И как мне тебя теперь называть?

- Павел Витальевич, вас Петр Анатольевич срочно просит к себе зайти, - не успел я утром переступить порог кабинета, как за мной прибежал Олег, секретарь вышеупомянутого Петра Анатольевича. Не жди ничего хорошего, когда с самого утра главного финансиста на ковёр вызывает президент компании после долгой отлучки. - Хорошо, спасибо, Олег Викторович, сейчас буду, - поблагодарил я парня. Он кивнул и вышел, оставляя меня одного. Я кинул портфель, который все ещё держал в руке, на своё кресло и немного расслабил узел на галстуке. Всю неделю у меня было плохое предчувствие, а чутьё меня ещё никогда не подводило. Я поднялся на третий этаж, кивнул Олегу, уже живо клацающему по клавиатуре, постучал в дверь кабинета президента и, дождавшись ответа, толкнул ее. - Доброе утро, Петр Анатольевич! - бодро поприветствовал я начальника, проходя в кабинет. Президент посмотрел на меня тяжёлым взглядом воспалённых глаз. Нет, не подводит меня чутьё. Петр сгорбившись сидел в кресле, напоминая скорее живой труп, чем себя прежнего. Лицо было серовато-зеленого оттенка, в глазах полопались капилляры, белки были мутными, под глазами залегли глубокие тени, а на аристократическом лице резко выделились все морщины. - Это жопа, Паш, - вместо приветствия сообщил мужчина. Я опустился на стул напротив него. - Что, все так плохо? - Угу, - мрачно кивнул Петр. - У вас подсчитаны убытки за второй квартал? - Отчёт должен быть готов в начале следующей недели, ребята работают над этим. Но уже можно сказать, что ничего необычного не ожидается: убытки держатся на прежнем уровне в пределах нормы и все на тех же рынках, - отчитался я. - Ни-фи-га, - протянул мужчина. Я вопросительно вскинул бровь. - Китай уже считали? - Должны сегодня этим заняться. Это же новое для нас направление, решили оставить его напоследок. А что с Китаем? - подобрался я. - Все по стандарту идёт, даже лучше. Помните, какая у него рентабельность высокая была почти сразу после открытия? Сейчас думаете ниже будет? Операционная прибыль держится на уровне трёх процентов, общий прирост мы тоже держим на уровне семи с половинной процентов. Это же отлично расположенный хаб. Мало кто в этом направлении работает по линии Китай-США с минимальным количеством остановок. Этот рынок мы точно закрепили за собой, - уверенно вещал я. Даже расслабился немного. - Синицын, - устало выдохнул президент. - Что Синицын? - не понял я, услышав фамилию нашего основного конкурента и личного врага Петра Чайкина. - Синицын в Китае, - ещё более устало произнёс начальник. - Какого...? А ему что там надо? - взвился я. - Он прекрасно орудовал в Индии. Не считая Эмиратов, весь Ближний Восток его был. Что его в Китай-то понесло? - Паш, ну это же очевидно - под нас копает. - Ну и ладно... Пока они отстроятся, несколько лет пройдет. Мы за это время долю на рынке значительно повысим, - начал я сам себя успокаивать. - Паша, они у китайцев аэропорт купили, - Петр сжал переносицу пальцами, будто у него разболелась голова. - Подшаманили немного, и у них уже готовый хаб. - Блин, это плохо, - а вот теперь я начал напрягаться. Но все равно я не мог понять упаднического настроения начальника. Работать, конечно, придётся упорнее вдвойне, чтобы рынок держать, но где наша не пропадала? - Только вот мы себя уже успели зарекомендовать и обрасти надёжными партнёрами и клиентами, Синицыну такого ещё долго не видать. - Вот надо было тебе со мной ехать, - президент совсем скис и, кажется, стал даже меньше размером, скрючившись в кресле. - Этот гад разработал какую-то новую инновационную упаковку для транспортировки восстановленных литиевых батарей и в придачу высокоточный аппарат для выявления брака или повреждения этих батарей. - Да ладно! - искренне удивился я. Ситуация принимала скверный оборот. - А вот тебе и ладно, - буркнул Петр. - Это серьёзно. - Конечно! А я, о чем? - Ну подождите. Ладно, разработали они эти новинки, но все равно у нас есть немного времени для решения этой проблемы. Мы неплохо возим эти батареи старыми способами. Им все равно нужно будет найти клиентов и... Петр встал и начал нервно ходить вдоль стола. - Паша, мы уже потеряли «яблоко». Они же постоянно отправляют свои аккумуляторы в Китай для восстановления... - Но обратно-то в США восстановленные нельзя ввозить... - В том то и дело, что теперь можно. - Да ладно! - я был впечатлён. - Благодаря этому аппарату и новой упаковке он смог получить у ФЕМА* разрешение на ввоз восстановленных батарей по воздуху. Я присвистнул. - Он крут. Нам это нечем крыть. - Конечно нечем! - взорвался начальник. - За телефонами сбегут гибридные автомобили, медицинские аппараты, не говоря уже о всякой мелочевке. - Можно уйти с рынка, у нас есть ещё голландцы, можно сконцентрироваться на них, - неуверенно начал я. - Да я скорее прыгну с крыши, чем отдам рынок Синицыну! - взъелся президент. - Мы, конечно, можем разработать нечто подобное... - робко предположил я. - На это уйдут годы, - Петр грузно рухнул обратно в кресло. - За этим я тебя и позвал. - Но я же не из НИОКР, я всего лишь финансист... - Мне нужны не эти твои навыки, а другие, - взгляд начальника потемнел, а лицо стало каким-то хищным. - Вы имеете в виду... - Именно это и имею, - кивнул утвердительно президент. - У меня у самого проскользнула такая мысль, но, Петь, компания как наша не должна заниматься таким. Тем более у нас сейчас есть конкурентная разведка... - Она не справляется. Нам нужен агент. - Не боишься? – я откинулся в кресле. - Я ведь уже давно не занимался шпионажем, тем более с внедрением. Да и не солидно мне на моей должности таким заниматься. - Павел, а кого мне ещё попросить? Лучше тебя никто с этим не справится. Тем более ты за годы своей деятельности явно обзавёлся адвокатом, который вытащит тебя из любой передряги, - Петр насмешливо посмотрел на меня. - Я-то обзавёлся, но если афера вскроется, то это все, крах компании. Не отмоемся. - Я готов рискнуть, - серьезно ответил Петр. – Да и ты, мне кажется, уже засиделся в кресле финансового директора. Ты же сам этого хочешь, признайся. Я замешкался. Петр усмехнулся на это и немного расслабился. - Подумай об этом. В понедельник встретимся и обсудим детали. А теперь иди. Олег, - обратился он уже к коммуникатору. Я поднялся с кресла, кивнул начальнику и отправился в свой кабинет думать. То, что предлагал Петр Антонович называлось промышленным шпионажем. Я действительно когда-то был хорош в этом, потому что занимался таким способом добычи информации с девятнадцати лет, когда меня, ещё студента экономического факультета, завербовал мой первый работодатель. Благодаря природной аккуратности, повышенной внимательности, гибкому уму и отсутствию грызущей совести я добывал таким нелегальным способом ценную информацию. В начале для меня это было как некое приключение. Ведь все мальчишки любят фильмы и книги про шпионов, я не был исключением. Плюс за это хорошо платили, а я был падок на деньги. А кто нет? Но меня затянуло. Из-за меня многие компании становились банкротами. Я упивался своей властью. В основном я занимался незаконным доступом к коммерчески значимой информации прибегая к таким способам, как прослушка и проникновение в компьютерные сети, быстро освоив способы взлома, и наружная слежка. Также несколько раз я прибегал к подкупу лица, имеющего доступ к такой информации, и даже пару раз использовал шантаж. В общем, не брезговал ничем. Шпионажем с внедрением я занимался всего два раза. Это самый сложный способ. Он требует должной подготовки, создания новой личности и новой легенды, кроме того требует значительного времени. Но этот способ будоражил меня сильнее всего. Ощущать опасность каждый рабочий день, чувствовать покалывание в кончиках пальцев от адреналина, когда пробираешься в чей-то кабинет, осязать мурашки от успешно провернутого дела. Природа мне значительно подсобила в этом деле. Врожденные обаяние и харизма не оставляли шанса никому. Моим чарам сдавались без боя и женщины, и мужчины. Прокололся я всего один раз. В мое последнее внедрение. Тогда меня наняла иностранная авиакомпания шпионить как раз за компанией Петра Чайкина. Иностранцы хотели выйти на наш рынок, но «Транскарго» не позволяла им, вот они и решили развалить компанию. Я сильно расслабился. Все у меня до этого проходило гладко, практически играючи, вот и потерял на долю секунды бдительность. Но этого хватало, чтобы Петр буквально поймал меня за руку. Петр Анатольевич дураком не был. Он меня перевербовал и я стал двойным агентом, работающим уже на «Транскарго». Иностранная компания рухнула. Благодаря добытой мной информации «Транскарго» сильно ударила по конкурентам, они, кажется, до сих пор не оправились. Обычно «кротов» не любят и не уважают, поэтому после перевербовки их с позором увольняют, однако после завершения дела, Петр не спешил меня отпускать, оценив мои таланты по достоинству. Он предложил мне хорошо оплачиваемую должность в своей компании, и благодаря своим навыкам и бульдожьей хватке я дослужился до кресла финансового директора. С Петром мы прекрасно сошлись характерами. Мужчина был всего на пять лет старше меня и управлял успешной международной компанией. Очевидно, что он сам не всегда играл по правилам, на этом мы с ним и сошлись. Всех конкурентов обходили играючи, кроме одного. Владимира Синицына. Главного конкурента и личного врага Чайкина. Насколько я знал, когда-то Петр и Владимир были лучшими друзьями. Вместе учились в лётной академии, отлетали вместе в одной авиакомпании, а после, прощупав почву, решили создать свою компанию по грузоперевозкам, посчитав что это очень перспективный бизнес. Но что-то пошло не так и в одно мгновенье лучшие друзья стали худшими врагами. Создали каждый свою компанию: первым Петр, а Владимир двумя годами позже. Но ворвался он в этот бизнес стремительно, и с тех пор бизнес для двух бывших друзей превратился в бешеную гонку. Стоило Петру выйти на шаг вперёд, Владимир выдвигался на два. И так до бесконечности. Победителей не было. До сегодняшнего дня. Такие инновации в перевозке литиевых батарей могли полностью перекроить бизнес и изменить расстановку сил. На долю грузовых авиаперевозок приходится большое число транспортировки этих батарей, они сейчас используются повсеместно, начиная от наших гаджетов, заканчивая высокоточным оборудованием. Но вместе с тем эти батареи были опасным грузом, так как при неправильной упаковке или при их повреждении был высокий риск самовозгорания. Конечно, использовались специальные огнеупорные контейнеры, однако все равно существовали многие трудности. Например, в США законодательно запрещалось ввозить воздушным путём восстановленные батареи, что значительно увеличивало сроки поставки для того же «яблока», которая часто отправляла батареи для восстановления в Китай. И это новое изобретение было революционным. Оно было способно похоронить наш бизнес на этом направлении. Это был реальный вызов. Без перевозки литиевых батарей мы не вытянем бизнес транспортировкой одних цветов из Голландии или перевозкой бегемотов из одного зоопарка в другой. На фармацевтическом рынке нам тоже было тяжело, так как конкуренция там всегда было особенно жесткой, а от военных перевозок мы отказались, следуя всеобщему тренду отказа от войны. Да, Петр прав - будет жёстко. Но вернуться к шпионажу?.. Я почувствовал знакомое покалывание в кончиках расслабленных пальцев. Сердце волнительно затрепетало, а тело покрылось лёгкой испариной. Петр прав - я, правда, засиделся на месте. Рутина угнетала, а от предвкушения возможного приключения сладко трепетало в груди. Промышленный шпионаж - занятие нелегальное и подсудное. У самого шпиона нет никаких гарантий защиты, так как предприятие не имеет полномочий государственных разведок, а компания, решившая заняться этим, понесет репутационные риски. Именно поэтому в последнее время крупные компании прибегают к конкурентной разведке, которая не нарушает законодательства. Но что я теряю? Матёрыми адвокатами я, действительно, обзавёлся. Как раз после того, как Чайкин меня поймал. А объединив это с деньгами, штрафа мне можно не бояться. Репутация, конечно, подмочится, но это не большая беда. А компания? Петр сам сказал, что готов рискнуть. Так что ответственность полностью лежит на нем. Итак, решено. *** В понедельник я заходил в кабинет президента с твёрдым намерением внедриться в компанию-конкурента и узнать все их секреты. - Я в тебе не сомневался, - удовлетворенно кивнул Петр. Сегодня он снова был похож на себя – на красивого, ещё молодого мужчину, а не на зомби. - Ты уверен в своём решении? - решил напоследок уточнить я. - Мы боремся за выживание на рынке, у нас нет времени изобретать то, что уже изобретено, - уверенно ответил начальник. - Тогда приступим? И мы приступили. Внедрение агента требовало тщательной подготовки. Нужно было создать новую личность и новую легенду, чтобы мою связь с «Транскарго» было невозможно отследить. Чайкин сотрудничал с одним детективным агентством, которое, помимо прочего, занималось и такими делами. Первый вариант внедрения, когда первая компания выгоняет человека со скандалом, а вторая «подбирает» ценного специалиста, мы исключали практически сразу: есть явная связь между мной и первой компанией. Слишком рискованно. Поэтому мы прибегнули ко второму способу – создание нового человека. Это был более сложный и длительный процесс, одновременно он хорошо подчищал следы, но и обладал высокими рисками - можно было запутаться в своих же показаниях. Поэтому в роль ещё надо было вжиться. Нам повезло – у «Эйр бридж» было открыто две вакансии: ассистент HR-менеджера и младший бухгалтер. Рассудив, что в бухгалтерию соваться опасно – при малейшем подозрении первым делом проверяют ее и айтишников. Поэтому мы остановились на ассистенте менеджера. С ассистентов всегда спрос небольшой. Изменив своё резюме, скинув десять лет, благо внешность позволяла, я откликнулся на вакансию через портал. Через пару дней со мной связались и пригласили на собеседование. К этому времени агентство Чайкина уже сделало мне фальшивый паспорт. Для первоначального этапа собеседования резюме, паспорта и моего обаяния было достаточно. Единственное, что меня смущало была моя яркая внешность. Боялся, что вдруг где-то примелькался. Я даже предлагал Петру как-то ее изменить, например, вставить линзы, перекрасить волосы или вообще подстричься. Но начальник категорически запретил мне это делать, мотивируя тем, что именно мои большие голубые глаза и золотистые кудри – залог моего успеха. С такой внешностью, даже если я буду открыто говорить людям, кто я и чем занимаюсь, они упорно будут отрицать это, потому что просто сложно поверить. Да, я был настоящим волком в овечьей шкуре. С такой, пока что, минимальной подготовкой, в четверг утром я стоял у входа в здание компании «Эйр бридж». Я Кирилл Ильюшин, двадцати пяти лет от роду, вчерашний студент, готовый работать за минимальную зарплату ради приобретения драгоценного опыта, без которого никуда больше не берут. Именно это говорил мой паспорт и мое резюме. Первый этап собеседования я прошёл более чем успешно. Интервьюировали меня две молоденькие девушки примерно одного со мной возраста, нынешнего возраста, а по факту младше меня. Они сами были младшими менеджерами, поэтому с ними проблем не возникло. Мы сердечно попрощались, и они заверили меня, что сразу же направят на электронную почту тест с бизнес-кейсами, который мне надо будет прорешать для прохождения следующего этапа. Не успел я дойти до метро, как на мой телефон пришло оповещение о новом письме. Оперативно. Сам эти бизнес-кейсы я даже открывать не стал. Отправил Чайкину, пусть направит нашему отделу по подбору персонала, пускай они этим занимаются. А у меня есть дела поважнее: мне нужно собрать новую полноценную личность. И начать надо с гардероба. Потому что ассистент менеджера не может ходить в той же одежде, что и финансовый директор. Мы составляем мнение о человеке отталкиваясь от его внешности – хочешь, чтобы тебя приняли, выгляди соответствующе, будь как они и станешь своим. А еще ассистент менеджера не может ездить на той же машине, что и финансовый директор, поэтому сейчас я трясся в душном вагоне метро. Наш HR-отдел, видно перепуганный заданием, поступившим от самого президента компании, очень оперативно прорешали бизнес-кейсы и уже утром следующего дня я отправил их Оксане, с которой общался накануне. Девушка была в полном восторге от моей работы и радостно сообщила по телефону, что они готовы пригласить меня на финальное интервью с главным менеджером. Алеся, главный HR-менеджер, была примерно одного со мной возраста, моего реального возраста, и напирала как танк, новичку было бы очень просто растеряться под таким напором. Но я был готов ко всем этим вопросам про мотивацию, работу в команде, работу во благо общего дела и коронного - кем вы видите себя через пять лет? Успешно отразив атаку Алеси, я был доволен собой. Собеседование шло к своему логическому завершению, девушка поинтересовалась, какие у меня есть вопросы. Я задал, подготовленные заранее вопросы, получил ответы, и мы почти попрощались, как вдруг, она встрепенулась, что-то вспомнив. - Простите, Кирилл, совсем забыла, у нас есть ещё некоторые вопросы, на которые надо ответить, - сообщила она. - Вы не против? - Нет, конечно. С удовольствием отвечу на все, - улыбнулся я в ответ, внутренне напрягшись. Что ещё за вопросы? - Я тогда сейчас приглашу моего коллегу, одну минуточку, - Алеся встала и вышла за дверь. Интересно. Что это за коллега и что за дополнительные вопросы? Буквально через пару минут дверь снова открылась, вернулась Алеся и за ней следом протиснулся суровый мужчина в чёрной форме. - Здравствуйте, Кирилл, - поздоровался мужчина, занимая стул, на котором ранее сидела Алеся. Последняя скромно примостилась у окна. - Меня зовут Сергей, я сотрудник отдела безопасности, - продолжил мужчина. Безопасник? Как интересно. Дело приобретает все более интригующий оборот. - Я задам вам пару вопросов, ничего необычного, переживать не стоит. Это стандартная процедура в нашей компании, - пояснял Сергей, попутно раскладывая бумаги на столе. Ну да, стандартная, хмыкнул я про себя. То-то ваш HR-менеджер практически забыл про эти вопросы. Нет, прогнило что-то в датском королевстве. - Приступим? - спросил безопасник. - Да, конечно, - с готовностью кивнул я. - Итак, Кирилл, расскажите для начала, какие компании-конкуренты вы знаете? Возможно, вам знакомы имена членов совета директоров? Я мысленно выдохнул. Стандартные вопросы-маркёры, используемые, чтобы фальшивый кандидат, коим я и являюсь, продемонстрировал дополнительные знания, которыми простой соискатель обладать не может. Однако на таких вопросах попадаются только новички, профессионалы легко могут распознать, когда из них пытаются вытащить больше информации, чем следовало. И сейчас нужно выдать ровно столько информации, чтобы выглядеть, как заинтересованный кандидат, который готовился к собеседованию, а не профессиональный шпион. И этот этап собеседования я выдержал. Успешно прошёл интервью с Алесей и допрос Сергея. Но покинув офис я не мог отделаться от мысли, что что-то здесь не так. Синицын просто усилил меры безопасности из-за ситуации на рынке? Или в компании уже ведётся какая-то подозрительная деятельность? Поразмыслив, стоит ли сообщать об этом Петру, я пришёл к решению, что стоит. Уже вечером я набрал номер начальника из дома и рассказал ему о сегодняшнем собеседовании, особенно подробно про финальный допрос. - Хм... - начальник надолго задумался. - Синицын - не дурак, понимает, что за его разработкой могут охотиться, поэтому это, правда, могут быть просто меры усиления безопасности, - поделился он через какое-то время своими соображениями. - Хотя, опрашивать простого ассистента? Это, пожалуй, слишком. Возможно, ты прав, и у них не все спокойно или они что-то подозревают. - Что будем делать? - спросил я. - Пока придерживаемая старого плана, а дальше будем действовать по обстоятельствам. * FEMA (ФЕМА) - федеральное агентство по управлению в чрезвычайных ситуациях (американское МЧС)