И как мне тебя теперь называть?

*** Утром следующего дня я стоял в холле в ожидании лифта, озираясь по сторонам, желая убедиться, что я один – срочно нужно было поправить джинсы, которые впивались в самые деликатные места. Когда я покупал одежду для своей новой должности, я скупал все почти не глядя и не меряя, просто брал комплекты, что были на манекенах. И вот джинсы оказались слишком узкими. Но понял я это слишком поздно. Вечером я забыл поставить будильник, проснулся только благодаря открытому окну и сработавшей сигнализации чьей-то машины, сильно опаздывая. Собирался в спешке и обнаружил, что джинсы сильно давят только на улице, когда возвращаться было уже поздно. Я согнул в колене правую, затем левую ногу, большими пальцами оттягивая джинсы немного вниз за шлевки, в надежде, что они сядут поудобнее. Где-то сзади раздались шаги, и я выпрямился, немного прогибаясь в пояснице и отклячивая попу назад, чтобы уменьшить давление на стратегически важное место. Шаги сзади затихли. Рядом с лифтом было крупно написано название нашей компании и под ним красовалась эмблема, все это находилось под стеклом. И в этом стекле я заметил отражение Михаила, который остановился сзади меня. Чего он там встал? Подождите, он что, пялится на мою попу?! Поверхность все-таки была стеклянной, а не зеркальной, поэтому отражение было очень блеклое и нечеткое, но мне явственно казалось, что Михаил смотрит ниже моей спины. Я переуступил с ноги на ногу, тем самым немного покачав попой. Сзади раздался тяжёлый выдох. Я резко развернулся, достаточно резко, чтобы успеть заметить странное выражение на лице начальника безопасности, которое тут же сменилось привычной серьёзностью. - Доброе утро, Михаил, - растянулся я в приторной улыбке. - Доброе. Пойду, пешком пройдусь, - буркнул мужчина и пошёл в сторону лестницы. Да неужели? Наш Михаил оказался по мальчикам? Вот он компромат, вот она ахиллесова пята! Внутренне я ликовал. Теперь он мой! Однако претворить в жизнь план по соблазнению Михаила мне удалось не сразу. С самого утра в мой кабинет началось паломничество. Первой заглянула Варвара Юрьевна из бухгалтерии, принеся огромную пачку использованных листов. - В последний момент из мусорного ведра вытащили, - гордо сообщила женщина. Вот спасибо. - А что же ты раньше не сказал, что макулатуру собираешь? - продолжали Варвара Юрьевна. - Вот в мое время... И я ещё выслушал получасовую лекцию о пользе сбора макулатуры и как здорово был организован этот процесс в Советском Союзе. Но бухгалтерией все не закончилось. Потом ко мне приходили ещё как минимум из десяти отделов, неся с собой бумагу, как волхвы дары. Весь день я сидел и рассортировывал все эти листы - некоторые, действительно, можно было использовать ещё раз, а вот остальные просто не донесли до мусорного ведра. Вообще мне было грех жаловаться, шпионы не брезговали и в мусорном ведре покопаться – там можно было найти много чего интересного, а тут мне мусор принесли прямо в руки. Я тщательно просматривал каждый лист, но к сожалению, интереса для меня они не представляли. Только на бумаге из ИТ-отдела я наткнулся на название знакомой программы – программы, генерирующей случайные пароли. Полагаю, что для научного отдела. Надо будет как-то выяснить это у Дениса. Словно услышав мои слова, в кабинет протиснулся Денис. - А мы твоей благородной цели помочь особо не можем, - сообщил он мне. - Мы ничего почти не распечатываем, так как основные исследования проводятся не здесь, нам просто все по «электронке» присылают. А всякое три-«дэ» моделирование мы в программах проводим. Даже если что-то распечатываем или делаем расчёты на бумаге все равно потом все по должностной инструкции в шредере уничтожаем. Очень жаль. На бумаги вашего отдела я бы посмотрел с особым интересом. - У вас, наверное, все мощно запаролено, - решил закинуть удочку я. - Ну да, - пожал плечами Денис. - Хотя сейчас ещё жёстче стало. У нас месяц назад была зафиксирована попытка взлома. Мы об этом Михаилу сообщили, он приказал айтишникам установить программу, которая меняет пароль каждые три дня. Та ещё морока с запоминанием этих паролей, - доверительно пожаловался мне Денис. - На бумажке записать? - подсказал я. - Не положено, - покачал он головой. - А вдруг потеряем? - А как же тогда? - В телефон записываем. Тоже, конечно, не хорошо, но телефон сложнее бумаги потерять, да и паролями с отпечатками пальцев их защитить можно. Отлично, с недовольством подумал я, теперь помимо карты-ключа мне ещё нужно заполучить актуальный пароль. *** К вечеру я разобрался со всеми бумагами: большую часть выкинул, а то, что ещё можно было использовать разделил на четыре стопки, три из которых раздал девушкам в отделе, строго-настрого наказав использовать черновики в целях защиты окружающей среды. А сам бегом помчался в туалет, очень уж хотелось приспустить эти жуткие джинсы. Я и так целый день просидел с расстегнутой ширинкой, прикрыв ее рубашкой, уже не сильно заботясь о том, что низ рубашки, который был заправлен, теперь был мятым. Залетев в туалет, я в прямом смысле наткнулся на Михаила, который мыл руки. Мои планы мгновенно изменились. - Михаил, - протянул я, подходя ближе. Он вопросительно посмотрел на меня. - Спасибо вам большое, - я стоял уже почти вплотную к нему. - За что? - Михаил выпрямился во весь свой исполинский рост. - За то, что организовали сбор бумаги, - я обхватил его за предплечье, не обращая внимания, что вода с его руки капала прям на мою рубашку. - Это не я. Я зашёл утром в бухгалтерию, увидел черновики, сказал об этом Варваре Юрьевне, и дальше она сама, - отчитался Михаил, неуклюже высвобождая свою руку. - Все равно, спасибо, - выдохнул я. - Пожалуйста, - промямлил Михаил и стремительно вышел из туалета, забыв высушить руки. Забавно, взрослый опытный мужчина, а смущается, как подросток. А насколько опытный? Если большую часть жизни он провёл в армии, то скорее всего приходилось скрываться...

***

Всю последующую неделю я старался как можно чаще появляться рядом с Михаилом, изменив свой первоначальный план «особо не попадаться на глаза». Теперь наоборот я пытался подкараулить его на обеде, «случайно» коснуться его ноги ногой или тронуть за руку, пытался разговорить его. Михаил в такие моменты смущался и совсем не был похож на сурового начальника безопасности. Но помимо плана соблазнения Михаила, у меня ещё была цель - достать ключ-карту в научный отдел. Я выяснил, что эти карты выдаёт отдел безопасности, но не начальник, а другие сотрудники. Хранились такие карты в сейфе, но помимо этих карт там же хранились карты и для простых сотрудников, которые мы прикладывали для прохода между этажами и на входе и выходе к турникету. Видно, все вместе хранилось просто для удобства, чтобы ничего не потерять. Заведовал картами Тимофей, который, по моим наблюдениям, неровно дышал к моей Танюше. Она-то и должна была стать частью моего коварного плана. Мой план состоял в том, что я попрошу заменить мне недействующую карту, Тимофей откроет сейф, потом он отвлечется на Таню, а я быстро стащу нужную мне карту. Я убедил девушку, что ей нужно пойти со мной, потому что из-за сломанной карты я боялся гнева Тимофея, а при ней он постесняется ругаться. В обозначенное время я топтался у кабинета отдела безопасности, ожидая Таню. Тут в конце коридора раздался стук каблучков и показалась знакомая фигура. Не медля, я зашёл в кабинет. - Тимофей, привет! Мне нужно заменить пропуск, - быстро сообщил я парню. - Что случилось? - он поднял на меня глаза. - Вот, - я положил ему на стол сломанный пополам кусочек пластика. - Положил в задний карман, забыл и сел. Ну и вот, - развёл я руками. - Т-ц, - цыкнул Тимофей, качая головой. - Вот, в ведомости распишись, - протянул он мне канцелярскую тетрадку, а сам отвернулся к сейфу. - Привет! - в комнату зашла Таня. - Привет, - поздоровался через плечо Тимофей, не отходя от сейфа. - Ну как? - тихо спросила Таня, идя в мою сторону. Плохо пока, Танюш, и да, прости меня заранее. Не для себя стараюсь. Когда девушка почти поравнялась со мной, я подставил ей быструю подножку, Таня потеряла равновесие на своих высоких каблуках и, коротко вскрикнув, упала на колени со всего размаха. Тимофей молниеносно подорвался к девушке. Я не менее быстро метнулся к сейфу. Так, у нас карты белые, сложенные высокой стопкой, а у научников они голубые, вот они, в маленькой стопке. Быстро схватив карту, я развернулся к столу Тимофея, и начал громко выдвигать и задвигать ящики стола, крича: - Перекись! Где перекись? - Не там. На окне в коробке, - обернулся на меня Тимофей. Он помог Тане подняться и усадил ее на стул. Я развернулся к окну, взял пластиковый контейнер и понёс его к Тане. Коленку она все-таки разбила. Мне даже стало немного совестливо. Девушка тихонько хныкала. - Если ты мне дашь сейчас карточку, я сразу же уйду, - шепнул я Тимофею. Парень понятливо кивнул, тут же поднялся и отошёл к своему столу, а я продолжил искать перекись в контейнере. Тимофей взял белый пропуск, захлопнул сейф и протянул карту мне. - Держи. Я забрал пропуск и в свою очередь протянул ему пузырёк с перекисью. Получив желаемое, я покинул кабинет, оставив Таню и Тиму самих дальше разбираться. Я планировал пройти до научного отдела, разведать там обстановку, но по пути вдалеке заприметил Михаила, который шёл в кафетерий. И хоть есть мне ещё не хотелось, я тоже направился туда. Михаил уже отходил от кассы. Я быстро взял какой-то салат и кофе и пошел к мужчине. Он сидел ко мне спиной, поэтому я увидел, что он смотрел по телефону новости, где рассказывалось о боевых действиях в очередной ближневосточной стране. - Война - это ужасно, - сказал я, садясь напротив него, кивая на телефон. - Да, ужасно, - согласился Михаил, блокируя телефон и кладя его экраном вниз. - А вы тоже воевали? - Был в Карабахе и на второй Чеченской. - А у меня папа погиб в первой, - сказал я раньше, чем осознал сказанное. Паша, что ты несёшь? Это уже слишком даже для тебя. Такими вещами не шутят! Но слова уже были произнесены вслух. Конспиратор внутри меня сработал быстрее. Я увидел, как изменилось лицо Михаила. Мне даже было сложно описать ту гамму чувств, что отразилась на нем. - Я... сочувствую, - сказал он тихо. - У меня на глазах подорвался командир нашего отряда. Это, конечно, не тоже самое, что потерять отца, но... И да, ты прав, война - это ужасно. После этого разговора отношения между нами немного изменились, стали более доверительными. Как будто между нами возникла связь. Сближаться стало легче. А тут ещё в пятницу нам сообщили радостную новость: в субботу мы всем нашим дружным коллективом едем на природу, пропуск будет караться смертью, потому что тимбилдинг и все дела. Примерно это сообщала информационная рассылка. - Так здорово, что мы все выберемся на барбекю, - мечтательно закатывала глаза Оксана. - А чем тебе не нравится обычное русское слово - шашлыки? - насмешливо спросил я. - Фи, Кирилл, ты что не слышишь, чем веет от этого слова? - скривилась девушка. - Мяском? - Нет. Просто тупой попойкой под березами. - А, а барбекю - это попойка под секвойями? - уточнил я. - Ну нет же! - Оксану начала раздражать моя недогадливость. - Культурным времяпрепровождением. Спорить я не стал. Барбекю или шашлыки, мне все равно, но вот то, что это отличная возможность вызнать у подвыпивших и расслабившихся ребят нужную мне информацию, это радовало. Алкоголь и шпионаж - лучшие друзья. Ну, конечно, смотря в кого этот алкоголь заливают, а то могут стать и врагами. *** Погода в субботу на радость всем выдалась погожей. На трёх больших экскурсионных автобусах нас вывезли за город, на территорию какой-то туристической базы. Все быстро расформировались по небольшим группам, занимаясь кто чем в ожидании шашлыка. Кто-то слишком активный и инициативный пытался провести какие-то конкурсы и квизы, но вскоре поняв, что людям интереснее просто пообщаться друг с другом, быстро стушевался. Я сидел за одним из многочисленных деревянных столиков, в ожидании, когда Михаил и Оксана вернутся с едой. Михаила я заприметил сразу же, как мы вышли из автобуса, и с тех пор я с ним не расставался. Я даже не ожидал, что с угрюмым начальником безопасности будет так легко и весело. У нас не возникало неловких пауз, а темы для общения находились сами собой. Правда, Михаил все также тушевался, когда мое соблазнение становилось слишком очевидным, но сбежать он уже не пытался, это было моей маленькой победой. Но нашу идиллию нарушила Оксана, которая влезла в наш дуэт, превратив его в трио. Девушка была сильно расстроена из-за того, что ее лучшая подруга, Таня, сейчас была полностью поглощена Тимофеем, поэтому Оксана бродила одна как неприкаянная и у меня просто не повернулся язык прогнать ее. А вообще сейчас было так хорошо, прохладный ветерок с озера обдувал лицо, шевелил волосы, разносил над поляной невероятный запах жареного мяса. Совсем не хотелось думать о задании, а хотелось просто наслаждаться моментом и съесть уже шашлыка, аромат которого вызывал повышенное слюноотделение. Завидев приближающихся Оксану с Михаилом, я уселся поудобнее, а мой желудок предвкушающие забурчал. Ребята управлялись сразу с несколькими бумажными тарелками, неся при этом бутылки с напитками под мышкой. Я подорвался, чтобы помочь им, забирая пару тарелок. Оксана с Михаилом сели, расставили на столе бутылки с напитками, я поставил на середину тарелки со свежими овощами и зеленью, которые забрал у ребят и сел, ожидая, когда будем делить шашлык. Но ребята подвинули себе тарелки с сочным мясом, явно не собираясь ни с кем делиться. Я посмотрел на них немного удивленно. - Не волнуйся, Кирилл, про тебя мы тоже не забыли, - успокоил меня Михаил. Я облегченно выдохнул. - Вот, - мужчина пододвинул мне тарелку, на которой лежало нечто, когда-то бывшее баклажаном, болгарским перцем и помидором. Но сейчас это все почти потеряло форму, местами имело чёрные припеки и выглядело максимально неаппетитно. Я растерянно захлопал ресницами. - Я помню, что ты вегетарианец, - довольно сказал Михаил. - Вот и взял тебе овощей-гриль, их специально для таких как ты пекут. Должно быть вкусно, - с сомнением посмотрел он на мою тарелку. - Да ещё и полезно. Для фигуры ваще! - подала голос Оксана, впиваясь при этом зубами в жирное куриное крылышко. - Вот спасибо, - выдавил я из себя, с трудом сглатывая слюну. Какое-то время над нашим столиком царило молчание, нарушаемое только чавканьем и звуком облизывания пальцев. Не притронувшись к месиву в моей тарелке, я с отчаянием жевал пресный огурец. - Тяжело, наверное, быть вегетарианцем, когда вокруг столько соблазнов, - утолив первый голод, нарушил тишину Михаил. Да капец как! Я вегетарианец всего десять минут, но мне уже хочется вгрызться кому-нибудь в горло. - Вообще нет, - напустил я на себя непринужденный вид. - Главное знать, для чего ты что-то делаешь, тогда все становится осуществимым, - видимо от голода во мне просунулся философ. Михаил поджал губы и согласно покивал на мои рассуждения. Тут к нам с небольшой веселящейся компанией уже не твёрдой походкой подошёл главный заводила – Юра. - Надо выпить, - резюмировал Юра, подсовывая нам пластиковые стаканчики с текилой. Азамат, который сам не пил из-за религии, услужливо протягивал всем тарелку с нарезанным лаймом. Пить мне не следовало по понятным причинам – алкоголь развязывает язык. Но Юра был таким приставучим, что было проще раз выпить, чем отказать ему. Да и тем более от одного шота ничего не будет. Но за первым шотом последовал второй. Алкоголь обжигал нутро, теплом растекаясь по венам. Видимо, на голодный желудок эффект от него получился сильнее, чем я ожидал, и я упустил момент, когда потерял над собой контроль.