Только мой.

       Плисецкому хотелось рвать и метать. Хотелось выть. Хотелось послать всё к чёрту и уйти с тренировки. Юра впервые был зол на своего лучшего друга.        Отабек прилетел в Петербург две недели назад и обещал Юре лучшее лето. В первую неделю они действительно хорошо проводили время: после тренировок Алтын забирал друга и водил в кино, в театр, катал на мотоцикле по городу. Но несколько дней назад он перестал обращать внимания на Юру. Его лучший друг нашел себе девушку, о которой блондин узнал лишь сегодня. Мила носилась по ледовому дворцу и показывала всем их совместные фотографии, сделанные на вчерашнем свидании. -Знаешь, я ведь думала, что у меня нет шансов, - мило ворковала она Плисецкому, пока он пялился в её телефон, скрипя зубами от злости.- Он ведь всегда был таким замкнутым. Ни на кого не обращал внимания. Но, когда неделю назад я встретила его у входа на наш каток, то мы разговорились. А потом он позвал меня на свидание....        Больше Юра не мог слушать девушку. Алтын же его лучший друг, так почему он ничего не говорил про Милу и так яро динамил Юру? И почему в груди такое странное чувство, которое больно ударяет по ребрам, целясь в самое сердце?        Яков закончил тренировку рано, потому что злой Плисецкий нервировал всех, кто находился в ледовом дворце. Юра натянул капюшон пониже и вышел на улицу. Хотелось поскорее оказаться в своей квартирке, которую он не так давно снимал. Боль в груди никак не хотела оставлять парня в покое. Не успел Плисецкий свернуть за угол, как врезался в кого-то высокого. -Смотри куда прёшь, - грубо рыкнул блондин, поднимая голову. - Отабек? - злость мгновенно улетучилась, стоило увидеть тёплые карие глаза. -Привет, Юр, - губы изогнулись в улыбке, - Ты сегодня рано.        Алтын сегодня в хорошем настроении. Черная футболка обтягивала тело казаха, показывая его крепкую фигуру. Черный байк стоял неподалеку, дожидаясь хозяина. Отабек не предупреждал, что приедет к катку сегодня, а значит он ждал Милу. В глазах Юры защипало. -Почему ты мне ничего не сказал?! - голос задрожал от обиды, - Я думал мы друзья! -Прости. Я знаю, что ты не очень хорошо относишься к Миле. Я хотел сказать тебе, когда пройдет побольше времени. -И поэтому ты предпочел положить на меня болт! - нервно улыбнулся Плисецкий, сжимая кулаки. - Да пошёл ты со своей Милой!- парень оттолкнул друга с дороги и поспешил домой. Отабек его не звал. Он даже не посмотрел ему вслед. Боль усиливалась с каждой минутой.        Слёзы капали на экран телефона. Юра думал, что дома будет лучше. Он позлится. И всё пройдёт, но Бабичева решила, что фото с поцелуем понравится ее подписчикам. Плисецкий хотел загрызть девушку, которая заняла его место рядом с Отабеком. Противный голос в голове уже давно шептал Юре, что однажды друг найдет себе кого-то и тогда станет уделять ему меньше внимания, но парень отгонял ненужные мысли: Отабек же такой ахуенный, разве он бы поступил так?        Блондин отбросил телефон и обнял колени руками, утыкаясь в них, чтобы хоть как-то заглушить рыдания. Почему он так отнесся к этой новости? Они же друзья и должны радоваться счастью друг друга. Почему в груди появляется дыра, которая засасывает всю радость , стоит лишь подумать о новой паре?

***

      В дверной звонок настойчиво звонили уже минут пятнадцать. Плисецкий нехотя поднялся с кровати и медленно пошел открывать дверь. Юра никогда не пропускал столько тренировок, но выходить из дома не хотелось. Фельцман вроде поверил его выдумке о болезни и не тревожил. Злость прошла, но дыра в груди разрослась сильнее, от которой подросток не мог избавиться.       На пороге стояли Виктор и Юри с большим пакетом в руках. Как давно эти двое в России Юра не знал и знать не хотел. -Яков сказал, что ты болеешь, но не поверил этому и попросил нас тебя проведать, - Никифоров нагло потопал на маленькую кухню. - Яков не просил. Прости, Юрио. Витю было не остановить, - русский язык у Юри был плохим в произношении. Плисецкий промолчал. После победы он стал относится к Кацуки куда лучше. -Выглядишь не очень, но на болезнь не похоже,- тихо продолжил он,- Что у тебя случилось? Юре не хотелось смотреть на японца. На глазах появилась родная ему пелена. Думать в одиночестве уже было невыносимо. -Юрио? -Отабек, - дрожащим голосом начал Плисецкий. - У него появилась девушка. Я случайно узнал, ведь он не говорил мне. -И ты испугался, что он про Тебя забудет? -Юри приобнял парня за плечи, ведя на кухню. -Я уже не знаю, - Юра сел за стол, вытирая слезы рукавами толстовки.- Я думал об этом раньше, но мне казалось, что наша дружба не разрушится, и мы даже поладим с его девушкой. Но сейчас, глядя на их фото, я не хочу, чтобы он был счастлив с кем-то, кроме меня. -Это ревность, Юр, - Виктор похлопал его по плечу, садясь рядом, - Спроси себя сам: тебе нравится Отабек Алтын? - Конечно! Он же мой друг, - тихо ответил Юра. - Он всегда готов слушать меня, даже если это просто болтовня. Поддерживает все мои идеи. За пол года я так привык к нему, что больше не вижу свою жизнь дальше без него. Он классный, - на лице проскользнула улыбка. - И он красивый. А еще сильный. И руки у него теплые. Виктор мягко улыбнулся и потрепал подростка по волосам. - Ты влюблен в него. Но сам еще этого не осознал.

***

       Влюблён? В Отабека? Юра не мог выкинуть из головы слова Никифорова. Эти двое ушли час назад, и Плисецкий мог спокойно обдумать всё. Сначала он решил, что это шутка, но Кацуки не стал бы согласно кивать на никифоровский бред.        Юра всегда радовался, когда Алтын звонил ему по скайпу, а когда он в первые после гран-при прилетел на выходые, было еще лучше. Они два дня сидели дома, выкладывая все новости, а потом смотрели фильмы. Отабек гладил Юрины волосы, иногда касался горячими руками шеи. А Плисецкий по утрам запрыгивал на диван к казаху и нагло садился на его бедра, не давая парню встать. Ни с кем Юра не был таким. Все видели его недовольного и грубого, но лишь с Отабеком он был мягким. Они ведь друзья.       Друзья? Плисецкий резко сел на кровати. Разве друзья млеют от прикосновений друг друга? Или лапают без разрешения торс и спину, при этом довольно мурлыкая от удовольствия трогать чужое тело? Нет. Никогда. Плисецкий, наконец, понял. Виктор прав. Юра любит Отабека. Появление Милы вызвало не дружескую ревность, которая проходит быстрее. Алтын должен принадлежать только Юре.       Юноша соскакивает с кровати в поисках телефона. Пальцы сами набирают выученный наизусть номер. Гудки не приятно бьют по ушам. -Да? - хрипит мягкий баритон в трубку. Юра посмотрел на часы. Два часа ночи. Еще бы казах не хрипел. - Юра, не молчи. Что случилось? -Бека, - протянул блондин, - Приезжай.       Долго ждать не пришлось. Через пол часа Алтын уже сидел на кухне. В пижаме. -Прости. Я спешил, - виновато улыбнулся он. - Что случилось? Выглядишь ужасно. Плисецкий осторожно обнял парня, пряча лицо в его шее. - Я скучал,- тихо ответил он. - А ещё я люблю тебя.       Отабек отодвинул Юру, заглядывая в зелёные глаза. -Повтори. -Я тебя люблю, - блондин зажмурился, ожидая чего угодно, но не прикосновения мягких губ к виску. - Юрочка, - Отабек вновь прижал парня к себе. - Люблю. Безумно, - прорычал он, целуя холодные губы Плисецкого.        У Юры закружилась голова. Алтын целовал настойчиво, жадно терзая его губы. Руки гладили спину, талию, спускаясь на бедра. -Бека, - жалобно всхлипнул блондин и прервал поцелуй, - Дышать. Нечем. Отабек усадил Юру на свои колени, поворачивая лицом к себе. -Юрочка,- улыбнулся он, - Ты представить себе не можешь, как я счастлив сейчас. -А как же Мила? Ты ведь с ней.. -Я решил отвлечься и заглушить любовь к тебе. Тогда в Барселоне, я не мог расчитывать даже на дружбу с тобой. А любовь тем более показывать не стал бы. -Бека, - губы сами по себе расплылись в улыбке,- Ты только мой.