Така

Падение во тьму казалось Локи до боли знакомым, вот только боль почему-то не утихала, как множество раз до этого (хотя ритуал собственной разработки еще никогда его не подводил), но когда он почувствовал, что вполне удачно "приземлился", и теперь даже может сделать вдох (обломись Танос!), успокоился. — Ахади, не наглей! — Локи, пытавшийся пошевелиться, замер. То, что рядом с ним кто-то находится, напрягало. Да еще и тело как-то странно ощущается. — Мы не будем называть нашего сына ненужным! — Ты может быть и не будешь, — раздалось в ответ не менее яростное рычание, сотрясшее... землю? Локи вновь прислушался к ощущениям. — Но глава прайда — я. Прайд? Первая ассоциация — мидгардские львы (почему? Один знает), и только потом бесчисленные существа галактики. — Значит старший сын и наследник у тебя «добрый», а младшенький «ненужный», «грязь»? Я тебя не понимаю! Локи невольно посочувствовал этому несчастному (ну, который ненужный). Уж он-то прекрасно знает, каково это... — Ур-ру! — раздается громогласное рычание и Локи чувствует, что говорящий приблизился к нему. — Не подходи! — Локи, из-за невозможности осмотреться, обострил другие свои чувства, потому сразу понял, что его заслонили. — Больно надо, — высокомерие и... обида? Бог лжи и обмана невольно присвистнул. Значит сначала довел свою женушку до опасения за жизнь сына, а потом еще и обижается? Сразу напоминает одного тупоголового болвана... Стоп. Это что же получается?.. Он и есть тот самый сын?! «Ну спасибо!» — от души пнул воображаемый стул Локи, осознавая, в какую задницу попал. — «Мало мне было Одина с Тором, так теперь я снова "нелюбимый" сыночек, до которого никому нет дела кроме матери?» — Забир-рай Муфасу и с глаз моих долой! Тепло за спиной внезапно исчезло. *** — Нгуву! — Локи, гревшийся на солнышке, закатил глаза. Порой беспокойство Уры доходило до невероятных границ. — Я здесь, — приподняв голову над камнями, сообщил он, встречаясь взглядом с львицей. Несмотря за те семь месяцев, что он провел в новой шкуре (в буквальном смысле!) называть Уру своей матерью он так и не смог, что иногда ее задевало. Он по прежнему не оставлял попыток пробудить в себе магию, хотя не мог не признать, что расслабился и даже чуточку размяк. Ему нравилась новая жизнь (за исключением некоторых вещей касающихся гигиены и питания), это лениво-беспечное существование, огромная доза любви от матери-львицы и ее подружек, отсутствие необходимости постоянно ждать от кого-нибудь подвоха. Кстати Уру так и не смирилась с именем «Таки», переименовав его в «Нгуву», что значило «сильный». Правда на это совершенно не обращал внимание Ахади, их с Муфасой типа отец, при встрече постоянно называя его Таки. За Королем Саванны (и здесь судьба-скотина подкинула его в королевскую семью) повторял весь прайд, так что Нгуву его называла только мать и две-три львицы. Хотя да, стоит отметить тот факт, что и Ахади и Уру скучали друг без друга, но ни тот ни другой не собирались идти на уступку. — У тебя такой спокойный сын, — заметила львица, которая-я-просто-мимо-проходила-решила-напомнить-тебе-о-размолвке-с-Ахади (за последние двое суток она успела Локи надоесть). — И совсем не похож на нашего Короля... — Целее буду, — отозвался из-за камней он, зная, что Уру как и в прошлые разы гордо проигнорирует Упумбаву*. И, впрочем, его замечание вполне имело смысл. Муфаса (который приходил к матери на питание) был... до тошнотворного активным. Он, с компанией трех других львят и одной маленькой львицы (никого не напоминает, а Тор?), постоянно попадал в бесконечные передряги. Впрочем Сараби, в отличии от Сиф, была Локи более симпатична. Но Упумбава лишь хмыкнула, игнорируя Локи, а тому, впрочем, уже не было до нее дела. Ух, что-то в сон потянуло... *** — М-да, — презрительно протянул один из приятелей Муфасы, когда Локи однажды случилось проходить мимо их компании. — Не повезло же тебе с братом. Локи на мгновение замер. Сейчас он как никогда услышал голос Тора, говоривший те же самые слова. Но... ведь сейчас он ничего не сделал... Почему же снова не повезло? Он же даже не в их компании. — Не говори так, — вдруг огрызнулся Муфаса, вскакивая на все четыре лапы и (явно неосознанно) заслоняя Локи. — Он мой брат. И ничего плохого не сделал. Н-да, первое и, догадывался Локи, единственное отличие Тора от Муфасы... уж его-то сводный братец никогда не заступался за него перед друзьями, во многом даже соглашаясь с ними. — Спасибо, братец, не стоило, — слегка морщась ответил Локи, передергивая плечами и продолжая идти. Но неугомонный львенок явно не собирался отставать. Крикнув друзьям что-то вроде «потом поговорим», Муфаса догнал его. — Нгува! Да постой же ты! Поговорим! Локи, отметив про себя то, что Муфаса назвал его по имени, данному Уру, остановился (просто чтобы поощрить распространение своего "хорошего" имени). — Ты что-то хотел? — спросил он в самой лучшей своей манере, вроде бы интересуясь очень даже мило и вежливо, но при этом с такой интонацией, что сразу становится понятно: если не хочешь горы сарказма и желчи — не лезь. — Обсудить кое-что, — Муфаса стоял перед ним, блестя своими издевательски синими глазами так напоминающими Тора. — Обсуждение, как и общение, пока нашим коньком не назовешь, — не смог удержаться от ностальгии Локи, пытаясь хоть так воссоздать их манеру общения разговоров с Тором. Что сказать, без их вечных словесных перепалок было невероятно скучно. Но реакция у Муфасы была... необычной. Он споткнулся, запнулся о камень, прокатился до подножия холма (Локи старательно убеждал себя, что вопли «Суртур тебя раздери!» и «Хела, как же больно!» ему послышались). Потом подскочил и ринулся к Локи. — А ну-ка слушай меня! Локи, понимавший что еще чуть-чуть и Муфаса на него налетит, сделал шаг в сторону и "братец" пролетел мимо него, скатившись к подножию уже с другой стороны. — Слушаю, — широко ухмыльнулся Локи (да, ностальгия, родная моя). — Локи, блять! — донеслось снизу от Муфа-... Тора, валяющегося на траве.