Истинная любовь Какаши Хатаке

      Как только отряд из деревни Скрытой Долины добрался до третьего взвода, они начали помогать отбиваться остальным шиноби от Белых Зецу, а также от воскрешённых шиноби. Благодаря своим знаниям о печатях, Саури сама лично могла обездвижить противника и запечатать его.       Отбиваясь от армии врага, девушка заметила, что впереди неё идёт неравная схватка. Некоторые члены Альянса не могли победить единственного противника. Все кто вступали с ним в ближний бой — погибали. Именно поэтому Саури двинулась к ним на помощь. Прежде чем убить ещё одного шиноби, Саури успела добежать и отбить атаку. Как только враг увидел её, то сразу же сказал: — Я знаю тебя… — Мы знакомы? — Нет, но ты знаешь моего сына.       И тут Саури увидела знакомые черты: белые колючие волосы, высокий рост, тёмные глаза, эмблема со знаком Конохи. — Вы родственник Какаши Хатаке, верно? — Я его отец… — Это Белый клык Конохи! — закричали окружающие. — Держитесь от него подальше! — Смотрю, Вы известны окружающим, — произнесла Саури. — Да, но, к сожалению, по дурной славе. Я рад, что встретил тебя. — Неужели? — Пока мы будем сражаться, я смогу рассказать тебе о своём сыне. А ты взамен остановишь меня.       Подумав над его предложением, девушка ответила: — Как скажете.       И Белый клык нанёс первый удар. Так как его главным преимуществом было его оружие — клинок, то он сразу же применил его. Саури быстрыми движениями отклонялась от лезвия. Но заметив, что тактика боя меняется, девушка сообразила, что ещё одним его главным козырем в борьбе является его интеллект. Таким образом, Саури, осознав его намерения, стала не поддаваться на провокации. — Ты умна… — сказал он после очередного удара. — Но не настолько, как Ваш сын. — Самокритично. — Правдиво. Ваш сын стал сильным шиноби. Он является примером для всех, а также учителем нового поколения. Следовало бы похвалить его за это. — Я всегда гордился им.       И они снова отдалились друг от друга. — Расскажите, почему Какаши не разговорчив. Почему иногда он избегает окружающих? — Ты заметила, хоть при тебе он становится другим. — Что Вы имеете в виду? — она стала нападать. — Мой сын неравнодушен к тебе, — ответил он, отбивая её атаку.       Удалившись на расстояние, Сакумо продолжил: — Всё дело в моей смерти. — Погибли при миссии? Он постоянно ходит на кладбище, навещая кого-то. — Не меня… — Почему же? — очередная атака и отражение её. — Потому что я убил себя сам.       Пару искр от удара железа и они снова разошлись. — Вот как. Не знаю, в чём причина вашего поступка, но это точно было зря. — Почему такая уверенность?       Их клинки снова сошлись. — Я знаю каково это. Меня саму хотели принудить к этому, но я не поддалась соблазну. Именно Ваш сын помог мне справиться с этим. — Значит, ты прекрасно понимаешь, что я чувствую. — Сожаление и боль. А также, - она удерживала его удар, - презрение своего существования. — Именно. А теперь прошу — останови меня.       Снова удар со стороны Белого клыка. Теперь он использовал технику, благодаря которой взмах его клинка становился сильнее. Защитившись, с помощью каменной ограды, Саури продолжила разговор: — Именно поэтому он стал жить строго по законам шиноби? — Да. — Тогда я утешу Вас. Он поменял своё мнение, поэтому поводу. Для него важна командная работа, а не правило. — Может быть, но ему всё равно нужна помощь, — очередная атака, которая разломила каменную стену.       Саури за ней больше не было, девушка уже находилась на другой стороне. — Отчего? — Лучше сказать от кого.       Очередная атака, но теперь шиноби из Конохи не мог пошевелиться. Его ноги придавило камнями, которые постепенно росли по его телу. — Молодец, — сказал он Сауре. — Прошу тебя выполнить мою просьбу. Не говори Какаши о том, что видела меня. Особенно о нашем разговоре. И еще, — камни уже практически дошли до его лица. — Спаси его от самого себя.       И Сакумо Хатаке был запечатан в каменной тюрьме. — Я постараюсь.       Затем Саури кинула кунай, и каменная ограда развалилась на глазах. Внутри оказалась запечатывающая техника, которая охватила тело отца Какаши.

      Таким образом, их бой закончился. Больше она ничего не слышала о Белом Клыке Конохи, но их разговор остался в её памяти навсегда.