Умереть, но возродиться снова

Pov Наруто

      После нападения прошла неделя. Коноха постепенно восстанавливалась. После боя с Шукаку Курама восстанавливал меня два дня. Он сказал, что моё тело ещё не привыкло к таким нагрузкам. Главное, что со стариком всё хорошо. Но четвёртый Казекаге погиб. Для меня оставалось загадкой, будет ли теперь Цунаде пятой, или Третий так и останется на своей должности. Но через пару дней Джирайя ответил на мой вопрос.       — Хей, пацан! — сказал Саннин, встретив меня на крыше у моей квартиры.       — Извращенный отшельник! — обрадовался я.       — Как поживаешь? — спросил он.       — Ну, вроде нормально, даттебаё! — почесал я затылок.       — Наруто, через неделю мы с тобой отправимся в путешествие на поиски.       — На поиски? — уточнил я.       — Да, мы должны найти одну женщину, отправимся через неделю в полдень. За это время заверши все свои дела, — сказал он и испарился.       — Значит старик третий всё же решил оставить пост, — подумал я вслух.       — «Это хорошо, третий действительно стал стар. В предстоящей войне пятая на роль Хокаге больше подходит» — сказал Курама.       Я согласна кивнул. Сейчас главное подготовиться к пути. К тому же скоро должен объявиться Итачи. Я обещал Саске, что он поговорит с Итачи.       — «Наруто, ты ведь должен был поговорить с Какаши, ты не забыл?» — спросил у меня Курама.       Я вздохнул, да, я ведь обещал, что расскажу всё ему.

От третьего лица

      Учиха сидел на монументе с Сакурой, они давно так спокойно не проводили время вместе. Но он никак не мог успокоиться. Скоро он увидит брата.       — Саске-кун? Ты в порядке? — обеспокоенно спросила ирьенин.       — Да, всё хорошо, — кивнул он чуть нервно.       — Саске, не надо так нервничать. Брат любит тебя, что бы ни случилось. И ты это знаешь. Просто дай понять ему, что ты понимаешь его, что ты простил его и что ты дорожишь им так же, как и он тобой, — сказала Харуно, обнимая Учиха со спины. Саске кивнул.       — Да, наверное, ты права.

Pov Наруто

       У Какаши-сенсея был выходной, Курама сказал, что чувствует его чакру. Когда мы подошли, оказалось, что он стоит возле могил Обито и Рин.       «Чёрт, вот опять он» — вздохнул я       — Какаши-сенсей, у вас выходной, вам нужно уметь использовать свободное время правильно. Не нужно всё время приходить к их могилам. Не думаю, что Рин это бы понравилось.       — Откуда ты знаешь Рин? — не оборачиваясь, спросил сенсей.       — Помните, я обещал вам многое рассказать.       Он кивнул. Я вздохнул и прошёл чуть дальше, подойдя к могиле на которой было написано «Минато Намикадзе». Рядом была ещё одна, на ней было написано «Кушина Узумаки».       — Какаши-сенсей, вы знаете, кто такой Мудрец шести путей?       Копирующий ниндзя посмотрел с непониманием. Я вновь вздохнул, рассказать придется многое. Я поставил цветы на могилу родителей и, набрав побольше воздуха в лёгкие, сказал:       — Слушайте внимательно, рассказать придется многое. Повторять я не буду.       И я начал рассказ. Я рассказал обо всём: о экзамене на Чуунина, метке и уходе Саске, смерти третьего, об Акацуки, вплоть до войны. Рассказал, что попал сюда вместе с Сакурой и Саске. С каждой минутой Какаши терял своё самообладание и маску безразличия. Казалось бы, на его лице за это время поменялись сотню тысяч эмоций. Когда я закончил, с удивлением заметил, что уже смеркалось. Первое, что Какаши спросил это:       — Обито жив?       Я вздохнул, я не был уверен, стоит ли ему об этом говорить. Но раз уж уж я обещал.       — Какаши-сенсей, Обито не плохой человек, но сейчас убеждать или отговаривать его будет бессмысленно. И Акацуки очень сильны. Нам нужно набирать силы. Мы намерены изменить всё на этот раз в лучшую сторону.       — Значит ты хочешь спасти многие жизни? Какие у тебя планы на ближайшее время? — спросил Какаши.       — Для начала нужно вернуть бабулю Цунаде в деревню. Затем, я уйду в путешествие вместе с Джираей. Нужно стать сильнее, при чём срочно. А в ближайшее время Саске должен поговорить с братом. Если все пройдет хорошо, то он сможет нам оказать большую услугу на войне. Какаши кивнул.       — Да, ты прав.       — Ладно, Какаши-сенсей, думаю, вам лучше и вправду отдохнуть, — сказал я, видя в каком состоянии сейчас Хатаке. Он, видимо, действительно был потрясён.       Я улыбнулся и пошёл в сторону выхода, оставляя сенсея одного рядом с могилами родителей. Думаю, он скоро всё переосмыслит.

Pov Какаши.

      После разговора с Наруто я был потрясён. Я бы ни за что в жизни не поверил бы так легко, если бы он не говорил о тех вещах, которые знал только я. Я не знал, чему больше удивляться: тому, что Обито жив, или тому, в какой ситуации оказался Итачи. Почти всю неделю я пытался переварить всю ту информацию, которую получил. Но это было бесполезно. В конце концов, бросив эту глупую затею, я решил просто не торопить события.       Гуляя по Конохе, я с удивлением заметил двух странных парней в плащах с изображением красных облаков.       » Чёрт, всё, как рассказывал Наруто. Куренай и Асума стояли напротив, еле держась на ногах. Чёрт, придется вмешаться!»

***

Pov Наруто

      Неделя подготовки прошла довольно быстро. К обеду мы должны были уже выдвигаться в путь. Джирая разрешил пойти Саске вместе с нами. К тому времени, как мы собрались выдвигаться, Курама сообщил, что Кисамэ и Итачи подошли к Конохе. Он чувствовал их чакру. К тому же рядом с ними он чувствовал чакру ещё троих. Какаши-сенсей должен справиться!       Мы с Саске решили, что лучший способ поговорить с ними будет в том самом отеле, в котором мы должны остановиться. Так как сейчас не будет и шанса с ними поговорить. Поэтому мы должны уйти с деревни быстрее. Саске очень нервничал. Это было неудивительно. Мы вышли из Конохи. Джирая сказал, что мы должны подойти к отелю, в котором останемся где-то ближе к вечеру. По дороге Саске в основном молчал, изредка поддерживая наш разговор. Я понимал, что он просто не знает, что сказать брату.       «Чёрт, как же я нервничаю. Скоро я должен встретить брата. Что я ему скажу? Как буду себя вести. »       Саске начал переживать все больше. Всю дорогу он думал, как будет поступать, когда увидит брата. Но так ничего и не придумал.       К вечеру мы всё же подошли к отелю. Джирая смылся, как и ожидалось, ссылаясь на то, что у него есть срочные дела. Нам было это только на руку. Зайдя в номер, я тяжело вздохнул. Осталось совсем чуть-чуть.       — Ты в порядке, Саске? — спросил я.       — Да, всё нормально, — кивнул Учиха.       Гости не заставили себя долго ждать. В дверь неожиданно постучались. Сейчас нужно было действовать чётко по плану. Мне нужно было, чтобы Саске поговорил с Итачи. А значит я должен обездвижить их. Кивнув Саске, я открыл дверь. Передо мной стояли Итачи и Кисамэ.       — А мы вас уже заждались, — ухмыльнулся я.       — Неужели? — фыркнул Кисаме. — Откуда же вы нас знаете, — хмыкнул он.       — Это секрет, — в том же тоне ответил я.       Мы с Саске вышли в коридор. Я увидел, как Саске активировал шаринган.       — Итачи Учиха! — нервно произнёс он.       — Саске, у меня нет на тебя времени, — холодно ответил старший Учиха.       — Фуиндзюцу: паралич! — не теряя времени, я поставил печати. — Какое-то время они не смогут двигаться, у тебя есть время, — сказал я.       Саске кивнул, подойдя ближе, он посмотрел прямо в глаза брату.       — И что ты сделал, чёртов пацан? — спросил Кисаме, пытаясь хоть что-то сделать. Но печать не позволяла.       — Ох, успокойся. Так тяжело что ли? — фыркнул я. — Все равно бесполезно.

От третьего лица

      В это время Саске показал ему все свои воспоминания. Он долго думал, какие слова ему подобрать, что сказать. Но это всё лишнее. Он решил, что будет лучше, если Итачи сам всё увидит. Когда воспоминания закончились, лицо Итачи приобрело совершенно неописуемые эмоции. Итачи, не говоря ничего, активировал шаринган, и Саске оказался под властью гендзюцу брата.       — Здесь мы можем поговорить, — вздохнул Итачи. — Значит, ты всё знаешь? — тяжело вздыхая, сказал Итачи.       — Да, всё, — кивнул я.       — Всё, что я делал, было неправильно, — сказал Итачи, а голос дрожал.       — Всё в порядке, я очень благодарен тебе за всё. И ни в чём тебя не виню. Но, нии-сан, на это нет времени, скоро должен придти Джирая. Я хочу спросить. Сейчас, когда ты знаешь, что я в курсе, что ты собираешься делать? — спросил он у брата.       Итачи нахмурился.       — Сейчас я всё ещё буду шпионить в Акацуки.       — У меня есть для тебя одна идея. Мы с Наруто обсудили это. Думаю, что тебе действительно нужно пока оставаться в Акацуки. Но как только будет время, думаю, что ты бы смог поймать Данзо. Когда Цунаде-сама станет пятой, если ты предоставишь ей доказательства, то она объявит тебя невиновным, и ты сможешь вернуться в деревню. Но только в том случае, если она либо увидит те шаринганы, которые он прячет, и если он сознается в этом сам. Тогда Хокаге будет вправе сместить с должности Данзо.       — Да, это хорошая идея. К тому же, думаю, что я смогу справиться с Данзо. И с помощью гендзюцу заставить его признаться самолично. Но только тогда, когда выясню все планы Акацуки. Кто знает, что они будут предпринимать. Больше шансов выяснить, что они планируют, не будет, если я уйду от них сейчас.       Саске согласно кивнул. Итачи улыбнулся.       — А ты стал очень умным, братишка. Ладно, я чувствую чакру Джираи. Ещё увидимся, братишка, — сказал Итачи, ткнув двумя пальцами в лоб.       Гендзюцу развеялось.       — Мы уходим Кисаме, — бросил он напарнику. Тот, понятливо кивнув, исчез вместе с Итачи.