Частная жизнь мистера Призрака.

Котов Тёма любил. Коты Тёме взаимностью не отвечали. Особенно это бросалось в глаза на примере одного конкретного, прямоходящего, с коротким ёжиком тёмных волос и ростом, на полторы головы превышающим Тёмин. Котов Владлен, в жизни исключительно Кот, для домашних — Влад, не то чтобы Тёмного не любил, но доброжелательности демонстрировал значительно меньше, чем даже голой стене на заднем дворе школы. Если неприметный десятиклассник попадался на глаза, конечно. Нравился он Тёме как антипод его самого, за прямоту, верность своему слову, умение общаться и просто фонтанирующий эмоциями язык тела. Издалека. Потому что при ближайшем рассмотрении парня вне занятий всегда окружало облако сигаретного дыма, пара-тройка прихлебателей и аура властности. От запаха тошнило, прихлебатели напрягали, а указывать Тёме право имел очень ограниченный круг лиц, так что симпатия к Коту росла с квадратом расстояния…  — Куда спешишь, мелкий? …Особенно в такие дни как этот. Тёмный послушно остановился, тяжело вздохнул и повернулся к неспешно нагоняющей его компании.  — Звонок через три минуты. Первой контра. Сил на проявление эмоций у Тёмы не было ни физических, ни моральных. Вчера в экстренном порядке пришлось отстоять смену в баре зятя, и поспать ему удалось всего часа два. Благо хоть накормили до отвала и еды с собой дали ещё дня на три, попеременно стреляя виноватыми глазами. Влад этого, естественно, не знал. И не мог бы знать при всём желании, потому что степень Тёминой усталости проявлялась только в кругах под глазами и общей тоскливости, а так близко парень никогда не приглядывался. В коридоре душным облаком повисла тишина. Кот прищурился, думая о чем-то своем. Его друзья затихли, а Артём силился не прилечь отдохнуть прямо тут, на такой уютный, удобный, а главное расположенный горизонтально линолеум. Он уже почти решил плюнуть на все и уйти, когда в затылок прилетела относительно лёгкая оплеуха. Голова мотнулась, в ушах противно зазвенело.  — Ладно, живи. Тёма поджал губы и прикрыл глаза, одолевая раздражение.  — Премного благодарствую, барин. — Не съязвить было ну просто невозможно. Влад на это только хмыкнул и задумчиво побрел дальше, оставляя удивлённые лица за спиной. Обычно на каждый Тёмин комментарий приходилась как минимум затрещина. От таких интересных мыслей отвлёк звонок. Тёмный чертыхнулся и поковылял к классу. Англичанка ненавидела опаздывающих, и не прощала такое даже любимчикам, в ряды которых десятикласснику повезло попасть. Удача всё же послала Тёме воздушный поцелуй, так что за столом он устроился аккурат за секунду до появления в классе учительницы. Марья Ивановна хмуро оценила девственную чистоту стола, но на виноватую улыбку только хмыкнула и прошлась по рядам, раздавая контрольные. Тест был Тёмой решён уже с одним открытым глазом почти на автомате, и большую часть урока он просто продрых, не обращая внимания на завистливые вздохи одноклассников. Последующие занятия прошли менее радостно. Заботливая староста таскала парня из класса в класс, то и дело тыкая острым локотком под ребра, когда спящий с открытыми глазами парень начинал заваливаться в бок. Единственный раз он оживился на математике, где Алла Геннадьевна — дородная женщина сорока с лишним лет — приятным грудным голосом позвала его к доске решать пример. Получив свою законную пятерку под аккомпанемент звонка, парень лениво побрел обратно к парте.  — Сейчас физра будет. Может не пойдёшь? Староста тревожно посмотрела на друга.  — Не получится. — Тёма тоскливо вздохнул. — Валерич меня сегодня видел. Обещал лично в зал притащить, если попробую смыться. Физрук был мужиком идейным и слов на ветер не бросал. Как не бросал он и попытки привлечь слабака-Тёму к прекрасному миру спорта. Тёма на все пламенные речи только кивал и шёл наслаждаться этим самым спортом с монитора своего компа. Алиса взволнованно закусила пухлую губку, что с её стильными очками и тяжёлыми пушистыми косами образовывало просто убойную смесь из милоты и строгости. Парень позволил себе пару секунд полюбоваться такой красотой, и легонько дёрнул за кончики волос.  — Прорвёмся. Ты же меня знаешь. — Он выделил силы на полноценную улыбку. — Спасибо за заботу. Девушка только смущенно фыркнула и убежала вслед за подругами. В раздевалке народу оказалось неожиданно много. Слишком много, как для одного десятого класса. Почти задохнувшийся в умопомрачительном амбре из дезодорантов, потных тел и, почему-то, кислой капусты, Тёма успел только устало плюхнуться на скамейку, как в зале появился светящийся довольством Валерий Ильич.  — Здравствуйте, дети! Сегодня у вас сдвоенный урок совместно с одиннадцатым классом. И раз выпал такой шанс, почему бы нам не устроить соревнования по баскетболу?! Народ взревел. Тёма заскулил. Надежда отделаться минимальными потерями растаяла окончательно. На его печальный взгляд тренер только ободряюще улыбнулся.  — А теперь… Направо… Шагом… Марш!!! Отмашка страданиям была дана… После пробежки и разминки Тёмному стало совсем плохо. Марк Лаврентьев оглядел одноклассника. Подумал. Оглядел ещё раз. Встретился глазами… …И решил сжалиться над источником хороших оценок:  — Поболтайся где-нибудь в сторонке, если сможешь. Тёмный благодарно кивнул. Поболтаться не получилось. Потому что Кот, который Владлен, который капитан школьной команды и слишком увлеченный игрок. Потому что с его лёгкой руки баскетбол возлюбил бедного очкарика по голове, сбивая очки, по которым тут же кто-то прошёлся. Их траурный хруст резанул по сердцу неожиданно больно.  — Эй, ты как?! Первым всполошился, как ни странно, сам Кот. Тёма шарахнулся от чужих рук и только потом обратил внимание, что вообще вокруг происходит. Из мешанины цветных пятен и голосов он без проблем выцепил спешащий к ним силуэт физрука.  — Лаврентьев, берёшь Кузьмина и играете до пятнадцати. Кот, с тобой я потом разберусь. Тёмный, за мной. От жёсткой руки тренера увернуться не удалось. Тот потащил Тёму на буксире в сторону своей каморки, на ходу расспрашивая о случившемся.  — Как самочувствие? Голова кружится? Болит где? Он усадил парня на кушетку, быстрыми уверенными движениями проверяя повреждения.  — Нормально. Нет. Переносица. Боль от удара быстро прошла, и только места приложения очков неприятно ныли.  — Сколько пальцев показываю? — Он сунул руку едва не под нос, памятуя о «прекрасном» зрении ученика.  — Три. Тренер вздохнул уже более спокойно.  — Сотрясения вроде нет. Повезло тебе, мяч видать по дужке попал. Но в больнице покажись. Мало ли. Тёма кивнул. Здоровье не казённое.  — Можно я домой пойду? — Он жалобно уставился на светлое пятно, где предположительно находилось лицо преподавателя. — Все равно мы почти доиграли.  — А? Да. Да, конечно, иди. Сам доберёшься? Тебе в оптику не надо? Тёмный решительно встал.  — Не, у меня запасные очки есть. До свидания. В зале снова шумели одноклассники, скакал мяч и слышался беспорядочный скрип кроссовок. Тёма по стенке дошёл до раздевалки, каждую секунду опасаясь получить снарядом ещё куда-нибудь. Пронесло. Переодеться тоже удалось без проблем. Только потянув на себя рюкзак, он понял, что лимит неприятностей себя ещё не исчерпал. Предметы со злорадным шелестом посыпались прямиком на пол. Тёма принялся собирать их практически на ощупь, тихонько матерясь. Про то, что запасные очки дома, до которого еще надо добраться, он тренеру, естественно, не сказал. Со стороны зала послышался новый взрыв шума, голоса одноклассников стали намного ближе и возбужденней. Тёмный быстро запихал вещи в рюкзак, проверил по карманам ключи и телефон и со всей возможной скоростью стартанул из раздевалки. До родного подъезда удалось на удивление легко, благо Тёме не было необходимости пользоваться наземным транспортом, а метро в разгар рабочего дня радовало наличием свободных мест. Даже столбов по пути не встретилось, в которые можно было бы врезаться. Спустя пол часа он с блаженным вздохом закрыл за собой дверь квартиры. Стянул кроссовки. Проложил до кровати дорожку снимаемых на ходу вещей… И отключился, едва голова коснулась подушки.