Freddy Fazbear's Pizza's daily life

Дни в пиццерии потекли своей чередой. Лаки вновь и вновь убеждался в том, что это именно та работа, которая была ему нужна. Веселая и непыльная. Дружелюбный персонал, приятная атмосфера, миленькая помощница механика, с которой парень мог болтать сколько угодно… Всё было просто замечательно — пусть народу по вечерам и в выходные было немало, Лаки это совсем не напрягало. Более того, ему действительно нравилось здесь — в атмосфере вечного праздника, со всеми этими цветными шарами, каруселью и поющими аниматрониками. Казалось, именно чего-то такого и не хватало ему самому, когда он был маленьким — а потому он прекрасно понимал всех детишек, что старались исследовать чудесную пиццерию вдоль и поперёк, несмотря на все запреты, а потому просто не мог раздражаться, хотя эта неугомонна малышня и прибавляла ему работы. . В жизнь воплотилось всё что он хотел: работа приносила ему удовольствие, а деньги, хоть их и было не так много, никогда не были для Лаки проблемой — ему достаточно было просто собрать по пути немного газет, да повырезать из них купоны. В любом случае, Лаки никогда не был привередой, и его скромные запросы вполне покрывались его небольшой зарплатой и удачей, что способствовала ему во всех покупках. Главное — он мог заниматься тем, чем хотел и там, где хотел. У него была работа, которая дарила удовольствие, а не вызывала отвращение — что же может быть лучше? Так почему же у него появилось ощущение, что что-то не так? Казалось бы, никаких предпосылок — всё было как обычно. Вроде бы. Обычные дни, мало чем отличающиеся друг от друга, неизменные улыбки на лицах гостей, праздники и подарки, дружелюбие, что шло со всех сторон, но… Почему ему казалось, будто другие сотрудники скрывают от него какую-то тайну? Словно есть что-то о чём все остальные знали, но не говорили, словно было что-то, что молчаливо скрывалось от него — но почему? Почему иногда самые простые вопросы приводили к тому, что его коллеги по работе начинали увиливать и настойчиво менять тему? Почему никто не смог внятно ответить ему на простой вопрос о причине технической заминки в один из дней? Почему некоторые разговоры стихали в его присутствии, словно было что-то, что ему не следовало бы знать? Почему щебетание сплетниц-официанток иногда так странно смолкало, а Фонгай начинал запинаться и бледнеть? Конечно, со стороны такие мысли, наверное, могли бы показаться просто смешными — ну серьёзно, какие такие страшные тайны могут скрываться в детской закусочной с поющими куклами? Это даже звучало смешно. Страшная тайна пиццерии… Но, несмотря на кажущуюся абсурдность этого предположения, подсознание Лаки вопило сиреной, говоря о том, что парочка жутких секретов в этом якобы безопасном месте всё же скрывается. А подсознанию своему он доверял — иначе бы его и не прозвали Лаки, счастливчиком. А значит, пора разобраться, что к чему, и что именно так тревожит его «чуйку». Нужно было лишь решить, откуда начать. Самым первым вариантом, конечно, был PG, болтливый сотрудник на телефоне. Тот говорил много и, как ни странно, часто по смыслу. Он явно разбирался в устройстве ресторана лучше всех — правда, Лаки так до сих пор и не понял, что именно заключалось в его обязанностях, потому что кроме сидения на телефоне тот явно выполнял ещё парочку функций. И не исключено, что в данном случае эта «парочка» являлась числом двузначным. В любом случае, последние дни тот был не на смене — Телефон говорил что-то про другое заведение, и, видимо, пока он был именно там. Потому этот вариант отпадал. Роуз, классная девчонка из мастерской, вспоминалась второй — пусть та была всего помощницей и работала не слишком долго, Лаки она нравилась. Общаться с ней было просто и легко, словно они были уже давно знакомы. Чем-то их истории были похожи — Роуз правда, не бросила учебу окончательно, как это сделал он сам, но она решила сразу идти в профессию, доучиваясь походу, а потому обучению она предпочитала работу в мастерской. И Лаки её прекрасно в этом понимал! Поэтому, даже если Роуз не была той, кто точно должен был обладать информацией, ей бы он точно поверил. Чувствовал — ей верить можно. Но она тоже отсутствовала, а официантки явно были не теми, по чьим словам стоило строить первое впечатление. Что за человек мог бы дать ему честный, непредвзятый, полный ответ? Кому ещё он мог бы доверять? Кто знает? Кто скажет? На ум ему вдруг пришел механик. Что за веселый, находчивый человек! Он всегда готов был что-то подсказать, а его вечный оптимизм и неунывающая натура сразу же полюбились Лаки. Старина Билл был умен, умел шутить и мог разрулить любую ситуацию. Он располагал к себе с первых дней знакомства. У него были золотые руки — и официантки, и Телефон, и даже странный уборщик Джона, считавшийся чем-то вроде местного придурковатого, говорили о нем как о человеке, способность починить буквально всё что угодно. Так что, это был первый человек, с которым решился посоветоваться Лаки. Поэтому, на очередном обеденном перерыве Лаки решил проведать механика в уже ставшей ему знакомой мастерской. Билл, как и ожидалось, был там, сидя за столом и подкручивая что-то в странном коробковидном устройстве. Услышав скрип двери, механик обернулся к Лаки с широкой улыбкой: — Лаки! Привет! Решил навестить меня сегодня? Очень вовремя, я уже почти устал от общества механизмов! — Рад видеть тебя, Билл! — лицо Лаки само собой расплылось в улыбке — Что сейчас делаешь? — А, это? — механик указал широким жестом на странное устройство — Это основа для голосовой коробки. Ну, по крайней мере, то, что планирует им стать. — Голосовой коробки? — Хочу попробовать автоматизировать инструктаж сотрудников. Было бы намного лучше, если бы вместо одной цельной записи можно было использовать набор заменяемых записей, которые бы ставились в зависимости от ситуации. Телефон, конечно, неплохо справляется, но даже он не может быть в трёх местах одновременно. Я собираюсь использовать записи его инструкций для создания базы фраз, но сложнее всего разобраться с самой системой. Это работа не на день и даже не на месяц, но я думаю, что справлюсь. — Конечно справитесь! — Если такую систему уменьшить, получится прекрасный голосовой сет для аниматроника. До этого, конечно, ещё далеко, но мы ведь не собираемся стоять на месте, а, Лаки? — С вами, я думаю, на месте особо не постоишь! — вновь улыбнулся Лаки, припоминая вечную энергичность механика. — Технологии всегда идут вперед, и наше дело — не отставать от них. Человечество покоряет природу! Кто бы мог подумать, что что-либо подобное моим аниматроникам может существовать, а? Живые машины… Пару веков назад тебя бы за такое сочли сумасшедшим или даже бы на костре сожгли! А сейчас, только посмотри — чудеса техники развлекают детишек! — Да, действительно круто… — А то, молодец Фазбер, оценил идею, и теперь не жалеет, уж поверь мне. — Фазбер? Как Фредди Фазбер? — Парень… - механик чуть осудительно помотал головой - Неужели ты смог отвертеться от лекции от Телефона? Или просто её прослушал? Ну, честно, я тебя не виню, он тот ещё зануда. Я говорю не о Фредди, а о старине Фазе. Фаз Фазбер, нынешний владелец пиццерии. — А, этот Фазбер… — Лаки смущенно потёр затылок. Наверняка Телефон рассказывал, просто Лаки забыл. — О, он человек с железной хваткой! Знает как продвинуться на рынке, как создать репутацию. Как он появился во франшизе, дела сразу пошли в гору. С ним хорошо работать. Хотя, скрывать не буду, жмот он ещё тот. Но организатор хороший, даже лучше меня, я тебе скажу. Телефона вот нашел, себе взял. И правильно. Он, конечно, рохля рохлей, но такого трудолюбивого и смекалистого сотрудника днем с огнем не сыщешь. — Правда? — Я думаю, ты уже заметил, насколько размытые у него обязанности? На самом деле, он работает тут дольше большинства других — механик фыркнул — Ну, кроме меня, конечно. Телефон может выполнить любую работу, будь то организация, уборки, или даже починка. Он один может заменить практически любого сотрудника. Даже напялить костюм и пойти развлекать детишек. — Он? А мне казалось, он жутко скучный. — Он хорошо справляется с обязанностями, что бы это ни было. И его энтузиазм… Наш последний ночной охранник, Дэвид, уже не один раз ругался на Телефона за его переработки. Ты ведь, наверное, уже видел Дэвида? Он работает на пару недель дольше тебя. — Да…и он, кажется, меня не особо взлюбил. — Не переживай — легко махнул рукой Билл — просто ты увёл у него дневную смену, пусть и случайно. Дневная смена легче ночной, но Дэвид не из тех, кого пугают трудности, и, как я понимаю, он тратит слишком много сил на то, чтобы показать это окружающим. — Полагаю это значит что он неплохой парень, да? Но всё же…слушай, могу я сказать глупость? — Ладно тебе, Лаки, может, это и не глупость вовсе. Ну, говори, что такое? — Мне всё кажется, будто где-то здесь есть какая-то жуткая тайна или что-то вроде того, хотя вроде бы местечко милое, да и понравилось оно мне с первого дня. А сейчас всё накручиваю себя, всё хочется убедиться в том, что всё в порядке, хотя я ни разу не видел здесь ничего жуткого или сверхъестественного. Это глупо, да? — Ну почему же… У этой пиццерии довольно долгая история, и признаюсь честно, не без жутких моментов. — Что, правда? — Ага. Честно скажу, начало у франшизы было так себе. До перехода к нам она называлась Freadbear’s family diner, и, если мне не изменяет память, у них даже аниматроников не было, только люди в костюмах. Пиццерия была не особо успешной, но и не стояла на грани разорения, пока кто-то не прикончил ребёнка прямо у них под окнами, представляешь? — Прямо под окнами? — ахнул Лаки — Я не могу поверить в то, что люди так безалаберно отнеслись к своей работе. Там же были служащие, аниматоры, в конце концов! Механик на это лишь насмешливо фыркнул подумав о чём-то своём. — Конечно, подобная история мигом их разорила, и им просто не оставалось ничего иного, кроме как продать бренд. Это неприятная история, думаю, тебе не стоит знать всех подробностей. Я…я не люблю говорить об этом. — Неприятные воспоминания? — В точку. С тех пор в пиццерии и стала происходить всякая чертовщина. Правда, тут опять стоит отдать дань Фазберу — под его руководством никакие позорные происшествия так и не стали достоянием общественности, так что франшиза всё ещё стоит и даже расширяется. Нам пришлось закрыть прошлый филиал, но только посмотри, какой мы получили вместо него! Длинные коридоры, дополнительные залы… Это место просто чудо, серьёзно! Я хотел бы сделать что-то похожее. Ох, мечты-мечты… — Что-то похожее? — Да. Свою пиццерию, с аниматрониками и всем прочим. — Было бы здорово, наверное… Так значит, с пиццерией и вправду связана какая-то тёмная история? Я не прошу говорить, но…слушай, когда я говорил с официантками, они упомянули одно имя… Имя человека, которого, по их словам, мне стоит опасаться. Винсент, верно? — Винсент? — на лице Билла промелькнуло странное выражение — Винсент Бишоп… по крайней мере, так он себя называет. Не думаю, что это его настоящее имя, но здесь он известен именно так. Да...те, кто говорил тебе о нём, безусловно правы, это тот парень, которого стоит опасаться. — Я слышал, но не понимаю, что в нём такого опасного? — А тут, мой мальчик, всё просто. У Винсента есть сила, с которой всем остальным приходится считаться и благодаря которой он может позволить себе делать всё, что хочет. Ему не страшен ни закон, ни чужие сплетни. — Почему? Что за сила? — Самая простая и действенная, Лаки. Деньги. Много-много денег. Винсенту никто не указ, и даже Фазберу приходится учитывать его желания. Никто точно не знает, что именно Винсенту нужно и почему он всё ещё остается здесь, но все в курсе, что переходить ему дорогу не стоит. Винсент, он, как бы это лучше сказать… человек он специфический, и поладить с ним непросто, зато поссориться — легче легкого. А уж с теми, с кем он не в ладах ничего хорошего обычно не случается… — Да уж… — На самом деле, ты вспомнил о нем очень вовремя. Винсент должен выйти из отпуска на следующей неделе. Он уже снял ресторан на все выходные, насколько я знаю — На все выходные? Да это же должно стоит уйму денег! — Именно. Думаю, теперь ты понимаешь, насколько все серьёзно? Для Винсента это просто небольшой широкий жест для персонала, чтобы мы могли достойно отметить его возвращение. — Ни фига себе… — Слушай…просто постарайся не раздражать его, хорошо? Переходить ему дорогу по меньшей мере опасно, и…просто постарайся быть чуть осторожнее с ним, ладно? Постарайся не допускать всяких, ну…намёков. — Намёков? — Ну, знаешь, на всякое… — Билл нахмурился — Впрочем, забудь пока об этом. Ты сам всё увидишь. Просто не нарывайся. Те, кто противятся Винсенту…долго и счастливо обычно не живут, понял? — Понял… Вот и глупое предчувствие. Значит, Винсент? Эксцентричный богач, неясно как связанный с тёмной историей пиццерии? Определенно, это было совсем не то, что хотел от работы Лаки. Но почему у Лаки было чувство что это ещё далеко не всё?