глаза были прикрытыми, пустыми. Он был в комнате один. Наедине с болью от полученных травм. Его мучитель куда-то ушел четверть часа назад, может оно и было к лучшему. Он мысленно радовался, что от этих пыток ему дали отдохнуть, но все хорошее когда-то заканчивается. Тишину разорвали шаги, а на входе показался знакомый силуэт. - Убей меня, - хриплым голосом произнес Осаму. Он не мог знать, что за этим сюда и вернулся неизвестный. Взяв скальпель, тот начал делать глубокие порезы, из которых хлынула кровь. Когда в голову закрались мысли, что смерть наступит от потери крови, лезвие прошлось по животу, глубоко, но не смертельно. И тут стало понятно, его расчеленят пока тот еще жив. Сознание уплывало, последнее, что удалось почувствовать, так это нож у горла и секундную боль, смешанную с последним вздохом и текущую по шее и груди кровь. *** Накахара сидел в кабинете, который прежде делил с напарником, когда его вызвал Огай. Как и подобает псу Мафии, Чуя явился на зов без промедления и там, в кабинете босса Портовой Мафии, он и узнал о том, что Дазая Осаму больше нет, и эти слова пришлись ему как нож по сердцу, внутри все сжалось. - Его убил наемник Портовой Мафии. - проговорил Мори, расплываясь в ядовитой улыбке. Чуя не пришёл на похороны. Он взял отгул и страдал в одиночестве и слезах. Лёжа на кровати свернувшись в клубок и рыдая навзрыв, он был в силах заглушить боль даже третьей бутылкой вина. *** Прошло 3 дня с момента смерти Осаму и только тогда Накахара пришел на могилу напарника с букетом камелий. Он долго стоял, не замечая стекающих по щекам слез. Положив цветы на могилу, он выпрямился, стирая слезы. - Я люблю тебя, Осаму. Жаль, что я так и не смог тебе этого сказать.