Путешествие на троих

Подъезжая к зданию темным вечером, на улице около жилых домов и гостиниц нет ни одной живой души. Все развлекаются в клубах и барах, явно не собираясь рассматривать город. Бакуго заглушает мотор на парковке около входа в дом, наконец отпуская руку Киришимы. Время близилось к часу ночи, в машине все спали, кроме блондина, медленно выползающего с переднего кресала. Он разминает спину, подходя к багажнику и рассматривая количество вещей, что предстоит перенести. Будить никого не хотелось, но он явно не справился бы со всем этим сам. На стойке регистрации сидела маленькая девушка, которая была, казалось, в прекрасном расположении духа. Она встретила Кацуки на входе, подтвердила бронь и отдала ключ, после чего продолжила заполнять какие-то бумаги. Блондин отправился обратно к машине, гремя в руке ключами и надеясь, что кто-нибудь из парней все-таки проснулся. Этим кем-то оказался Каминари, поставив на асфальт все нужные сумки, дожидался Бакуго, оперевшись на дверь и все так же продолжая переписываться. Кацуки закатил глаза, поняв по растерянному взгляду друга от его внезапного появления, что тот все еще чатится с Джиро. — Если тебе неинтересно с нами, мог бы и с ней остаться. — Пыхтит Бакуго, беря часть сумок и направляясь в сторону гостиницы. — Все нормально. — Отмахивался Денки, захватив оставшийся багаж с собой. В коридорах на этаже было светло, как днем. Найти номер не составило труда, но на его осмотр они хотели бы потратить время с утра. Оставив сумки вдоль стены у входа, Кацуки направляется обратно, за Эйджиро, не сразу замечая, что Каминари идет за ним. — Мне твоя помощь не нужна. — Ворчит блондин, заметив друга. — Возьму рюкзаки. — Весело говорит Денки. чуть подпрыгивая на ходу, видимо, хорошо выспался. Киришима никак не будился, Бакуго перепробовал уже все методы, но, видимо, последние дни были для него слишком насыщенные. Кацуки аккуратно вытаскивает его из машины, подхватив на руки. Каминари тут же берет камеру, начиная записывать происходящее. — Дорогие друзья, время почти час ночи. — Блондин показывает себя, а затем переводит объектив на парней. — Киришима заснул. Бакуго теперь репетирует как будет выносить его после обручения. Кацуки недобро взглянул на друга, от чего тот сразу убрал камеру, побоявшись за свое и ее состояние. Они передвигаются тихо и быстро, проскакивая на свой этаж и мечтая уже лечь на удобные кровати. Каминари открывает дверь, старась как можно тише щелкнуть замком, но это не проходит мимо Эйджиро. Красноволосый начинает ерзать, чуть открывая глаза и тут же закрывая обратно из-за яркого света. Эйджиро хватается за шею Бакуго, не желая вставать на ноги, прячет лицо в плече парня. Кацуки подкидывает его, беря чуть удобнее под коленками, слышит как Киришима что-то неразборчиво мычит, щекотя кожу. Денки заходит за дверь, раскрывая ее пошире, чтобы оба вместились, пробегая дальше по короткому коридору и открывая дверь в комнату. Бакуго проходит, спотыкаясь о ручку одной из сумок, оставленных на входе, но все-таки доносит красноволосого до кровати целым, чувствуя его слабое хихиканье. — Ты смог! — Киришима победно поднимает руки вверх, оказываясь на поверхности кровати. Кацуки закрывает дверь в комнату, не оставляя для света возможности проникнуть, вытаскивает покрывало из-под парня, пока тот медленно по нему перекатывался, помогая. Бакуго поспособствовал более быстрому освобождению от вещей Эйджиро: приподнимал с подушек, стягивая футболку, тянул за конец шорт, освобождая ноги. Красноволосый заворачивается в одеяло, стараясь не заснуть, ожидая своего парня под боком, а Кацуки думал о том, как же ему повезло, что сейчас глубокая ночь и темнота в апартаментах не позволила блондину вспомнить не очень удачное начало уже вчерашнего дня. В коридоре слышится звук защелкивающегося замка на двери и шаги Денки в отдельную комнату. Парни ложатся спать, радуясь, что эту ночь не пришлось проводить в машине.

***

— Доброе утро! — Каминари тихо здоровается с камерой, начиная видео с коридора. — Ночью мы прибыли в Дижон и сразу легли спать. — Поэтому рум-тур начинается прямо сейчас, в девять утра. — Денки переводит камеру на Киришиму, стоящего около двери с номером четыреста восемь. — Кацуки еще спит, так что мы постараемся быть предельно тихими. Эйджиро открывает дверь, впуская блондина внутрь. Каминари показывает зеленые обои с золотым рисунком и темный пол из дерева, затем переводит камеру сначала на вешалку слева у двери и только после на красноволосого. — Дижон славится едой и вином. — Рассказывает Эйджиро, проходя внутрь. — Думаю, тут стоит попробовать вино даже мне. Денки без слов быстро показывает совмещенную ванную комнату, облицованную темной плиткой с несколькими белыми халатами и полотенцами, после чего быстро проскакивает в свою комнату. Темные шторы были раскрыты, пропуская солнечный свет на не заправленную односпальную кровать в беспорядке. Такие же зеленые обои казались более светлыми из-за большого количества света. Картинка перемещается на небольшого размера темный комод рядом со столом, на котором стояла раскрытая спортивная сумка с вещами парня. — Наша комната выглядит примерно так же. — Киришима врывается в кадр, притягивая Каминари за собой за камеру, показывая вид из окна на город. — Тут старинная архитектура и такие прелестные автобусы проезжают мимо. Эйджиро перехватывает камеру у друга, снимая каменный город. Серо-коричневые оттенки не придавали грусти, а давались как свежий глоток воздуха после зеленых и цветных Марселя и Лиона. Киришима перемещается в их с Бакуго спальню уже один, оставляя Денки копаться в телефоне. Здесь стола уже не было, только такой же комод, открытая вешалка под цвет пола и задвинутые шторы. Кацуки лежал лицом к занавешенному окну, открывая камере свою голую спину, до которой так и хотелось дотронуться. Эйджиро позволяет себе такое действие, преодолевая расстояние от входа до кровати в два шага и касаясь пальцами мышц. Блондин лежит расслабленный, ничем не обеспокоенный, только светлые волосы оставались в привычном беспорядке. — Здесь много где можно погулять. — Шепотом продолжает красноволосый, обращая камеру к себе. — Так что, думаю, скучно нам тут не будет. Киришима выключает камеру и поднимается с белой кровати, возвращаясь в коридор. Он заглядывает в комнату к Каминари. Он все еще был поглощен телефоном, но выражение его лица теперь выглядело по-другому. —Чувак. — Денки почувствовал присутствие друга и поднял свой взгляд на него. — Она согласилась.

***

Бакуго открывает глаза в десять утра, как по привычке. Из-за закрытой двери комнаты слышится музыка и голоса Киришимы с Каминари, судя по хлопкам, они еще и подтанцовывали. Раздражение накрывало блондина, хотелось поспать подольше, после нескольких часов проведенных в дороге, но у этих двоих энергии было хоть отбавляй. — Завалите ебальники — Злобно кричит Кацуки, накрывая голову подушкой. Но это совсем не напугало Киришиму. Красноволосый вваливается в комнату, прыгая на кровать около парня и целуя его в плечо, продолжая петь и подтанцовывать. Бакуго отталкивает его от себя, поглубже зарываясь в одеяло. — Каминари пригласил ее на свидание! — Радостно сообщает Эйджиро, спрыгивая с кровати и стараясь утянуть за собой парня. — Как же похуй. — Блондин никак не мог долго злится на Киришиму, поддаваясь его действиям. — Можем устроить двойное свидание, Кацуки! — Эйджиро, светлый, словно солнце со своими намерениями, смеется с Кацуки, которого, как казалось, надо было боятся. — Вдвойне хуевая идея. — Бакуго вырывает руку из хватки, возвращаясь на кровать, закрывая глаза. — Мы обязаны его поддержать. — Киришима хмурится, падая у его лица. — Это будет наш первый день в Этрете. — Я подумаю. — Все еще сонно говорит блондин, целуя парня напротив и глубже зарываясь в одеяло. — А сейчас дай мне еще немного времени отдохнуть. — Спокойной ночи. —Теперь уже Эйджиро улыбался, целуя Кацуки в щеку и исчезая за дверью.

***

— Добрый день! — Киришима включает камеру, улыбаясь ей. — Мы наконец смогли поднять Бакуго и выбраться на улицу. На картинке показывается город. Спереди идет Кацуки, убрав руки в карманы темных джинс, с Денки, восторженно рассматривающего все вокруг. Величественные каменные часовни и старинные дома не могли не впечатлить даже ничего не знающего человека. — Тут повсюду какие-то очень крутые рестораны. — Эйджиро возвращает объектив на себя, — Кацуки все так пристально рассматривает. Сразу понятно - студент исторического. — Вообще, говорят, что этот город всем напоминает Париж. — В кадре появляется Денки, перехватывая аппарат. — Но лично я пока этого не чувствую. Может после того, как посетим и его через пару дней, пойму. — Тут скорее время застыло. — Впервые Бакуго подает голос во время записи, от чего Каминари удивляется, показывая его. — Город был основан еще до нашей эры, поэтому так интересен. Как в принципе и почти все города, что мы выбрали. — А много он знает. — Денки убирает камеру, продолжая слушать рассказы Кацуки об историческом значении мест, что они посетили. Блондин не был многословен, но сейчас явно разошелся. Бакуго не переставал говорить на протяжении всего их пути, стараясь не замечать заинтересованные лица парней. Только сейчас Каминари понимал, почему Кацуки выбрал науку, а не спорт. Успехи у него, определенно были везде, но когда все узнали, что Киришима поступает в спортивную академию, а Бакуго не идет за ним, немало удивились.

***

Зимним утром декабря Кацуки просыпается дома у Эйджиро. Они были вместе уже около двух с половиной лет, родители приняли их и никак не препятствовали ночевкам и провождению времени вместе. Мать Бакуго даже полюбила Киришиму, всячески пыталась оставить его на подольше с ними. Но самому блондину такое ни разу не нравилось, он предпочитал оставаться у Эйджиро, где никто не донимал их излишним вниманием. Кацуки гладит недавно постриженные и не уложенные волосы парня что все еще спал, спрятав половину лица в подушке. Рот Киришимы был немного приоткрыт, оголяя острые зубы, а глаза расслаблены. На правом в такие моменты хорошо можно было рассмотреть шрам, который появился у Эйджиро еще на первом году, когда какой-то второгодка неудачно бросил в него снаряд. Бакуго аккуратно притрагивается к веку, трогая кожу и вспоминая, как провожал парня до медпункта, не забыв обругать неуклюжего старшеклассника. Киришима медленно открывает глаза, пододвигаясь ближе к Кацуки, хватая того в объятья. Именно тогда лицо блондина впервые озарила нежная улыбка. — Через два часа придут твои друзья. — Тихо говорит Бакуго, обнимая в ответ и целуя в макушку. — Наши. — Эйджиро ворчит, упираясь носом в голую грудь парня. — Наши друзья, Кацуки. Блондин думал над этим столько же, сколько они вместе. Бакуго все еще не мог принять факта, что у него могут быть друзья, но, кажется, был совсем близок к этому. Утро воскресенья выдалось очень ленивым. Парни, не торопясь, вставали, умывались вместе и пили кофе, приготовленный в турке. Родители Эйджиро с самого утра поехали к родственникам на какой-то праздник, поэтому весь дом был предоставлен им. Киришима, не стесняясь, обнимал Бакуго со спины, пока тот был занят приготовлением на самом деле полезного завтрака, стараясь не мешать и иногда целуя в шею, дуя на свежие засосы, за которые обязательно получит когда-нибудь потом, когда придется надеть форму в зал. Время пролетает незаметно, в дом вваливаются с радостными криками Мина, Сэро и Каминари, которые принесли разной вредной еды и настольных игр для нескучного времяпровождения. Именно тогда они и подняли этот вопрос. — Я думаю поступить на химика-инженера. — Ашидо облокачивается на диван, положив красную тройку на отыгранную колоду уно. — Думаю, время проведенное на дополнительной подготовке не должно пройти даром. — Мы с Каминари думаем между IT и хореографическим. — Подает голос Ханта, набирая новые карты в поиске нужной. Казалось, он может скоро проиграть. — Я в спортивный, на атлетику. — Говорит Киришима, уже выигравший и теперь наблюдавший за игрой. — Ну и Бакуго с тобой, естественно. — Денки кладет плюс четыре Мине, хихикая над ее реакцией. — Я на исторический. — Кацуки сообщает об этом слишком спокойно, привлекая внимание всех присутствующих. — Отдельно от Киришимы? — Девушка первая озвучивает общую мысль, отпивая газировку из стакана. — Я думала вас ничем нельзя разделить. — Мы же два разных человека. — Рявкает блондин, кладя последнюю карту на колоду и наконец выигрывая партию. — Конечно наши желания могут отличаться. — Он на самом деле такой умный, всегда может выбрать все что угодно. — Эйджиро улыбается, целуя Кацуки в щеку. Бакуго смущается, но всем своим видом пытается показать, что раздражен. Ашидо тихо умиляется и пытается незаметно сфотографировать как блондин опирается на грудь Киришимы, нуждаясь в защите. В тот день Бакуго старается не подавать виду, что заметил.

***

Парни проходят в небольшой ресторан, для которого выглядели до неприличия обычно. Хостес проводит их к свободному столику, обещая, что совсем скоро к ним придет официант. — Тут мы просто обязаны попробовать вино. — Эйджиро принялся рассматривать картинки в меню. — Хочу сухое красное. — Тогда выбирай к нему стейк. — Кацуки выискивает взглядом официанта. — Пикачу, ты ведь не против? — Как пожелаете, только я тоже хочу стейк. Долго ждать не пришлось, официант нашел их до того, как Бакуго закипел. Быстро записав то, о чем говорил блондин, парень в форме побежал оформлять их заказ. Солнце уже уходило за горизонт, придавая всему вокруг необычный оттенок розового, которые так шли Киришиме. Кацуки не запрещал себе рассматривать парня напротив, обсуждавшего с Денки погоду, которая жалилась над ними, не нагоняя туч. Все во внешности Эйджиро Бакуго казалось идеальным: огненно-красные волосы, которые чаще можно было заметить в хвосте, если не вспоминать времена старшей школы и его странную укладку, острое угловатое лицо, что на ощупь было мягче всего на свете, светлые карие глаза, в свете закатного солнца выглядящие красными, мышцы рук, выглядывающие из-под коротких рукавов белой футболки. Хотелось трогать, ощущать, лишь бы не отпускать этого чувства восторга. К столу снова подходит официант с большой колбой и бутылкой вина. Объяснив все Кацуки, Эйджиро и Денки просто наблюдали в надежде, что им потом тоже расскажут. Из темно-зеленой бутылки в декантер льется багровая жидкость, как объяснил блондин, для того, чтобы напиток приобрел более сбалансированный и мягкий вкус, напитавшись кислородом. Разлив вино по бокалам, официант еще пару мгновений объяснял как правильно его пить. Пообещав совсем скоро принести блюда, парень исчезает за дверьми, ведущими на кухню. Все трое пробуют вино, понимая, что и вправду не зря решили посетить это место и попробовать на вкус местную достопримечательность.

***

Киришима смеется, хватает Бакуго за руку и вращается на месте. Они были совсем не пьяны, разве что немного расслаблены и на веселе, как и положено людям в отпуске. Кацуки улыбается, стараясь поймать в объятья Эйджиро. — Семейный ужин прошел на ура. — Констатирует Каминари, снова снимая все на камеру. — Вкуснее вина и мяса у меня в жизни не было. Еще и Бакуго расслабился. Франция творит чудеса! Темные улицы освещались редкими фонарями и яркими улыбками парней, громко о чем-то шутивших. Прохожие смотрели им вслед, но их все равно не замечали, продолжая шутить о прошедших днях. Казалось, такой настрой легко можно пронести через все путешествие, не прикладывая особых усилий, все проблемы казались пустяками. Киришима обнимает Бакуго за плечи, чуть повиснув, а Денки, кажется, впервые видит искреннее веселье в глазах блондина. Ночная свежесть расслабляла, отвлекала от мыслей. Кажется, счастливей их троих не было никого в тот момент.

***

Бакуго проснулся достаточно рано. Несколько солнечных лучей проникало сквозь шторы, освещая темное дерево на полу и светлые простыни в ногах парней. Кацуки взял телефон, восемь утра. Пристроившись около Киришимы, блондин старался снова уснуть, но никак не получалось. Смотреть на потолок не было никакого желания, будить в такую рань Эйджиро не хотелось, поэтому Бакуго решает сходить на пробежку. Спустя полтора часа Киришима открывает глаза. когда на соседней части кровати не находит Кацуки. Он неспешно поднимается кровати, направляясь в комнату Каминари. Глаза невольно щурятся от большого количества солнечного света. Денки не спал, сидел на заправленной кровати, уставившись в телефон, как обычно с кем-то переписываясь. — Доброе утро. — Блондин дергается от внезапного звука, но увидев Эйджиро в дверном проеме, расслабился. — Не знаешь где Бакуго? — Он спрашивал у меня какой кофе я буду десять минут назад. — Киришима садится около Каминари, пытаясь аккуратно разглядеть с кем он общается. — Думаю, скоро будет здесь. Не заставив себя долго ждать, в коридоре слышится звук открывающейся двери. Оба парня вываливаются в коридор и видят Кацуки. На вид измотанный, но очень пытающийся это скрыть, в правой руке у него подставка с тремя стаканчиками, в зубах крафтовый пакет. Левой рукой блондин стягивал с себя обувь, осматривая обстановку. Эйджиро подбегает к парню, перехватывая напитки с пакетом, дожидаясь, когда Бакуго закончит. — Чем занимались? — С каким-то подозрением спрашивает Кацуки, отдавая один стаканчик с круассаном из пакета Каминари. — Я только проснулся. — Киришима тянется, закидывая руки на блондина и аккуратно целуя в щеку. — Что будем сегодня делать? — Для начала попьем гребанный кофе. — Бакуго передает стаканчик Эйджиро, отпивая из своего и направляясь в комнату. — Потом можем либо еще погулять, либо подготовится к длинной дороге. Красноволосый садится рядом с Кацуки, пробуя принесенный кофе. Капучино с ванилью, он слишком хорошо его знает. Из открытого окна доносятся редкие разговоры проходящих мимо людей, ветерок заносит свежести в комнату, раздувая шторы. Даже оставаясь на месте, кажется, что отпуск совсем не потерян, ведь главное, что они вместе.

***

— Что ж, мы прошли экватор нашего путешествия. — Каминари достает камеру, показывая себя в объективе. — Именно по городам мы проходим середину, но по дням нам еще больше недели предстоит. — Сейчас мы снова отправимся в долгий путь, он займет четыре часа, но сегодняшний день мы почти не выходили на улицу и спали, так что, не думаю, что будет скучно в поездке. — Денки наводит камеру на Киришиму, несущего большую спортивную сумку к багажнику, около которого стоял Бакуго, дожидаясь парня. Светлые волосы Кацуки в привычном беспорядке, но блондин выглядел уставшим, явно недавно проснувшийся. Бакуго потирает руки о бардовые штаны, поправляет черную футболку, зевая. Багажник закрывается после того, как Эйджиро наконец кладет сумку внутрь. Красноволосый гладит парня по голове, целуя в щеку, но Кацуки в лице не меняется, все еще пребывая вне реальности. — Только попробуйте начать петь, мигом всех успокою. — Блондин наконец приободряется, сдвигая брови в недовольстве. Бакуго аккуратным движением поглаживает руку Киришимы, направляясь к водительскому креслу, пока двое других в последний раз показывают город на камеру. — Следующий по курсу Орлеан, а потом, наконец, и Париж. — Заключает Каминари, снова появляясь в кадре. — Не терпится увидеть все и поскорее!